Мурло

Прибыв в университет за семь минут до начала лекции, Макс с хлопком опустился на стул около Стаса. Тот визгливо подпрыгнул, резко повернул голову в сторону однокурсника, сжимая в побелевших пальцах телефон. — Твоего же папу! Макс! — пухляш одним движением выключил гаджет, полностью оборачиваясь к другу. Никольский улыбнулся похлопывая парня по плечу. — Я, собственной персоной! — Стас глядел заинтересованно-извиняющийся. — Уже соскучился? — Макс, прости! — неожиданно начал студент, глядя большими-большими щенячьими глазами. Никольский опешил, смерил того вопросительным взглядом, но не замечающий этого Стас продолжил. — Если б я знал, что ты вечером предложишь отдохнуть — отменил бы все свои дела! — Ты чего, брат? — брови Максима могли бы пробить лоб, если бы не взлохмаченная копна светлых волос. — Не парься ты так! — он заговорчески улыбнулся. — Я же объяснил в сообщении, что ничего важного, просто выдался свободный вечерок! Не убежденный этим доводом парень вздохнул еще печальнее и Макс поспешил продолжить штурм аргументами. — Стас, да угомонись, богини ради! Ты ничего интересного не пропустил. Поверь. — студент наклонился к дуру ближе, словно делясь секретом вселенского масштаба. — К тому же, — он зашептал. — вчера я так повеселился с одной брюнеточкой! Ох, она была просто огонь! Поверь, друг, там такой размер! — Никольский пародируя женщину широко раскрыл ладони приставляя к груди. — Твердая тройка! А может и больше! Красный как рак Стас неловко отодвинулся, закивал головой как болванчик, но больше извиняться и корить себя не начинал. По-крайней мере — вслух. Дверь в кабинет с грохотом закрылась, внутрь вошла пожилая преподавательница ведущая основы журналистики. — Добрый день, студентки. — голос её был хриплый и скрипучий. Женщина ссутулясь в плечах прошла к массивному деревянному столу, кивком приветствуя девушек и редких парней. — Я уже говорила, но видимо придется повторить. На моих лекциях, мы не пьем, не едим и не разговариваем. Если кто-то этого не понимает, — её взгляд остановился на группке улыбающихся девушек, что заметив столь пристальное внимание к своей персоне стушевались. — прошу на выход. Удостоверившись, что все учащиеся приняли её слова к сведению, а немногочисленные болтуны замокли, женщина продолжила. — Сегодняшнее наше занятие мы посвятим теме написания и создания пресс-релизов, представлению основам репортажей, а так же мельком коснемся основных ошибок при написании текстов, для начала попрошу вас раскрыть свои тетради, и записать… — Макс, а кто это хоть? — зашептал Стас прикрываясь листком тетради. — Это? — он посмотрел на пожилую преподавательницу. — Виктория Львовна, — в тон ему ответил студент. Парень закатил глаза, немного неловко пододвинулся. — Я про ту, — он отвел взгляд. — брюнетку… Ну, с третьим размером! И как вас только тогда не поймали, и не отвели в милицию за такой разврат прямо в общественном месте! Никольский хитро прищурился так же укрываясь учебником. — Ты про мою вечернюю нимфу? — голубые глаза Максима засияли при воспоминании приятной ночи и утра. — О! Я давно таких не встречал. Зеленые глаза как у ведьмы! Чарующие, ну, такие… — он задумался. — волшебные, что ли! Стас во все глаза наблюдал за другом, со светлой завистью во взгляде. — А ночью что вытворяла! Ты б видел. Зато с утра, сама невинность! Хотя не девчонка, далеко не девчонка! — прикусив кончик ручки парень мечтательно уставился в пустоту. — Знаешь, я бы даже сказал, что она больше милая и желанная чем страстная. Такие женщины сейчас редкость. — он деланно вздохнул. — Они думают, что мужчинам подавай охотниц, добытчиц! Ха! Кто в лес, кто по дрова! Я вот, знаешь ли, между нами говоря, хотел бы, что бы моя женщина была в первую очень счастливой, а не пыталась строить из себя хрен знает кого! — …Макс… — Неужели так тяжело показать свою слабую сторону? Они же этим и отталкивают нормальных мужиков! Правильно, кто с такими бой-бабами захочет семью строить? Только слюнтяи! Ну не может сильный мужчина жить с сильной женщиной бок о бок! — парень призадумался. — Хотя тут как посмотреть! — …Макс?.. — Эхх, что-то ты меня нагрузил. Позвонить ей что ли? — Никольский больше рассуждая вслух, нежели ведя диалог, лишь вскользь слушал приятеля. — Ну хорошая ведь! Ласковая такая… Да, всё, решено! На выходных позвоню! Позову на свидание с продолжением, так сказать… — он подмигнул. — Ну, ты понимаешь… — …Макс!.. — Никольский! — на удивление громкий и грозный голос прорезал гул между друзьями. Максим замер, ошарашенно выглянул из-под своего сделанного на скорую руку укрытия и странно глянув на Стаса, привстал. — Вы можете прямо сейчас выйти из моей аудитории и позвать свою девушку куда вам заблагорассудится. Парень уже было открыл рот чтобы что-то сказать, как преподавательница грубо прервала его взмахнув рукой и приказывая молчать. — Однако, на моих занятиях, я настоятельно рекомендую обсуждать лишь мой предмет, и лишь тогда когда я скажу это делать, вы меня поняли? — Макс смиренно кивнув пробурчав что-то вроде: поняли, приняли и даже обработали… — Если вы еще не наговорились, то можете смело покинуть кабинет и сделать то, что вы собирались сделать. Можете даже студента Еременко прихватить. Стас передернул плечами и весь как-то сжался. — Всё-равно не мужское это дело, учебой голову забивать и вы, Максим, сегодня это вновь доказали на собственном примере. — она отвернулась к доске, складывая руки за спиной. Однако, видимо этот разговор её завел, и пожилая женщина решила продолжить порицания. — Вот вы, девушки, скажите мне, неужели в нашем современном — в её взгляде так и читалось «к сожалению» — Советском Союзе, молодые парни теперь такие? Она не стесняясь указала рукой на Макса и сидящего рядом Стаса. Девушки к которым она обратилась не зная как себя вести неловко ерзали на стульях, покашливая и стараясь не пересечься взглядами ни с Викторией Львовной, ни с провинившимися однокурсниками. Зато не стеснялась Ира, что уже давно имела на Никольского зуб. — Знаете, Виктория Львовна, а это ведь еще не самое ужасное что вы слышали. — сначала тихо, но заметив согласный взгляд женщины, староста продолжила более уверено и четко. — Максим, если вы не знали, у нас еще и парень легкого поведения. Ира кинула в его сторону злорадствующий и презрительный взгляд. Преподавательница удивленно вскинула брови, покачала головой. — Да, вы знаете я лично знаю много девушек, с кем… побывал, а после бессовестно сбежал наш одногрупник. — Ирина поджала а губы, а старая женщина запричитала пуще прежнего. — Да, знаешь, Ирочка, вот ты то, наверное, слишком лично знакома с моими похождениями, так? — парень криво улыбнулся. Ира мгновенно вспыхнула злобой и обидой. — Так! Никольский, вот вы то как раз сейчас должны помолчать! Мало того, что таким маргинальным поведением вы позорите в первую очередь свою честь как мужчины, мужа и будущего отца, так ещё и в лучшем университете страны, — едва не загораясь при этих словах, женщина состроила гримасу отвращения. — да что там страны! — она махнула рукой. — МГУ всегда было высшим из всех высших заведений, здесь учатся лучшие! Что скажет начальство, когда узнает кто очерняет наше учебное заведение своим непристойным поведением! Поверьте, я сделаю всё что в моих силах, дабы искоренить на корню даже вероятность продолжение понижения репутации университета! Макс внутри закипал, но продолжал упрямо смотреть пожилой женщине в глаза. Стас со страхом сидел рядом, робко нашептывая, скорее себе. — …Всё хорошо, всё будет хорошо, только не срывайся, пожалуйста, главное ничего не говори и всё будет хорошо… — Безобразие! Куда только смотрят ваши родители?! И что это значит! Лично знакома?! Я не позволю вам очернять честь нашей лучшей на факультете студентки своими грязными шуточками! Еще одно такое высказывание, и я обещаю перед всем нашим курсом — вы вылетите отсюда как пробка от шампанского, да простит меня Богиня! Нынешнее поколение совершенно отбилось от рук! Это всё перестройка! Раньше за такое поведение, мужчин как минимум сажали под домашний арест и выходить им разрешалось лишь в сопровождении родственниц. Куда смотрит партия? Такими темпами, мы все окажемся на краю! Это всё влияние запада! Это у них там поощряется такое поведение! Но не у нас… — Так, я устал выслушивать ваш словесный понос, прошу меня извинить, я иду к ректору. —Никольский стал спешно убирать разложенные по столу вещи, стараясь не обращать внимания на почти плачущего друга. — Макс… — хлюпая носом, Еременко слабо хватался за рукава кофты Макса, тот несильно его отталкивал прося не мешать одними глазами. — К ректору? — преподавательница на миг опешила и напряглась. — И что же вы собираетесь ей говорить? Знаете ли, она женщина занятая, к ней не так просто попасть, надо записываться заранее и… — Я думаю её заинтересуют ваши слова. Про партию и перестройку особенно. — теперь настала очередь гаденько улыбаться студенту. — Максим, я прошу вас, что за нелепица! — Виктория Львовна явно занервничала, её глаза забегали, а руки непроизвольно сжались в кулаки. — Не думала, что вас так заденут мои слова, всё было сказано на эмоциях, к тому же… — Да как вы вообще посмели осудить действия нашей власти? Им в любом случае виднее, — слова так и сквозили сарказмом, однако Макс постарался прикрыть это восхищением. — я могу пропустить мимо ушей оскорбления в мою строну, но закрыть глаза на такое у меня нет права! Прошу меня простить, но я, как законопослушный гражданин СССР, не посмею укрывать такой акт государственной измены. — Измены?! — пожилая женщина тяжело задышала хватаясь за грудь. — Именно. Даже сказанной на эмоциях. — стоя спиной, парень не мог видеть как после этих слов, женщина задрожала, облокотилась о стену и медленно съехала по ней теряя сознание уже находясь на полу. В кабинете повисла тяжелая тишина. А спустя минуту помещение заполоните истеричные крики, кто-то звонил в скорую, кто-то подбежал к поплохевшей преподавательнице, а кто-то оставался на месте, замерев как оловянный солдатик.

***

— Макс! Макс! — спешно догоняя друга, весь красный Стас тяжело дышал. Максим оглянулся и останавливаясь вопросительно на того уставился. — Макс, ты что реально пойдешь к ректору? — Еременко с ужасом во взгляде взирал снизу-вверх. — Стас, не говори ерунды. — припечатал студент. — Какая нахрен ректор? Думаешь мне реально нужны эти проблемы? Присаживаясь на ступеньки около входа в универ, парень запустил ладони в волосы. Мымо промчалась скорая помощь унося и Викторию Львовну с собой. Студенты проводили её взглядами. — Какой же я тупой… — он с силой сжал руки в кулаки, почти до треска оттягивая шевелюру. — Накой хер я вообще ввязался в спор? Почему не промолчал? Идиот! В сердцах воскликнул Никольский тяжело выдыхая кислород. Стас неловко похлопал того по плечу. — Да, тут конечно не красиво получилось… — Не красиво?! — парень злобно улыбнулся. — Не красиво! Да, знаешь, Стас, это было не красиво! Еременко вздрогнул и обиженно посмотрел на приятеля. — А я то, что тебе сделал? — пухляш поднялся с кафельного пола оттряхивая брюки. — Извини если обидел, но мне не нравится когда со мной так обращаются! Давай поговорим когда ты отойдешь. Не дожидаясь ответа, Стас зашагал внутрь здания. Скандал скандалом, но остальную учебу и пары никто не отменял. Последнее, что видел Максим была лязгнувшая стальная дверь прихожей и неловко замершего друга по ту сторону. — Сука!

***

Уже дома, Макс лежал на кровати тупо пялясь в потолок. Думать не хотелось, ведь любое размышление сводилось к произошедшему. Какого черта он не подавил злость? Почему не удержал себя и не проглотил оскорбление? Журналист, тоже мне! Чтобы работать в такой профессии нужно иметь мозги и контроль над эмоциями, с чем у него явные проблемы. К ректору он пойдет! Измена государству! Что он вообще нёс? Ногти впились в кожу, оставляя там глубокий отпечаток, мысли немного прояснились и вместо стыда, и страха за будущее появилась покалывающая боль. Парень выдохнул. Однако, похоже нес он все-таки что-то убедительное, раз старая корга свалилась в обморок. Теперь надо было думать глобальнее. Хрен с ней, с репутацией, он хотя и парень, но если выбирать между опытной професором и хотя, и умненьким, но не более того пареньком, которому и восемнадцати не исполнилось, что-то подсказывало студенту, что выбор будет не в его пользу. Да и если начнется заварушка, потребуются свидетели. Тут было уже сложнее. Ирина однозначно встанет за Викторию Львовну, что плохо — все-таки староста и лучшая на потоке. За остальных девушек Макс не мог сказать с точностью, оставалось полагаться только на судьбу. Никольский вновь сжал кулаки. Какая к чертовому отцу судьба?! Его могут отчислить! Вот папа то обрадуется! От воспоминаний об родителях засосало под ложечкой. Ну нет, он дал себе слово и он его сдержит — чего бы это ему не стоило. Закончив самобичевания, парень с мятой физиономией натянул помятую рубашку и набрав номер, подождал несколько мучительно долгих гудков. — Да? — Надо встретится. Буду у универа в семь. Парень сбросил вызов не дожидаясь ответа.