за пределы круга не выходи

      Громкий крик разрывает тишину темной ночи на мелкие осколки. Крик забирается в каждый угол мирно спящего дома. Вегас просыпается мгновенно, хватается за пистолет, который, как всегда, лежит на тумбочке и бросает взгляд на ворвавшихся в спальню телохранителей.       — Вон! Все вон отсюда! — кричит на всех, тут же разворачиваясь к мечущемуся по постели Питу. — Эй, эй, малыш! Малыш, просыпайся! — Вегаса охватывает паника, он бьет его по щекам, трясет за плечи, пока тот не открывает глаза, полные ужаса и непонимания. — Все хорошо, все хорошо! — тянет на себя, обнимает настолько крепко, насколько это возможно. — Все в порядке, это страшный сон… — Вегас шокирован. Он видел много эмоций в глазах своего партнера, он видел проявление разных чувств на его лице, но такого ужаса не было никогда. Пит был весь мокрый, его тело пробивала дрожь, а сам он практически беззвучно плакал, спрятавшись в объятиях Вегаса. Ладони Пита сжимали ткань футболки в кулаках. Страшно было и Вегасу. — Ты помнишь? Ты помнишь, что тебе приснилось? Что тебя так напугало?       — Я не… Да… Но я не хочу… Никогда больше. О, Будда…       — Пит, все хорошо, — гладит по голове и начинает плавно раскачиваться, стараясь успокоить, прогнать все остатки сна от парня. — Расскажешь? И ты же понимаешь, что это всего лишь сон?       — Это не сон, — со всхлипом.       — Пит, ну, я тут, ты не один, все хорошо!       — Но там ты был не со мной!       — Тебе приснилось, что мы разошлись? — Вегас удивленно замер.       — Я снова увидел, как тебя расстреляли.       — …       — Ты умер на моих глазах, как тогда!       — Малыш, все хорошо, я не умер, я здесь, с тобой, — целует макушку Пита, его лоб, скулы, крепко прижимая к себе. Тогда, когда в него действительно стреляли, он не видел Пита, боль, которая пронзила все тело, затуманила рассудок, закрыла пеленой глаза. А вот крик он слышал. После пробуждения, долгое время в больнице и после выписки, Вегасу казалось, что это его подсознание, что этого не было, что ему это снилось. Сейчас будто пришло озарение.       — Я не переживу это вновь, — по щекам Пита вновь катятся слезы. — Не смей умирать, чертов Вегас, не смей! Никогда! Я тебе этого не прощу!       Вегас улыбается, нежно целует Пита в губы и поднимает его с постели. Они простоят добрых полчаса в объятиях друг друга под теплым душем, а затем еще долго не смогут уснуть.       — Я не могу обещать тебе того, о чем ты просишь, но клянусь, что пока я живу, мое сердце принадлежит только тебе, — наблюдая за уснувшим уже на рассвете Питом, проговорит Вегас, ведя пальцами по его лицу и ласково улыбаясь. Он будет охранять его сон до самого пробуждения, он больше не позволит ему проживать это вновь… Было бы это действительно во власти простых людей… — Твой страшный сон — это я. Пит, я даже представить не могу, что бы я чувствовал на твоем месте, если бы ты был на моих руках, раненый, умирающий. Пит. Что мне сделать, чтобы избавить тебя от этих кошмаров? — Вегас кладет голову на вытянутую вверх руку, лицом к лицу с Питом и неотрывно смотрит на мирно спящего парня.

⋉ ⋊ ⋋ ⋌ ⋍ ⋎ ⋈ ⋉ ⋊ ⋋ ⋌ ⋍ ⋎ ⋈

      Днем, уезжая на встречу, Вегас предварительно проверяет все ли в порядке с Питом, который сегодня остается решать какие-то вопросы вместе с Макао: что-то по учебе, что-то по еще чему-то… Вегас не вникал, он с радостью делегировал эти обязанности и уехал решать вопросы по бизнесу. Криминальные вопросы.       С того момента, как Вегас буквально встал на ноги и выписался из больницы, все стало резко меняться. Кхун Корн, принявший решение сделать Порша главой, объединение семей, переезды, смена людей. Вернувшись в дом, где жила вторая семья, Вегас сначала пообщался со всеми сотрудниками, которые остались там и ждали его возвращения, узнал о тех, кто перешел в дом главной семьи после объединения Кинна с Поршем. Было приятным удивлением, что большая часть людей из приближенного круга не перешла к Поршу, к главной семье, это вызывало уважение. И доверие.       — Они правда такие наивные? — Вегас задумчиво крутит чашку с кофе в руках, поднимая взгляд на Бойда, главу его службы безопасности и доверенное лицо по совместительству. — Порш в этом мире не так давно, он не знает, как все работает, а Кинн верит в то, что этот старый маразматик, дядюшка Корн, способен на жесты доброй воли. Он властный и корыстный манипулятор, который переиграл все в свою пользу. Правда думает, что я к ним присоединюсь? — Вегас фыркает, ухмыляясь, и даже не поднимается навстречу Кхун Корну, который заходит в помещение в этот самый момент. Как он может проявлять уважение к человеку, который убил его отца? — Зачем нужна эта встреча? Мне кажется, мы уже все решили.       — Вегас, дорогой мой мальчик, ну, послушай.       — Ни к чему так любезничать.       — Вегас. Я любил твоего отца, как и твою тетю, просто все слишком запутанно…       — Давайте ближе к сути.       — Ты такой же нетерпеливый и импульсивный, как и твой отец.       — Мы встретились, чтобы поговорить о чертах моего характера?       — И такой же острый на язык!       — Кхун Корн, если это все, то прошу меня простить, — поднимается, коротко показывая своим людям, что они уходят.       — Не торопись, племянник, дай мне пару минут. Послушай, давай обсудим все, ты же понимаешь, что объединение семей идет всем на пользу: работа вместе, прибыль пополам, доверие, взаимопонимание, — Корн пытается привести аргументы, чтобы убедить Вегаса сдаться главной семье, не понимая простого факта — ему это не интересно.       Вегас знал, прекрасно понимал, что сейчас он стоит, как кость в горле у Корна. Тот говорит, что отошел от дел, только это совсем не так, он стоит за спиной Кинна с Поршем и играет ими, как марионетками. Он желает подчинить и Вегаса, только вот ничего у него не выйдет.       — Мне все равно, как вы это называете. Я вам скажу в последний раз! Моя семья — не вторая семья! Не побочная семья! Моя семья — это моя семья! Всё! Мы отдельно, сами по себе, а все наши общие дела с Кинном это сотрудничество, ему нужны мои связи, а мне его. На этом точка. Нет смысла поднимать эту тему вновь.       Несмотря на то, что было между Кинном, Поршем и Вегасом, они смогли договориться, смогли прийти к тому, что первые не лезут в личные дела Вегаса, не трогают Пита и Макао, не вмешиваются в их жизнь, а все совместные дела они ведут, как партнеры и союзники, а не как две семьи, где одна выше, а другая ниже. С тех пор, как погиб отец, Вегас стал более собранным, уверенным и самостоятельным, он полностью забрал на себя роль лидера и главы. Своей семьи. Несмотря на сложные отношения, которые были у них с отцом, он все же многому успел научить своего сына; а еще он оставил авторитет, который теперь нужно было не испортить. Его, разве что, следовало немного подкорректировать. Отца Вегаса все боялись, сам Вегас же хотел снизить градус страха и добавить уважения. Ему было важно не повторить судьбу своего отца, ему было важно не стать им. Это, наверное, было одним из главных страхов молодого мужчины.

⋉ ⋊ ⋋ ⋌ ⋍ ⋎ ⋈ ⋉ ⋊ ⋋ ⋌ ⋍ ⋎ ⋈

      — Мне казалось, что мы закрыли вопрос, Кинн?       — Я не понимаю, о чем ты.       — Твой отец снова организовал для нас встречу и говорит о присоединении к вам.       — Вегас, я не горю желанием тебя часто видеть, — хмыкает братец, — но отец же обещал позаботиться о тебе и Макао. Он просто хочет искупить свою вину.       — За убийство моего отца, за убийство своего брата?       — Ну…       — Понимаешь, да, как это тупо звучит? Кинн, я предлагаю заняться работой, а не семейными вопросами, донеси до своего отца, чтобы он не лез ко мне и к моим людям. Пусть сначала с Кимом разберется.       — Я тебя услышал, поговорю.       — Благодарю.       — Как Пит?       — Замечательно.       — Вы приедете?       — Да, думаю да, — Вегас не хочет ездить в дом главной семьи, он и на нейтральной территории не хочет с ними видеться, максимум в офисе, но его, Макао и Пита достаточно часто приглашали на ужины и вечеринки. Вегас даже готов поспорить, что его звали просто ради приличия, дело все было в его женихе и брате. Собственно, только ради них он и ездил, хотя сам бы предпочел оставаться дома, заниматься в зале, делать украшения или заниматься садом.       У Вегаса было много разных увлечений, за закрытыми дверьми его дома. Он был не только дьяволом во плоти, он был не только властным мудаком с надменным взглядом, он за всем этим был еще и просто обычным человеком, которому довелось родиться в отвратительной семье, но родню не выбирают. Повезло Вегасу только с Макао. И с Питом. С Питом, к которому он торопится домой, которого до этого целый день забрасывал сообщениями, переживая за его состояние.       Ночной инцидент сбил с толку. Вегаса напугал тот страх, который он увидел в глазах своего парня. Он пережил тяжелые времена, он прошел через очень многое, чтобы быть здесь и сейчас, в этих отношениях, вместе с Вегасом. В один из их откровенных разговоров, когда они вдвоем напивались в саду у бассейна, Пит с неохотой, но все же рассказывал о том, как ему было сложно принять себя, как он ненавидел себя за свои желания, за свое влечение, за свои страхи, как он не хотел жить, потому что думал, что он ничего не значащий человек, который недостоин счастья, как он себя ненавидел за то, что полюбил такого монстра, как Вегас. Было слишком много откровений и слишком много слез. Закрывшись на ключ в собственном мире, они шаг за шагом прорабатывали все, по кирпичику выстраивали те прочные и доверительные отношения, которые между ними есть сейчас.       Пит пожертвовал ради Вегаса собой, он пожертвовал своими принципами, своей нормальностью, пожертвовал работой в главной семье, он бросил всего себя на амбразуру ради того, кто сейчас держит это доверие, как алмаз в своих руках. И это именно алмаз, не хрусталь. Их чувства, их отношения, их взаимопонимание и доверие не разбить и не испортить практически ничем. Даже вся та ревность и обиды, которые порой проскальзывают в их жизнь, все это лишь случайные моменты, чтобы совсем скучно не было. На глубинном уровне они уже давно пропали друг в друге. И ни Кинн с Поршем, ни союзники и враги, ни Кхун Корн со своими коварными планами, не смогут это изменить.       А Корн может скоро себя проявить, Вегас чувствовал это, он словно где-то на подсознании ощущал тревогу и приближение опасности, которая уже будто витала в воздухе. Игра только начинается.

⋉ ⋊ ⋋ ⋌ ⋍ ⋎ ⋈ ⋉ ⋊ ⋋ ⋌ ⋍ ⋎ ⋈ В ипостасях моих погрешность. В кармане патрон. Мысли мои полны цианида калия. Зверь не может быть человечным - негласный закон. Значит, мой случай есть некая аномалия. © Саша Бест

      — Не ложись спать без меня. И не ужинайте! Я заказал еду, уже еду, — Вегас отправляет голосовое Питу и улыбается собственным мыслям. Оказывается, это так приятно кого-то любить, так приятно о ком-то заботиться. И становится совсем неважно, каким неприятным был день, как вымотала встреча с Корном, с Кинном, как вымотали переговоры, на которые им довелось поехать, все становится неважным, когда знаешь, что тебя дома ждут.