Глава 90.2 Хороший аппетит
30 августа 2022 г., 13:46
Шэнь Аньсинь заказал куриный суп, жареную утку и немного жареных овощей; основным блюдом была лапша из утиного супа. Он также хотел заказать кувшин вина, но Цзян Чжэнь отказался.
Цзян Чжэнь не любил пить, не говоря уже о том, что в данный момент он был голоден. . . Он просто хотел хорошо поесть прямо сейчас. . . Зная, что некоторое время нельзя будет подавать утиный суп с лапшой, Цзян Чжэнь просто заказал еще четыре паровые булочки.
Куриный суп был подан первым, так что он прикинул, что его уже варили раньше.
Половина цыпленка была помещена в глиняный горшок, так что дно было хрустящим, и на нем плавали красные ягоды годжи, что делало его особенно красивым.
Цзян Чжэнь зачерпнул тарелку супа для Чжао Цзингэ и положил в его тарелку ножку.
Курица давно тушится, поэтому куриный суп был особенно вкусным, а вот сама курица - нет. Шэнь Аньсинь был немного привередлив в еде, поэтому в основном пил только суп и не прикасался к мясу. Но Чжао Цзингэ совсем не нравилась курица.
Хотя ему нравилось пить куриный суп, он считал, что самое главное в курином супе — это есть куриное мясо.
"Что это?" Чжао Цзингэ указал на годжи и спросил Цзян Чжэня.
«Это годжи. Его употребление полезно для здоровья», — сказал Цзян Чжэнь. В это время принесли несколько жареных блюд, и некоторые из них также были неизвестны Чжао Цзинге, поэтому Цзян Чжэнь представил их ему одно за другим.
Чжао Цзингэ попробовал каждое блюдо и съел две паровые булочки. После того, как подали лапшу для утиного супа, он съел еще одну тарелку утиной лапши. Узнав, что Шэнь Аньсинь не любит курицу, он также выловил свою половинку курицы.
Хотя приготовленные на пару булочки здесь были относительно маленькими и мягкими, количество съеденной Чжао Цзингэ еды удивило Шэнь Аньсиня. Но вскоре он успокоился, потому что Цзян Чжэнь ел даже больше, чем Чжао Цзингэ.
Цзян Чжэнь съел две паровые булочки, а также две тарелки лапши с утиным супом. Наконец он даже собрал остатки с посуды на столе, и большая часть жареной утки попала ему в желудок.
Шэнь Аньсинь, который съел только одну тарелку лапши с утиным супом и не смог ее доесть: «. . .» Он пришел поесть, но он никогда раньше не видел, чтобы кто-нибудь ел все под чистую!
«Я закажу еще», — поспешно сказал Шэнь Аньсинь. Позже он понял, что нехорошо приглашать людей поесть, когда на столе недостаточно еды.
«Я больше не могу есть», — сказал Цзян Чжэнь. «Я не люблю выбрасывать еду».
Цзян Чжэнь был очень доволен едой. Взглянув на Чжао Цзингэ и обнаружив, что он тоже доволен, он решил снова пригласить Чжао Цзингэ пообедать.
После ужина Цзян Чжэнь расстался с Шэнь Аньсинем и отвел Чжао Цзингэ обратно в особняк Чжэн.
Они шли всю обратную дорогу, и Цзян Чжэнь намеренно хотел, чтобы Чжао Цзингэ шёл медленно. Но Чжао Цзингэ привык широко шагать и не мог замедлиться. Он вздохнул, и Цзян Чжэнь последовал за ним.
Как только они вдвоем подошли к двери дома семьи Чжэн, кто-то выбежал из сторожки. Когда они увидели Цзян Чжэня, он похлопал себя по бедру и сказал: «Цзян Чжэнь, я поймал тебя!»
«Доктор Ху? В чем дело? — спросил Цзян Чжэнь.
«Конечно, это что-то!» — сказал доктор Ху. «Это техника зашивания раны. Молодой мастер Чжэн попросил нас изучить её снова».
На самом деле, доктор Ху несколько раз посещал Цзян Чжэня за последние несколько дней. Но Цзян Чжэнь каждый день ходил в доки, оставляя только Чжао Цзингэ отвечать на вопросы, а он многого не знал.
После того, как медицинские исследования вышли в свет, они принесли пользу стране и народу. Как Цзян Чжэнь мог не заботиться об этом?
«Я уже рассказал то, что знаю», — сказал Цзян Чжэнь.
«Но это можно организовать более детально!» — сказал доктор Ху. «Молодой мастер Чжэн сказал, что когда придет время, этот метод будет представлен от вашего имени, и это будет для вас большим плюсом!»
Цзян Чжэнь подумал об этом и согласился. Это действительно хорошо для него. То есть, если бы что-то случилось в будущем, с такими заслугами, другим пришлось бы приложить больше усилий, если бы они хотели ему навредить.
Цзян Чжэнь взял с собой Чжао Цзингэ и отправился к доктору Ху. Узнав, что у доктора Ху есть бумага и карандаши, он обрадовался еще больше. Он взял бумагу и карандаши и позволил Чжао Цзингэ попрактиковаться в письме рядом с собой.
Доктор Ху взглянул на уродливый почерк Чжао Цзингэ и почувствовал, что его хорошая бумага переводится впустую. Однако он попросил Цзян Чжэня написать на нем свое имя и написать о методе зашивания раны, поэтому он щедро отдал все эти ручки, чернила, бумагу и чернильный камень Чжао Цзингэ.
Хотя Чжао Цзингэ знал, что Цзян Чжэнь теперь богат, он не мог избавиться от желания сэкономить деньги, поэтому он был еще счастливее, когда услышал эти слова. В то же время он стал тщательно практиковаться в каллиграфии, чтобы его почерк не был таким толстым и крупным.
Чжао Цзингэ был очень серьезен и внимателен, когда делал это. Поэтому после того, как Цзян Чжэнь и доктор Ху поговорили о дезинфекции ран, они не могли не сосредоточиться на Чжао Цзингэ.
Вид Чжао Цзингэ, практикующего каллиграфию за письменным столом, на самом деле было немного комичным; ведь вся его личность была не очень совместима с тушью и пером. Но он был очень серьезен, кончиком пера аккуратно написал один символ.
Цзян Чжэнь взглянул на него и увидел свое имя.
Цзян Чжэнь не мог не чувствовать волнения, посмотрел на доктора Ху и тихо сказал: «Для беременных есть какие-либо противопокозания к этому?»
Он слышал, как его товарищи жалуются на то, что их жены беременны и они вынуждены целый год обходиться без мяса. С тех пор, как он узнал, что Чжао Цзингэ беременный, он не осмеливался думать о плохом, но все еще думал об этом, так что теперь он даже об этом спросил.
Доктор Ху, изучавший медицинскую технику, которая должна была принести пользу стране и народу, был поражен — его рука тряслась, и чернила размазывались по бумаге. У этого Цзян Чжэня действительно хватило наглости спросить!
«Я просто спрашиваю, но неважно, если я не могу». Цзян Чжэнь тоже был немного смущен. На самом деле, можно позволить Чжао Цзингэ использовать свои руки или ноги. Но как он мог не превратиться в животное, когда увидел, что Чжао Цзингэ пишет там?
«Он в добром здравии, и не имеет значения, если вы сделаете это ласково. Просто первые три месяца лучше ничего не делать», — сказал доктор Ху. Это дело тоже зависело от человека. Некоторые люди были настолько неуравновешенными, что могли выкашлять своих детей несколькими кашлями, как Чжао Цзингэ. В сельской местности есть люди, у которых было слишком много детей, и они не хотели больше, поэтому они пошли на многое, чтобы избавиться от них. Но в итоге им ничего не оставалось, как родить, а потом задушить.
Доктор Ху не мог не вздохнуть, когда подумал о том, что он видел и слышал, когда занимался медициной в сельской местности.
Цзян Чжэнь вспомнил, что он не мог этого сделать в течение следующих трех месяцев, но эти три месяца… Они ведь закончились бы в мгновение ока.
Он не знал, что Чжао Цзингэ беременный, но, к счастью, они не потеряли ребенка. Цзян Чжэнь чувствовал себя немного виноватым, поэтому бессознательно посмотрел на Чжао Цзингэ.
Чжао Цзингэ только что закончил писать несколько слов, и когда он перестал писать, то обнаружил, что атмосфера была немного напряжённой. «В чем дело?» Кажется, он услышал «три месяца» или что-то в этом роде.
— Ничего, — очень серьезно сказал Цзян Чжэнь.
