О чем не спела иволга

Оцепенение отошло. Ойша, набирая в легкие воздух, звала Легбе. — Мальчик мой, лапушка, — гладя пса по голове, она все пыталась осознать, что же тут происходит. Наконец придя в себя, она решила вернуться к Амалии. Девочка сбежала из комнаты в тот момент, когда копия швырнула ее в дальний угол. За ней, пока она бежала прочь от всего ужаса, что происходил недавно, увязался щенок. Закрывшись в подвале, она надеялась, что ее не достанут, но почувствовав удушье, она поняла, что ни за что не скроется от этого существа. Он слишком мелочен, но не лишен обаяния. Его приземленные амбиции не вязались ни с его словами, ни с его умением держаться в людях. Он напоминал обычного человека, которому доверили слишком много. В следствии чего, Он возомнил себя Богом. За дверью послышались шаги. Амалия насторожилась, а щенок, подражая вожаку, встал в позицию защиты. — Амалия, открой. — Уходи! Уходи прочь! — Солнышко, открой, пожалуйста. — Ждем и верим в тебя. — Крутится степенно, колесо волшебное. — Нижняя петля слабая. Ударь по ней чем-нибудь. Ойша, послушав рекомендации Амалии, отыскала в темноте нижнюю дверную петлю и обнаружила в зазоре ключ. Вытащив его оттуда, она открыла дверь. — Солнце мое, Боги, как я рада тебя видеть, — предварительно накричавшись, ее голос хрипел. — Ойша, — девочка сорвалась с места и вскочила на руки к старшей. Щенок не заставил ждать от себя радости и тоже устремился к Ойше. Родичи не могли сдержать слез, но еще не все кончено. И снова познания Ойши в оккультизме пригодились. Дабы уберечь свою племянницу, она отыскала осколок кирпича, проверив можно ли им хоть что-то нарисовать, девушка вывела тот же пентакль, что и у нее на груди. И сказав своей племяннице, чтобы та не выходила за пределы круга, обещала за ней вернуться. Закрыв дверь подвала, девушка отправилась на верх, к лежащему без сознания Витольду. Ее одолевала мысль о том, что это нечто его убило. Но надо было удостовериться и лишь потом, думать что делать дальше. Зайдя на второй этаж, Ойша обнаружила свою, вроде мертвую бабку. Вся в крови, с порванной щекой и выцарапанным глазом. Зрелище не из приятных. Она стояла перед той комнатой, в которую шла старшая Аратори. Девушка не стала обнажать саблю, она не хотела пачкать свои руки, кровью родственника. — Отойди, старая мразь, — ее хриплый голос звучал угрожающе и без того рычания, коим она всегда выражала свою обозленность. — Заткнись и проваливай из моего дома, — в голосе Лалии слышалась хрипотца и легкое бульканье, все-таки Легбе постарался на славу, но договор этой старушки с демоном, не давал ей полностью умереть. Дверь за спиной единственной Калео распахнулась. Из нее вышел высокий мужчина в желтом, коротком камзоле. Он вцепился в нее сзади, и на какой-то момент, Ойше показалось, что Он пробил грудную клетку старушки. Лалия стремительно высыхала, седела, а ее кожа облазила вместе с одеждой. Весь скелет, кроме черепа, стерся в пыль. — С Вами приятно иметь дело, — улыбаясь, он подкинул череп и насвистывая какую-то мелодию исчез. Глаза Ойши бегали из угла в угол. Он только что был тут, осушил ее бабку, а потом исчез. Как будто его никогда и не было. Мотыляя головой влево-вправо, она тяжело вздохнула и решила закончить свой путь к Витольду. В усадьбе было тихо, со двора было слышно, как Алькор загоняет собак в свои вольеры. Спустя некоторое время закопошилась вся прислуга дома, работу никто не отменял, да и Алькор сказала, что Ойша вернулась, а значит разбредаться кто куда не стоит. Открыв дверь, девушка обнаружила все еще лежавшего без сознания мужчину. Настигнув его, она прощупала пульс на шее. Слабо, но бьется. — Нина, — со спины был слышен быстрый шаг камеристки. — Госпожа Аратори, — запыхавшись, она присела в книксене. — Его нужно определить в гостевую комнату. И неплохо было бы вызвать нотариуса. Того, с которым дедушка составлял завещание. — Да, Госпожа. — Боги, Нина, сколько раз говорить, не называй меня госпожой. Я младше тебя и все еще не вступила в наследство. По имени, будь добра. — Как прикажете, Ойша, — Нина склонила голову вниз, а потом подняв, ее отправилась отдавать приказ. Немного помешкавшись, Ойша спустилась в подвал, открыла дверь и заверила племянницу в том, что все кончено.