***
Лекция прошла на удивление тихо. Макс как обычно с усердием записывал за преподавательницей, изредка отрываясь, чтобы понаблюдать за ней во время работы. Светлана была… эффектна! Строгая, с серьезным видом она записывала тему на доске немного приподнимаясь на носочки. Пару раз, у Макса даже появлялось желание встать, наплевать на всё и утащить куда-нибудь в подсобку. Разумеется такие мысли он загонял подальше, позволяя им воплотиться в реальность только оставшись наедине, а еще лучше в квартире, где уже точно никто их не прервет, и не застанет на самом интересном. Стас сонно обсасывал ручку, едва не расстеляясь на парте. Его явно не интересовала вся эта канитель. В какой-то степени, Никольский даже ему завидовал. Вот уж точно у кого всё идет в жизни по правильному месту. Головные боли больше не мучали, однако подозрительные голоса всё еще беспокоили сознание Макса, хотя и не подавали признаков существования. Если это произойдет еще раз — надо будет принимать меры. Слететь с катушек желанием парень не горел.***
— Вы знаете из-за чего здесь? — грозно нависая тенью над студентом уточнила ректор. Макс вильнул взглядом по помещению. Нервы были сейчас ни к чему, но как же оставаться спокойным стоя около стола женщины, что может одним своим словом вышвырнуть его из этого университета и желаемого будущего в принципе? Интерьер кабинета действовал успокаивающе. По крайней мере, разглядывая сочетаемо подобранную мебель голова не гудела от переживаний о своем будущем. — Догадываюсь, — сейчас главное устроить шоу с грустными и моськой побитой собаки, женщины есть женщины, где бы они не находились. Ректор смерила парня усталым взглядом, складывая руки на столе в замок. — Максим, вы уже седьмой на потоке, входите в конфликт с преподавательницей Комаровой. — она повела бровью. — Однако, вы единственный кто решил дать ей отпор и довел до больницы. Женщина укоризненно покачала головой, но в её взгляде помимо осуждения и головной боли, с поиском замены на такую должность, мелькало какое-то… смутное уважение. — Прошу прощение, я не думал, что до такого дойдет. — на это женщина странно хмыкнула. — Обещаю, такого больше не повториться, я буду нем как рыба, слова больше никому не скажу! И репутацию университета я не собираюсь портить! Ректор обдала Макса вопросительным взглядом, чуть наклоняя голову. — А каким образом вы портите нашу репутацию? — Э-эм… Так, неподобающим для мужчины поведением? — неловко потирая затылок полуспросил парень. Женщина скривила губы, студент напрягся. — Послушайте, Максим, — она выдохнула отводя глаза. — ваше личное, никоим образом не касается университета. Я догадываюсь, что вам могла наговорить Виктория Львовна, однако не советую делать на её словах особого акцента. Делайте скидку на то, что она женщина старой закалки и многое пережила. В её времена нравы были совершенно иные и таким людям, порой очень тяжело перестроиться и начать жить в нужном времени. Максим неловко кивнул, не зная толком, что на такое надо отвечать. — В общем так, мы оба сделаем вид, что никакой ссоры не было. Комарова в любом случае больше не вернется на прежнюю должность, — заметив уточняющий взгляд, ректор продолжила. — она давно перешла пенсионный возраст, её держали лишь из-за положительных характеристик студенток, не считая, конечно, мужчин. А вкупе с тем, что она наговорила вам про партию… Кратко говоря, мы дружно сделаем вид, что ничего не было. Вам, я вынуждена сделать официальный выговор, всё же данный инцидент был занесен куда надо. Но я надеюсь, больше такого не повториться и в ваше личное дело пойдут лишь слова о прилежной учебе, и большом потенциале. Верно?***
— Ну? Ну? Ну, как прошло? — заваливал вопросами Стас, нервно кружась вокруг Никольского. Макс раздраженно свел брови к переносице, отмахиваясь от расспросов приятеля. — Лучше и хуже, чем я ожидал одновременно. — иронично усмехнулся парень, смотря на темнеющее небо, через кристально прозрачное стекло. Стас удивленно поднял брови, скорчив непонимающую гримасу. — А это как? — Через жопу, Стас! Ну как еще то? — сдавленно выдыхая, прикрикнул парень, нервничая от раздражающего внимания. — Она сказал всё это забыть и больше не вытворять. Ну, это в общих чертах. — Так это отлично! — улыбнулся пухляш, явно не понимая расстройство друга. — Да, знаешь, это было бы так, если бы она в конце не уточнила, что эта херня войдет в мое дело. — порывисто ощерился Максим. Стас замолк, сконфуженно глядя на студента. Стало неловко и неприятно. — Ладно, пойдем. — привстал Макс кивая головой в сторону нужного кабинета. — Скоро пара, нечего разводить сырость. Главное, что я не исключен, а остальное можно исправить.***
Заявившись под вечер в общежитие, студент немного потоптался у входа, стараясь не слушать бурчащего консьержа. Как раз под окончание пар, в небе начало греметь, тучи стали темнее, а по окнам забарабанил вначале легкий, но с каждой минутой всё более интенсивный дождь. Пришлось греться в столовой в здании универа, в полном одиночестве. Света была вынуждена сбежать от него в учительскую, начальство срочно вызвало заполнить какие-то документы, Стас тоже удрал, лепеча что-то невнятное про срочную встречу. Больше друзей и девушек у Макса не было. Дождь затих лишь под ночь. — Сколько раз я говорил?! — который час лепетал беззубый старик, не желая пропускать парня внутрь с грязными ботинками. — Если вы решили прогуляться в свинарнике, то можете делать это у себя дома! Нечего мне грязь по всему зданию разносить! Первые пятнадцать минут Никольский старательно пытался объяснить, что это не от него зависело и вообще он выбирал дорогу там где сухо, потом долго извинялся, даже предлагая протереть за собой коричнево-желтый след, тянущийся аж от ворот, но последние пять минут, студент молча выслушивал нотации старого мужчины, уже устав отбиваться. — Еще хоть раз я увижу такое свинство в сторону Оли Витальевны, я буду ставить вопрос ребром! — Ольгой Витальевной была такая же противная по характеру уборщица, к коей неровно дышал старик Жора. Единственной сложностью во всем этом было то, что женщине было от силы лет сорок, а консьержу под семьдесят. — Да, понял я, понял… — нервно бормотал взъерошенный студент. Макс был голоден, холоден, а ноги промокли почти насквозь. Больше пяти минут не выдержит — был выдан сам себе вердикт. Однако, к счастью Максима и горю зашедших девушек, что были точно также заляпаны после долгой дороги, старый Георгий аки фурия кинулся на растерянных студенток, пока Никольский под шумок делал ноги.***
Макс шуршал ключами в освещенном коридоре, желая побыстрее оказаться в душе. Чертыхаясь и матеря себе под нос всех и сразу, он наконец нащупал долгожданную отмычку и уже поворачивая замок, парень услышал до зуда знакомые звуки. Он тихо остановился, плотнее припал к двери ухом, с каждой секундой убеждаясь в своих догадках. Из-за двери были слышны путь и приглушенные стальной дверью, но ни с чем не спутанные звуки ритмичных влажных хлопков и неловких стонов. Макс тряхнул головой. Это еще что за новости? То есть этому самовлюбленному индюку можно посреди ночи приводить подружек, а как Максиму надо было — иди куда хочешь?! Ну нет, так это оставлять нельзя! С решимостью которой позавидовала бы сама Джинна Бонд, Никольский резко опустил ручку даже не вынимая ключей из замка. — Ахуеть. — кратко резюмировал парень, одаривая нечитаемым взглядом своего соседа по комнате и… Стаса.