Путь ангела

По длинному светлому коридору нервно расхаживал высокий смуглый мужчина, выкуривая одну сигарету за другой. Его жену на «скорой» привезли в роддом, и он очень переживал за нее и ребенка. Прошло уже несколько часов, но вестей о них все не было. Мужчина со злостью бросил окурок в урну, сел, обхватив голову руками, но через секунду, не выдержав, опять вскочил и потянулся за очередной сигаретой. Неожиданно дверь хирургического отделения открылась, и в коридор вышла симпатичная женщина лет пятидесяти в хирургическом халате, стягивая на ходу перчатки. Мужчина подбежал к ней: — Доктор! Как они? — Не переживайте. Все уже хорошо. У вас чудесный мальчик. Поздравляю вас! — женщина улыбнулась. Виктор оцепенел от счастья. Он готов был расцеловать врача, чувства переполняли и душили его. — Спасибо, — хрипло прошептал он. — Спасибо! — Не благодарите меня. Поблагодарите свою жену! Она молодец, хотя пришлось ей очень не просто, — врач мягко улыбнулась. — Мне пора, извините, — попрощалась она и направилась к одной из дверей, ведущих из коридора в пронумерованные кабинеты больницы. — Когда я смогу их увидеть? — спросил Виктор, обращаясь к отдаляющемуся врачу. — Немного попозже. Сходите пока отдохните, перекусите. Вы с утра здесь, — ответила та, продолжая свой путь. Скрывшись за дверью, Омния устало провела рукой по лбу, превратилась в ангела и исчезла. *** — Мама! Ну, быстрее, мама! Ну что ты так долго! — Сульфус кружился вокруг матери, уже раз семь выбежав в коридор и забежав обратно. — Ну, когда уже ты оденешься? — все возмущался он. — Пошли уже! Мать засмеялась, вышла за ним и закрыла дверь на замок: — Пошли, шило в попе! — Взяв сына за руку, Елена вышла из дома. Мама сегодня обещала записать его на хоккей, и Сульфус никак не мог дождаться, когда он уже сможет поиграть. Мальчик обожал лед. Став на коньки еще в два года, Сульфус мог часами нарезать круги на льду, падая и набивая шишки, что, впрочем, его ничуть не смущало. В редкие выходные отец играл с ним в хоккей, но Сульфусу этого было мало. И вот, наконец, мама ведет его в клуб! Сульфус почти летал от счастья! Елена уже давно поняла, что ее сына надо чем-нибудь увлечь, чтобы он перестал крушить их квартиру. Сначала, по совету подруги, она попыталась записать его в бассейн — на плавание. Но Сульфус ненавидел воду. Он, как кошка, визжал и отфыркивался, стоило только опустить его в бассейн. Вопрос, куда его вести, решился во время одной из прогулок, когда на площадке в их дворе залили каток. Первые пять минут Сульфус восхищенно следил за катающимися, потом протянул руку и, указав на них пальцем, сказал: — Я тоже так хочу! Мать так и не смогла его отговорить. Довод «Ты еще маленький», воспринимался им как оскорбление. Пришлось сдаться. В прокате не нашлось коньков его размера. Надев коньки на три размера больше, и еле перебирая ногами в тяжеленных ботинках, Сульфус полчаса ходил за мамой по льду, крепко держась за ее руки. Вечером же, услышав восторженный рассказ сына о том, как он катался, отец рассмеялся и попросил принести ему телефон. Позвонив другу в спортивный магазин, и поговорив с ним пару минут, отец пообещал Сульфусу, что у него будут коньки его размера, а еще шлем, защита и клюшка! И действительно, утром у его изголовья лежало все обещанное. Счастью Сульфуса не было предела! С тех пор вытянуть его со льда было невозможно. *** — Вообще-то мы берем с шести лет, — тренер придирчиво оглядел мальчика, который приплясывал вокруг матери, пытаясь вырвать ладошку из ее руки. Маленький, худощавый, ему и пять-то сложно было дать. — Вы понимаете, у нас занимаются дети с шести до двенадцати лет. Он еще маленький, его могут случайно толкнуть, поранить. Хоккей не самый безопасный вид спорта, — тренер развел руками. — Попробуйте отдать его на плавание, а через год-другой придете к нам. — Да мы уже пробовали. Не хочет он на плавание, – Елена с грустью посмотрела на сына, прилипшего к стеклу трибуны и с восхищением наблюдающего за тренирующимися ребятами на льду. — Может, все-таки попробуете его взять? — с надеждой в голосе спросила она, — он хорошо держится на коньках! — Не обижайтесь, я не могу, — тренер покачал головой. — Я несу за них ответственность. Вы сами мне потом не простите, если он поранится, — он отечески потрепал Елену по плечу. — Приходите к нам через год, а лучше два. Будем вам рады! Извините, мне пора работать, ребята ждут! Тренер повернулся к катку и ступил на лед, но, в следующую же секунду, замер на месте. Сульфус скользя и шатаясь, бежал по льду в ботинках. — Куда?! Ушибешься! — тренер бросился за ним. Но Сульфус уже подбежал к какому-то мальчишке и рывком выхватил у него клюшку. Мальчуган не успел открыть рот от удивления, а Сульфус уже бежал с клюшкой к воротам, перед которыми лежало несколько шайб. Замахнувшись, он хотел отправить одну из них в ворота, но ботинки предательски скользнули и Сульфус растянулся на льду во весь рост, что, впрочем, не помешало ему, уже лежа, затолкнуть одну из шайб в сетку. Тренер остановился на полпути и рассмеялся. Он подъехал поближе к лежащему на льду сорванцу и помог ему встать. — Как тебя зовут? — Сульфус! — Ну, здравствуй, Сульфус! Тебе так нравится хоккей? — Угу! Я буду чемпионом! — Сульфус кивнул и гордо выпрямился. — С таким характером — точно будешь! — улыбнулся тренер. — Пойдем, скажем маме, что ты принят в команду. Сульфус расцвел, как мак на лугу, и, взяв протянутую руку тренера, направился к матери.