Глава 113.2 Имя с ошибкой
28 сентября 2022 г., 15:18
Могло ли быть так, что, казалось бы, незаметный Чжао Цзингэ на самом деле был очень обеспеченным? Если нет, то зачем Цзян Чжэню выходить замуж за члена дома Чжао?
Этим двоим было немного любопытно, но Чжэн И больше не говорил об этом.
После еды с Цзян Чжэнем Чжэн И ушел. Шэнь Аньсинь, у которого все еще было полно вопросов, не мог попросить остаться, поэтому он мог только уйти с ним. Однако он уже был в уезде Хэчэн, так что у него было время, чтобы во всем разобраться.
Чжэн И не собирался позволять Фэн Цзинъюаню и Шэнь Аньсиню вмешиваться в дела дома Цинфэн, поэтому на следующий день он ушел без них и поговорил с Цзян Чжэнем наедине.
Фэн Цзинъюань приехал к югу от реки Янцзы, чтобы открыть здесь рынок, поэтому в то время, когда он не мог последовать за Чжэн И, он посетил уезд Хэчэн. Шэнь Аньсинь подумал об этом и, наконец, решил нанять лодку и отправился в деревню Хэси.
В маленьких деревнях, таких как Хэси, было не так много посторонних, поэтому жители деревни были очень осторожны и смотрели на пришельцев как на нечто странное. Но с тех пор, как Цзян Чжэнь построил док, все больше и больше торговцев приходили и уходили, и люди больше не удивлялись увидев посторонних.
В частности, Шэнь Аньсинь носил дорогую одежду и выглядел как богатый человек, поэтому его приветствовали еще охотнее.
Шэнь Аньсинь, наконец, прогулялся по этой стороне дока, расспрашивая о Цзян Чжэне и Чжао Цзингэ.
Благодаря Чжао Лю все в Хэси знали, что Цзян Чжэнь очень хорошо относился к Чжао Цзингэ, поэтому Шэнь Аньсинь услышал бесчисленное количество новостей, как только он задал вопросы. Например, Чжао Цзингэ изначально был просто долгосрочным работником семьи Чжао в деревне, и у его семьи не было даже участка земли. Но после того, как Цзян Чжэнь вошёл в их дом, на «зарплату» от семьи Цзян и занимаясь бизнесом, Цзян Чжэнь неожиданно обогатил свою семью. В это время семья Чжао Цзингэ уже стала богаче, чем Чжао, на которых он работал раньше.
Например, Чжао Цзингэ был известным человеком, который не мог жениться, поэтому никто не ожидал, что в конце концов он так удачно женится.
"Цзингэ действительно благословлен, Цзян Чжэнь тоже. Их жизнь будет становиться все лучше и лучше", - эмоционально сказала женщина из Хэси, которая разговаривала с Шэнь Аньсинем.
«Да», — Шэнь Аньсинь улыбнулся и кивнул, но его сердце становилось все более и более обиженным.
Раньше, когда он был в столице, он хоть и любил Цзян Чжэня и немного ревновал к Чжао Цзингэ, но не хотел разрушать их отношения, но теперь... Чжао Цзингэ уступал ему во всем. Почему Цзян Чжэнь может относиться к нему искренне? Если бы Цзян Чжэнь был связан не с семьей Чжао, а с семьей Шэнь... Он мог бы оправдать ожидания своих родителей и унаследовать семью Шэнь продолжить свою семейную линию, в то время как у самого Цзян Чжэня также была бы лучшая отправная точка, верно?
Почему он не встретил Цзян Чжэня раньше?
Когда в тот день Шэнь Аньсинь вернулся в дом семьи Чжэн, он был в трансе. Только когда он увидел Фэн Цзинъюаня, он почувствовал, как на его голову вылили холодную воду, что заставило его успокоиться. Что бы он ни имел в виду, он не мог этого показать. Однако, если Цзян Чжэнь может быть с ним, с дружбой между Цзян Чжэнем и Чжэн И, что такое Фэн Цзинъюань?
Цзян Чжэнь ничего не знал о мыслях Шэнь Аньсиня, от начала и до конца он даже не заметил, что Шэнь Аньсиню он нравился, он был занят домом Цинфэн.
Цзян Чжэнь в прошлом выполнял различные рабочие задания. Когда Цзян Чжэнь выполнял эти задания, он был в некоторых казино, поэтому он мог выдвинуть много предложений.
Не все его предложения были применимы, но с этими кусочками информации Чжэн И всегда мог их улучшить, чтобы различные правила, положения и методы работы Дома Цинфэн могли постепенно совершенствоваться.
Некоторых женщин и геров, спасенных Цзян Чжэнем от пиратов, Цзян Чжэнь уже отправил в Хэси, а Лю Цяньцянь и других он отправил в дом, предоставленный Чжэн И, чтобы открыть Дом Цинфэн, и тогда они начали учиться играть в карты.
Ни Цзян Чжэнь, ни Чжэн И не собирались использовать красавиц для обмана чиновников, поэтому все, что им нужно было сделать, это научиться играть, так что работа была простой, и они быстро научились. .
Чтобы открыть Дом Цинфэн в кратчайшие сроки, Чжэн И, не колеблясь, предоставил некоторую мебель семьи Чжэн, поэтому ему потребовалось всего 20 дней, чтобы дом выглядел хорошо.
Именно в этот период Шэнь Аньсинь часто пользовался занятостью Цзян Чжэня и Чжэн И, чтобы найти Чжао Цзингэ, который приехал с Цзян Чжэнем в уездный город, и познакомился с ним.
В этот день Шэнь Аньсинь снова отправился на поиски Чжао Цзингэ. Когда Шэнь Аньсинь прибыл, Чжао Цзингэ читал и занимался каллиграфией.
Даже тогда Чжао Цзингэ еще не мог распознать всех иероглифов, его почерк был не очень красивым, но он был очень серьезен.Он много практиковался каждый день, поэтому добился больших успехов. Во время практики Чжао Цзингэ не мог не думать о Цзян Чжэне, поэтому иероглифы, которые он написал, были «Цзян Чжэнь».
«Чжао Цзин, ты занимаешься каллиграфией?» Шэнь Аньсинь вошел снаружи и спросил с улыбкой, но ему не понравился Чжао Цзин, который занимался каллиграфией за обеденным столом, в то время как его толстая дочь все еще спала на большой кровати из деревянных досок рядом с ним.
Кто из ученых практиковал такую каллиграфию?
— Мм-м-м, — Чжао Цзинь-хм кивнул Шэнь Аньсиню.
Пока Шэнь Аньсинь не интересовался Цзян Чжэнем, Чжао Цзингэ очень любил Шэнь Аньсиня и даже восхищался им, потому что Шэнь Аньсинь многое знал. Но чем больше он ладил с Шэнь Аньсинем, тем более бесполезным он себя чувствовал. Например, на днях Шэнь Аньсинь рассказал ему о благовониях на его одежде, из-за чего он растерялся.
Шэнь Аньсинь сказал, что и мужчины, и женщины должны быть чистыми и опрятными, заботиться о своей внешности и правильно обкуривать свою одежду благовониями... Но он ничего об этом не знал.
Шэнь Аньсинь не только понимал иероглифы, но и был очень хорошо осведомлен. Когда Цзин учился, он не понимал некоторых мест и не мог найти Цзян Чжэня, чтобы спросить. Очевидно, Цзян Чжэнь тоже не понимал некоторых из них, но Шэнь Аньсинь знал об этом все. Широта знаний других людей была действительно намного лучше, чем у Цзян Чжэня и него!
Прежде чем Шэнь Аньсинь подошел ближе, Чжао Цзин взял книгу, чтобы прикрыть «Цзян Чжэнь», которые он написал во время занятий каллиграфией, и сказал Шэнь Аньсиню: «Мастер Шень, почему вы пришли сегодня так рано?»
"Разве я уже не говорил тебе об этом? Просто зови меня Аньсинь, — сказал Шэнь Аньсинь, а затем поставил на стол маленькую коробку. — Если ты будешь звать меня Аньсинь, я буду звать тебя Цзингэ. Цзингэ, не так ли?" Я тебе вчера говорил, что гер тоже должен научиться заботиться о своей внешности? Я сегодня принес кое-какие инструменты. Хочешь попробовать?»
«Нет, я к этому не привык», — Чжао Цзингэ подсознательно хотел отказаться.
«Можно попробовать!» — сказал Шэнь Аньсинь и открыл принесенную коробку.
«Бритва?» Чжао Цзингэ посмотрел и увидел нож, немного удивившись.
В наше время многим нравилось отращивать бороду, но Цзян Чжэню это не нравилось, поэтому, когда его борода стала немного длиннее, он стал брить ее ножом, так что Чжао Цзингэ не был чужд бритвам. Однако у них нет бороды, так что же Шэнь Аньсинь хотел делать с бритвой?
"Это бритва, но она не для бритья. Она для бровей, — сказал Шэнь Аньсинь. — Твои брови немного неопрятные. Если ты их подстрижешь, ты, безусловно, будешь выглядеть намного лучше".
«Нет необходимости…» Чжао Цзингэ хотел отказаться, но он всегда был человеком, который не очень хорошо умел отказывать людям, поэтому Шэнь Аньсинь вскоре уговорил его и помог подстричь брови.
Чжао Цзингэ изначально выглядел довольно мужественно, но после того, как Шэнь Аньсинь подстриг его брови, его брови, которые ушли в виски, сделали его намного мужественнее.
"Гер будет пахнуть пудрой при использовании обычного порошка для лица. Слишком белые порошки тебе тоже не подходят, но ты тоже должен натереть чем-нибудь лицо и использовать немного более темный порошок... Подожди, я нарисую снова твои брови.
Шэнь Аньсинь достал коробку с пудрой и натер лицо Чжао Цзинг'. На самом деле Шэнь Аньсинь сделал это с плохими намерениями. Он был гером, его отец был полон решимости воспитать его как сына, но он был похож на свою мать, и выглядел очень женственно.
Его мать была очень красивой женщиной, которая обычно любила возиться со всякими вещами, чтобы сделать себя еще красивее. Она полагалась на это умение, чтобы исправить брови Шэнь Аньсиня и использовать пудру, чтобы он выглядел более мужественным. Прямо тогда он применял этот метод к Чжао Цзингэ.
После того, как Шэнь Аньсинь закончил, Чжао Цзингэ выглядел очень, очень энергичным, так что никто не мог сказать, что Шэнь Аньсинь плохо накрасил Чжао Цзингэ, но в то же время... Чжао Цзингэ выглядел совершенно новым человеком; он даже выглядел как человек с очень холодной аурой.
Первоначально, после свадьбы с Цзян Чжэнем и рождения ребенка, темперамент Чжао Цзингэ сильно изменился, и он стал намного мягче, но в лице Цзян Чжэня все это было очевидно, а под руками Шэнь Аньсиня вся эта мягкость совершенно исчезла, и даже шрам пмежду бровями был так хорошо спрятан, что его уже нельзя было увидеть.
"Цзинь, посмотри. Разве ты не выглядишь намного лучше?" Шэнь Аньсинь достал бронзовое зеркало и показал его Чжао Цзину.
Человек в зеркале был действительно хорош собой, и он не знал, как Шэнь Аньсинь сделал его таким. Некоторые маленькие шрамы на его лице также стали невидимыми. Это было... Он не был уверен, почему он чувствовал себя так странно, но Чжао Цзингэ подсознательно нахмурился, тем не менее, он был благодарен за усилия Шэнь Аньсиня помочь ему.
«Спасибо», — сказал Чжао Цзингэ Шэнь Аньсиню.
"Пожалуйста, - с улыбкой сказал Шэнь Аньсинь. - "Цзингэ, ты должен научиться заботиться о себе в будущем. Все мужчины любят геров, которые заботятся о себе, чисты и красивы..."
Шэнь Аньсинь все еще говорил, когда услышал шум снаружи, Цзян Чжэнь вернулся.
«Цзин, ужин готов?» Цзян Чжэнь провел все утро в доме Цинфэн, поэтому он был так голоден, что спросил, как только вошел в дом. Но как только он закончил спрашивать, он замер.
В этот день Чжао Цзингэ выглядел очень мило.
Эстетика у всех была разная. Внешность Чжао Цзингэ очень соответствовала эстетике Цзян Чжэня, но то, как он выглядел сегодня... Надо сказать, что это было еще больше в эстетике Цзян Чжэня.
Очевидно, Чжао Цзин не заметил особых изменений, но он действительно выглядел по-другому. Цзян Чжэнь всегда считал его таким привлекательным.
— Ты… сегодня выглядишь немного по-другому, — засомневался Цзян Чжэнь и уже собирался прикоснуться к Чжао Цзингэ.
«Разве это не… красиво, — забеспокоился Чжао Цзингэ, — я сегодня накрасился, я…»
Цзян Чжэнь никогда не любил румяна-туши, поэтому, если бы он накрасился, разве у Цзян Чжэня были бы с этим проблемы? Цзян Чжэнь очень сожалел об этом в тот момент. Если бы он знал, он бы не согласился с идеей Шэнь Аньсиня.
«Нет… Выглядит хорошо», — Цзян Чжэнь сглотнул и сказал: «Как это случилось?»
Он слышал, что мужчины-звезды должны были наносить макияж, но он не верил в это. Он не ожидал, что мужчины после этого будут выглядеть лучше. В будущем, если Чжао Цзингэ сделает это, это будет хорошо, но конечно, неважно, если он этого не делал.
«Аньсинь сделал это за меня», — сказал Чжао Цзингэ.
"Да, мастер Цзян. Я сделал это для Цзингэ. Так его кожа выглядит намного лучше, не так ли?", - с улыбкой спросил Шэнь Аньсинь.
— Мм-м-м, — Цзян Чжэнь кивнул, хмурясь.
Этот Шэнь Аньсинь... звал Чжао Цзина просто Цзин? Более того, он делал макияж для Чжао Цзина?
Цзян Чжэнь знал, что Чжао Цзингэ абсолютно ничего не смыслит в макияже, поэтому было понятно, что все, что было на его лице, было сделано Шэнь Аньсинем. С недавних пор Шэнь Аньсинь приходил к Чжао Цзингэ каждый день и разговаривал с ним весь день. Теперь он даже делал макияж для Чжао Цзингэ! Что он имел в виду под этим!
Раньше Чжао Цзингэ всегда говорил о знаниях Шэнь Аньсиня, поэтому Цзян Чжэнь, которого весь день сравнивали с Шэнь Аньсинем, больше не мог видеть обожающие глаза Чжао Цзингэ и уже стал немного несчастным, и поэтому ситуация этого дня заставила его немного ревновать.
Увидев, что Цзян Чжэнь выглядит немного несчастным, Шэнь Аньсинь очень обрадовался: "Мастер Цзян, вы голодны? Миссис Ли уже приготовила еду, и она скоро будет готова".
Говоря это, он пошел убрать кисть и бумагу, оставленные Чжао Цзингэ на столе после практики каллиграфии.
«Я сделаю это.» Чжао Цзингэ хотел было остановить его, но было уже слишком поздно. Шэнь Аньсинь уже отложил книгу, которую использовал в качестве прикрытия, и увидел его бумагу, заполненную именем Цзян Чжэня.
Чжао Цзингэ внезапно почувствовал себя немного застенчивым, но Шэнь Аньсинь был вне себя от радости. Он писал имя Цзян Чжэня? Но он даже неправильно написал имя Цзян Чжэня!
«Цзян Чжэнь» было написано совсем не правильно!
"Цзинь, ты хотел написать Цзян Чжэнь? - спросил Шэнь Аньсинь. - Почему ты неправильно написал имя Цзян Чжэня? Если ты покажешь это другим, они подумают, что ты ничего не знаешь".
Иероглифы для Цзян Чжэня, написанные Чжао Цзингэ, были написаны на упрощенном китайском языке, которому Цзян Чжэнь научил его в начале.
Он также знал, что эти два слова были не совсем правильными, но Цзян Чжэнь научил его этому, поэтому, когда он написал это, он не изменил его.
Когда на этот раз Шэнь Аньсинь указал на это, Чжао Цзингэ немного смутился и посмотрел на Цзян Чжэня. Цзян Чжэнь, вероятно, сначала плохо выучил иероглифы, поэтому он, вероятно, научил его неправильному способу написания, но теперь когда оно уже было открыто... это... Рассердится ли Цзян Чжэнь?
Конечно, Цзян Чжэнь злился. Шэнь Аньсинь каждый день приходил к Чжао Цзингэ, демонстрируя перед Чжао Цзингэ свои знания и красясь для Чжао Цзингэ. Теперь он даже окольными путями сказал, что он необразованный...
Лицо Цзян Чжэня почернело.
