Охота на Грейнджер.

      Как оказалось, в письме пришли вести о родителях Гермионы. Они мертвы. Грейнджер накачали успокоительными под завязку и уложили спать в больничном крыле. Из-за нашей связи мне разрешили остаться с ней. Сначала, хотел устроится на стуле, но было дико неудобно. Поэтому, придвинул соседнюю койку к её и тоже лег. Хотелось прижаться к омеге как можно ближе, но лишь взял её за руку так и уснув. Все мысли об аврорах и азкабане ушли на второй план. Даже если я ей не нужен, то ей нужна поддержка. И я останусь, пока девушка сама меня не прогонит.       Сквозь сон почувствовал лёгкие касания, резко распахнул глаза. Ко мне лицом лежала Гермиона, обводя тонкими пальчиками мои черты. Из окна проступало предрассветное зарево. Скорее всего действие зелий ещё не прошло, поэтому пока была возможность решил насладиться ее неожиданной лаской.       — Я бы не отправила тебя в азкабан. Не смогла. Комната ненаносима, — её голос был тихим, а интонация безжизненной. Но от того, что она сообщила, внутри разверзся целый фейерверк эмоций. Спектр сменялся от удивления вперемешку с восторгом, до сомнений в правдивости слов. С заминками она продолжила, — Я была так зла, но омега бы не позволила навредить тебе, поэтому я решила напугать.       — У тебя получилось, — честно признался я. Болезненная ухмылка исказила мое лицо, и рука Гермионы замерла, а затем опустилась к подушке, сжавшись в кулачок. — Послушай, я… — не знал, как сказать то, что крутилось в голове перед сном. — Я думал, что все вокруг посходили с ума, преследуют тебя. Мне казалось, что я хорошо себя контролирую. И не понял, что я один из твоих преследователей, пока не стало слишком поздно, — наверное, самое чистосердечное признание своих ошибок, на которое я вообще был способен. Изучал её на наличие хоть каких-нибудь эмоций, но на лице было лишь равнодушное принятие.       — Ты так жутко на меня смотрел. Вы все, — тяжко вздохнула. Догадался, что она имела в виду всех альф. Затянулось молчание. Гермиона не спала, но и не шевелилась, просто смотрела в стену. Возможно, сейчас самое время поговорить о её родителях, пока зелья не прекратили действовать.       — Я прочитал твое письмо. Мне очень жаль. Тебе для этого нужны были деньги? Чтобы найти их? — её взгляд стал меланхоличным, но более эмоций не промелькнуло. Гермиона кивнула подтверждая мою догадку.       — Самое паршивое, что они даже не помнили, что у них есть дочь. Они, наверное, никогда бы меня не простили за то, что я стёрла им память, — её признание немного шокировало. Но из того, что успел узнать о Грейнджер за последнее время, она вполне была способна на такого рода безумства. Я даже не представлял, как её утешить. Нужно ли сказать, что родители все равно ее любили, даже если не помнили? Или что она все сделала правильно? Решил ничего не говорить, а просто взял за руку.       В молчании мы провели пару часов, пока не пришла мадам Помфри, чтобы дать ещё порцию зелий. На моё замечание, что может не нужно столько успокоительного потому что Грейнджер и так как овощ, медсестра пояснила, что там только укрепляющие настойки. А действие успокаивающих зелий уже кончилось.       Окунулся с головой в беспокойство. Что, если Грейнджер совсем рехнулась, и её придётся отправить в Мунго? Прошёлся по девушке оценивающим взглядом. Она выглядела, словно человек после поцелуя дементора. Лежала на кровати, как поломанная кукла, еле моргая. Нужно переправить её в Мэнор или как минимум найти лучшего лекаря. Расхаживая по больничной палате, раздумывал, что предпринять. Меня отвлекло рыжее недоразумение — залетевший в больничное крыло Рон Уизли.       — А ты что тут делаешь? — совершенно недружелюбно начал он.       — Мы связаны, — надменно бросил важную новость. Посмотрим, что ты на это скажешь. Но, видимо, рыжий решил не тратить на меня время, и сразу направился к Омеге. А от того, что я сообщил о связи отмахнулся, как от чего-то несущественного.       — Гермиона, я пришёл, как только получил письмо от Невилла. Гарри не смог выбраться. Ты же знаешь, аврорам не так просто уйти. Ты в порядке? — оправдываясь за Поттера, плюхнулся к ней на кровать. Она даже на него не посмотрела.       — Очевидно же, что она не в порядке, Уизел. И не садись так близко к моей Омеге, — прошипел сквозь зубы. Хоть Рон и был бетой, но альфа всё равно негодовал от его такой бесцеремонной близости.       — Так это правда?! — с изумлением переводил взгляд с неё на меня, — Этого не может быть! Что ты натворил, хорёк? — подскочил ко мне, его щеки раскраснелись.       От потасовки нас остановил сухой голос, в котором слышалась мольба.       — Драко, пожалуйста, выгони его, — пробормотала, продолжая смотреть в стену. Мы оба замерли, обмениваясь удивленными взглядами. Пытаясь понять, были ли это слуховые галлюцинации, или она действительно попросила выгнать своего лучшего друга. Я мотнул головой в сторону двери. Омега впервые назвала меня по имени, внутри все сжималось и таяло. Пришло осознание, что я бы выполнил любую ее просьбу, лишь бы всегда слышать мое имя из её уст.