I see...

POV Seungri Когда я попал в YG - был просто... счастлив. Мне казалось, что у меня теперь есть все: любящая семья, верные друзья, приносящая радость работа, отличные одногруппники и любимая девушка. Одно только жутко коробило, то, как раздражался при виде меня Квон ДжиЁн - лидер нашей группы. И я искренне не понимал почему. Он не уставал фыркать и говорить, что мои отношения - фарс, ни больше, ни меньше, и закончатся они совсем скоро. Эти слова вызывали во мне противоречивые чувства. Мне хотелось сказать, чтобы он не сравнивал наши сердца, наши чувства. Ведь я - не он, мне не нужно каждую неделю искать другую кровать. Но стоило ему взглянуть в мои глаза, усмехнуться и уйти восвояси - желание наговорить всю эту ерунду исчезало так же спонтанно, как и появилось. Стоит ли говорить, как я был разбит, когда моя девушка бросила меня? Унизительнее всего было признавать, что этот напыщенный парень оказался прав. Мне нужно было выговориться... и я, дурак, не нашел никого лучше подвыпившего лидера нашей группы. Я опустился на колени перед его кроватью что-то невнятно ему объясняя, а потом просто... зарыдал. Тут же пытаясь стереть с щек этот позор. Но, на мое удивление, он не стал издеваться надо мной, а лишь протянул к моему лицу руку, успокаивая меня. Тогда, я взглянул на него совсем иначе. Я больше не видел того грубого мальчишку (пусть и старше меня самого), я видел человека... которому я очень дорог. Однако, испугавшись этих мыслей я просто сбежал. Я пытался не думать об этом. Убеждал себя, что все это - моя глупая фантазия, вызванная болью разбитого сердца. Однако, даже если и так, я заметил, что ДжиЁн стал уделять мне гораздо больше времени. Он просто окружил меня своим внимание и заботой, что, честно говоря, меня немного раздражало. И я не скрывая показывал ему это, вновь и вновь отбиваясь от него. А раздражало меня все это потому, что тот маленький осколок, что остался от моего сердца, вдруг перестал скрести мою душу. И однажды я сдался... позволил ему делать все, что он захочет. Но все это так же пугало меня. Тогда я готовился к выступлению на большой сцене, все так же принимая "ухаживания" нашего лидера. Мысль о том, что мне от него не отделаться будто вросла в меня. И тогда я решился на отчаянный шаг - пригласил на выступление девушку, которая поставила меня на колени перед Квон ДжиЁном. Она согласилась и пришла на мое выступление. Что же до Джи? Он очень занятой человек, и я предполагал, что лидер просто напишет мне подбадривающее смс. Но когда я его не получил - сомнения о правильности моего поступка закрались в крошечный кусочек моего ноющего сердца. На протяжении всего выступления, проговаривая свой текст, играя, я думал лишь об одном: "Где ты сейчас, Квон? Может ли быть хоть небольшая возможность того, что ты сейчас смотришь на меня..." Позже, находясь в гримерке я получил сообщение от моей гостьи о том, что она не хочет быть со мной. Но, не могу сказать, что меня особенно расстроил ее ответ. Я был разбит потому, что, привыкнув ко вниманию своего лидера, я будто задыхаться начал, когда не увидел его протянутую руку. Однако, покинув душную комнату за сценой, я понял, какой же я все же счастливчик! ДжиЁн принес мне цветы, а значит он был на моем выступлении! ДжиЁн наблюдал за мной, был рядом со мной. А что же еще мне нужно для того, чтобы улыбаться по-настоящему? Все чаще я стал оказываться ночью в его кровати, делая вид, что верю его глупым оправданиям. И, когда ДжиЁн, наконец, решился сделать хоть что-то, я дернулся лишь для того, чтобы обнять его за шею и притянуть к себе. Время шло, но мы не говорили громких слов любви. Мы просто были рядом, делясь своим теплом. Однако, спустя два года, после той ночи, проведенной в одной кровати как... пара, ДжиЁн сказал, что никогда не покинет меня. Я взглянул на него удивленно лишь потому, что не ожидал услышать этого. А он еще и прибавил, что мое желание его не волнует. И почему-то именно тогда я почувствовал, что крохотный кусочек моего сердца больше не умещается в моей груди... В один момент я понял, что этот человек смотрит на меня совершенно по-особенному. Он не видит во мне ребенка, за которым надо приглядывать. Он не видит во мне, как бы смешно не звучало, любовницу, к которой можно прийти, когда тебе просто взбредет это в голову. Он видел во мне мужчину. Самодостаточного, сильного, решительного. Своего мужчину. Но он все равно продолжал опекать меня. Тогда я решил, что покажу, чего я стою! Покажу ему, что сам смогу позаботиться о нем. Так и получилось... Я гастролировал по Японии, а Джи, психуя, уезжал в какую-нибудь столицу моды, поболтаться со своими друзьями. Я не могу сказать, что не злился. Я правда был в ярости! Почему бы он не мог просто приехать ко мне, если так скучает? Но я тут же себя одергивал, говоря: "Все, что я делаю, только для того, чтобы он больше не брал все на себя". Тогда я просто звонил ему, начиная болтать всякую ерунду о том: как прошел мой день, что я ел, какие передачи смотрел, а в каких принял участие. И где-то между этой болтовней я вставлял слова о том, как мне без него тоскливо, как я соскучился по его прикосновениям. Его глазам, в которых плещется обожание; его мерному сопению, когда он лежит сзади меня; его губам, что так часто обветриваются, а от того выглядят еще более желанными; по его рукам, что так крепко сжимают меня по ночам... Он расслаблялся. И я слышал, как он улыбается, говоря о том, что мы встретимся в ближайшие дни и обязательно проведем время вместе. Однажды я проснулся среди ночи в кровати отеля в объятиях ДжиЁна, который после очередного разговора по телефону сорвался и прилетел встретиться со мной. Он обнимал меня и утыкался носом в мою макушку, тихо посапывая во сне. Я прижался к нему своей спиной, вдруг осознавая, что нет больше крошечного кусочка моего сердца. Ничего от него не осталось. Ни песчинки... И место в моей груди вдруг заняла целая вселенная. Вселенная, которая носила такое родное имя - Квон ДжиЁн.