Стук сердца

Эта жизнь начинается с сердцебиения, И убивает, убивает меня, словно я неудачник.

___

      Закат окрашивал деревню в яркие оттенки розового и оранжевого, а благодаря чёрным силуэтам высоких деревьев создавался резкий контраст окружающего мира. Было начало лета, поэтому в восемь часов вечера воздух всё ещё был почти невыносимо жарким. В тени же летний зной был более терпимым.       После долгого и спокойного дня, проведённого в одиночестве, Учиха Итачи устроился на ветке высокого вяза на краю леса Конохи. После дневных тренировок между отдыхом в лесу, в честь которого названа Коноха, и возвращением в комплекс Учиха Итачи отдавал предпочтение первому варианту. Учитывая редкие выходные молодого капитана АНБУ, мать негодовала из-за такого поведения сына.       Она всегда утверждала, что ещё больше тренироваться не нужно, ведь в свои тринадцать лет он уже имеет столь высокое звание. Но старший сын не соглашался. Было ради чего становиться сильнее. Если он хотел защитить свою семью, то должен был стать сильнее всех остальных. Итачи соглашался с поговоркой, что всегда найдётся рыбка покрупнее, и просто-напросто не хотел рисковать, подвергая свою семью опасности.       Были причины для беспокойства матери. Хоть она и сама когда-то была куноичи, но никогда не хотела такого будущего для своих детей. Тем не менее Итачи уже был известным своими способностями шиноби, а младший сын недавно поступил в Академию ниндзя. Этого ожидали от них как от наследников клана.       Его мать знала, на что подписывается, соглашаясь на брак с его отцом, главой клана. Когда-нибудь и он должен будет найти себе подходящую невесту, желательно среди женщин клана Учиха. На мгновение Итачи задумался, будет ли он, подобно отцу, гордиться чудовищными достижениями своих детей.       Казалось неправильным праздновать своё первое убийство, но почему-то отец был преисполнен гордости за старшего сына. Мать могла бы вмешаться, сказав, что он всё ещё был ребёнком, даже если на него возложили бремя взрослого мужчины. Но тогда была война. Итачи до сир пор вспоминает тот роковой день с тревогой, хоть убийство и было полностью справедливо. Смерть врага — необходимость. Либо живёшь с клеймом убийцы, либо умираешь невинным ребёнком. В тот момент выбор пал на жизнь, даже если это означало быть проклятым в аду.       Теперь старший из Учих надеется отгородить Саске от той участи, постигшей его. Ребёнок никогда не должен видеть ужасов войны. Учитывая насколько могущественной стала Коноха после пережитого, Итачи подозревал, что младший брат никогда не столкнётся с этим. Ни одна из стран не смела беспокоить их, ведь теперь они были сильнейшей нацией шиноби из пяти скрытых деревень.       Но если бы Коноха ослабла изнутри... Их клан долгое время строил планы по захвату деревни, но этому быстро пришёл конец. Итачи был тем, кто отправился к Сандайме в надежде, что Хокаге сможет остановить назревавший военный конфликт. Это был вопрос безопасности и, естественно, старик не мог решить его без старейшин.       Данзо предложил уничтожить клан, будучи единственным незнакомым лицом для Итачи из всего совета старейшин Конохи. Старший Учиха знал только о его руководстве подпольной организацией, имеющей более сильное прикрытие в сравнении с АНБУ. Мальчик понимал аргументы старейшины, но такая категоричность была неприемлема. Убить свою семью или позволить кому-то другому сделать это он не мог. К счастью многих вопрос с кланом был решён Хокаге мирным путём.       Именно этот конфликт подтолкнул Сандайме прекратить чреду пренебрежения по отношению к клану, предоставляя Учихе Фугаку место в своём совете. Они всегда жаждали силы и власти, и нельзя было сказать, что с плохими намерениями. Хокаге осознал, насколько несправедливо поступали его предшественники, ограждая Учих от участия в управлении Конохой.       Итачи был рад, что отец не стал сопротивляться, а принял предложенную ему должность. Видимо, глава клана не был настолько агрессивен, как могло показаться на первый взгляд. Он лишь хотел справедливости для своего клана.       Глубоко вздохнув, парень заложил руки за голову, размышляя о перекусе перед возвращением домой. Тот факт, что именно Итачи предупредил Хокаге о намерениях клана, не был безызвестен на территории комплекса. Удручало непонимание эмоций, испытываемых внутри клана. Они возмущены или же, наоборот, испытывают облегчение из-за отсутствия необходимости прибегать к столь радикальным мерам для получения желаемого.       Как бы то ни было, Итачи знал, что всё уляжется через несколько лет, и никто уже не вспомнит о возможной войне. Не то чтобы внутри клана ходили слухи, всё-таки он по-прежнему один из наследников. И никто из ровесников не знал об этой ситуации, так что Итачи всё ещё спокойно общался с некоторыми членами клана. В меру своей общительности, разумеется.       Размышления о перекусе прервал громкий трест ветки. Парень мгновенно оказался наготове, активируя дико вращающийся шаринган, приседая на ветке с обнажённой катаной наперевес. Через несколько секунд в поле зрения появилась виновница происшествия. Её розовые волосы растрепались, а яркие изумрудные глаза были полны ужаса. Облегченно вздыхая и убирая катану обратно в ножны, парень внимательно осмотрел девочку.       Именно свежие синяки на маленьком теле привлекли внимание. Причина, по которой розововолосая пришла на его тренировочную площадку, быстро дала о себе знать громкими звуками смеха. Казалось, что парня на дереве никто не замечал. Брови сошлись в любопытстве, когда маленькая девочка быстро поднесла сжатые кулаки к груди в знак самообороны, и тихо всхлипнула.       Вскоре хихикающая компания вышла на тренировочную площадку, обмениваясь радостными возгласами, адресованными обиженному ребёнку. Компания состояла из девочек ровесниц, может, на год или два старше розововолосой. Судя по недавним синякам на маленьком теле, неопрятному виду и свежим пятнам грязи, Итачи сделал вывод, что именно они являлись преследователями девочки. И именно от них она так яростно защищается.       Сильнее нахмурившись, он наблюдал приближение группы девочек к дереву, к которому спиной прижалась розововолосая. Он узнал несколько девушек из своего клана. Приняв решение, что не может позволить весёлой компании и дальше запугивать маленького ребёнка, Итачи грациозно спрыгнул с ветки и приземлился перед девочкой. Он не повернулся, чтобы посмотреть на реакцию розововолосой. Вместо этого Учиха многозначительно посмотрел на компанию, явно задиравшую её раньше.       В то время как большинство членов банды убежали, как трусы, девочки Учиха стояли на месте. Он обязательно поговорит с их родителями. Было даже хорошо, что они остались. Так можно было бы их отругать два раза — сейчас и через родителей по полной программе. Итачи был наследником, и они автоматически уважали его, с юного возраста готовясь стать настоящей невестой Учиха.       Он скрестил руки, но уже чувствовал их панику:       — Разве так может поступать Учиха? — жёстко спросил Итачи, напустив на них один из своих самых пугающих взглядов. — Я очень недоволен тем, что увидел.       Три девушки уставились на свои ноги, не в силах собраться с силами, чтобы посмотреть в глаза наследнику клана. Парень был уверен, что видел слёзы в глазах и огорчение тем фактом, что они сделали что-то постыдное именно перед его носом. Удовлетворенный, он приказал:       — Я хочу, чтобы вы извинились.       — Мы сожалеем, Учиха-сама, о нашем позорном поведении, — произнесли они в унисон, до сих пор не поднимая глаза.       — Не мне нужны извинения, — ответил сурово Итачи, отступив в сторону и давая негодяйкам возможность увидеть собственную работу. Розововолосая в шоке уставилась сначала на молодого человека, пришедшего на помощь, а потом на троицу, издевавшуюся над ней весь день. Сказать, что она была удивлена поступком неизвестного мальчика — ничего не сказать.       Три головы удивленно вскинулись, явно показывая, что они не на сколько раскаиваются в своих действиях. Не то чтобы Итачи был сильно удивлен этим, принимая во внимание внешний вид розововолосой.       Сакура испытывала искушение сказать защитнику, появившемуся как по волшебству, что с ней всё в порядке, и не нужно заставлять их извиняться перед ней. Не то чтобы это случалось впервые. С тех пор как она поступила в Академию ниндзя, одноклассники только и делали, что донимали её по поводу большого лба и розовых волос. Сакура была достаточно умна, чтобы понять настоящую причину травли — она обладала одним из самых ярких умов в классе и была любимицей Ируки-сенсея.       Но у Сакуры сложилось впечатление, что парень не оценит её слова. Поэтому она воздержалась от своего желания. Зачем беспокоить его, ведь он был так добр. Как же всё-таки повезло, что она забежала в эту часть леса, где он смог спуститься и помочь ей. Впервые кто-то обратил на неё так много внимания. Многие считали, что девочка из гражданской семьи должна быть менее осведомлённой, нежели "коренные" шиноби.       Когда троица встала на колени, умоляя о прощении, Сакура застыла. Было понятно, что их извинения фальшивые. Мальчик рядом имел какую-то власть. Учитывая их одинаковые чёрные волосы и бледную кожу, они все были как-то связаны. Точно, мальчик сказал "Учиха". Наверное, они из одного клана.       На секунду возникло желание не принимать извинения. Посмотрев на их жалкое выражение лиц, Сакура не смогла сдержать улыбки. Как бы то ни было, она не была злопамятной. С лёгким облегчением трио убежало, оставив розововолосую наедине со странным мальчиком постарше.       Итачи повернулся. Жёсткий и острый взгляд, которым он награждал хулиганов, сменился на пустой и бесстрастный. Сакура смотрела в ответ с каким-то благоговением, недоумевая, с чего бы это Учиха стал помогать ей. Сакура была обычной девочкой, без каких-либо аномальных способностей. Другие шиноби не вступались за неё, когда видели похожие ситуации. Не было причин помогать.       Итачи потянулся, чтобы осторожно взять за подбородок ребёнка и рассмотреть синяки на лице повнимательнее. Но прежде, чем он успел это сделать, розововолосая отпрыгнула от него. Итачи не понял почему реакция розововолосой ему не понравилась; вполне логично, что пострадавший не будет так просто ему доверять. Если уж на то пошло, она могла посчитать его гораздо более грозным. Медленно выдохнув, Итачи опустился на колени, чтобы быть на одном уровне, и на расстоянии внимательно рассмотрел припухшие синяки на лице и руках.       Не желая пугать ребёнка ещё сильнее, парень полез в задний подсумок и достал тюбик мази. Намазав кончик пальца густой мазью, он нанёс лекарство на ушибленные лицо и ручки. Несмотря на то, что несколько мгновений назад Сакура отпрыгнула, сейчас она подсознательно расслабилась от осторожной заботы.       Закончив, Итачи положил мазь обратно. Ребёнок пристально смотрел на спасителя, ожидая, пока он покинет личное пространство. Раздвинув розовую чёлку и коснувшись лба двумя пальцами, он хихикнул. Сакура не знала, как реагировать на этот странный жест, поэтому просто продолжила смотреть на него в замешательстве.       — Почему они приставали к тебе?       Его тон был безразличным, словно это сказал не тот человек, который спас от хулиганов и помазал ушибы. Сакура моргнула и смущённо отвернулась. Совсем не хотелось говорить правду о том, что была слишком слаба для самозащиты. У неё были мозги и совсем не было мускулов.       Сакура не понимала, почему её так ненавидят. Она никогда не делала им ничего плохого. Большинство из ребят даже не видела до первого дня в Академии. Она жила в нормальной, гражданской семье, не вступающей в конфликты.       Сакура даже не понимала, почему вообще решила стать шиноби. Она ведь не росла в окружении насилия. Может быть из-за того, что розововолосая просто хотела защитить свою маленькую семью, а это сподвигло стать куноичи. Родители, конечно же, не ободряли выбор дочки. Они боялись, что жестокие обычаи мира шиноби испортят её жизнь. Их ожиданиям соответствовала другая судьба для единственного ребёнка. Та, в которой дочь вырастит счастливой и достойной девушкой, выйдет замуж за материально удавшегося мужчину и не будет ни в чём нуждаться.       Возможно, так было бы лучше. Возможно, Сакура не была создана для жизни куноичи, но она хотела попробовать. И пусть, что кроме Ируки-сенсея никто из знакомых не поддерживал её, но девочка хотела сделать что-то полезное для своей деревни. Нужно просто стать сильнее.       Итачи понял, что ребёнок не собирается отвечать так просто. Он видел, что слёзы вот-вот прольются. Нужно решить вопрос при помощи другой тактики. Учиха не знал, почему было так неспокойно. Что-то заинтересовало его в этом ребёнке.       — Ты учишься в Академии ниндзя, да? — осторожно задал вопрос парень, возвращая внимание заплаканных глаз к себе. Тихонько всхлипнув и прикусив нижнюю губу, девочка кивнула головой с широко раскрытыми изумрудными глазами. Она определённо была смела с ним. Итачи подозревал, что ребёнок вообще не знал кто он такой. Будь она в курсе, скорее всего, убежала бы. Как и остальные. Итачи имел огромное влияние, особенно на тех, кто был моложе.       — Тогда почему ты не остановила их? — спросил Итачи.       Девочка прошептала что-то так тихо, что даже натренированные уши не смогли уловить, да и не нужно было. Учиха научился читать по губам в целях шпионажа. Для шиноби это умение часто было полезным.       «Я недостаточно хороша»       Итачи не знал, как на это реагировать. Он никогда не испытывал необходимость защищать себя от своих сверстников. Внимательно рассматривая маленькое тело перед собой, парень пришёл к выводу, что девочка не может идти в ногу с другими сверстниками из-за своей миниатюрности. Она росла как обычный гражданский ребёнок, не питаясь той же пищей и не выполняя тех упражнений, что и дети-шиноби. По сравнению с другими поступающими в Академию, она была неподготовленной.       — Тогда стань достаточно хорошей, — наконец ответил Итачи. Возможно, из его уст это прозвучало холодно, но далеко не со злым умыслом.       Итачи внимательно наблюдал, как с каждым мгновением всё больше начинает дрожать нижняя губа и как всё сильнее сходятся вместе розовые брови. Что-то вспыхнуло в ребёнке, и, к его недоумению, она бросилась вперёд, обхватив маленькими ручками и захлебываясь во всё-таки пролившихся слезах. Полностью застигнутый врасплох, Итачи уставился на розововолосую сверху вниз. Единственное, что он мог делать — это слушать звуки рыданий.       Происходящее было так не свойственно для его обычной жизни, и Итачи не знал, что должен делать. Саске был особенно плаксивым ребёнком, но отцу быстро надоело это. Его сыну было непростительно вести себя так по-детски. Он пересёк эту привычку в рекордные сроки. А теперь эта маленькая девочка бросилась на него, ища утешения.       Такой поступок должен был побеспокоить его, но почему-то Итачи нашёл эту ситуацию необычайно освежающей. По правде говоря, никто не доверял шиноби с опытом и прошлым как у Итачи. Вот что значит быть АНБУ. Учиха принял это добровольно, понимая, что чем сильнее становится, тем больше отталкивает других. Конечно же, им восхищались. Но и боялись до такой степени, что порой ходили по другой стороне улицы. Итачи считался неуправляемым, даже если его характер был спокойным и уравновешенным, и он никогда не причинял вреда никому, кроме собственных врагов.       И всё же розововолосой ребёнок самозабвенно бросился к нему. Её поступок лишний раз доказывает, что она просто не знает кто он. Какие бы на то не были причины, в этот момент розововолосая была уверена именно в нём, в отличие от всех остальных своих знакомых.       Колеблясь, Итачи положил одну ладонь на розовую макушку, а другую на маленькую спинку. Удивительно. Лёгкое проявление сочувствия вызвало внезапное ощущение невесомости. Как бы он не хотел утешить Саске во время очередного приступа плаксивости, он не позволял себе этого. Его клан не ценил человеческий контакт в любом его проявлении, поэтому у Итачи не было большого опыта. Даже мать не обнимала их в детстве. Ни разу, насколько он помнил.       Обескураженный, Учиха оставался в таком положении, пока ребёнок не выдохся. Шмыгнув носом, розововолосая встретилась с ним взглядом. Длинные, розовые и мокрые ресницы изящно обрамляли выразительные изумруды глаз. Итачи чувствовал мягкое, тёплое дыхание в районе мокрого и солёного пятна на рубашке. Всё вокруг необычайно затихло, как будто давая ему возможность прислушаться к тонкому стуку её сердца.       Девочка скромно опустила взгляд на мокрые следы на тёмной рубашке и прошептала:       — Они смеялись над моим лбом, — это был ответ на его первый вопрос.       — Все твердят мне, что он слишком большой, — спустя мгновение добавила розововолосая, помогая ему понять. Итачи сообразил и в первый раз, раз уж на то пошло, но удержаться от нехарактерной для себя улыбки от этого поступка он не смог.       — Не стыдись того, кто ты есть, — отпуская девочку, легко ответил парень и встал.       Это были последние слова их разговора, после которых он развернулся и с неслышными шагами ушёл с тренировочной площадки.

___

      Если бы Сакуре сказали, что она снова увидит того парня, она бы не поверила. Розововолосая даже не знала его имени и понятия не имела, что он старший брат товарища по команде и, по совместительству, мальчика, который ей нравится. Сакура догадывалась, что её защитник принадлежит клану Учиха, но не придавала этому особого значения из-за его странной внешности. Девочка сомневалась, что он вообще её помнит спустя несколько лет с инцидента.       После того случая к ней приставали только один раз. И именно тогда она встретила Яманака Ино, одну из своих одноклассниц. Как и тот таинственный мальчик, Ино сказала, что не стоит скрывать свой лоб, как будто это недостаток. Будучи модницей, Ино с радостью помогла новоиспечённой подруге подобрать более подходящую причёску. И по сей день Сакура ходит с подобранным ранее имиджем. Со временем она сменила только красную ленту на протектор, гордо демонстрируя свой лоб.       Именно Ино помогла почувствовать уверенность в себе, из-за чего они и стали близкими друзьями. Подружки были практически неразлучны, пока не обнаружили кое-что важное. Им обеим нравился Учиха Саске. Безусловно, он был самым сильным мальчиком в их классе и более красивым, чем кто бы то ни было. Сакура знала, что большинство людей считают младшего Учиха холодным и равнодушным, но она была уверена, что внутри он не такой.       Сакура понимала, почему их дружба с блондинкой не продлилась долго. Они обе пытались привлечь внимание одного и того же мальчика. Она выбрала Саске, будучи уверенной, что он предпочтёт её, а не Ино. Сакура была умной, и это должно было его заинтересовать.       Однако теперь розововолосая снова оказалась лицом к лицу со своим прошлым.       И вдруг почувствовала, что совсем не стала сильнее. Это второй раз, когда он видел её в таком жалком, избитом состоянии. Сакура могла только надеяться, что парень не помнит их первой встречи.       Всё случилось посреди Леса Смерти во время второго испытания на экзамене чунина. Единственное, что знала Сакура о происходящем — какой-то придурок по имени Орочимару хотел забрать шаринган Саске. С того момента, как он атаковал бедного, дорогого Саске-куна меткой проклятья, товарищ по команде был без сознания и страдал от боли. Хуже всего было то, что она ничего не могла с этим поделать.       После нападения Орочимару, Наруто был ранен и находится в отключке, а Саске лихорадило. Но на этом змеюка не остановился. Он послал несколько шиноби добить их. Ещё более жалкий факт состоял в том, что их противник совершенно легкомысленно к ней отнёсся. Она не осилила даже обычных шиноби, посланных Орочимару. Наруто или Саске легко справились бы с ними, но она не смогла.       Затем в драку ввязался Ли и пострадал. Когда Саске очнулся и поднялся на ноги в попытке защитить её, из ниоткуда появился его старший брат. Розововолосая заплакала бы, но он уже видел это. Больше не хотелось опускаться до такого уровня. Слишком жалкая.       Саске никогда не знакомил её и Наруто со своим братом, а Сакура никогда не интересовалась Итачи. Она знала только о том, что старший Учиха является капитаном АНБУ и что Саске почти боготворил его. Однако с их прошлой встречи, Сакура поняла, что знает об Учихе Итачи чуточку больше.       Он сказал несколько лет назад, что нужно стать сильнее. И Сакура действительно ненавидела тот факт, что не справилась с этой задачей как положено; что превратила себя в помеху. Когда Итачи сказал не стыдиться себя, он имел в виду «не будь такой, как все».       И именно сейчас Сакура вспомнила об этом. Только сейчас куноичи начала понимать, что стала такой же поверхностной, как и все те девчонки, обижавшие её годами. Из-за своей влюблённости в Саске она стала заботиться только о своей внешности и забыла ради чего поступала в Академию. Она должна была становиться сильнее и защищать своих особенных людей.       Парень оглянулся на Саске, а не на неё. Вполне ожидаемо, что Итачи хочет осмотреть своего раненого младшего брата. Саске же остался недовольным из-за того, что брат забивает славу прямо из под его носа. Очень быстро старший брат Саске расквитался с вражескими шиноби.       Он молча позвал брата к себе. Сакура наблюдала за тем, как яростно Саске приближался к Итачи. Перед тем, как двинуться к старшему брату, темноволосый товарищ по команде выпустил чакру, которую было не узнать. Возможно, незнакомый характер чакры связан с проклятой меткой Орочимару? Времени на раздумья не было — из кустов показались команда 10 и команда Гая.       Хьюга Неджи взвалил своего павшего товарища по команде на спину, хмуро взглянул на двух Учих и ушёл. Тен-Тен, которую Сакура знала совсем немного, пожала плечами, усмехнулась и последовала за ними. Они ушли так же быстро, как и пришли.       Ино подошла к бывшей подруге:       — Я могу хотя бы подровнять твои волосы, прежде чем мы уйдем? — Сакура не посмела отказать.       Её длинные, красивые волосы валялись где-то на поляне, небрежно отрезанные. Все знали, что Саске нравятся девочки с длинными волосами. Теперь потребуются годы, чтобы снова отрастить такие роскошные розовые локоны. Но это к лучшему. Нужно отдавать меньше предпочтения своей красоте, и больше — обучению. Экзамен на чунина доказал ей это.       Сакура больше не будет слабой, бесполезной девчонкой, которая только и может, что прятаться за спинами своих товарищей. Ей очень нравился Саске и, похоже, что это не изменится ещё долгое время. Но у розововолосой были неправильные приоритеты. Она так сильно старалась привлечь его внимание. А это оказалось просто глупостью.       Когда Ино стояла позади и исправляла небрежную стрижку в попытке сделать что-то сносное, Сакура действительно пожалела, что выбрала Саске, а не столь ценную дружбу.       — Хей, Ино-свинина.       Блондинка позади прорычала себе под нос, прежде чем ответить:       — Что, Лобастая?       — Неужели Саске действительно стоит нашей дружбы?       Наступило долгое молчание, в котором каждый обдумывал своё. Обычно Ино отвечала сразу, но в данный момент была слишком ошеломлена. Сакура думала, что раз им обоим нравится один и тот же мальчик, то они обязаны стать соперницами. Блондинка удивилась тому, как легко подруга прекратила их дружбу, и была рассержена тем фактом, что, по мнению Сакуры, не имеет права голоса в вопросе выбора. И именно ярость говорила в тот момент, соглашаясь с розововолосой.       Теперь Сакура понимала, что это всего лишь мальчик. Шансы на то, что кто-то из них добьётся его, невелики, учитывая какой он равнодушный. Розововолосая не переставала думать о её жертве ради мальчика, который никогда не ответит на чувства взаимностью. Она всё также переживала за своего товарища по команде, но пришло время обратить внимание на что-то другое.       Ино тяжело вздохнула:       — Я не отдам его никому, даже тебе.       Это был совсем не тот ответ, который ожидала Сакура. Возможно, Ино просто не знала Саске так близко, ведь они не были в одной команде генинов. Сакура прекрасно осознавала, что не только им с Ино нравится младший Учиха; практически все ровесницы в деревне были не равнодушны к нему. Бессмыслица какая.       Подруга закончила с новой стрижкой и протянула маленькое зеркальце. Сакура посмотрела на себя и тихонько улыбнулась. Розовые волосы были уложены в две косички, еда достигавшие подбородка.Сакура не знала, когда выглядела лучше. Конечно, это была кардинальная смена внешности, но, казалось, что эта стрижка шла ей гораздо больше. Как символ принятого решения больше никогда не быть слабой. Теперь обучение стояло на первом месте.       Устало прикрыв глаза, Сакура тихо поблагодарила Ино и отдала зеркало. Всё лицо было в синяках и запачкано кровью, но с этим ничего не поделаешь. Куноичи перевела взгляд на двух разговаривающих братьев, надеясь, что с Саске всё будет в порядке после столь угрожающей лихорадки и проклятой печати. Когда они закончили разговор, младший брат ушёл, засунув руки в карманы.       Сердце на мгновение сжалось, когда Саске подходил к ней. Он не остановился и прошёл дальше, глядя на Наруто. Плечи слегка опустились, хотя это было ожидаемо.

___

      Итачи заметил девушку с розовыми волосами с момента своего появления. Он с лёгкостью узнал в ней ту маленькую девочку. Старший Учиха просто удивился, что тот ребёнок ни кто иной, как Харуно Сакура, товарищ по команде младшего брата. Это не должно было так шокировать. Имя прекрасно подходило к её внешности.       Парень поморщился, вспомнив, что он сказал ей пять лет назад. По крайне мере, она работала над собой, хоть и не так усердно, чтобы выдержать экзамен на чунина. Ей повезло, что она осталась цела.       Медленно выдохнув через нос, Итачи потянулся за мазью в заднем подсумке. Он подошел к ней, запоздало размышляя, стоит ли снова наносить мазь на её лицо, как в прошлый раз. Вряд ли было бы уместно делать это снова, особенно при зрителях. Однако Итачи решил, что это не имеет особого значения. Они оба были шиноби, и делиться припасами было нормально.       Сакура обратила на него внимание только тогда, когда Итачи сел напротив. Розововолосая отвела взгляд и покраснела, не в силах посмотреть в ответ. В этом случае она не сильно изменилась по сравнению с тем ребёнком, которому он помог много лет назад. Видя периферическим зрением, что пальцы откручивают колпачок тюбика с мазью, Сакура поняла одно — лучше не ждать, пока он заставит повернуться лицом к себе, как в прошлый раз.       Итачи предварительно снял перчатку, чтобы нанести мазь на лицо. Из-за жизни шиноби подушечки пальцев были грубыми и мозолистыми. Созданная им атмосфера давила. Сакура чувствовала, что должна сказать хоть что-то; что помнит его с того позднего вечера много лет назад. Но девушка не хотела делать ситуацию ещё более неловкой, чем она уже была.       И всё же через несколько мгновений стало понятно, что больше этого выносить она не может. Розововолосой было просто необходимо дать понять, что она помнит его. И, как назло, нужных слов не находилось.       — Ты, наверное, считаешь меня дурой.       То, что у неё хватило смелости заговорить с ним, поразило Итачи. Он не возражал. Как выпускница Академии, она уже должна была знать его имя и репутацию. И всё равно не боялась. Либо ей был безразличен его огромный не по годам опыт, либо она была глупа. Но она не создала впечатление глупой и Итачи мог с уверенностью сказать, что Сакура в курсе его рано начатой карьеры АНБУ.       Как ни странно, ему даже понравилось, что девушка хочет поговорить с ним:       — Я не знаю тебя достаточно хорошо, чтобы делать такие предположения, — убедительно сказал Итачи, а затем добавил. — Хотя ты, похоже, любишь ввязываться в неприятности. Я надеялся, что прошлый раз был последним, когда я увижу тебя в таком состоянии.       Она слабо улыбнулась, вздохнув:       — Я не очень-то гожусь для этого, да?       Итачи нахмурился. Старший Учиха не это имел в виду, но она действительно казалась слабой в плане боевых навыков. И тем не менее, что-то подсказывало парню, что Харуно Сакура может стать грозной куноичи если приложит к этому все свои силы. Он видел, как люди растут и проходят этот этап, и знал, что она просто поздно расцветёт. Однажды на неё будет смотреть как на одного из самых сильных шиноби своего поколения. Если она захочет.       — Нет, я бы так не сказал, — спокойно ответил Итачи. Сакура смотрела, как парень убирает тюбик с очень хорошей мазью обратно в заднюю сумку.       — Однако, я думаю, что тебе самой нужно это понять, — Итачи поднял прядь коротко остриженных розовых волос на уровень изумрудных глаз. Затем встал и бросил быстрый взгляд на Саске, как бы сообщая, что младшему брату нужно лучше присматривать за своими товарищами. И ушёл, оставив растерянную толпу генинов.       Сакура не собиралась объяснять, откуда знает наследника Учиха. Впрочем, вряд ли можно сказать, что она его знала. Как бы там ни было, Саске выглядел ещё более недовольным.