Мурло

Быстро утерев тыльной частью ладони темный след, парень слабо улыбнулся. Судя по подозрительному и взволнованному взгляду матери — выглядел он не очень. Хотя, если она еще не кинулась спрашивать, что произошло и почему её сын выглядит как восставший из могилы мертвец — не всё так плохо, а если плохо по… Кхм, да. — Максим? — осторожно подходя ближе, начала женщина. — Всё в порядке? Парень напряженно поднял глаза, неестественно растянул уголки губ в успокаивающей улыбке и потирая нос ответил. — Привет, мам, да, извини, что-то сопли… — он достал из ближайшего ящика стопку запечатанных салфеток, небрежно разрывая тонкий пластик. — Не хотел разносить заразу, но пообещал уже, что приеду! Деланно сморкаясь в мягкую бумагу, он дерганным движением спрятал перепачканный в крови кусок ткани в карман. Было видно, что женщина поверила не до конца, но пресекая её не возникшие вопросы — парень с восторгом вздохнул аромат идущий из кухни. — Мм-м-м, как вкусно пахнет! — студент невинно заморгал, ведя носом в направлении сладкого запаха. — Папа приготовил шарлотку? Лариса повела бровью, не желая переводить тему, но в конце концов, покачав головой ответила. — Нет, папа уехал к тёте Гале. — так мать обычно называла третью жену отца. Они были не в ладах еще с тех самых пор, как она только появилась, заявляя свои права на Владимира. Молодая, на девять лет младше мужчины, что уже на тот момент был в годах, и разумеется самой Ларисы. Женщина не переносила молодую любовницу (еще пока) как минимум за то, что непутевый муженек нашел её пока сама первая жена была на последних сроках беременности. А еще сильнее невзлюбила, за то, что та забеременела сразу после её родов. Тогда то у них и началась конкуренция за его внимание, в которой по воле случая, а именно рождению сына, одержала победу мать Максима. На удивление, более ни с одной из его жен такого сюра не происходило. Более того, они даже созванивались и встречались по мере возможного, делясь иногда советами и подсказками: когда приедет Володя, чем его лучше порадовать, и как же поднять ему настроение! — Понятно. — Никольский конфузно отвел глаза, понимая что лучше эту тему не углублять. — А насчет шарлотки, — как ни в чем не бывало продолжила женщина. — это мы с девочками поколдовали. Не скажу, что получилось идеально, как у папы, но она хотя бы не подгорела! — неловко улыбаясь, поджала губы мама. — Лорик, ну ты скоро там? — послышался уставший, но как всегда резвый голосок тети Оли. Макс не смог удержаться от радостного возгласа. Выпечку матери он любил. Конечно, она получалась далеко не такой профессиональной и красивой на вид, но почему-то отдавала ранним детством. Но только каким? Обычно, в этой жизни мать не утруждала себя готовкой, перекладывая эстафету домохозяина на слабые плечи отца, но почему тогда было ощущение, что у нее всегда будет вкуснее и роднее? " — Потому что, мама не только здесь.» Подсказал хриплый голос мужчины. В этот раз головной боли почти не было. " — Похоже, я схожу с ума!» — просто подумал Никольский, мысленно записываясь к психотерапевту.

***

— Максик! — тетя Оля, как всегда была на своей волне и только заметив приближающегося крестника, кинулась тому на шею, пачкая красной помадой. — Как доехал? Пробки были? Ты чего такой бледный? Какие у тебя круги под глазами! Ужас! Совсем исхудал, мальчик, живя в этом общежитии! Хороший сосед-то хоть? А девочка появилась? Ну, кроме Настеньки! — она залилась искренним смехом и не удержавшись, Макс сдался, улыбаясь в ответ. — Ага! Так и знала! Всё же я была права! Лора, готовь красивую дату, я побежала бронировать загс! Зуб даю, вы поженитесь в мае! Она засуетилась, словно и впрямь готовая бросить все свои дела и бежать готовиться к несуществующей свадьбе. Парень едва успел ухватить неугомонную тетку за локоть, притягивая в ответном объятии. — Тёть Оль, ну какой загс? Какая свадьба? Чего вы! — он захохотал. Эта женщина и впрямь могла дать фору всем молодым девчонкам в запасе энергии. Когда парень был помладше, даже серьезно подумывал, а не прибрать бы эту солнечную женщину к рукам? Надежды рухнули, стоило ему вспомнить, что она: A) — его крестила; B) — старше его на двадцать шесть лет; Да и перед матерью как-то неудобно… — А чего тогда улыбаешься? — она недолго мучала его изучающим взглядом, так и не отпуская из плена цепких рук. — Или я угадала на счет девочки? — радость чуть поутихла и она наконец слезла с его широких плеч. Обычно женщины не вели себя так своевольно по отношению к мужчинам, однако Ольга могла себе позволить и не такое. Сила молодого организма Макса поражала и потаскать на своем «великом, и ужасном горбу, родную крестную, он не обломится». — М-м-м, — парень планировал скосить под дурачка, не желая подставляться под пытки родных, в присутствии так нелюбимых студентом подружек матери. — а у нас будет, что-то типа обэда?

***

Светлана сидела, молча пялясь в незаполненные бланки уже битый час. Работа давно должна была быть сдана, однако мысли никак не хотели сосредотачиваться, то и дело перескакивая на более волнующее. Женщина широко зевала, прикрывая рот аккуратной рукой и заодно поглядывая на часы. Широкая стрелка топорно указывала на 17, а та что была потоньше и куда менее внушительной висела на 04. Мысли, словно блудной сын, возвращались к той ночи. Женщина заерзала, краснея, как мак. Было непривычно понимать, что теперь у нее есть пара. Да не абы кто, а мужчина! И еще более радостным в этой новости, было, разумеется то, что она была для него первой. Не важно в каком из смыслов, главное, что первой и пока единственной. Это было приятно. Светлана тряхнула головой, вновь предпринимая попытку сосредоточиться на заполнении документов. Первые пятнадцать секунд у нее выходило, и она даже успела написать две первые буквы своего имени, но… А как было приятно, что он не обращал внимание на перелом? В самый первый раз, это было конечно не очень удобно, но зато прекрасно показало, что такой недуг вовсе не является проблемой для такого парня как Максим. Сейчас то, гипс уже сняли и хотя ходить было всё еще трудно, но вариативности в постели стало гораздо больше. Светлана покрылась мурашками, предвкушая всё то, что им еще следует опробовать, без балласта в виде, сломанной конечности. Решая больше не мучать свой мозг тем, что явно не хочет совершаться, женщина отложила злосчастные бумаги и с полуулыбкой взяла телефон. Долго листая контакты, она задумчиво кусала кончик ровного ногтя, покрытого темно-красным лаком, остановившись на нужном номере, женщина задумалась. Она долго мялась, решая не помешает ли, но природное любопытство и чисто женский инстинкт «ну почему бы и нет» пересилили. Долгие гудки сопровождали мерное дыхание в трубку. Тридцать секунд, пятьдесят, минута. Палец уже потянулся к сбросу, как усталый и явно перевозбужденный голос тихо ответил. — Да, Свет? — Максим! Здравствуй, — она замерла, только сейчас осознавая, что позвонила «просто потому, что захотелось.» Стало неловко. — ты занят? — Да так, — он неопределенно повел бровью. — отошел на пару минут, а то мать загрызет расспросами. Светлана улыбнулась, его детскому тону. — Извини, просто соскучилась… Глупо, наверное. — по ту сторону повисло долгое молчание. Женщина хаотично засуетилась, чувствуя себя полной дурой. Ну зачем она позвонила? Знала же, что он занят и сейчас отдыхает с семьей! Подумала, раз два раза переспали, то сразу на роспись! Конечно, он наверное и не думал говорить о ней своим родителям… — Ха-а-ах, да, прости. — Почему мне кажется, что ты сейчас себя накручиваешь? — мнительно поинтересовался парень, улыбаясь сквозь поток слов. — Свет, даже не думай. Ну… Что бы ты там не думала, не думай! — Да, конечно, извини, — она словно не слышала. — я не вовремя. Ты там, отдыхаешь, а я, так… — Свет, — перебил тот. — а ты хочешь познакомиться с мамой?

***

— Вы знаете по какой причине, вы здесь? — от женщины специфически пахло дорогими сигаретами, дымом от костра и необычным на первый вдох парфюмом. Она стояла с идеально ровной осанкой, не позволяя себе горбиться ни на миллиметр. Настя тихо сидела на удобном, кожаном диване, попивая принесенный по её просьбе чуть ранее стакана холодной воды. Внутри мерно бились крупные кубики льда, о тонкое граненное стекло, что придавало разговорю отдельный уровень интима. Она качнула головой, чуть поразмыслила, оставаясь на грани серьезности и неуюта. — Из-за моих разработок, — не спрашивала, утверждала. Женщина с тронувшей губы улыбкой кивнула. Она тихо прошла вдоль стены, проводя ладонью по идеально ровной поверхности. Стена показательно вспыхнула, отражаясь тысячами символов. На экране заискрили картинки и слова. Анастасия не успевала следить за мелькающими изображениями. Наконец, яркость поутихла и картинка встала, показывая присутствующим определенный сюжет. — Ваша идея может куда большее, чем вы думаете. — женщина встала спиной к экрану, доставая из кармана приталенного пиджака красную визитку. В ее углу ровно отражались серп и молот выведенные тусклым желтым цветом. — Мое имя Волкова Алла Игнатьевна и я хочу предложить вам работу в составе команды КГБ СССР. Союз ждет вас, пора послужить на благо родине.

***

— Мам, — был уже поздний вечер. Посиделки давно окончились на удивление, довольно приятной ноте и уже в стельку веселых женщин, семейство Никольских было вынуждено оставить на ночь. — я не хотел говорить при всех, но не могу не порадовать тебя. Только не падай в обморок, хорошо? Лежащая на боку, на диване, женщина привстала, пошатываясь при каждом движении. Она окинула сына непонимающим взглядом, икнула, пьяно отмахиваясь. — Макси-и-им, что бы это ни было, оставь, ик! На завтра… — она перевалилась на другой бок, прищуривая глаза от яркого света лампочек. — Я та-а-ак устала! Максим покачал головой, накрывая вымотанную женщину пледом. — Завтра пожалеешь, — усмехнулся парень, мысленно отмечая, что почему-то с виду казалось, что она была не настолько уставшей. Студент уже собирался на боковую, как вспомнил, что его комната, увы, была занята тетей Олей. Тяжело вздохнув, парень с тоской посмотрел на лежанку своей собаки «Персика», что сейчас пустовала. — Ну нет, до такого я еще не докатился! — поджал губы Никольский, стаскивая с кресла волосатую подстилку и укладывая ту на пол. Спасибо, что не кафель.