Глава 59.2 Долговые расписки и карты
9 августа 2022 г., 15:24
Когда Цзян Чжэнь пошел в школу, он не выучил традиционные китайские иероглифы, но какое-то время его школа уделяла внимание качественному образованию, поэтому он немного выучил каллиграфию.
В том году уроки каллиграфии проводились каждую неделю. Хотя Цзян Чжэнь часто превращал это в домашнее задание по китайскому языку и вообще не занимался каллиграфией, он мог хотя бы написать слово кистью, и его навыки были вполне стандартными.
«Сегодня Лю Дачэн и Лю Эрмао должны Чжао Цзингэ сто серебра», — Цзян Чжэнь читал и писал одновременно, и вскоре он закончил прилично выглядящую строчку письма.
Эти слова были очень простыми, как «Чжао». Поскольку это была фамилия Чжао Цзингэ, он специально использовал ветки, чтобы написать ее несколько раз подряд на земле, так что, естественно, ошибки не было. На первый взгляд, он был почти как ученый.
После боя Чжао Цзингэ почувствовал, что ему не стоит носить только нижнее белье. Как бы ни было жарко, он снова надел свою новую одежду.
Закончив одеваться и приведя себя в порядок, он вышел из своего нового дома. Цзян Чжэнь уже разложил кисть и бумагу, чтобы подсчитать серебро, которое семья Лю должна ему. Услышав, что Цзян Чжэнь заставил семью Лю выплатить сто серебра, Чжао Цзингэ обрадовался. Затем он увидел, что Цзян Чжэнь может писать.
Цзян Чжэнь умеет писать! Цзян Чжэнь умеет читать!
Чжао Цзингэ в шоке посмотрел на Цзян Чжэня и не смог оправиться от этого. После длительного контакта с Цзян Чжэнем он почувствовал, что Цзян Чжэнь был очень могущественным, но он не ожидал, что тот даже сильнее, чем он думал.
Цзян Чжэнь даже умеет читать!
Чжао Цзингэ, не знавший ни одного иероглифа, вдруг снова почувствовал какой-то комплекс неполноценности — по сравнению с Цзян Чжэнем он действительно не был чем-то особенным.
Что касается того, почему Цзян Чжэнь умел читать. . . Чжао Цзингэ вскоре нашел для него причину. Второй сын семьи Цзян и третий сын оба ходили в школу. Он предположил, что Цзян Чжэнь наблюдал за ними и что-то узнал. Цзян Чжэнь был действительно могущественным. В то время, если бы его семья разрешила ему ходить в школу, он мог бы даже сдать экзамен на ученого!
Чжао Цзингэ необъяснимым образом верил в Цзян Чжэня и чувствовал, что Цзян Чжэнь обладает способностью стать ученым, и другие люди тоже чувствовали то же самое. Цзян Чжэнь умел читать и писать. . . Это оказало на них большое влияние.
Несмотря на то, что Хэси была довольно богата, число грамотных можно было пересчитать по пальцам! Даже Цзян Пин, глава деревни, едва знал несколько слов.
Чжао Лю была очень взволнована и еще больше довольна своим зятем. Ее Цзингэ был настолько удивительным, что смог найти такого хорошего зятя!
"Ну давайте же. Штампуйте!» Цзян Чжэнь положил долговую расписку перед братьями Хэ и сказал Ван Хайшэну: «Держи их за руки и позволь им оставить свои отпечатки пальцев».
Ван Хайшэн и Хэ Чуньшэн немедленно приступили к работе. В то же время Цзян Чжэнь сказал: «Лю Дачэн, Лю Эрмао, верно? Лучше побыстрее вернуть деньги. В противном случае . . . Я собираюсь отнести эту долговую расписку в управу, чтобы подать на вас в суд. Нехорошо быть должником».
Ян Цзин: «. . ». Вы заставили людей написать долговую расписку передо мной, и вы все еще хотите пожаловаться в управу?
«Если я скажу людям в городской управе, что мне нужно только пятьдесят серебра из этих ста серебра, они, безусловно, будут счастливы попросить у вас долг», — добавил Цзян Чжэнь.
Ян Цзин сказал: «Конечно!»
Когда Лю Дачэн и Лю Эрмао услышали слова Цзян Чжэня, им захотелось плакать. Когда у них не было денег, как они могли получить сто серебра? Конечно, если бы они продали свою землю, этого было бы достаточно, но как простые люди могли пожелать продать землю?
"Хорошо. Выбросьте их, — сказал Цзян Чжэнь. На самом деле то, что он только что сказал, имело ту же цель, что и долговая расписка, а именно: из требуемой сотни серебряных он хотел только пятьдесят. Так что, если семья Лю придет, чтобы послушно вернуть деньги, он на самом деле не заставит их отдать ему все сто серебряных.
После того, как семья Лю ушла, Ван Хайшэн и другие начали убираться в доме, а Цзян Чжэнь поговорил с продавцом фарфорового магазина.
Владелец магазина фарфора договорился о хорошей цене с образцами, предоставленными Цзян Чжэнем. В доме Цзян Чжэня он хотел предложить немного более низкую цену и сам получить больше денег, но теперь… . . Подумав о свирепом виде Цзян Чжэня только что, владелец фарфорового магазина немедленно отбросил эту мысль.
Цзян Чжэнь участвовал в сделке, и, поскольку он был таким свирепым, было лучше не обижать его.
Продавец фарфоровой лавки сообщил цену, о которой он договорился, не смея скрыть ее. Услышав цену, Цзян Чжэнь был очень доволен. Цена оказалась намного выше, чем он ожидал!
Договорившись с продавцом о доставке товаров в уездный город на следующий день, Цзян Чжэнь пригласил продавца остаться на свадебный прием.
— Нет, у меня есть работа. Мне нужно вернуться, — торопливо сказал хозяин фарфоровой лавки. С этого момента он немного боялся Цзян Чжэня. . . Кроме того, неужели в таком бардаке кто-то будет пить свадебное вино?
Когда Цзян Чжэнь услышал его отказ, он не стал его убеждать и отослал. Повар, которого они наняли, уже сбежал, поэтому Чжао Лю пошла на кухню, чтобы приготовить им еду.
Тем временем Цзян Чжэнь отвел Ян Цзина в его бывший дом и спросил: «Каково прошлое Лю Хэйтоу?»
«Лю Хэйтоу — головорез игорного дома в уездном городе, — прямо сообщил Ян Цзин обо всем, что знал, и добавил: — С этим игорным домом не так-то просто связываться. Ты . . .»
«Как работает игорный дом?» — внезапно спросил Цзян Чжэнь.
"Это не плохое заведение. Если вы уже все потеряли, вас больше не пустят внутрь. Они также не заставляют людей продавать своих сыновей и дочерей», — сказал Ян Цзин. Людям, стоящим за игорным домом, все еще нужна была репутация, поэтому игорный дом мало что мог сделать.
«Можете ли вы назначить мне встречу с управляющим этого игорного дома?» — снова спросил Цзян Чжэнь.
"Да, я могу . . . Почему вы хотите встретиться с ответственным человеком? — смущенно спросил Ян Цзян.
«Как вы думаете, лучше, чтобы Лю Хэйтоу отвечал за дела, даже несмотря на то, что он доставляет много неприятностей и имеет много головорезов, или кто-то вроде меня?» — спросил Цзян Чжэнь.
Цзян Чжэнь хотел порекомендовать себя? Другими словами, Цзян Чжэнь был сильнее Лю Хэйтоу. Столкнувшись с таким выбором, стюард может действительно не захотеть этого Лю Хэйтоу.
Лю Хэйтоу в частном порядке одолжил деньги и собрал группу людей, чтобы поиграть в азартные игры в деревне Цяотоу. Этому стюарду это должно не понравиться. Без игорного дома на заднем плане Лю Хэйтоу был ничем.
Цзян Чжэнь дал объяснение, но не сказал, что на самом деле у него есть другие идеи. Ему не нравилось жить под чужим началом, поэтому, конечно, он не хотел быть головорезом, но в этот момент… он действительно что-то вспомнил.
После перехода Цзян Чжэнь всегда чувствовал, что ему нечего обменять на деньги и нет полезных навыков, но сейчас он вдруг кое о чем подумал. Может, он и не сможет заработать ему денег, но это должно заставить людей в игорном доме высоко ценить его, а это было… карты.
На самом деле Цзян Чжэнь мало что знал об азартных играх, но даже при этом он знал несколько карточных игр и мог нарисовать все пятьдесят четыре карты.
В современных казино карты были абсолютно необходимы, а здесь их вообще не было. Цзян Чжэнь не мог заработать на этой идее, но репутации, полученной от игорного дома, было достаточно. . . Без этого метода Цзян Чжэню, возможно, пришлось бы работать бандитом, чтобы разрешить этот вопрос, но в этом случае все было бы по-другому. Конечно, самым неотложным делом было наесться, а потом идти в брачный чертог.
Говоря об этом, к счастью, Лю Хэйтоу не разрушил его брачную спальню; в противном случае . . . он бы так просто его не отпустил!
