Весь этот мир

Пока вселенная была в забытии и отдыхала от дневных хлопот, два человека в прохладном британском городе Кембридж не могли сомкнуть глаз. Люси, подложив под щеку мягкую ладонь смотрела в стенку и давила в себе слезы, а Эдмунд... Он смотрел в потолок и мысленно проклинал своего кузена. Ему хотелось задушить его подушкой за противный, свинячий храп, но, увы, ничего сделать он не мог. Точнее не хотел проблем, которые могли получится в последствии. Парню было ненавистно все в этом городе: взаимоотношения с Юстасом, скука, и, конечно же то, что его считали маленьким. Никто, естественно, этого в слух не говорил, но проходя мимо людей на улице, Эдмунд считывал в лицах людей насмешки. Юноша скучал по Нарнии, единственному месту где он имел ценность, где его не сравнивали со старшим братом, где он был королём. Эд скучал по событиям, которые с ним происходили, по приключениям. В Нарнии он жил, а не существовал. Несмотря на свою, уже давно приобретенную, самостоятельность и ненависть к Питеру за то, что тот постоянно его опекал, Эд хотел поскорее с ним увидеться, так как с братом он мог поговорить обо всем, ведь Питер тоже тосковал по Нарнии. Даже наверное больше чем Эдмунд, ведь он больше туда никогда не вернётся... Питер был его родным братом, с ним бы в любом месте было спокойнее чем здесь. Однако тут, в этом затхлом городе с ним была Люси и Эд решил, что стоит переключиться на заботу о сестре, дабы отогнать от себя негативные мысли от которых слезы наворачивались на глаза. А в это время Люси тихо плакала у себя в комнате. Она думала о том, почему ее при рождении не наградили такой красотой как Сьюзен. Ведь они сёстры, значит должны быть похожи, должны... Почему тогда Сьюзен поистине выглядит по-королевски, а она, Люси, выглядит как служанка королевы. „Чем я заслужила это?" мысленно спрашивала себя Люси. Порой она задумывалась к чему эта гонка красоты: ведь сейчас никто не говорил о ее внешности, не упрекал в этом и даже не сравнивал. Успокаивая себя этими аргументами девушка засыпала тревожным сном, но на следующий день, видя как такие же девчушки как она смущённо тупят глаза, получив от приезжающих мимо военных букетик цветов, душа мисс Певенси уходила в пятки. И разум её медленно заполнялся густой дымкой из которой вырывался противный голос и твердил ей: „Сьюзен наверняка дарят десятки таких букетов." Горькая слеза скатилась по щеке Люси. Почему-то в её голове проносились все моменты связанные со старшей сестрой. Однако один из них больше всего отдавал гнилью. Ещё перед вторым путешествием в Нарнию с девушкой познакомился милый парень. Он учился в школе напротив и, говорил, что наблюдал за Люси, за тем что она, в основном, ходит одна, поэтому и решил познакомиться. Та охотно согласилась, так как друзей у неё и вправду не было, да и скоро намечался рождественский бал, после которого в прошлом году над ней долго подшучивали, что та пришла без пары. Однако хуже всего было то, что её сравнивали со Сьюзен, у которой была целая куча кавалеров, желающих пойти с ней на бал. Ребята действительно сдружились. Они проводили много времени вместе и, в какой-то момент, Люси даже задумалась, не рассказать ли ему о Нарнии, но сразу же отмела эту мысль, подумав что тот посчитает её чокнутой. Девушку настораживало то, что этот парень много расспрашивал её о братьях и, особенно, о сестре. Люси не предавала этому значения, однако в какой-то момент она заметила, что Харвин(так звали парня) стал больше уделять время Сьюзен. Ну как... Они не были знакомы лично, но он то и дело проходил мимо неё, здоровался и говорил комплименты. Однако самое обидное было не это, парень будто забыл про Люси вовсе, полностью сфокусировавшись на Сьюзен. В этот момент девушка все поняла. Она прождала неделю, в надежде что что-то изменится, однако по прошествии этого срока все лишь ухудшилось и девушка прямо спросила своего друга зачем он это делает, на что тот ответил: — Сьюзен и была моей целью, а ты помогла мне её узнать, хоть и косвенно. Спасибо! Нагло сказал Харвин и игриво подмигнул Люси, у которой ноги подкашивались от такого предательства. После этого события Люси навсегда осталась одна в школе. Девушка не винила в случившемся сестру, конечно нет, но этот поступок отпечатался темным пятном на её юном восприятии. Люси недолюбливали в школе. И не только из-за отрешённости, после того случая. Она была загадкой для всех, кто был с ней рядом: от нее всегда веяло неиссякаемым оптимизмом, она вечно летала в облаках. Как и большинство детей, Люси не сильно ладила с математикой и, конечно, это тоже служило причиной для насмешек. В такие моменты она часто думала о том, что Эдмунд, Питер и Каспиан охотно показали бы обидчикам где раки зимуют и защитили её. Да, Каспиан тоже. Он особенно, ведь, тогда ещё, принц всегда прислушивался к ней, даже если старшие иногда отмахивались от неё. Как же хорошо было в Нарнии... Да, именно такая мысль и посещала Люси по ночам. В этом мире к ней все относились с уважением и жаждали ее внимания. Внезапно девушка словила себя на мысли о том, что думает о Сьюзен не только как о сопернице в красоте, Люси почему-то задумалась о том, что на её сестру засмотрелся сам правитель Нарнии, принц Каспиан. Это ещё больше расстроило девушку, и не потому что она завидовала красоте сестры, а потому что за тот короткий промежуток времени, проведенный в Нарнии Люси успела начать засматриваться на Каспиана. Как это произошло? Она не могла дать точное объяснение этим мыслям... Именно в таких тяжёлых мыслях отошли в царство Морфея младшие король и королева Нарнии. *** Темный коридор освещался лишь одним факелом, который тускло мерцал возле входа в тронный зал. Каспиан осторожно ступал босыми ногами по каменному полу. Он часто просыпался посреди ночи и, если не мог заснуть ходил по замку: это его успокаивало. Пройдя в зал, юноша остановился и выдохнул. Сколько бы раз он не входил сюда, каждый раз какая-то новая деталь отмечалась в его сознании. Сегодня же он заметил что на каждой из холодных, каменных колонн, обрамлённых каринфским ордером, придававших залу суровый вид затаились горгульи с высунутым языком. Каспиан очень удивился этой находке, ведь, сколько он не был в этом месте, такое он заметил впервые. Юноша обошел колонну и встал туда, где свет факелов, располагавшихся возле трона, более менее освещал неожиданную находку. Горгулья сидела с распростёртыми крыльями, будто пыталась взлететь и втянутой головой в шею. Лапы были напряжены, а глядя на клюв, который был широко разинут, казалось что ещё секунда и Каспиан услышит противное, но, вместе с тем, жуткое карканье мифической птицы. Отвернувшись от колонны он решил пройтись вдоль семи портретов, которые, удивительно, не снял его дядя во время своего правления. Пройдя мимо каждого из них, тоска охватила сердце юноши и он грустно опустил голову. Неожиданно для самого себя Каспиан стал вспоминать все, что он мог помнить об отце, лордах и его детстве. Картинки быстро мелькали в его мозгу и вряд-ли можно было выудить что-то конкретное, так как на момент смерти отца он был совсем мальчишкой. — Где вы сейчас? Спросил Каспиан портреты. Ответа не послышалось, но парень задумался. Последнее что он помнил про них было то, что те бежали на Одинокие Острова, когда Мираз убил своего брата. „Почему они не вернулись спустя столько лет? Уж не случилось ли с ними чего?" Почему-то эти мысли нагло лезли в голову короля и он задумался. Ведь если сейчас в Нарнии мир, которого Каспиан, как король, добивался очень долго, почему бы и не попутешествовать в свое удовольствие? Изучить Одинокие острова и, может быть, найти какую-то информацию о потерянных лордах. Каспиан слегка улыбнулся сам себе: наконец-то он сменит обстановку, развеется и, может быть, даже наладит свой режим дня. Эта мысль немного успокоила воспалённый разум юноши, бродившего в ночи. Каспиан уже собирался развернуться, чтобы пойти в свои покои, но кое-что заставило его встать и навострить слух. На один миг парню показалось, что сзади что-то шевелится. Он тряхнул головой, будто отгоняя от себя плохие мысли, но это повторилось... Кто-то очень тихо шуршал у него за спиной. Каспиан потянулся за кинжалом, который предусмотрительно взял с собой, впрочем как и всегда, и резко развернулся. Сзади него не было ничего необычного. Юноша выдохнул, но тут другая необъяснимая вещь заставила его волосы встать дыбом. Ему слышались тихие шаги, будто кто-то босиком шел по каменным плитам. Покрепче сжав рукоять, он решил логически рассудить, ведь за ним стена на которой кроме портретов ничего нет. Между тем шаги слышались всё чётче. Каспиан приготовился нанести удар внезапному гостю и быстро повернулся... Ужас охватил его: от каждого портрета к нему двигался лорд Тэльмара и что-то шептал. Это был едва различимый шёпот, который можно было лишь счесть по губам, однако и этого было достаточно, чтобы Каспиан отступал назад. С каждым шагом они говорили чуть громче и вот уже он смог различить одно единственное слово: „Найди... Найди... Найди..." Паника охватила юношу: куда ему было бежать? Что сделать? Пообещать призракам найти, но что найти?! Сотни вопросов роились в голове Каспиана и он с трудом мог отсортировать их. Но вдруг тронный зал пронзил жуткий вопль... „Горгульи", — подумал Каспиан. Он оказался прав. Рефлекторно развернувшись, от такого резкого звука он обнаружил что за его спиной скопилась целая стая птиц, которые жадно смотрели на него. Имея при себе только кинжал, Каспиан сразу понял, что потребуется подмога, поэтому страшно закричал. И в это же время на него ринулись горгульи, безжалостно кусая юношу. Острая боль пронзила все тело и он закричал ещё, но на этот раз уже от дикой боли. Он кричал, кричал, чтобы его услышали и пришли, увидели что стряслось, однако никто не появлялся. Пока у Каспиана были силы, боролся с черной тучей птиц, но в скором времени ослабел и мог лишь хрипеть, а когда одна из горгулий села ему на грудь, тот и вовсе закрыл глаза, предавшись судьбе... Подскочив на кровати Каспиан вытирал холодный пот со лба. —И снова кошмары... Ничего не меняется. Сам себе сказал он. —Повелитель, что с Вами?! Обеспокоенно заговорил Атли, войдя в комнату. — Вы очень громко кричали. —Да, я... Мне очень не спится, кошмары не оставляют меня. Сознался Каспиан. —Неужели, до сих пор. С сочувствием произнес слуга. —Который час? Тихо спросил юноша. —Десять минут шестого утра, сир... Каспиан резко встал с кровати, чем сильно удивил слугу и уверенно сказал: —Пошлите гонца к Дриниану. Скажите, что я хочу нанять его корабль и команду. Скажите, что это не подождёт. Скажите ему, что мы отплываем сегодня же. —Будет исполнено. Пролепетал стоявший возле кровати Атли. —Но позвольте узнать, к чему такая спешка? Каспиан, стоя у окна и глядя на загорающееся небо, тихо, словно для себя, сказал: —Я должен найти их. Следующие четыре часа Каспиан провел тупо глядя в стенку, сидя на кресле в своей спальне. Он попросил никого не тревожить его, нужно было сосредоточится. Что все это значило? Весь этот сон... Слишком странно, особенно лорды, происходит ли что-то странное? А может в этот раз ему придется сражаться со злом в своем мире самому, без Эдмунда и Люси? На секунду он задумался, ведь они уже не были теми детьми, какими покидали Нарнию в прошлый раз Эдмунду было ** лет, а Люси уже... 18?! — Как быстро время летит, сказал Каспиан, улыбнувшись про себя. Что-то я старею. Что нужно было объяснить Дриниану, когда тот приедет? Каспиан вовсе потерял связь с миром. Нужно либо поспать, а это плюс какой-нибудь кошмар или просто накатывающаяся, как снежный ком апатия. Ни того, ни другого юноше не хотелось, поэтому он потребовал принести ему в покои освежающих напитков и немного еды. И всё же, что нужно было говорить Дриниану? „Ох, ладно, придумаю”, - подумал Каспиан и продолжил сидеть, смотря в одну точку, казалось, он спал с открытыми глазами. *** Лорд Дриниан проснулся в начале восьмого часа от мягкого голоса слуги. Сначала мужчина вовсе не понял, что заставило его, обычно спокойного и понимающего слугу, пробудить хозяина поместья так рано. Не то, чтобы это было плохо, однако лорд только восстанавливал свой режим после долгих летних гуляний в честь третьего года объединения всей Нарнии в одну страну. — В чем дело? Сонно спросил Дриниан. — Мой господин, я бы не стал, если бы это не было так важно, мялся слуга. — Дружище, ты ведь меня знаешь. Не бойся, скажи что случилось, сказал Дриниан, пытаясь успокоить явно волнующегося подчинённого. — Вас вызывает король Каспиан, выпалил слуга. Эта новость сильно озадачила, но вместе с тем помогла окончательно проснуться хозяину дома. Дриниан не стал спрашивать зачем его просят приехать: он молча собрался, попросил подать лошадей тут же выдвинулся в дорогу. Как раз в дороге ему думалось лучше: свежий утренний воздух, лёгкий ветерок, умывающий лицо словно прохладная вода по утрам и лесной воздух. „И всё же, зачем я ему понадобился?”, - размышлял Дриниан. С Каспианом они были добрыми друзьями, однако не настолько, чтобы помогать друг другу с тяжёлой судьбою или здоровьем. Он довольно редко звал его к себе, чаще они встречались где-нибудь в городе или же Каспиан сам заявлялся в гости. Одно было ясно, это серьёзно. С такими мыслями Дриниан скакал по направлению к замку. - Приветствую Вас, лорд Дриниан! Прокричал слуга едва завидев его во дворе старинного тельмарского замка. - И тебе не хворать, Атли, кивнул Дриниан обеспокоенному подчинённому. Что стряслось? Как я понял, дело действительно серьёзное, раз госпдин попросил послать за мной в такую рань, усмехнулся мужчина. - Происходит что-то странное… Честно, сначала мы думали, что это пройдёт со временем или может он сможет отвлечься хоть на что-то, но нет. Не ест, не спит, абсолютно не идёт на контакт, сидит один в башне или, вдруг, ни с того ни с сего срывается на прогулки в лес, а ведь раньше только с предупреждениями, чтобы не беспокоились и все с шутками, с шутками-то говорил, а сейчас ужас какой мрачный, так мало этого. Он на мертвеца стал похож, измождённый весь, уставший, так и не скажешь что пареньку 20 лет. Дриниан молча слушал и старался сохранять спокойное лицо, пока в его голове прокручивалась целая стая совершенно разных мыслей. Они не были близки настолько, чтобы говорить о том, что их гложет, но всё же старались помогать друг другу, а для этого волей-неволей приходилось рассказывать о том, что съедает их изнутри. Однако то, что происходило сейчас не поддавалось никаким объяснениям. Что-то определённо случилось и лорд не думал, что это что-то весёлое. - Приветствую Вас, лорд Дриниан! Прокричал слуга едва завидев его во дворе старинного тельмарского замка. - И тебе не хворать, Атли, кивнул Дриниан обеспокоенному подчинённому. Что стряслось? Как я понял, дело действительно серьёзное, раз госпдин попросил послать за мной в такую рань, усмехнулся мужчина. - Происходит что-то странное… Честно, сначала мы думали, что это пройдёт со временем или может он сможет отвлечься хоть на что-то, но нет. Не ест, не спит, абсолютно не идёт на контакт, сидит один в башне или, вдруг, ни с того ни с сего срывается на прогулки в лес, а ведь раньше только с предупреждениями, чтобы не беспокоились и все с шутками, с шутками-то говорил, а сейчас ужас какой мрачный, так мало этого. Он на мертвеца стал похож, измождённый весь, уставший, так и не скажешь что пареньку 20 лет. Дриниан молча слушал и старался сохранять спокойное лицо, пока в его голове прокручивалась целая стая совершенно разных мыслей. Они не были близки настолько, чтобы говорить о том, что их гложет, но всё же старались помогать друг другу, а для этого волей-неволей приходилось рассказывать о том, что съедает их изнутри. Однако то, что происходило сейчас не поддавалось никаким объяснениям. Что-то определённо случилось и лорд не думал, что это что-то весёлое. Забегая по винтовой лестнице в комнату Каспиана, которую последний специально попросил переместить туда, так как это место было единственным, где ничто не навевало ему никаких неприятных воспоминаний. Дриниан готовился ко всему, но он определенно не был к тому, что увидел. Черный силуэт сидел в кресле возле окна не отрываясь смотря в одну точку, осунувшееся лицо мужчины напоминало древнего старца, а жёсткая щитина придавала его лицу ещё большую схожесть с предыдущим сравнением. Руки впились в подлокотники настолько, что было видно как побелели подушечки пальцев. Было видно, что он только пробудился ото сна и даже не удосужился переодеться, что очень смутило Дриниана, но, собравшись, он решил начать диалог первым, всё же стоять и ждать пока повелитель очнётся от ментального сна ему не очень и хотелось. - Король Каспиан, вы вызывали меня, негромко сказал лорд. Ответа не последовало. - Король Каспиан, повторил Дриниан уже более громко. Съёжившаяся фигура вдруг встрепенулась и резко повернула голову в сторону прибывшего гостя. - Да, Дриниан, приветствую, рассеяно проговорил Каспиан. - Я так понял, что-то вас сильно тревожит, поэтому вы в такую рань пустили ко мне гонца, с нажимом проговорил Дриниан. - Ах да. Друг мой, мне очень нужна твоя помощь. Я хочу отправиться в плавание и мне нужен самый быстрый корабль Нарнии, если ты понимаешь о чём я, Каспиан попытался выжать из себя улыбку, однако это больше походило на оскал. - Зачем тебе плыть куда-то и к чему была такая спешка? - Зачем плыть? Я... Ладно, я не планировал это кому-либо говорить, но я хочу отыскать ближайшее окружение своего отца... Понимаешь ли, эти образы давно не дают мне покоя, ещё со времён прошедшего прихода их величеств. А поспешить надо, определено. Когда мы сможем выплыть? Теперь уже Дриниан смотрел в одну точку, но тупым взглядом, а с полным непониманием. - Уж точно не сегодня, ухмыльнулся он. Однако в ближайший месяц я смогу собрать команду и мы поплывём. - И раньше никак? Нетерпеливо спросил Каспиан. - Раньше никак, отрезал Дриниан. Я должен собрать команду, обговорить с каждым их жалованье и собрать весь провиант. - Провиант может быть на мне, это не проблема, резко прервал его Каспиан. Через месяц, так через месяц. Хорошо. Сказав это, Каспиан снова плюхнулся в кресло и откинул голову, будто отпуская с плеч какой-то груз. - Слушай, приятель, тебе очень не хорошо, это видно. Тебе бы отвлечься на... Ох, что-то мне подсказывает что именно за этим ты меня и вызвал, посмеялся Дриниан. Что ж, я рад тебе помочь, но мне нужно знать ещё кое-что. Какой у нас будет маршрут? Или об этом ты тоже пока не подумал? Или везти тебя туда, куда глаза глядят?) - Нет, нет. Маршрут мне известен. Мы плывём к одиноким островам, будто уже сквозь сон проговорил Каспиан. Откланявшись Дриниан вышел из спальни и, попрощавшись с прислугой, уселся на коня. Дорога домой принесла с собой довольно много рассуждений для него. С одной стороны он его полностью понимал: мальчишка рано лишился отца и ничего не знал о происхождении его страны, но после так называемого второго пришествия он будто вовсе потерялся во всей королевской суматохе, неудивительно, что сейчас он в таком состоянии. Однако с другой стороны Дриниан видел измождённого человека, которого изрядно помогало жизнью и душевными муками, которые в свою очередь не давали ему покоя. Как бы не был Дриниан расстроен из-за всего происходящего, он всё же решил набрать команду из лучших ребят в Нарнии. *** Каспиан, на удивление Атли и остальной прислуге, сдержанно отдал все приказы по поводу провианта, который должен был быть готов через месяц, в размере, который мог бы подойти 45 членам команды, которые могут быть не только людьми, а также назначил приближённого к нему советника, который мог бы управлять государственными делами в его отсутствие. После всего он заперся в башне и требовал ему иногда заносить еду, бумагу, карандаш и, что было для всех очень удивительно, король попросил снять все портреты семерых лордов. Жизнь в замке не сильно поменялась: все также ходили слухи про состояние правителя и про то, чем он занимается, однако все держали языки при себе. - Доброе утро, Атли, окликнул слугу женский голос сзади и тот развернулся. - О, доброе, Римона. Как продвигаются дела со сбором провианта? - Чудно, мы нашли всех поставщиков, как раз к концу месяца весь багаж будет собран. А ты куда направляешься? Наконец догнав слугу, спросила Фрейлина. - Заношу повелителю завтрак и очередной портрет, как видишь. С улыбкой сказал Атли. - Ну, приятного аппетита королю передай, мило улыбнулась Римона и повернула в сторону тронного зала, оставив Атли наедине с собой. Тот был очень обеспокоен состоянием своего господина и надеялся, что сегодня он хотя бы удосужится съесть хоть что-нибудь и оторвётся наконец от хаотичных перерисовываний портретов. Все было бы славно, если бы повелитель не рисовал как сумасшедший, стирая карандаш за карандашом, и получая мозоли от большого трения о бумагу. Он был так поглощён в свои мысли, что даже не заметил клубящегося зелёного дыма, исходящего из-под шлейфа Римоны.