Детская прихоть

      – А ты что тут забыл? – Минхо навис над развалившимся на столе Феликсом. .       – Друг попросил подменить, – сказал Феликс, – Я чуть со скуки не умер за эти два часа.       Феликс встал и вальяжно облокотился на высокий стол. Среди светлого и строгого убранства архива он выглядел инородно.       – Вы часто бываете вместе, – зевнул Феликс, – Что-то происходит?       Минхо посмотрел на Хана, ожидая, что тот объяснит ситуацию, но Хан не спешил сообщать причину визита. Он свел руки за спиной и сильно сжал переплетенные пальцы.       "Он говорил, что не хочет рассказывать другим. Если сейчас мы объясним цель визита, то последует много неудобных вопросов."       – Я показывал Хану город, – просто сказал Минхо, – Кто бы мог подумать, что встретим тебя.       – Не очень то ты похож на экскурсовода, – сказал Феликс.       – А ты на архивиста.       – Все нормально, – сказал Хан, легонько коснувшись тыльной части ладони Минхо.       Феликс перевел взгляд с Минхо на Хана.       – Извини, мы ищем информацию об одном человеке.       – О, правда? – удивился Феликс, коротко взглянув на Минхо, – Я слушаю.       – Ли Ан, возраст не могу сказать, но он жил здесь в пятидесятые.       – Это твой родственник? – поднял брови Феликс.       – Эм, нет…       – Ты разве не знаешь, что информация доступна только родственникам?! – отчитывал Феликс.       С лица Хана упала улыбка. Он стоял в растерянности минуту, после чего отступил на шаг.       – Тогда мы пойдем, – опустив голову, тихо проговорил Хан.       – Так легко сдашься? – усмехнулся Феликс.       Хан, уже развернувшийся чтобы уйти, непонимающе смотрел на него.       – Ты не сможешь пройти этот путь, если будешь так быстро отступать, – сказал Феликс.       – Тогда мы можем рассчитывать на твою помощь? – спросил Хан.       – Вам повезло, что сегодня здесь я, – улыбнулся Феликс, – Подождите в читальном зале, я попробую что-нибудь найти.       Минхо направился в зал, не дожидаясь, когда эти двое закончат говорить друг другу любезности.       – Большое спасибо, – просиял Хан.       – Не за что, – сказал Феликс снял свою обычную улыбку, – Знаешь, не силься нарисовать тигра, получится только жалкое подобие собаки.       Минхо уже в дверях обернулся и посмотрел на Феликса. Несмотря на напускную серьезность, с которой он говорил, в его словах слышалась насмешка.       Высокие потолки с потертой лепниной и сырым пятном в углу комнаты, простой старый паркет, большие окна с деревянными рамами, от которых дул ветер даже теплой весной, что уж говорить о зиме. Одним словом, не самое приятное место для чтения, поэтому здесь никого и не было.       Минхо уже сидел за дальним столом у окна, когда к нему подошёл снова сияющий Хан.       – Нарисовать тигра и получить собаку? – задумался Минхо, – Что он имел ввиду?       – Мм?       – Это Феликс сказал.       – О чрезмерных усилиях, я полагаю.       «Значит, мне одному не выдали методичку о крылатых выражениях, которые Феликс выдумывает на ходу,» – Минхо подпер щеку рукой.       Просто сидеть ребятам наскучило уже через пять минут, поэтому они вышли в соседний зал посмотреть книги. Основное помещение библиотеки оказалось куда приятнее или только создавало такое впечатление за счет аккуратных рядов книжных полок.       Хан решил просмотреть книги об истории города, чтобы не терять зря время. До этого Хан уже наведывался сюда, чтобы найти что-нибудь о городской легенде, но теперь у них появился конкретный временной промежуток и стоило проверить ещё раз. А Минхо просто прогуливался вдоль стеллажей, иногда останавливаясь, чтобы пролистать заинтересовавшую его книгу. В основном все книги были старыми в однообразных серо-зелено-коричневых переплетах, но находились и более новые издания.       Дойдя до раздела детских книг, он услышал голоса. Зал немаленький, поэтому неудивительно, что они могли не услышать присутствие других людей в зале, однако голоса казались обеспокоенными, поэтому Минхо направился в их сторону.       – В ту сторону мы уже ходили, там тупик, – услышал Минхо высокий мальчишеский голос.       – Тин, вставай, нужно идти, – ответил голос мальчика постарше.       – Но я устал.       – Вставай или тебя заберёт бабайка, – пригрозил мальчик, на что малыш только начал плакать.       – Не пойду!       Минхо дошел до источника голосов и замер в проходе. Маленький мальчик сидел на полу и мальчик постарше, сидя на корточках рядом, пытался поднять его за руку, на что малыш только отмахивался.       Старший мальчик вскочил на ноги как только увидел Минхо.       – Тин, смотри, наш спаситель, – сказал он младшем.       – Дядя! – закричал младший, подбегая к Минхо.       – Дядя, меня зовут Вэй, а моего младшего брата Тин, – объяснил мальчик как-то торжественно, – Мы ищем выход,       – Где ваша мама? – только и нашел что сказать Минхо.       – Она ждет нас на улице, а мы не можем выбраться, – сказал Тин, цепляясь за одежду Минхо.       – Дядя, отведите нас к выходу, пожалуйста, – протянул Вэй.       – Хорошо, – сказал Минхо и младший вцепился ему в руку.       Минхо был слегка растерян, он не часто контактировал с детьми и просто не знал о чем говорить. Только он успел подумать о том, что ситуация довольно неловкая, как мальчики заполнили паузу хором голосов.       Они двинулись между стеллажами в сторону зоны для чтения.       – Дядя, а это что? – спросил Тин, доставая с полки книгу в яркой обложке, которую не смог удержать на весу и сразу же уронил на пол.       – Книга, – ответил Минхо.       – А какая это книга, дядя?       – Она про человека, который жил на острове один, – Минхо помог положить тяжелую книгу на место.       – И даже без мамы? – спросил младший.       – Да, совсем один.       – А кто ему тогда блинчики готовил? – задумался Тин.       – Дядя, пойдем со мной, – сказал Вей.       – Что такое? – спросил Минхо, когда мальчик взял его за другую руку и потянул в обратную сторону.       – Дядя, я хочу показать, – сказал мальчик, показывая книгу на верхней полке и пытаясь допрыгнуть до нее.       Минхо поднялся на носочки и достал книгу. Это была энциклопедия по единорогам.       – Смотри, дядя, у меня дома похожая книжка. Красивая, да?       – Да.       – У меня дома есть большой розовый единорог.       – Тебе нравится? – спросил Минхо.       – Да, я сам выбирал розового, потому что был самым красивым. Ему даже волосы можно заплетать.       – Дядя! – позвал младший, как-то успевший незаметно переместиться в параллельный проход, – Мне нужно показать.       К этому моменту Минхо готов бы мысленно сочувствовать родителям этих детей. Он вымотался, просто находясь с ними пять минут.       Минхо подошёл к Тину, он держал в руках объёмную картонную книжку.       – Дядя, а это что?       Минхо присел на корточки и положил книгу себе на колени так, чтобы малышу было видно.       – Смотри, тут есть окошки, их можно открывать, – он показал Тину где тянуть, чтобы он сам открыл окошко, – Видишь, так просто лес, а если открыть окошки, то узнаешь, кто живёт в лесу.       Именно такую картину застал Хан, когда пошел искать Минхо. Его взгляд задержался на братьях на несколько мгновений, после чего переместился на Минхо. Хан не спешил обнаруживать свое присутствие, наблюдая, как Минхо с совершенно серьезным видом объяснял детям книгу.       – Дядя, а единороги в этом лесу живут? – спросил старший брат.       – В этом нет, это должен быть волшебный лес, – ответил Минхо.       – Дядя, а это кто? – спросил младший, открывая следующее окошко.       – Это ёжик.       – Дядя, – Тин потянул Минхо за рукав, – Это кто?       Минхо обернулся и понял, что малыш говорил о Хане, который некоторое время уже стоял и с улыбкой наблюдал за ними. Минхо потер шею и встал.       – Привет, – сказал Хан, наклоняясь к младшему брату, – А что вы тут делаете?       – Дядя, этот дядя поможет нам выйти из лабиринта! – воскликнул Тин.       – А дядя может и меня вывести из лабиринта, я тоже заблудился? – серьезно спросил Хан.       Минхо еле сдержался, чтобы не закатить глаза.       – Пошли с нами, дядя, – младший брат взял Хана за руку, – Дядя отведет меня с братиком, а я тебя.       Минхо с облегчением выдохнул, когда они двинулись дальше и мальчики переключили свое внимание на Хана, который успевал отвечать на все вопросы, которыми они осыпали его. Это больше было похоже не на разговор, а на викторину с большим призовым фондом и скорость их разговора пугающе нарастала.       – Дядя, а красивый у меня свитер? – спросил Вей у Хана, красуясь розовым свитером с золотыми узорами.       – Ого, очень красивый, повернись, лучше рассмотрю, – Хан похлопал, когда мальчик сделал несколько нерасторопных оборотов, – Великолепно!       Через минуту книжные полки расступились и они вышли из "лабиринта" к залу для чтения.       – Дядя нас вывел из лабиринта! – обрадовался Тин, дергая за руки обоих парней.       – Нужно подождать их маму у входа, – сказал Минхо на ухо Хану.       – Лабиринт ещё не закончился, дядя должен вывести нас на улицу, – сказал Хан.       – Да! – дети проследовали к выходу.       – Дядя, ты больше не теряйся как мы уйдем или будь рядом с дядей, чтобы он помог тебе выбраться, – наставлял Тин Хана, – Тут очень легко потеряться.       – Обязательно, – Хан улыбнулся Минхо.       Как только ноги ребят коснулись мостовой, а солнечные лучи легли на их счастливые лица. женщина на скамейке отложила телефон и помахала детям.       – Бегите к маме, – сказал Хан, – Лабиринт пройден.       – Пока-пока, дяди, – Тин бежал и каждые два шага останавливался, чтобы помахать парням на прощание.       – Мы тут каждые выходные днем, – Вей сверкнул своими большими глазами в сторону Хана.       Перед тем как перейти дорогу старший брат догнал младшего и взял под руку. Вместе они преодолели дорогу, на другом конце которой их встретила мать.       Минхо не мог сдержать улыбки, глядя им вслед. Старшему на вид было семь, а младшему около четырех, очаровательные и очень сообразительные дети для своего возраста.       Минхо посмотрел на Хана, но тот не разделял его настроения.       – Все нормально? – спросил Минхо.       – Да, идем, – натянуто улыбнулся Хан.       «Значит, так выглядит жизнь Хан Джисона? Учеба, расследование и помощь случайным незнакомцам. И ничего подозрительного,» – думал Минхо, смотря в затылок Хану, пока они шли узкими коридорами до читального зала.       «Так и буду вечно таскаться за ним и решать чужие проблемы.»       «Стоп... Сегодня все началось из-за меня.» – Минхо остановился в проходе.       «Это заразно? Теперь я тоже притягиваю неприятности?»       – Сказал же, тут ждать, – причитал Феликс, как только Хан и Минхо появились в зале, – Я ведь отвечаю за эти документы и могу отдать их только в руки.       – Мы заблудились, – сказал Минхо.       Феликс тяжело вздохнул, садясь за стол.       – Так, зачем вам этот господин? – Феликс кинул папку на стол перед Минхо.       – Бывший владелец моего дома, – сказал Хан.       – Он мошенник, – сказал Минхо в то же время.       Парни переглянулись.       – Кхе-кхе, – прокашлялся Минхо, а Хан натянул дежурную улыбку.       – Видимо, он действительно плохой парень, – пожал плечами Феликс, – Киньте потом на стойку, а я домой. Сейчас уже сменщик придет закрыть читальный зал. У вас пол часа.       Минхо открыл папку и пролистал: всего три листка, рождение, работа, смерть. Если подумать, любая человеческая жизнь оценивается такими тремя бумажками. Не очень-то оптимистично.       После ухода Феликса Хан и Минхо остались в читальном зале одни. Минхо чувствовал, что атмосфера вокруг Хана не распологает для разговоров, но все же решил попробовать:       – Насчет тех детей...       – Я уже не соображаю, – Хан устало потер виски, – Может, у меня дома поговорим?

***

      В гостиной был все тот же бардак из газет, который они оставили вчера, поэтому им пришлось идти по самому краю комнаты, вжавшись в стенку. Атмосферы добавлял еще запах старой пыльной отсыревшей бумаги. Наверное, Минхо стоит помочь с уборкой, раз уж он в это замешан.       – Если хочешь остаться на ночь, я постелю в моей комнате, – сказал Хан, проходя на кухню.       – Да, хочу, – согласился Минхо.       Минхо на секунду замешкался, сам от себя не ожидав принятия приглашения. Может, это произошло из-за того, как обыденно Хан предлагал, будто для него подробная близость не была чем-то странным. Минхо хотел бы притвориться, что для него в этом тоже нет ничего неловкого.       "Все равно лучше, чем сидеть дома с отцом и старательно игнорировать существование друг друга."       На столе расположился чай с печеньем, Минхо попробовал каждый вид по очереди. Все-таки здесь есть комфортнее, дома кусок в горло не лезет.       – Родился здесь, работал здесь, здесь же и умер, – подытожил Хан.       – А это точно тот, кто нам нужен? – спросил Минхо, – Никакой информации о его деятельности в сообществе нет, у него было много подработок и ни одной постоянной работы. Здесь даже фото нет.       – Феликс сказал, что больше нет людей с таким именем за тот период.       – Еще одна неразрешимая задачка для детектива, – подмигнул Минхо.       – Продолжим обсуждение завтра, – Хан вышел из-за стола проигнорировав попытку Минхо разрядить атмосферу.

***

      – Приведите следующего! – послышался низкий женский голос.       Из темного коридора стражник вывел заключённого, который выглядел не так плохо, как остальные казненные. По его виду можно было сказать, что это его первый опыт пребывания в таких тяжёлых условиях. Костюм из дорогих тканей запачкался и потерся, но все ещё сохранял благопристойный вид. Обуви на нем не было и он оставлял на мраморном полу сырые грязные разводы.       Заключённый щурился от яркого дневного света и запинался о каждую малюсенькую неровность в полу, не в силах открыть глаза.       – О, наконец-то это ты! – в ее глазах читалось нескрываемое удовольствие.       Стражник толкнул заключённого в плечо, отчего тот распластался по земле и продолжил лежать, не предпринимая попыток встать.       – На колени, перед тобой королева! – процедила женщина на троне.       Два стражника подняли заключённого за руки и усадили на колени.       Заключённый поднял взгляд на королеву. Она была молода и утонченно красива, но смотреть в ее лицо было крайне неприятно.       – Трон не принадлежит тебе, – хрипло проговорил заключённый.       – Стража, – от звука ее голоса заключённый еле заметно сжался, – Оставьте нас! – она встала с трона и сошла со ступенек, остановившись в двух шагах от заключённого.       – О! Ты наконец решил поговорить? – она была очень взволнована.       – Скоро народ поймет, кто ты такая.       – Тебе не кажется, что это не имеет значения в твоём положении? – усмехнулась она.       – Ты ведь не думаешь, что выберешься живым отсюда? – она прохаживались вокруг заключенного, – Папа умер и больше некому рассказать о плохой тете.       Заключённый опустил голову в пол.       – Простолюдины любят меня, – она сделала паузу, – Знаешь, как им нравятся слезливые истории о сиротах из трущоб, которые своими усилиями взбираются на вершину.       – Они думают, что я буду защищать их, если была такой же, – подол ее платья остановился у колен заключенного, – Я для них олицетворение справедливости, а ты очередной знатный выродок деспота-короля.       Она наклонилась и подняла подбородок заключённого, заставляя посмотреть себе в глаза.       – Все могло закончиться совсем по другому, – в ее холодных глазах мелькнуло едва уловимое сожаление, – Предложение все ещё в силе. После свадьбы твоя история прозвучала бы совсем по-другому: храбрый сын, который восстал против тирании своего отца и поддержал народное восстание. Ты будешь героем.       – Как ты стала такой? – спросил заключённый.       – Последний шанс передумать, – отрезала королева.       – Ведьма! – яростно прокричал заключённый так, что королева вздрогнула от неожиданности.       – Ну и пошел к черту, – она напряженно сосредоточила взгляд на его лице на пару мгновений, после чего развернулась и направилась к своему трону.       – Что ты сделала?! – в ужасе завопил заключенный, – Что с моими руками?       – Хочешь узнать как ты умрёшь? – спросила она с усмешкой, но ее голос дрогнул.       Каждый тяжёлый шаг королевы отражался новыми морщинами на лице заключённого. На третьем шагу его светлые волосы сменили оттенок с золотичтого на седой и тут же начали выпадать. Его тело иссохло и потеряло всю жизнь в считанные мгновения.       Когда королева села на трон, на месте заключённого осталась лишь пыль.       – Оно и к лучшему, – сказала королева, избегая смотреть на то, что осталось от него.

***

      Минхо проснулся оттого, что кто-то тряс его за плечо. Глаза наткнулись на обеспокоенное лицо Хана.       – Что тебе снилось?       Минхо принял сидячее положение и судорожно схватил телефон.       "В этот раз я все запомнил."       Он нажал на иконку заметок, но случайно промахнулся и попал в мессенджер.       "Главное успеть записать."       Вторая попытка, снова главный экран, заметки. Так, теперь записать.       Хан недоуменно наблюдал за его действиями.       "Надо записать."       "Что записать?" – Минхо уставился на клавиатуру, так и не написав ни одной строчки.       Мгновение назад он помнил все в мельчайших подробностях, а сейчас не мог вспомнить и маленькой детали. В конце концов он сдался и устало облокотился на кровать Хана.       – Не могу вспомнить, – сказал Минхо.       – Оно и к лучшему, – сказал Хан.       Минхо лег обратно на матрас.       – Знаешь, кошмары лучше не держать в голове, а отпускать сразу.       – Из личного опыта? – спросил Минхо.       Хан не ответил и тишина затянулась. Минхо уже подумал, что Хан заснул, но приподнявшись на матрасе обнаружил, что он неподвижно смотрит в потолок.       – А ловцы снов помогают? – спросил Минхо, рассматривая стену, всю увешанную разноцветными перьями и подвесками, свисающих с различных оснований ловцов.       – Их покупает мама в каждом месте, в котором бывает. Она верит, что однажды поможет.       – А ты веришь?       – Нет.       Хан встал с кровати и натянул джинсы поверх пижамных брюк.       – Уже утро? – повернул голову Минхо.       – Не совсем, нужно кое-куда сходить, – сказал Хан, собирая рюкзак.       – Сейчас? – Минхо посмотрел на экран телефона, показывающий три часа.       Хан ничего не ответил, продолжая складывать в рюкзак все, что может пригодиться.       «Да что с ним такое?»       – Мы можем сходить утром, – предложил Минхо.       Хан невозмутимо пощелкал переключателем фонарика, прежде чем положить его в рюкзак.       – Подожди меня, – выдохнул Минхо.

***

      "Кладбище."       Они в самом деле глубокой ночью оказались на старом городском кладбище на самом краю города, дальше был только лес.       Сильный ветер колыхал деревья, которые громко шелестели листьями, моля о пощаде. В темноте фонарик в руках Хана создавал сильный контраст между светом и тьмой, усиляя обе составляющие картины так, что освещенный участок слепил глаза, а темнота за пределами полосы света создавала постоянные иллюзии движения, из-за чего Минхо приходилось постоянно вглядываться в темноту.       – Ты знаешь, что может подумать о нас сторож, если застанет нас тут ночью? – Минхо попробовал разглядеть лицо Хана, но его глаза еще не успели привыкнуть к темноте.       – Мы ничего такого не делаем, кладбище – это общественное место, его не запрещено посещать ночью, – Хан шагнул к воротам.       – Попробуй еще объясни это другим, – ворчал Минхо, проходя через ворота.       Хан шел впереди с фонариком довольно уверенно, в то время как Минхо вздрагивал от каждого шороха и вечно оглядывался в поисках преследования, но продолжал идти за Ханом.       "И откуда в нем столько энтузиазма?!"       – Ты спал вообще? – спросил Минхо.       – Да.       – Когда? На прошлой неделе?       Минхо выровнялся с Ханом и изучал его бледное лицо. Он даже забеспокоился, не призрак ли он оттого, как гармонично жутко выглядел его силуэт в пейзаже кладбища.       Они прошли сквозь насаждение деревьев и им открылся вид на холм, уставленный ровными рядами серых надгробных плит, которые выделялись светлыми пятнами на совершенно темном кладбище.       – Так, что мы ищем? – спросил Минхо, останавливая Хана за запястье.       Глядя на странное выражение лица Хана в свете фонаря, он был готов поверить даже в то, что они тут для поиска загробного мира.       – Могилу предводителя восстания, – соизволил все-таки пояснить Хан.       – Почему кладбище, а не колумбарий?       – Он погиб в конце пятидесятых, кремация станет общественно одобряемой только в двухтысячные.       – Это имеет смысл, – Минхо надоело вести этот допрос, поэтому он предоставил событиям просто идти, пока все не прояснится само.       – Стоит начать примерно оттуда, – Хан указал на ряд надгробий посередине кладбища, – Там середина пятидесятых.       «Ладно, он знает устройство кладбищ, ничего странного.»       Они методично шли вдоль рядов, Хан светил фонариком на проход, а они оба рассматривали надгробия по обе стороны от дорожки. Так они провели следующие два часа, пока не просмотрели все надгробия до начала шестидесятых годов.       Они шли вверх по холму, приближаясь к дальнему концу кладбища.       – Кажется, впереди какое-то строение, – сказал Хан, – Похоже на склеп.       Минхо остановился.       – Зачем искать его могилу? – спросил Минхо, пытаясь не подать виду, что чертовски устал, – Его надгробие никакой информации не даст.       Хан обернулся. Ветер развевал волосы и одежду Хана с невероятной силой, что совершенно его не беспокоило.       – Затем, что ее нет, – Хан смотрел на Минхо сверху вниз.       – С чего ты это решил?       Хан ничего не ответил.       «Ну как общаться с этим невыносимым человеком?»       – Может, другое кладбище? – Минхо пытался всеми воскресить снова угасшую нить разговора.       В Сондоне было всего одно кладбище, куда попадали все жители города и окрестностей, погибшие в прошлом веке, Минхо прекрасно знал это.       – Он никогда не выезжал из города, – сказал Хан.       – К чему ты клонишь?       В голову Минхо закралось неприятное предчувствие. В мгновение в его голове пронеслось множество разных вариантов, но то, что произнес Хан, было совершенной нелепицей.       – Он не умер.       Минхо не успел никак отреагировать на неожиданное заявление. На вершине холма показался небольшой лучик света. Хан выключил фонарь.       – Надо уходить, – сказал Минхо, но Хан не пошевелился.       Маленький шарик света стремительно увеличивался в размерах и вскоре парни могли попасть в зону видимости, но Хан продолжал просто стоять на месте.       – Мы еще не все осмотрели, – сказал Хан.       – Хочешь объяснить это сторожу? – Минхо подтолкнул Хана в сторону выхода.       Хан бросил последний взгляд на вершину холма.