Глава 68.1 Бизнес в уездном городе
15 августа 2022 г., 14:07
Пока Цзян Чжэнь и Чжао Цзингэ пытались выяснить, как организовать своих подчиненных, их подчиненные обращали внимание на Цзян Чжэня и Чжао Цзингэ.
Бывший босс Лю Хэйтоу сильно отличался от Цзян Чжэня. Лю Хэйтоу просил их делать что-то и позволить им зарабатывать деньги для себя, но это не было хорошо для них, а если это было хорошо, он отдавал их только своим двоюродным братьям, а не им. Он всегда вел себя надменно.
Цзян Чжэнь был другим. В эти дни Цзян Чжэнь ел ту же еду, что и они, и тренировался с ними. Даже Чжао Цзингэ тренировался с ними. Это заставляло их чувствовать, что их ценят, и они все меньше и меньше отказывались тренироваться.
«Сначала я не понял, что Чжао Цзингэ — гер. В начале я хотел пригласить его выпить цветочного вина. . . — рассказал головорез из игорного дома.
На самом деле игорный дом Хунсин обычно не нуждался в таком количестве головорезов для поддержания порядка. После того, как Цзян Чжэнь попросил этих людей следовать за ним, он оставил пятерых головорезов, которых он не хотел брать в свою команду охранять игорный дом, а затем взял остальных под свое командование.
Человеком, который однажды хотел пригласить Чжао Цзингэ выпить цветочного вина, был Дин Лянь, один из людей, которых он взял под свое командование. Только после двух дней тренировок с Цзян Чжэнем он узнал от Лю Хэйтоу, что Чжао Цзингэ был гером Цзян Чжэня. Когда он впервые услышал об этом, то подумал, что Лю Хэйтоу пытается его обмануть, и совсем в это не поверил. В конце концов, Чжао Цзингэ совсем не был похож на гера. Однако все жители деревни Цяотоу знали, что Чжао Цзингэ был гером Цзян Чжэня. Некоторые из них участвовали в драке на свадьбе Цзян Чжэня, и видели их свадьбу своими глазами.
«Не только ты этого не понял, но и я не ожидал», — сказал кто-то смиренно.
«Кто бы мог подумать, что он гер? Он выше меня!"
«Кстати, он гер. Почему Цзян Чжэнь позволил ему тренироваться с нами?»
«Босс Цзян. . . все дело в том, чтобы относиться к нему как к мужчине. . .»
Все мужчины несколько притихли и стали сочувствовать Чжао Цзингэ. Он явно был гером, но его каждый день приводил на тренировку муж. Это была совсем не нормальная жизнь для гера. Цзян Чжэнь был так богат. Разве его гер, как и жена Лю Хэйтоу, не должен каждый день только присматривать за детьми дома и присматривать за женщинами, нанятыми их семьей для выполнения работы?
Чжао Цзингэ не нашел это трудным. Такая подготовка была для него пустяком. Это даже заставило его почувствовать себя ближе к Цзян Чжэню. Он хотел узнать больше, чтобы в будущем помочь Цзян Чжэню.
После еды Цзян Чжэнь созвал всех этих людей и начал свое обучение по «промыванию мозгов». Раньше он посещал много уроков по политологии, и хотя он невнимательно слушал, этого было достаточно, чтобы внушить этим людям некоторые идеи.
У Цзян Чжэня не было терпения для длинных речей, поэтому он говорил немного, только подбадривая этих людей, а затем просил их сделать перерыв на обед. Через час пришло время физической подготовки. Только после сражения с этими людьми Цзян Чжэнь понял, что их физическая сила и выносливость были на самом деле средними.
Около леса Цяотоу более тридцати человек держали в руках бамбуковые шесты, и они размахивали ими, повторяя движения рук снова и снова, размахивая шестами без остановки.
Цзян Чжэнь не научил этих людей слишком многим навыкам; он только хотел улучшить их координацию и физическую форму, но для Чжао Цзингэ все было иначе. Он позволил Ван Хайшэну взять этих людей на повторную тренировку, в то время как Цзян Чжэнь обучал Чжао Цзингэ своим боевым навыкам.
Тело Чжао Цзингэ было мягче, чем у Цзян Чжэня. По мнению Цзян Чжэня, Чжао Цзингэ было бы очень полезно изучить боевые навыки, поэтому он обучал его очень старательно. Он надеялся, что Чжао Цзингэ сможет защитить себя.
Боевым навыкам, конечно же, нельзя научиться, просто говоря об этом. Требовался настоящий бой. Цзян Чжэнь пытался сдержать свою силу, но в глазах других людей… Цзян Чжэнь бил собственного гера!
Их начальник любил обучать людей, даже собственную жену нельзя было отпускать. Если хорошенько об этом подумать, только такой гер, как Чжао Цзингэ, мог это вынести.
. . .
Когда люди Цзян Чжэня увидели эту сцену, они вздохнули один за другим. Во время перерыва Дин Лянь подошел к Чжао Цзингэ и прошептал: «Эй, ты в порядке?»
«Не волнуйтесь, — сказал Чжао Цзингэ. Хотя удары Цзян Чжэня несколько раз падали ему на плечи, он сдерживал свою силу. Было совсем не больно, и он не упал на землю. Это было просто . . . Цзян Чжэнь неожиданно щипал его за задницу всякий раз, когда падал на него. Он не знал, видели ли это другие. . . Как только Чжао Цзингэ подумал, что кто-то мог видеть такую сцену, он мучительно покраснел.
— Я рад, что ты в порядке. Дин Лянь сочувственно посмотрел на Чжао Цзингэ.
Цзян Чжэнь не знал, что его люди сочувствуют его жене. В настоящее время он пересматривал меры наказания и поощрения. Те, кто поступил плохо, будут наказаны, а те, кто поступил хорошо, будут вознаграждены. Это было оговорено в начале тренинга Цзян Чжэнем. Но пока что наказанием в основном был просто бег, прыжки с лягушки и тому подобное, а наградой были деньги или еда. Однако содержание каждого этапа обучения было разным, поэтому, естественно, пришлось немного изменить и эти меры. . .
Увидев, что Цзян Чжэнь пишет, Чжао Цзингэ взял ветку и тоже начал писать на земле. Он не написал ничего, кроме имени Цзян Чжэня, а затем написал свое собственное имя. Глядя на их имена рядом друг с другом, он почувствовал удовлетворение.
В тот вечер Цзян Чжэнь очень рано распустил своих людей. Перед отъездом он дал каждому из них кучу медных монет и одежду в соответствии с их старанием.
Одежду шили из самой обычной грубой ткани, но по фасону она несколько отличалась от обычной одежды. Эту одежду предоставил Цзян Чжэнь, который попросил Чжао Лю найти женщину из Хэси, чтобы сшить ее специально для него.
— Это одежда? Дин Лянь с удивлением посмотрел на одежду.
На самом деле, у них не было недостатка в одежде, но даже так, Цзян Чжэнь, давший им одежду, несколько взволновал их, особенно таких, как Дин Лянь.
Дин Лянь стал головорезом, потому что в его семье никого не было. Хотя в прошлом он зарабатывал много серебра каждый месяц, никто не советовал ему, поэтому он всегда тратил свои деньги небрежно. Его одежда и другие вещи, потому что никому не было дела, всегда были грязными и изношенными до тех пор, пока не превратились в лохмотья. . . Когда он внезапно получил новый комплект одежды с тонкими стежками, Дин Лянь почувствовал некоторую тоску по дому.
Конечно, были и те, кого эта одежда не устраивала, например, Лю Хэйтоу. Но будучи так часто избиваемым Цзян Чжэнем, даже если он не был этому рад и недоволен, он не осмелился протестовать.
«Вы все должны надеть эту одежду завтра и прийти сюда пораньше». Цзян Чжэнь перед уходом домой раздал одежду.
На следующий день он вел этих людей в уездный город.
