Видение, которое нужно предотвратить

- То есть… У тебя есть дар видеть будущее, этот самый дар уже несколько лет предсказывал мою смерть, и ты впервые покинул свой родной, судя по описанию, тайный райский город, чтобы спасти меня? - Если кратко, то так, - чуть громче шепота произнес Бруно, втянув голову в плечи. Он сидел напротив Гектора в полностью пустом вагоне, вцепившись в сиденье руками и ожидая приговора. Колдун, сумасшедший, накликал беду, создал проблемы… - Ты потрясающий! ¡Santa María! – Гектор почти свалился с сиденья, чтобы схватить Бруно за плечи и потрясти его. - А-а? – взвизгнул Бруно, не ожидавший такой реакции. Он уставился в светящееся восторгом лицо Гектора, который тряхнул его еще несколько раз и остановился, крепко сжав его плечи большими ладонями. - Ты потрясающий! – повторил Гектор, делая упор на эти слова, громко хлопнув себя по колену. Он широко улыбался. Бруно никогда бы не подумал, что этот сияющий улыбкой мужчина несколько часов назад пережил покушение на свою жизнь от лучшего друга, но он не видел в Гекторе фальши. Он действительно отвлекся от этой ситуации и сконцентрировал все свое внимание на рассказе Бруно. Поразительно. Но сам Бруно не разделял его восторга. - Т-ты не думаешь, что это я наслал на тебя эт-то все? - ¿Qué?! Каким это образом? – Гектор откинулся на спинку сиденья, глядя на него с искренним изумлением. - Я-я не знаю, - снова начал заикаться Бруно, опустив голову и вцепившись в растрепанный край руаны, вытягивая торчащие ниточки, - люди так говорят… - Бруно, - неожиданно серьезно заговорил Гектор после короткой паузы, вновь сдвинувшись вперед и положив руку на плечо Бруно, - если все, что ты мне рассказал, правда, то каким образом ты можешь быть виноват? Ты спас меня. То, что ты видишь плохие вещи, не определяет тебя, что бы ни говорили эти люди. Бруно поднял голову, чувствуя, как на глазах снова собираются слезы. Он глубоко вздохнул. Как же он хотел услышать это от своей семьи. От мамы. Хотя бы от сестер… Сестры, сначала поддерживающие его всецело, с годами, казалось, стали верить суждениям города. Было так больно слышать, когда мама устало просила его «постараться над видениями», и никто из них троих не смел ей возразить! Что он мог сделать, скажите на милость? Он не был тем, кто насылал несчастья, он не хотел в это верить… - Бруно, даже если ты никогда больше не увидишь плохих вещей, они все равно будут случаться. Твой Дар – это благословение, а не проклятие, - Бруно вздрогнул от слов Гектора, который словно прочитал его мысли. Именно так он и думал, его Дар – болезнь, пятно на репутации Мадригалов, а не чудо, - люди должны быть благодарны за то, что имеют возможность предотвратить несчастные случаи и сократить потери в независимых от них трагедиях. - Ты не злодей, Бруно, - Гектор пересел, заняв место рядом с Бруно и положив руку ему на спину, слегка приобняв, - ты вестник. Бруно, у которого унесло последние частички самоконтроля, почти мгновенно заплакал навзрыд, наконец-то услышав то, о чем мечтал с пяти лет. Слезы перемежались судорожными рыданиями и невнятными словами благодарности и извинений, когда Гектор крепко обнял Бруно, прижимая к себе. Бруно вцепился пальцами в ткань его костюма, вжимаясь лицом в чужую грудную клетку. Он уже много лет был далек от объятий – Джульетта изредка изъявляла желание кратко обнять его за плечо, Пепа в какой-то момент стала избегать всяких прикосновений, опасаясь, что может вызвать нежеланную погоду. Про Альму и говорить не стоило – объятия перед отъездом были чем-то из ряда вон выходящим и слегка неловким, более того – спровоцированным им самим. Гектор же по своей воле обнимал его мягко, окутывая теплом, каким-то отцовским теплом. Гладил его по растрепанным кудрям, спине, мягко укачивал, напевая. Напевая? Рыдания Бруно притихли, и он прислушался к бессловесному мычанию. Та песня. Он хотел эгоистично позволить себе остаться под чужими надежными руками еще несколько минут, но то чертово видение, которое требовало его внимания еще в гостинице, снова дало о себе знать. Бруно застонал, потеряв малейшие крохи самоконтроля, позволяя зелени затопить глаза. Гектор уже обо всем знал. Гектор сказал ему самые теплые и драгоценные вещи, которые Бруно будет хранить в памяти до самой смерти. Если сейчас он испугается, то у Бруно останутся хотя бы воспоминания. Его голова откинулась назад, когда Гектор слегка отстранился, чтобы посмотреть, в порядке ли он. Бруно не мог ничего ответить, едва чувствуя его руки на своих плечах. Ему впервые в жизни хотелось втянуть кого-то в видение по своей воле, чтобы он тоже посмотрел, но непроизвольные предназначались только ему. Видение сияло для него одного, лишь поднимая ветер, который трепал волосы и одежду их обоих. Драка: Гектор летит через стойку, сшибая собой все, что на ней стояло. Вспышка. Гектор хохочет, зажимая рот платком и хлопая себя по коленке. Рядом сидит красивая женщина со строгими чертами лица, которая, однако, не может сдержать мягкой улыбки, за ее юбку цепляется миловидный круглолицый ребенок. Снова вспышка – Гектор оттягивает губу пальцем, разглядывая себя в зеркало. Один из его зубов заменен каким-то протезом, который, казалось, слегка блестел. Он выглядит довольным. Бруно пришел в себя все еще в объятиях Гектора, который мягко покачивал его, больше не напевая. - Вот так происходит пророчество? Бруно кивнул в ответ, отстраняясь, потому что злоупотреблять добротой Гектора было неловко. Он судорожно оглянулся, но вагон был так же пуст, как и прежде. К счастью. Гектор фыркнул. - Я ждал целого представления. А ты всего лишь ветер поднял. Ты точно пугающий весь город пророк, а не фокусник-шарлатан? - дружески поддразнил Гектор Бруно, который устало потирал виски и смотрел на него исподлобья пустым взглядом, не регистрируя шутку. - Тебе выбьют передний зуб. В драке. В течение этого года. Может быть, в конце зимы. Вставишь замену. Полагаю, золотой. Гектор уставился на него, хлопая пушистыми ресницами, а затем захохотал, запрокинув голову и сотрясаясь от смеха. - Gracias за предупреждение! Думаю, стоит избегать драк, а? – он толкнул Бруно локтем. Тот несмело начал улыбаться, понимая, что Гектора не испугал его приступ. Пепа рассказывала, как жутко он выглядел с расслабленным лицом, широко открытыми, глядящими в никуда сияющими зеленью глазами, - или как, может быть, мне идет? - Ты выглядел довольным, - выдохнул Бруно. - Ну, тогда, о, великий провидец из скрытого города, я не смею противиться вашему пророчеству! Бруно не удержался от хихиканья, расслабляясь. Ему не было обидно за подшучивание над его даром - это было мило и по-доброму. Гектор откинулся на спинку сиденья, оставшись рядом с Бруно. - Что ты пел? – Бруно несмело прервал наступившую уютную тишину, желая узнать больше о той песне. - О, - лицо Гектора стало странным, выражая мягкую горечь, - это колыбельная для моей дочки. Бруно широко распахнул глаза, когда Гектор засунул руку в карман, чтобы достать те листы, что вырвал из своего песенника. - Твоя дочка, - шепнул Бруно, вспоминая, - девочка с двумя косичками. Четырех или пяти лет. Гектор воззрился на него с ноткой благоговения. - Я увидел ее в последнем видении. Она была там с твоей женой. - Мои девочки! – лицо Гектора осветилось любовью и счастьем. Он наклонил голову, разглаживая мятую бумагу. Улыбка медленно исчезла с его лица, - мы с Коко назвали ее «не забывай»... - Прости меня, Гектор, - резко прервал размышления мужчины Бруно, снова виновато опустив голову, - я-я и сам ук-украл у тебя ее. Мои видения обычно беззвучны, только иногда, если они слишком яркие, я могу различить слово или два. Но когда я получал видения о тебе, то… Т-там всегда играла музыка, сначала просто музыка, а потом появились слова... Бруно забормотал быстрее, все сильнее запинаясь. - ...И я специально вызывал лишние видения о тебе, чтобы услышать эту песню, я не знал, что она кому-то принадлежит, я думал, что это просто… просто музыка. К-когда я искал тебя, я думал попросить тебя исполнить ее для меня, если… когда я тебя спасу, но когда ты нашел меня на улице, я-я понял, что ты и исполнял ее в моих видениях, и твои слова тогда… И я понял, что украл то, что не принадлежит мне, и я сожалею… Правда сожалею. П-прости, пожалуйста. Бруно, втянувший голову в плечи, ожидал порицания за то, что затронул слишком личное, но лишь ощутил руку на плече, когда Гектор мягко сжал его в жесте поддержки. - Не переживай, amigo. Когда Коко узнает, что ты спас меня, она не будет против поделиться с тобой нашей песенкой. - Ты не злишься? – недоверчиво склонил голову к плечу Бруно. Иногда пророчества открывали нелицеприятные подробности жизни тех, кому они предназначались, и люди приходили в ярость, если понимали, что Бруно теперь в курсе. Он научился хранить всю эту информацию в себе, утаивать, но знать, что человек не зол, было… Хорошо. - Нет, как я могу? Благодаря тебе я могу спеть ее для своей малышки еще много-много раз. Не такая уж большая плата за жизнь, si? Бруно кивнул, в который раз молча поражаясь легкому отношению Гектора ко всему происходящему. Они говорили еще в течение получаса, обсуждая какие-то моменты жизни Гектора, и Бруно впервые чувствовал себя расслабленным и спокойным в обществе человека, с которым не был связан кровным родством. - Тебе стоит поспать, amigo, твои мешки под глазами меня пугают, - Гектор вернулся на свое сиденье, широко зевая, - поезд прибудет в Санта-Сецилию рано утром, у нас есть еще пара часов. - Я всегда мало сплю, - пожал плечами Бруно, но послушно откинулся на спинку сиденья, сбрасывая сандалии на пол и скрещивая ноги. Он накрылся руаной, чувствуя, как крысы зарываются прямо под рубашку, щекоча и царапая его бок. Однако он не смог уснуть сразу, все еще напряженный после событий дня. Гектор же, забыв про все свои невзгоды, вытянулся на скамье, закинув руки за голову и свесив длинные ноги на пол. Он засопел через несколько минут, и Бруно без зазрения совести его разглядывал. Интересно, сколько ему все-таки лет? Гектор выглядел молодо, но у него уже была бородка. Бруно погладил костяшками пальцев собственную еще мягкую щетину. Если он отрастит бороду, будет ли он выглядеть старше? Он вздохнул. Это не отменит того, что он младший из тройняшек, и Джульетта не перестанет над ним подшучивать из-за этого. Но, с другой стороны, у Гектора уже был дочка. Когда же это он стал отцом? Бруно не мог представить себя или сестер с ребенком на руках в данный момент времени… А себя и в целом… Лениво размышляя над далеко не важными вещами, Бруно медленно погрузился в мирный сон, который, к счастью, не был кошмаром или видением. Проснулся он от мягкой тряски. Мадригал медленно открыл глаза, тяжело смаргивая сон. - Просыпайся, Бруно, мы в Санта-Сецилии! – Гектор широко улыбался, прекратив трясти его за плечо, но теперь переступая с ноги на ногу в нетерпении. Едва не до конца проснувшийся Бруно успел сунуть ноги в сандалии, Гектор подтолкнул его к выходу, хватая свои вещи. Через минуту они стояли на вокзале в родном городе Гектора. Бруно подавил зевок, оглядывая открывающиеся взгляду здания. Гектор, бросив свои вещи на пыльные доски, схватил вздрогнувшего Бруно за запястья и закружил, смеясь. - Дом, милый дом! Gracias, Бруно! – Бруно сжали в коротком объятии, тут же отпуская. Он наконец засмеялся в ответ, вдохновленный восторгом Гектора. - Идем! Я должен представить тебе Имельде. Ах, mi amor, Имельда! Коко! – Гектор снова закружился вокруг своей оси, раскинув руки в стороны, размахивая своими чемоданами, которые подхватил, отпустив Бруно. Бруно же впервые за много лет улыбался так широко.