Глава 76.2 Чжао Цзинь провокатор
18 августа 2022 г., 09:09
Хотя на теле Чжао Цзингэ были синяки, в этом не было ничего серьезного. Глядя на эти синяки, Цзян Чжэнь снова стал раздражаться, а его брови нахмурились еще больше и сильнее.
Когда Чжао Цзингэ посмотрел на Цзян Чжэня, его сердце упало. В прошлом, когда Цзян Чжэнь встречался с ним, он всегда улыбался и время от времени флиртовал с ним. В то время Чжао Цзингэ чувствовал себя странно и часто не знал, как смотреть в глаза Цзян Чжэню. Но сейчас . . . Он внезапно обнаружил, что Цзян Чжэнь с холодным лицом был тем, с кем он не знал, как себя вести.
«Прости, Цзян Чжэнь», — подсознательно извинился Чжао Цзингэ.
«Это не твоя вина, — сказал Цзян Чжэнь.
С тех пор, как он увидел, как Чжао Цзингэ пострадал, он сдерживал гнев в своем сердце. Даже если бы он избил людей Лу Да, этот гнев нельзя было бы погасить. Он надеялся, что Чжао Цзингэ сможет прожить с ним хорошую жизнь. Он совсем не хотел, чтобы Чжао Цзингэ поранили, но Чжао Цзингэ все равно пострадал прямо у него под носом. Это расстроило Цзян Чжэня; в конце концов, он чувствовал себя бесполезным.
Вначале он немного злился на Чжао Цзингэ за то, что тот не защитил себя. Эти люди пришли спровоцировать его и сначала не начали драться. В то время Чжао Цзингэ мог сначала показать свою слабость, а затем отправиться на его поиски, чтобы его не побили. Но теперь, увидев раны на теле Чжао Цзингэ, Цзян Чжэнь еще больше разозлился на себя. Если бы он был достаточно силен, никто другой не осмелился бы ударить Цзингэ.
Цзян Чжэнь винил себя, но, когда Чжао Цзингэ услышал слова Цзян Чжэня, ему стало совсем не по себе. Почему Цзян Чжэнь был так несчастен?
Чжао Цзингэ украдкой взглянул на Цзян Чжэня и обнаружил, что лицо Цзян Чжэня выглядит очень серьёзным. Он вдруг не смог спросить то, что хотел спросить, и лег на кровать, не смея пошевелиться.
Цзян Чжэнь потер раны Чжао Цзингэ, но из-за своего дискомфорта даже не попытался воспользоваться этой возможностью.
Чжао Цзингэ, естественно, обнаружил это. В прошлом ему казалось странным, что Цзян Чжэнь всегда приставал к нему, но теперь, когда Цзян Чжэнь этого не делал, он испугался.
Он сделал что-то не так? Цзян Чжэнь, казалось, больше не любил его. . .
«Отдохни в комнате, а я пойду тренироваться», — сказал Цзян Чжэнь Чжао Цзингэ, помогая ему нанести лекарство.
Если бы кто-то еще получил такую легкую травму, он определенно позволил бы этому человеку продолжить свои тренировки, но Чжао Цзингэ был его гером. Цзян Чжэнь неизбежно огорчился, увидев синяки на теле Чжао Цзингэ. Теперь, когда солнце снаружи было таким сильным, что могло снять слой кожи с человека, он еще больше не хотел отпускать Чжао Цзингэ на улицу.
— Жди здесь, пока я вернусь.
Цзян Чжэнь прикинул, что время почти истекло, и ушел.
Глядя, как Цзян Чжэнь уходит, Чжао Цзингэ на некоторое время погрузился в свои мысли.
Цзян Чжэнь. . . Он больше не любит его? Он даже не давал ему тренироваться. Он заставил его чувствовать себя смущенным?
Цзян Чжэнь не знал, что чувствовал Чжао Цзингэ. Он вышел на палубу и увидел, что его люди выстроились и аккуратно стоят по стойке смирно.
Когда группа рассеялась, каждый член выглядел обычным, и с точки зрения индивидуальной боеспособности они, вероятно, были не так хороши, как люди Лу Да. Но когда они стояли вместе, то выглядели совсем по-другому.
Единая одежда и аккуратные движения могли придать сильный импульс. У этих людей, стоящих вместе, был такой импульс.
"Внимание!" Цзян Чжэнь закричал, а затем повел этих людей тренировать отжимания, приседания, прыжки в чехарду, лошадиные шаги, бокс и так далее.
Все аспекты тренировочной программы были полностью соблюдены и выполнены даже лучше, чем обычно. Ему нужно было выплеснуть свою энергию, чтобы успокоиться и протрезветь.
Чжэн И нечего было делать на лодке. Услышав, что Цзян Чжэнь тренируется со своими людьми, он вышел посмотреть и удивленно поднял брови.
Он видел людей Цзян Чжэня раньше, но он никогда не видел, как Цзян Чжэнь тренируется со своими людьми. Теперь, когда он увидел его, он обнаружил, что метод обучения Цзян Чжэня полностью отличался от того, что он думал раньше. Но . . . это, несомненно, хороший метод.
Чжэн И видел мир и даже видел военных чиновников и солдат, сражающихся с людьми, и подобные бои. . . Можно сказать, что две группы беспорядочных людей бросились вместе, а затем более многочисленная группа разбила менее многочисленную группу, и победитель был разделен.
Однако эти офицеры смогли поднять некоторых членов семьи, а их солдаты часто представляли собой группу толпы. Те члены семьи, которые зависели от них, часто были очень смелыми и неприступными. Поскольку они ели и жили вместе, у них было молчаливое понимание. Мужчины Цзян Чжэня были чем-то похожи на этих членов семьи.
На этот раз Цзян Чжэнь не практиковал ходьбу по площади, а отвел своих людей на всевозможные физические упражнения. Хотя он не использовал бамбуковый шест, интенсивность тренировок не была низкой. После тренировки он позволил им драться парами.
Для людей Цзян Чжэня текущая интенсивность этих тренировок была выше, чем обычно, но они молчали, когда думали, что на этом корабле за ними наблюдает много людей. После провокации, они подсознательно хотели показать людям на корабле, на что они способны.
Более сорока человек громко кричали и продолжали заниматься на солнце. . .
Чжэн И посмотрел на Лу Да, который следовал за ним, и на его распухшее черно-синее лицо. — Лу Да, что ты о них думаешь?
Лу Да посмотрел на Цзян Чжэня и почувствовал, что его тело снова болит. Он стиснул зубы и, наконец, сказал: «Я проиграл несправедливо».
«Пришло время и вам позаботиться о своих людях», — сказал Чжан И.
Лу Да был полон гнева и решимости произвести впечатление на Чжэн И, поэтому он крикнул всем своим людям: «Приготовьтесь практиковаться в бою со мной!»
«Большой брат, сейчас слишком жарко», — сказал мужчина рядом с Лу Да.
— Да, старший брат. Давай потренируемся, когда будет прохладнее».
«Я загорю. . .»
. . .
— У тебя так много дел! Лу Да был зол.
Увидев гнев Лу Да, его люди, наконец, вышли на палубу, но они никогда не занимались построением, поэтому выглядели как беспорядочная толпа.
"Расстановка! Расстановка!" — крикнул Лу Да.
Его люди все еще были в беспорядке.
«Тренировка окончена. Уходим!"
С другой стороны, Цзян Чжэнь бежал к каюте, и все его люди позади него бежали вместе с ним тем же путем. Перед уходом Цзян Чжэнь с презрением взглянул на Лу Да. Лу Да чуть не взорвался.
После тренировки Цзян Чжэнь вернулся в свою каюту.
Выплеснув гнев во время тренировки, он почувствовал, что все его тело стало более расслабленным. Он подумал о жалком взгляде Чжао Цзингэ раньше и не мог перестать чувствовать, что его сердце начинает чесаться, и начал думать о том, как «воспитать» Чжао Цзингэ.
Ему нужно было поговорить с Чжао Цзингэ. . . Они были разумными людьми и часто разговаривали в постели. На этот раз он также мог преподать Чжао Цзингэ урок в постели. . .
Как только Цзян Чжэнь подумал о гармонии в браке, он подумал, что Чжао Цзингэ был ранен, и в ближайшие дни ему следует сдерживать себя.
«Цзингэ. . .»
Цзян Чжэнь открыл дверь и вошел внутрь. Он не ожидал, что его обнимут, как только он переступит порог. Затем голова ударила его вот так, и рот Цзингэ врезался в его рот, что причинило боль. Он боялся, что начнется кровотечение.
Цзян Чжэнь все еще не реагировал, когда Чжао Цзингэ снова засунул язык ему в рот. Рука Чжао Цзингэ даже спустилась с его живота.
Когда Чжао Цзингэ сделал это, с инерцией, как будто переступает через стыд, его рука немного дрожала, но он все же положил ее туда, куда хотел. Это был первый раз, когда он взял на себя инициативу сделать такое с Цзян Чжэнем без его просьбы.
Цзян Чжэнь сначала испугался и не смог вовремя среагировать. Потом ждал его реакции. . . Цзян Чжэнь оттолкнул Чжао Цзингэ, хорошо запер дверь и начал развязывать ремень на своих брюках.
Когда Цзян Чжэнь оттолкнул Чжао Цзингэ, он почувствовал себя немного отчаянным. Он боялся, что Цзян Чжэнь действительно невзлюбит его сейчас, но как только он поднял глаза, то увидел, что Цзян Чжэнь расстегивает ремень на брюках. После того, как Цзян Чжэнь снял ремень, он снял брюки.
. . . Чжао Цзингэ, приготовившийся быть отвергнутым, несколько не смог прийти в себя.
Прямо в этот момент Цзян Чжэнь был очень взволнован. Он разгорячился, так как Чжао Цзингэ уже взял на себя инициативу, чтобы спровоцировать его. Он не был бы мужчиной, если бы не приласкал этого человека!
