Запретный плод всегда слаще

Неделя прошла незаметно. Если точнее — неделя ухаживаний Адриана. После выходных он пришёл в школу с небольшим подарком для Маринетт. В маленькую коробочку розового цвета он положил шоколадки, браслет, который сделал сам для нее из больших бусин разных форм и маленькую открытку, тоже сделанную своими руками, в которой написал: «Надеюсь, этот скромный подарок поднимет тебе настроение. Буду рад узнать, что твой день пройдёт замечательно. Приятного тебе аппетита и удачи на этой неделе. <3 ». Девушка была удивлена такому сюрпризу, он ей понравился. Это первый подарок от парня в её жизни. Хотелось плакать от радости и от осознания того, что за ней ухаживает такой крутой парень. Каждое утро при встрече он целовал её в щёку и дарил маленькие вкусные подарки. Хоть это и льстило Маринетт, всё же она испытывала некое чувство стыда, будто она не должна принимать его гостинцы или должна сделать что-то приятное в ответ. Каждый раз, принимая его сюрпризы, его глаза светились радостью. Она решила, что не хорошо только принимать, стоит сделать подарок парню. За два дня она связала ему шарф. Голубой, без вычурного узора, не широкий и не длинный, но Адриан был счастлив. Девушка сама испытала умиление, глядя на него. Делать подарки — удовольствие, особенно, если он для парня, который тебе нравится. Он всегда старался быть рядом. Всегда старался завлечь девушку разговором. Делал очень много комплиментов. Старался прикоснуться. Прикосновения — странная штука. Касаться других людей порой было неприятно. Но Адриан – совсем другой случай. Руки, пожалуй, его самая приятная часть. Вспоминая случайные тактильные ласки, Маринетт чувствовала необычное покалывание внизу живота. Ухаживания блондина были слишком типичны, но при этом приятны, девушка чувствовала себя желанной и нужной. Она влюблялась в него ещё сильнее с каждым днём, а он уже был влюблён до беспамятства с первой встречи. Ночью юноша мог часами лежать без сна, мечтая о том, как они начнут встречаться и что будут делать после этого. Не все его мысли были пристойны, и от этого он испытывал отвращение к себе. Он не хотел навредить Маринетт. Адриан хотел оберегать её. Они уже были парой, хоть ещё никто не сказал друг другу заветных слов. Оба понимали, что это взаимно, и одного этого осознания было достаточно. Но всё же не хотелось недосказанности. Хотелось, чтобы весь мир знал, что она — его девочка. Ещё Агрест боялся реакции отца. Тот точно будет против. Маринетт особенная, но отец этого может не увидеть. Он не особо понимал чувства и мысли сына. Он мог надавить на неё, чтобы она оставила сына в покое. Дюпен-Чен из обычной семьи. Папа хочет, чтобы Адриан нашёл возлюбленную из их круга. Ради неё Адриан готов возразить ему. Он хотел, чтобы отец принял её, как родную, чтобы они нашли общий язык. Было восхитительно представлять то, как они сидят втроём тихими вечерами в их огромной и шикарной трапезной, уже поздний вечер, а за окном идёт снег. Их стол полон разных вкусностей, главная из которых — зажаренный кабан. Во рту приятно тает вкусное мясо, по бокалам разлито ароматное и дорогое вино. Маринетт комфортно в такой обстановке, а отец спокойно и тепло общается с ними, как с семьёй, а не как с партнёрами по бизнесу. Было бы идеально, но такого никогда не случится. Хотелось провести много времени вместе только вдвоём, без друзей. Они поймут. Было бы славно предложить ей стать парой прямо на прогулке и не затягивать с этим. Поэтому Адриан и позвал возлюбленную сегодня гулять. Она согласилась, не раздумывая. Позднее блондин понял, что это плохая идея. Он не знает, как её развлечь. Не хотелось бы испытывать чувство неловкости. Но отменять прогулку уже поздно, стоит рискнуть. Скорее всего, Маринетт тоже сильно волнуется. Надо успокоиться и вести себя естественно. Не нужно портить всё своей неуверенностью. Подросток попросил своего охранника высадить его в парке у дома будущей девушки. Когда его машина пропала из поля зрения, он подошёл к её подъезду. Оделся он довольно-таки просто: прямые серые брюки, такого же цвета обувь, но с чёрной подошвой и с длинным закругленным носом, белая рубашка с подвёрнутыми по локоть рукавами и тонкая чёрная лента под воротником, в центре завязанная, как бабочка. Образ простой и не вычурный, в самый раз. В одиночестве парень провёл недолго, через несколько минут появилась она. Маринетт выглядит великолепно. На ней надето голубое платье из шифона и из сетки с блёстками. Само по себе платье свободное, до колен, с длинным рукавом «фонариком». Внизу юбки, на поясе, на рукавах и на горловине такие же ленты, как и у самого Адриана на шее. На тонкие ножки она надела маленькие босоножки под цвет платья. Её ноги сами по себе аккуратные, но выглядят сильными, что делает их чертовски привлекательными. Девушка посчитала хорошим решением сегодня распустить волосы. Он никогда ещё не видел её с распущенными волосами. Хотелось потрогать их, потому что они выглядят мягкими. Чёлку она убрала заколкой в виде звёздочки. На её лице красивый макияж, и больше всего выделялись её глаза — белые блёстки на верхних веках, маленькие и тонкие стрелки и реснички, которые специально были слеплены в некоторых местах. Губы с блеском без какого-либо оттенка, но они припухшие. На миленьких щёчках красовался небольшой румянец. Как же она красива. Она так же прекрасна, как стремительно бегущая сверкающая река, как яркая луна, как удивительное волшебство. Дыхание юноши сбивалось неоднократно, глядя на это совершенство. — Ты выглядишь чудесно. – сказал парень и ощутил сухость в горле. Он опомнился и оставил невесомый поцелуй на её щеке. — Спасибо, ты тоже выглядишь превосходно. – Маринетт смотрела ему прямо в глаза, и уловив её взгляд, Адриан ощутил теплоту и нежность. По её глазам стало понятно, что она счастлива находиться сейчас рядом с ним, и от его нерешительности не осталось и следа. Он легонько взял её за плечо и повёл в сторону, сам не понимая, куда идёт. Ладно, можно и просто пройтись. — Как твои дела? Как прошёл день? – решил поинтересоваться о её досуге парень. — Продуктивно. – она улыбнулась и продолжила. — Меня посетило вдохновение, я нарисовала платье. Вроде неплохо. Она показала фото, на котором рисунок изящного платья с двух сторон – спереди и сзади. Оно отлично подошло бы для какого-нибудь важного мероприятия, на которых девушки приходят в своих самых нарядных костюмах. Оно тёмно-зелёного цвета, прилегающий силуэт. В зоне декольте элегантный асимметричный вырез, рукава длинные, расширяются к низу, разрез до середины бедра. С одной стороны, платье привычное для тех, что он привык видеть на моделях отца. Но было что-то в нём особенное. Немаловажно то, что линии на её рисунке проведены уверенно, со всеми необходимыми деталями, кажется, всё в гармонии. Сразу видно то, что она активно рисует с детства, возможно, даже посещала художественную школу. — Выглядит очаровательно, мне нравятся такие вещи – не слишком крикливое платье, но и не простое. — Я бы хотела сделать его, но я не знаю для кого, никому из моих знакомых оно бы не подошло. — Оно бы безупречно подошло моей матери. – сказал Адриан, не подумав, и моментально погрустнел. Он не лукавил – Эмили и это платье идеально бы дополняли друг друга. На маме даже бесформенное платье смотрелось по-королевски, а это выглядело бы божественно. Его цвет идеально подходит под цвет её веселых изумрудных глаз, а ещё этот цвет прекрасно подчеркнул бы её бледную кожу и светлые волосы. Женщина была довольно-таки высокого роста, а силуэт, нарисованный Маринетт, буквально повторял тело его матери. — У тебя есть её фото? – девушка заметила, что парень сразу поменялся в лице, когда упомянул свою мать, и посчитала это идеальным шансом, чтобы попытаться расспросить его. — Да, конечно. – сказал он и достал телефон из заднего кармана своих брюк. Недолго листая, он показал фото девушки, которую Дюпен-Чен видела на компьютере парня, когда они разговаривали с Альей. Он показал ещё несколько фото, на которых она более взрослая, чем на обоях рабочего стола. Она и Адриан слишком похожи. Кажется, она видела её ещё до того, как была в гостях у одноклассника. — Она очень красивая. Думаю, что ты прав, платье могло бы украшать только твою маму. Мне кажется, я её уже видела. — Она была актрисой. Была первой и последней музой моего отца. — Извини, возможно, мне не стоит задавать этот вопрос, но почему была? – Маринетт стало неловко, но вопрос стоило задать прямо сейчас. — Она умерла. – Взгляд блондина стал пустым. — Прости, соболезную. – Девушка была готова провалиться сквозь землю со стыда. Никто за язык её не тянул, зачем давить парню на больное. — Не извиняйся. Мне, конечно, до сих пор сложно смириться с тем, что её больше нет, но я свыкся с этой мыслью. — Я уверена, она была замечательным человеком. — Это точно. Она была лучшим человеком в мире. Она всегда была в хорошем настроении и добра ко всем. Мы были очень близки. Она была так талантлива. Они с отцом всегда выглядели такими влюблёнными. Они никогда не ругались. Для меня идеал отношений – их отношения. Отец сильно изменился после её смерти. — Мне всегда больно слушать, когда хорошие люди уходят так рано. Ты вырос таким вежливым и спокойным, родители отлично воспитали тебя. — Спасибо... – Адриан смутился и почесал затылок. — Мне не стоило нагружать тебя, прости. Твоё платье будто волшебное. Может, ты хотела бы чем-то заняться? — Может погуляем в парке Монсо? Он как раз недалеко. Раньше я часто там проводила выходные с родителями. Думаю, неплохо было бы туда сходить. — Хорошо, идём. Тем более, я ни разу там не был. — Серьёзно? Ну тогда нам и правда стоит сходить туда. Очень живописное, красивое и чистое место. — Купим что-нибудь по дороге. Четыре квартала до парка. Они купили сок, каждому по бутылке. По пути стоял парень, примерно лет на 5 старше парочки, продающий разные цветы – ландыши, ирисы, лилии, лаванду, герань и многие другие. Адриан взял у него синюю лаванду. — Держи. – он протянул ей цветок. — О-о-о... – удивилась девушка, но взяла их. — Они такие дивные, но не стоило, правда. — Стоило. Они подходят под твои глаза. Они очень красивые. — Спасибо, ты очень милый. – Маринетт потянулась и поцеловала его в щёчку. Она понюхала цветы – запах тонкий, не резкий, сладкий и чарующий. — Пахнут очень приятно – попробуешь? — Хм... – Он наклонился к ним и тоже ощутил потрясающее благоухание. — Пожалуй, теперь это мой любимый аромат. – Рассмеялся парень. Маринетт улыбнулась. Пожалуй, стоит купить духи с лавандой. Вот они дошли до парка. Входные ворота позолоченные, из чугунного литья, сложной ковки, как во дворцах девятнадцатого века. Перед входом находится ротонда. В самом парке извилистые дорожки, широкие аллеи, искусственные скалы с водопадами, много памятников, озеро с впадающим в него ручьём, множество растений и античные руины. Пара пока ещё друзей шла, не торопясь, осматриваясь, наблюдая за людьми, среди которых было много возлюбленных. Люди валялись на траве, дети играли, были и одиночки, которые просто наслаждались хорошей погодой, читали на лавочке, слушали музыку. В тени скрыт мостик, который заняли парень с девушкой, поддавшиеся страсти и забившие на то, что вокруг много народа. Рыжеволосая девушка сидела на коленях у парня, держала его за лицо и жадно целовала. Он в свою очередь отвечал на её поцелуй и держал её за ягодицы, сжимал их и тихо стонал. Зрелище отвратительное. Маринетт и Адриан смотрели на них, и каждый про себя недоумевал, почему им в голову пришла мысль проявлять любовь друг к другу в многолюдном месте. Они быстро опомнились и пошли прочь, не оборачиваясь и не комментируя увиденное. Блондин подумал, что хотел бы быть так же близок с подругой, но желательно без свидетелей. Они забрели в самую глубь парка и сели на лавочку, которая находилась под ивой. Маринетт положила сбоку цветы и свой вишнёвый сок. Адриан подумал, что если бы не те голубки, возможно, у него хватило бы смелости поцеловать сейчас девушку. Но, возможно, у неё останутся плохие ассоциации после увиденного. — Я хочу начать встречаться с тобой, ты мне нравишься. – сказал он без запинки и отвернулся. Она положила свою маленькую, хрупкую ладошку поверх его руки. — Ты мне тоже. - эти слова дались ей нелегко. Они были необходимы, и они были правдой. Адриан посмотрел на неё – она была сильно смущена. Он взял её руку в свою и начал поглаживать большим пальцем. — Станешь моей половинкой? – парень смотрел на девушку с надеждой. — Да, стану. – Маринетт начала тихо хихикать. — Маринетт, ты лучшая! – Агрест вскочил, подхватил её на руки и покружился несколько раз. — Ты восхитительная, и меня буквально разрывает сейчас, я очень счастлив! Клянусь тебе, теперь мы всегда будем счастливы. – Он аккуратно опустил её на землю и обнял. Девушка ещё смеялась, до сих пор было приятной неожиданностью то, что он поднял её на руки и кружил, это казалось невероятным. Она обняла его в ответ. Они тихонько отстранились и смотрели в лица друг друга, читая эмоции, подмечая все мелкие детали, запоминали этот момент, потому что он будет одним из лучших в их жизнях. — Ты не против, если я?.. – он посмотрел на её губы. Она всё поняла. Маринетт тоже хотела этого. От этого действия воспоминания о вечере станут ещё лучше. Она еле заметно кивнула. Он наклонился к ней, взял за подбородок и накрыл её губы своими. Адриан даже не представлял, что её губы такие приятные, если до них дотронуться. Немного пухлые и сладкие от напитка. Сердце бешенно колотилось – это его первый поцелуй! Он попытался углубить его, она широко открыла глаза и отстранилась. — А я не ум-мею. – Запнулась Дюпен-Чен и отвела взгляд, глупо улыбнувшись. — Я тоже. Думаю, со временем мы научимся. – Парень попытался успокоить теперь уже свою девушку, а сам был сказочно рад. Это и её первый поцелуй тоже! Маринетт стояла так в раздумьях секунд пятнадцать, а потом еле слышно произнесла «Хорошо» и они вновь слились в нежном и чувственном поцелуе.