Глава 109.1 Повторное открытие фирмы
26 сентября 2022 г., 09:55
На этой стороне деревни Хэси говорили, что новорожденные дети хорошо кушали в животе, поэтому не имеет значения, если у матери не было молока в первые два дня. Но даже сказав это, люди все равно спешили накормить своих детей.
Когда Чжао Лю увидела, что малышка родилась, она сразу же попросила повариху Ли пойти к няне и попросить молока. Перед тем, как пойти туда, она специально сказала несколько слов: «Возьмите чистый платок, смочите его в горячей воде и принесите. Пусть вытирает груди перед тем, как сцедить молоко».
Это было то, что Цзян Чжэнь долго объяснял ей. Она не знала, почему он был таким особенным мужчиной.
Повариха Ли поняла и сразу же взял Руо’эра, накрыв керамическую чашку чистым носовым платком. Она попросила молока.
Две женщины, кормившие своих детей, жили недалеко от семьи Чжао, так что вскоре они нашли одну из них.
«Я серьёзно должна обтираться? Вы очень разборчивы, — сказала женщина несколько неодобрительно, но тщательно вытерла грудь платком перед тем, как начать сцеживать молоко.
Семья Чжао попросила у нее молока. Они не только дали ей деньги, но и согласились давать ей куриные и свиные ножки, чтобы ускорить производство молока. Ради денег и еды, не говоря уже о простом вытирании груди, она с удовольствием каждый раз принимала бы ванну.
Поскольку младенцы ели меньше, как только маленькая чашка молока была наполовину полна, повариха Ли в спешке вернулась обратно. Услышав, что молоко принесли, Цзян Чжэнь немедленно предложил покормить ее сам. Он наблюдал, как этот ребенок мало-помалу рос в животе Чжао Цзингэ. Он просто слишком любил ее и не мог дождаться, чтобы захотеть сделать для нее все.
Человек, проживший более тридцати лет и наконец ставший отцом, не хотел отдавать своего ребенка кому-то другому.
«Я покормлю ее. Ты сильный мужчина с толстыми руками, — поспешно сказала Чжао Лю. Она с нетерпением ждала внука, поэтому, дождавшись своего часа, она хотела полностью позаботиться об этом ребенке.
"Я сделаю это." Цзян Чжэнь был очень настойчив.
В конце концов, Чжао Лю не посмела возразить и отдала миску и ложку Цзян Чжэню.
Молоко принесли завернув в горячее полотенце, так что оно было еще теплым. Цзян Чжэнь зачерпнул немного керамической ложкой и осторожно накормил ребенка. Было нелегко кормить ребенка, но Цзян Чжэнь по-прежнему относился к этому очень серьезно. Чем больше он видел дочку у себя на руках, тем больше она ему нравилась, и ему даже хотелось несколько раз прижаться к ней носом. Но он не мог. У него была борода. А если бы он случайно поранил ребенка? Ребенок был таким нежным, и когда он прикасался к ее лицу, он как будто ничего и не трогал.
Цзян Чжэнь не только покормил малышку, но и настоял на смене ей подгузника. Ему так понравился ребенок, что он не мог быть уверен, что отдаст его другим. Например, Чжао Лю. . . Он не мог поверить, что она хотела связать ребенку ноги! Он решительно не согласился с этим. По какой причине его дочь должна быть связана? Насколько это будет неудобно? Ее маленькие ножки были такими сильными, так почему бы ему не дать ей лягаться ими с удовольствием?
Если бы Цзян Чжэнь была ее невесткой, Чжао Лю могла бы использовать свой опыт, чтобы «обучить» Цзян Чжэня, но Цзян Чжэнь ею не быа, и в тот момент в семье Чжао даже полностью доминировал Цзян Чжэнь.
Цзян Чжэнь не хотел связывать ноги ребенка, поэтому Чжао Лю не стала этого делать. Она также была мягкосердечной. Выслушав, как Цзян Чжэнь сказал, что это будет неудобно, она даже пожалела об этом и тайно сказала Чжао Цзингэ: «Я не думала, что это будет неудобно. Я знала, что моя мать связывала тебя с самого начала. . . Я слышала, что это необходимо».
Чжао Цзингэ, который не помнил своего детства, выглядел ошеломленным. Но если Цзян Чжэнь не хотел этого, то давайте не будем этого делать.
Семья Чжао входила и выходила, все набрасывались на ребенка. Деревня в это время, даже без хвастовства Чжао Лю, начала завидовать Чжао Цзингэ.
«Цзян Чжэнь действительно хорошо относится к Чжао Цзингэ. Он не хочет отпускать его на улицу и даже остается с ним дома».
«С Чжао Цзингэ все было в порядке, но были приглашены акушерка и даже врач. . . Я родила сама, и даже у моей свекрови было мало времени, чтобы позаботиться обо мне».
"Да . . . он также потратил деньги на покупку молока для кормления ребенка. Как правило, когда гер рожает ребенка, ему просто дают немного рисового супа. “
. . .
Чжао Цзингэ не особо задумывался об этом, но он знал, что некоторые люди в деревне позавидуют ему. Даже он думал, что ему можно позавидовать. Однако он также был немного подавлен.
Цзян Чжэнь все время держал малышку на руках, из-за чего он не мог хорошо её разглядеть.
Первоначально Чжао Лю планировала взять ребенка с собой и поварихой Ли и спать с ними по ночам. По этой причине она убрала дровяную комнату, в которой Чжао Цзингэ родил ребенка, и планировала спать там с поварихой Ли ночью. Но Цзян Чжэнь не согласился.
Ладно Чжао Лю. Это была ее внучка. . . но почему его малышка должна спать с поварихой Ли? Хотя повариха Ли выглядела довольно чистой, мылась она не каждый день. Что, если на ее теле было что-то грязное? Но если бы она осталась только с Чжао Лю, той было бы слишком сложно позаботиться о ребенке одной. Наконец, Цзян Чжэнь принял решение.
«Малышка будет спать со мной и Цзингэ ночью!»
У него был товарищ по оружию, который женился, но пожилые люди с обеих сторон не могли им помочь. В конце концов, молодой паре ничего не оставалось, как растить детей самостоятельно, поэтому он не верил, что у него это не получится.
У Цзян Чжэня на самом деле не было большого опыта общения с детьми, поэтому в конце концов все превратилось в беспорядок. В первую ночь ребенок просыпался каждые два часа, чтобы поесть, что делало его немного подавленным. Однако он был молод и здоров в конце концов. . . Если бы его заменила Чжао Лю, которую разбудил бы ребенок, ей было бы труднее снова заснуть. Но он был другим; он мог продолжать спать, как только закрывал глаза. Затем, поскольку он был очень бдительным, когда малышка шевелилась, он также немедленно просыпался. Часто, не дожидаясь, пока малышка заплачет, он брал ее на руки и держал. Поскольку ее кто-то держал, она не плакала.
В первую ночь после родов Чжао Цзингэ спал исключительно хорошо, а на следующий день, когда Чжао Лю спросила о прошлой ночи, он был немного сбит с толку. Чжао Лю бросила на него сложный взгляд, а также немного завидовала ее сыну.
На этот раз Цзян Чжэнь скривился и потер руки.
Вчера он пробежал всю дорогу с Чжао Цзингэ, а затем стал массировать поясницу Чжао Цзингэ, а затем носил ребенка. Его руки были немного напряжены. . . К счастью, это не имело большого значения.
Цзян Чжэнь очень любил свою дочь, поэтому после того, как Чжао Цзингэ родил, он оставался дома три дня подряд. Через три дня и Цзян Чжэнь, и Чжао Цзингэ уже привыкли заботиться о своем ребенке.
Первоначально Чжао Лю была настроена на то, чтобы Чжао Цзингэ просто сидел и ничего не делал, но Чжао Цзингэ действительно не мог лежать спокойно. Он был вынужден оставаться в постели, кроме как ходить в туалет, поэтому он просто сосредоточился на малышке. Цзян Чжэнь не мешал ему заботиться о малышке, поэтому он быстро научился кормить её и менять ей подгузники.
Конечно, когда они заботились о своих детях, они не слишком уставали. Ведь в семье было много людей, которые могли бы помочь. По крайней мере, им не нужно было стирать подгузники, а также им не нужно было прикасаться к другой работе по дому.
Пробыв дома целых три дня, Цзян Чжэнь, наконец, попрощался со своей драгоценной дочерью и вышел. Снаружи его ждало еще много дел, о которых он должен был позаботиться. К счастью, место, где он «работал», находилось совсем рядом с его домом. Он же был и начальником, поэтому он мог вернуться домой в любое время.
После того, как Цзян Чжэнь ушел, Чжао Лю и Чжао Фугуй, наконец, смогли подержать свою внучку. Это было нелегко. . . Когда Цзян Чжэнь был там, у них даже не было возможности подержать ребенка!
«Какая красивая девочка!»
«Она выглядит такой умной!»
«Я буду благословенным в будущем».
. . .
Чжао Лю и Чжао Фугуй хвастались своей внучкой. Долго восхваляя ее, Чжао Фугуй вдруг спросил: «Как ее зовут?»
Они . . . еще не придумали имя ребенку?
Именно после того, как Цзян Чжэнь вернулся домой той ночью, Чжао Лю напомнила ему, что он еще даже не дал малышке имя. На самом деле, он придумал несколько имен заранее, но все они были для мальчиков, и для их маленькой принцессы эти имена не подходили. Вот только какое имя должно быть у его дочери?
«Шу, Чжэнь, Ван, Хуэй, Фэнь. Значение этих слов очень хорошее». Чжао Цзингэ выбрал несколько слов.
Цзян Чжэнь подумал и наложил вето на все. Это были древние времена, и у многих девушек не было серьезных имен. Было уже хорошо, если у девочки было имя вроде «Шуфень», что означает «полная родителей», но он отказался от него. Он не хотел давать дочери такое имя. Имя его дочери должно быть другим и уникальным.
— Тогда как нам ее назвать? — спросил Чжао Цзин.
- Я подумаю об этом . . . — сказал Цзян Чжэнь.
Цзян Чжэнь думал об этом более десяти дней, но ничего не мог придумать. В это время Чжао Цзингэ потерял терпение, лежа в постели весь день. Хотя Чжао Лю заставила его лечь в постель, он все же мог прийти поесть за стол. Чжао Лю думала, что это нехорошо, но Цзян Чжэнь думал, что это не имеет значения. Он также приготовил горячую воду, чтобы обтереть тело Чжао Цзингэ, и даже настоял на том, чтобы искупать их дочь.
Люди в деревне Хэси считали, что дети не должны принимать ванну, но Цзян Чжэнь смотрел на терпящую неудобство дочь, извивающуюся от душевной боли. . . Более того, после того, как он искупал девочку, она спала намного крепче.
Цзян Чжэнь еще не придумал имя своей дочери, но строительство доков было завершено, мало того, особняк Цзян Чжэня также был почти завершен.
Цзян Чжэнь считал, что, хотя в его семье случилось пополнение, людей было немного. Поэтому, когда он строил дом, он не делал его слишком большим. Люди могли видеть двор, как только заходили. Однако, хотя он построил только односторонний двор, из-за хорошей планировки он также построил два этажа, так что комнат было много.
Небольшие дома у стены двора не были включены. Помимо главного здания, было еще пять больших домов, обращенных на юг, и все они были двухэтажными. При планировке Цзян Чжэнь выделил площади для столовой, гостиной, а за столовой построил большую кухню.
В самом восточном доме верхний этаж был подготовлен Цзян Чжэнем для проживания Чжао Лю и Чжао Фугуя. А вторая комната на восточной стороне предназначалась для него и Чжао Цзингэ. В это время они могут спать наверху, а нижняя часть будет использоваться для приема гостей и дневных занятий. Что касается запада, то там было много свободных домов, так что не составит труда договориться, когда дети подрастут.
Дом был построен, но внутри он был пуст, и нужно было обставить его мебелью. Поэтому Цзян Чжэнь отправился в уездный город, чтобы найти плотника, чтобы он сделал мебель по индивидуальному заказу.
Таким образом ребенку исполнился месяц, а Цзян Чжэнь, исписавший бесчисленное количество клочков бумаги, еще не придумал подходящего имени. Он . . . действительно не умел называть людей.
