Мурло

Скучающе глядя в окно своей спальни, Макс уныло чесал пса. Мальчик, как заботливо звала его мама, суетливо бегал по комнате, пока наконец не улегся в ногах парня. — Скучаешь, дружок? — почесав Персика за ушком, нежно уточнил студент. В ответ послышалось лишь приглушенное «тяв». — Вот и я. Тихо усмехаясь и поднимая голову, взгляд машинально упал на стену, полностью забитую старыми фотографиями. В рамках, чуть криво красовались десятки снимков самых разных форм, возрастов и содержаний. Вот, первая от двери, в темной, дубовой рамке, пятилетний Максим и Настя стоят в обнимку, девочка едва удерживает огромный для её возраста баян, но с усердием улыбается, искоса поглядывая на друга. Никольский пригляделся, отмечая насколько с тех времен поменялись как он, так и она. Детские округлые черты лица вытянулись и заострились, пухлота присущая большинству ушла и парень даже смог почувствовать легкое дуновение летнего ветерка, моросящее по коже и аромат дедушкиных пирожков. Около окна, снимок сделанный значительно позже, в каком-то из начальных классов. Никольский младший задорно щуриться, наклоняясь почти полностью влево и бесстыдно заглядывая в лист соседки по парте. Настя, чьей участи можно было только посочувствовать, что-то прилежно записывала в старую, еще отдающую желтизной тех времен тетрадь, почти с отличимым вздохом позволяла нагло списывать. Девочка была словно куклой. Огромные, пышные банты, завязанные у истока конского хвоста, еще не потемневших светлых волос. Темный сарафанчик, что кажется был вообще у каждой школьницы тех времен, украшенный светлыми рюшками на концах длинных рукавов и у горла. Накинутый поверх, черный кардиган. Сверху гордо красовался выглаженный и опрятный, красный галстук, повязанный по всем стандартам пионерии. Макс не поверил своим глазам. Неужели она и впрямь была такой малышкой? Девочка выглядела словно из типично советского фильма о добре и правильном мышлении, и поведении для школьников. Вновь возвращая взгляд на себя, парень хмуро покачал головой. Улыбаясь во всю ширь, что позволял детский рот, мальчик со стрижкой «под горшок», светил выпавшими передними зубами, ни чуть не обременённый ни своим внешним видом, ни положением. Задранный темный костюм, с премерзкими карманами на груди, до сих пор представлялся студенту в страшных снах. Белые заклепочки, на манер пуговиц, отсвечивали в камере и немного туманили общий вид снимка. Его пионерский галстук, словно прошел афганскую войну. Помятый и залипший, он торчал во все стороны, даже не думая становиться ровным. Мда. А вот Никольский выглядел как самый настоящий хулиган. Такое сравнение рассмешило значительно задумчивого парня и не долго думая, он сделал на свой телефон несколько снимков прямо со стены. Они были кривые и значительно отражались яркими полосками на экране, но общую суть передавали с головой. Не глядя, падая на кровать, обратно, Макс одним движением пальца отправил Насте более-менее удачные кадры. Пусть посмотрит, понастальгирует. (пожалеет, что не приехала, в конце концов!)

***

На телефон, тихой вибрацией, пришло несколько сообщений. Настя оторвалась от кипы бумаг, дергано отодвинула ноутбук и краем глаза посмотрев на контакт отправителя, всё же разблокировала экран блокировки. «Привет! Я помню, что ты сейчас занята и не можешь ответить, но я тут нашел наши старые фотки, (ну как нашел, увидел висящими на стене и впал в меланхолию, т.к. понял что говорила твоя бабушка о слишком быстром течении времени, стареем, стареем…) в общем, решил отправить и тебе, а то сидишь там где-то одна, тоскуешь по дому, а так хоть небольшое напоминание будет!» В конце стоял подмигивающий смайлик и немного ниже, были получены пять фотографий. Девушка улыбнулась, почувствовав внутри то самое ощущение свободы, что всегда приходило когда она оставалась с Никольским наедине. Не успела она нажать и на первый файл, как вибрация повторилась. «А, кстати, у тебя еще такой сарафанчик миленький, на третьем фото, не сохранила случайно? А то я бы посмотрел насколько ты из него выросла)) Я тоже могу одеть старую форму, если тебе интересно!» От этого сообщения Крылова захохотала уже в голос, представляя себе эту картину. Она — с маленьким сарафаном, не достающим и до бедер, и он — в вечно грязном и порванном пиджаке, и такой же рубашкой под низом. — Что смешного? — с интересов заглянула через плечо блондинка, что ранее представилась Ланьей. Её приставили для «помощи» и всего необходимого со вчера. Настя была уверена, что это не более, чем прикрытая красивой оберткой слежка. — Вы нашли что-то интересное в схемах? Крылова резко одернула руку, спешно разворачиваясь к девушке. — Нет, ничего такого… это я о своем. — она дергано поправила волосы. — Я же вроде просила, на ты? Ланья улыбнулась, присаживаясь на стол подле Анастасии. — Да, хорошо, на ты, значит на ты. Её взгляд заинтригованно блуждал по выключенному экрану смартфона и это нервировало. — Ладно, я продолжу? — она вскинула бровь. — Уже три. — блондинка кивнула на настенные часы. — Алла Игнатьева сказала не держать вас дольше необходимого. Студентка мысленно выдохнула. Значит её не будут запирать здесь пока она не окончит работу. Это радовало. — Тогда, я могу… идти? — Пожалуйста, — Петровна доброжелательно улыбнулась, указывая на дверь кивком. — и Анастасия, — она с пристальным прищуром, окликнула девушку уже у выхода. — Вы же понимаете, об этом — никому.

***

Сидя за столом и размазывая жидкую манку по тарелке, Макс внутринне порадовался тому, что мать не захотела выслушивать новости вчера. Решение познакомить Свету с родителями было спонтанным и на эмоциях. Нет, он и вправду хотел бы чтобы мама порадовалась, да и отношение с женщиной это однозначно укрепит… но по правде говоря — парень еще сомневался. Не будет ли это слишком быстро? Отнесется ли его семья положительно на всю эту затею? А вообще, не рискованно ли представлять родителям женщину, которая преподает у него в университете? Ведь, даже сам Макс не поверил бы, что всё это большое и глупое совпадение, если бы ему кто-то рассказал. Что уж говорить о закаленных всеми его выходками родителей? Да уж. А вот интересно, как бы отреагировали остальные, если бы они с Настей и впрямь сошлись? Ну, тетя Оля однозначно бы задохнулась от прилива любви и счастья, мама, наверное, залепетала что-то о том как хорошо, что её непутевый сын наконец одумался, а отец… А что отец? Ну, вероятнее всего, пожелал бы удачи, да втихаря помолился бы богине, чтобы больше никогда не встречаться с самой большой ошибкой его молодости. Да… Парень тряхнул головой, сбрасывая странные мысли. Манная каша давно остыла и стала похожа на детские сопли. Парень скривился от такого сопоставления. Мама ушла выгуливать Персика во двор, поэтому студент мог со спокойной душой разгуливать по квартире в растянутых трениках, да старых тапочках-котятах, что остались еще от сестры, никого не стесняясь. Выковыривая на лежащую и предварительно развернутую салфетку комочки, что не успели раствориться, Макс качался на стуле грозясь вот-вот завалиться.

Туда-сюда.

Туда-сюда.

Туда-

В дверь резко позвонили, уши даже заложило от резкого звука в полной тишине утренней квартиры.

-Сюда.

— Да, твоего же отца! — рыкнул парень, поднимаясь с заваленного кресла. Грозно сопя, студент направился к двери, громко (насколько это возможно в плюшевых тапочках) топая. — Да? — не смотря в дверной глазок, отпер дверь Максим, встречаясь лицом к лицу с Настей.

***

Вальяжно расположившись в кожаном кресле, в комнате отдыха, Ланья нерасторопно щелкала выпуклые кнопки на пульте, выбирая канал. " — …Партия предлагает!..»

Щелк

" — …Мужчины должны хранить свое целомудрие! И новый проект компании «Н.видео» может этому помочь!..»

Щелк

" — …Прости, любимый! Клянусь, я больше никогда не подниму на тебя руку, только…»

Щелк

— Неужели тебе настолько скучно? — усмехаясь, прижавшись лбом к косяку двери, на пороге красовалась Наташа. Ланья оглядела её изучающим взглядом, подняла брови, то ли соглашаясь, то ли сомневаясь и закинув идеально ровные ноги на один из больших подлокотников, зудяще потерла шею. — Представь себе, — она словно кошка растянулась на удобной мебели, игриво поблескивая глазами. — а ты хочешь что-то предложить? Романофф лишь цокнула языком, присаживаясь на диван из той же коллекции. — Девчонка уже ушла? — Так точно, я проследила. — строго, словно начальнице отрапортовала девушка. Наташа удовлетворенно кивнула, запрокидывая голову на комфортабельную спинку. — Перестань мучать пульт, всё-равно ничего путного не найдешь. Петровна только пожала плечами. В комнате воцарилось спокойное молчание, нарушаемое лишь тихим писком висящей на стене плазмы. — Как считаешь, с неё будет толк? — девушка не называла конкретного имени, но старший агент всё поняла и без уточнения. — Начальству виднее. — Да, — кивнула, соглашаясь Ланья. — но я спросила про твое мнение. Наташа чуть поразмыслила и заерзала на сидении пытаясь найти более комфортную позу. — Я не думаю, что её бы взяли, если бы не просчитали всё до единой мелочи. Думаю, — она отвела взгляд влево, задумчиво щуря изумрудные глаза. — в ней что-то есть. — Определенно, — непонятно ухмыльнулась блондинка, закусывая губу.

***

Лариса неторопливо шагала по просторам родных улиц, с тяжестью на серце осматривая скучные лица прохожих. Осенняя прохлада холодила лицо и руки, и хотя для курток, или плащей еще было жарко, женщина предпочитала перестраховываться, каждый раз выходя из дома надевая шарфик. Пес энергично скакал по земле и еще зеленой траве, гоняя воробьев, что трудолюбиво колошматили маленькими клювами землю в поисках пропитания, пачкал светлые лапы в успевшей промокнуть почве. Никольская на это могла только качать головой, уже предвкушая долгое мытье собаки после выгула. Сколько не пыталась женщина повлиять на загрязнения маленького Персика — попытки были четны. Пес, коему от роду было не много, не мало пять лет, был самым любимым (а Ларисе иногда казалось, что и вовсе единственным) членом семьи Максима. Появился он весьма внезапно, как раз с того самого времени, как характер её сына изменился на корню. Вспоминать это было не просто тяжело — это было по настоящему невыносимо. Женщина до сих пор, иногда с содроганием просыпается посреди ночи, в холодном поту, вспоминая урывки тех времен. Для нее, как для жены и матери в первую очередь — было невероятно страшно видеть такие резкие перемены в собственном ребенке. Да, конечно это можно было бы списать на подростковое, типа переходного возраста, но неужели все эти изменения могли бы произойти за столько короткое время? Нет, это было больше похоже на щелчок переключателя. Только, что могло послужить спусковым крючком для подобного? На этот вопрос женщина как ни старалась — не могла дать полноценный ответ. В четырнадцать лет её мальчика словно перемкнуло. Вот, он сидит весело хохоча с какого-то не самого далекого сериала, ест то же, что и все ребята его возраста — какую-то вредную ерунду совершенно не полезную для здоровья, ведет малоподвижный образ жизни. А уже на утро — схватившись за голову бормочет что-то невнятное. Женщина тяжело вздохнула, часто-часто заморгав, желая сдержать непрошенные слезы. И почему ей так хочется кричать?