забудь, не вспоминай.

14 Октября, 1986 год.

Это был мой четырнадцатый день рождения без родителей и первый без любимой бабушки.

Смотря в окно, я сидела в комнате, пока капли дождя медленно скатывались по кровле нашего дома детства. Было грустно. На душе словно скребли кошки. Помню каждый свой праздник, как мы с бабушкой готовили яблочный пирог, украшая его лесными ягодами. Сейчас я этого не делаю — больно. С момента, как у меня погибли родители, бабушка почти не улыбалась. Я, не осознавая этого, пыталась всячески удивить и развеселить её. Через пару лет она всё же сильно заболела и вовсе перестала ходить. Меня забрали в интернат, а в апреле этого года ее не стало… Для меня, кажется, мир словно рухнул, ушел из-под ног. Стало невыносимо тяжело, ведь нет у меня больше той самой родственной опоры, которая смогла бы поддержать в любой тяжёлый момент, кроме Юры — мальчика тринадцати лет, который тоже рано потерял маму… С ним мы познакомились в интернате и почти сразу же сдружились. Конечно, мы из одного села «Савельевка», много раз виделись, друг другу улыбались, но никогда не общались… А тут, наконец. *** Сидя на кровати, меня осенило, ведь Юру я сегодня совсем не видела. Я соскочила места и начала звать Шатунова, ведь сегодня его почти не видела. Вдруг раздался громкий стук в дверь, отчего я аж вздрогнула. Мне пришлось подойти к двери, чтобы послушать кто там, и, наконец, я услышала знакомый голос. — Манечка, открывай, — от него, кажется, в животе мгновенно начали порхать бабочки. Я чуть приоткрыла дверь и ахнула, ведь на пороге стоял Юрчик. Он держал белую бумажную коробку, завязанную сверху красным бантом. Несмотря на то, что мальчик был немного выше меня, я принялась обнимать его. — Юрка, где ты был? — говорила я, — Мне так тебя не хватало, — крепко прижимая Шатунова к себе. — Я помню, что у тебя сегодня день рождения, — начал он, заходя в комнату, — Ходил за тортом, поэтому, с днём рождения, моя самая лучшая подружка. — Спасибо, — я мило улыбнулась, забрав коробку у друга — Проходи, устроим чаепитие, только нужно аккуратно пробраться на кухню за чайником и чашками. — Хорошо, мне труда не составит, к тому же сегодня праздник, все ушли в церковь, — ответил Юра и удалился. Я осталась в комнате накрывать на стол. Поставила ту коробку и стулья. Через пару минут вернулся Шатунов с чайником и двумя кружками в руках. — Откуда у тебя вообще этот торт? — тихо спросила я. — Украл, епрст, — шутил Шатунов. — Я серьёзно, — возмутилась я. — Я тоже, — улыбнулся в ответ Юра. Ладно, думаю, если захочет — сам расскажет. Лучше, наверное, поскорее съесть этот торт, — пронеслось в моей голове… — Какие у тебя планы, Юрчик? — спросила я, забрав приборы. — Меня позвал на музыкальный кружок наш новый преподаватель — Сергей Борисович, — ответил он, присаживаясь на стул. — Сергей Борисович? Впервые слышу. Что делать будете? — вновь спросила я. — Не знаю, может быть сходишь со мной? — предложил Юра. Недолго думая, я согласилась. Всё продолжалось до вечера, мы болтали только о чем можно. Шатунов кормил меня, веселил, даже грустил, обсуждая нашу жизнь. И, вот, в назначенное время, убрав всё на свои места, мы отправились в коридор.

***

— Ну что, Мань, идём? — спросил Юра, закрывая дверь моей комнаты. Я радостно кивнула и мы отправились вдоль помещения вперед. Юра обсуждал то, как бы сбежать в выходные в парк, чтобы по-настоящему отпраздновать мой день рождения. — Юрчик, нас не отпустят, ты сдурел что ли? — спросила я с неким презрением. — Но можно же сбежать, ты об этом подумала? — упрямо спрашивал Шатунов. — Конечно, подумала, но что нам будет, если мы сбежим? — Сбежим? — послышался голос сзади, отчего мы оглянулись. Рядом стоял высокий кудрявый мужчина, лет двадцати, одетый в синие джинсы и тонкую рубашку с цветочками. — Я вас правильно понял, вы хотите куда-то сбежать? — спросил он. — Нет, что вы, мы просто шутим, — отдернулась я, смотря на Шатунова, — А вы кто? Должно быть наш новый преподаватель по музыке? — Да, я Сергей Борисович Кузнецов, буду вести музыкальный кружок, только не здесь, а в школе — интернате, — ответил он, скрестив руки на груди, — Я за этим и позвал Юрия, а вы простите кто? — Она моя лучшая подруга, — грубо ответил Шатунов, — Я не ослышался, что вы хотите вести кружок в интернате? — В интернате. — Откуда вам про меня известно? — теперь уже Юра скрестил руки, краснея. — Я слышал и хотел узнать, как ты поёшь, — улыбаясь ответил мужчина, — Не волнуйся, пройдём в кабинет. Мы зашли в небольшую комнату, украшенную живописным ковром на стене, а также двумя деревянными гитарами. — Как тебя зовут, девочка? — спросил Сергей Борисович, садясь за круглый стул. — Я Мария Мятникова, можно просто Маша или Маня. — Приятно познакомиться, — сказал мужчина, — Садитесь. Юра, не мог бы ты мне спеть что-нибудь на гитаре? — Я, спеть? Хорошо, — Шатунов очень удивился, а позже начал петь, играя на гитаре свою любимую песню, та самая, что безумно нравилась мне. Спустя несколько минут он закончил. — Ну что, отлично, думаю мы сможем посотрудничать, — также улыбаясь ответил Сергей. — Посотрудничать? — громко спросил Юрка, — Ого. — Да, Юрец, у тебя отличный слух и вокал. Я переговорю с директором дома детства и мы переведём тебя в школу-интернат, тебе там понравится. — Да, я не против, только если Манечка поедет со мной, — твёрдо отрезал Юрка, кладя руки мне на плечи. — Я? С тобой? Юрчик, да это невозможно, нет, берут тебя, вот ты и едь, а я буду здесь, без тебя, — замешкалась я, болтая ногой. — Нет, Сергей Борисович, без Маши я никуда не поеду! — заупрямился Шатунов. — Погоди, Мария, не могла бы ты тоже нам что-нибудь спеть, — попросил мужчина. — Хорошо, попытаюсь, — быстро ответила я и принялась петь, чуть прочистив горло.

«Виновата ли я, виновата ли я, виновата ли я, что люблю.

Принялась смотреть на Юру. Его глаза сверкали всей глубиной его души. Зрачки расширились, а сердце сжалось.

Виновата ли я, что мой голос дрожал, когда пела я песню ему.»

— Ваау, — с восторгом произнёс Юра, — Это так красиво! — Что, но это же неправда! — возмутиласт я, на что Шатунов только сморщил свои брови. — Сергей Борисович, вы обязаны её взять, — говорил он, — К тому же у неё сегодня день рождения! — Хорошо, я договорюсь, с праздником, Машенька, — ответил мужчина, взяв в руки какие-то документы, — Вы можете идти… Мы поспешили выйти, чтобы всё обсудить за пределами комнаты. Было видно, что Юра в неком замешательстве, но я старалась его всячески успокоить… — В какой интернат он хочет нас увезти? — спрашивал Шатунов, — Я не хочу никуда уезжать от Валентины Николаевны. — Юра, пойми, — начала я, гладя его за плечи, — Это будет хорошим решением, если мы с тобой будем петь в какой-нибудь группе и получать за это деньги. Обретем новых друзей, получим удовольствие. — Мань, хорошо, — с отчаяньем ответил Юра, — Я тебе верю, потому что знаю, ты со мной — навсегда. — Конечно, друг, — мы обнялись за плечи и отправились на улицу.