Мне холодно

Прошла неделя, и Гарри мог с уверенностью сказать, что он привыкает. Привыкает воспринимать Тома не как угрозу, а как лучшего друга, привыкает ежедневно общаться со Снейпом и помогать ему в лаборатории, привыкает к свободе, к любви, к хорошей жизни. Привыкает веселиться и гулять допоздна. Привыкает быть открытым и общительным. Привыкает не думать о плохом и концентрироваться только на том, что делает его счастливым. А счастливым его здесь делает многое. Он уже почти не удивлялся доброте Тома, не дергался от внезапных прикосновений и старался ничего от него не скрывать. Раз Реддл открыл ему свое сердце, то и он должен открыть в ответ, а иначе отношения у них не сложатся. Мальчик и открывал. Рассказывал о том, что причиняло ему боль, жаловался на кошмары, делился секретами, а Волан-де-Морт внимательно слушал, сжимая его худую ладошку в знак поддержки и бессловно напоминая, что он рядом – во что бы то ни стало готовый помочь и поддержать. За эти семь дней они настолько сблизились, что Поттер разговаривал с ним, как в свое время с Роном и Гермионой, а тот закрывал глаза на его периодическую наглость и бесстрашие, проникаясь к нему все большей и большей любовью. Они стали одним целым, неделимым, и в какой-то момент Гарри поймал себя на мысли, что начинает страшно нервничать, если Том опаздывает домой хотя бы на пять минут. Темный Лорд стал для подростка семьей, домом, жизнью, и тот время от времени думал о том, как он раньше ошибался в своем бывшем враге, считая его мразью и жестоким убийцей. Да, Реддл до сих пор имел на магическую Британию большие планы и не отказывался от своих убеждений по поводу того, что министерство и организацию Дамблдора нужно уничтожить, но мальчик был не против, ему было совершенно на это плевать. Главное, что лорд заботится о нем и дарит ему тепло, так какого дьявола его должны волновать какие-то мракоборцы и директор, ни разу не пожелавшие ему помочь. Поттер даже хотел, чтобы лорд отомстил им всем, как и обещал. Жажда возмездия и справедливости пылала в нем настолько, что он дождаться не мог, когда Пожиратели Смерти наконец-то захватят Хогвартс и размажут всех членов армии Альбуса по стенке. Этими мыслями он осмелился однажды поделиться с Томом, и тот заливисто расхохотался, крепко его обнимая и обещая ускорить процесс. А если он обещал, то всегда делал – за все это время Гарри еще ни разу не получил от него отказа ни на одну свою просьбу и прихоть. И если раньше подросток боялся о чем-то просить, то теперь начал вести себя в этом доме, как хозяин, управляя домовыми эльфами и частенько требуя с Волан-де-Морта, чтобы он отложил все свои дела и побыл с ним. Любого другого за подобные заявления Темный Лорд наградил бы Авадой Кедаврой, но мальчишке отвечал лишь теплой улыбкой, сразу же откладывая все на потом. О каких делах может быть речь, если это чудо стоит и смотрит на тебя щенячьим взглядом, сдвигая бровки домиком. В такие моменты мужчина хохотал и трепал Гарри по волосам, а его сердце щемило от нежности и неподъемной любви, которую он готов был отдать ему без остатка, переступив через все свои принципы и привычки. Но особенно его поразило то, что подросток выкинул вчера. После собрания Том задержался в коридоре с Беллатрисой и та, как обычно, упала перед ним на колени и начала признаваться в любви и преданности. Все это время Поттер спокойно стоял за углом и рассматривал портреты на стенах, но от вида этой сцены что-то в голове резко щелкнуло, а в душе поднялся неистовый гнев, сжигающий его изнутри. Никто, кроме него, не имеет права говорить, что любит Тома. Никто не смеет хватать его за руки и даже целовать подол мантии. Никто. Как только Белла встала и отошла от милорда метров на двадцать, мальчик набросился на нее и повалил на землю, в ярости тряся ее за плечи и выкрикивая ругательства. Опешивший Реддл моментально подлетел к ним и оттащил Гарри назад, а бедная девушка смотрела на него в настоящем ужасе, непонимающе блымая глазами. – В чем дело?! Какая муха тебя укусила?! – рявкнул на подростка лорд, но тот продолжил рассерженно сжимать кулаки, тыча в Лестрейндж пальцем: – Еще раз подойдешь к Тому, и я лично сверну тебе шею, поняла меня?! Пожирательница остолбенело кивнула, а Волан-де-Морт прижал мальчишку к себе, тяжело вздыхая. Это была ревность – уж сколько он ее повидал за свою жизнь. Но чтобы Поттер... так сильно ревновал... Это очень его удивляло. Неужели все гораздо серьезнее, чем он думает?.. – Милорд. – боязливо подала голос Белла, но тот не дал ей договорить, грубо приказав: – Иди. Она поклонилась и ушла прочь, не желая вызывать у господина еще больше гнева. – Ты любишь ее? – внезапно спросил Поттер, и Темный Лорд ахнул от такого вопроса, подавив смех: – Я?! Беллатрису Лестрейндж?! Сдурел, что ли?! – Я видел, как она на тебя смотрит! – Но не я на нее! Господи, ты как ляпнешь что-то... Ну удивил просто! Она моя подчиненная, Гарри, и таким образом выражает свое почтение. Так делают многие Пожиратели, ты разве никогда не видел? – Я не хочу, чтобы она подходила к тебе! – прокричал подросток надорванным голосом, схватив его за отвороты мантии, и в этот момент Том понял, насколько все серьезно. Он нежно улыбнулся и поднял Гарри на руки, прижимаясь губами к его виску. – Ревнуешь, милый? Не надо. Я только твой, разве не видно? – Поклянись. – Клянусь. Мальчик вздохнул с облегчением и обхватил его за шею, невнятно бормоча: – Пускай она валит к себе домой. Видеть ее больше не могу! – Она уже ушла, успокойся. – промурлыкал Реддл ему на ухо, осторожно разбирая спутанные пряди. – Что мне сделать, чтобы ты не переживал? – Не идти сегодня в Лютный. – Но я не могу, солнышко, у меня там встреча. – Так значит пошли на нее кого-то другого! – прошипел сквозь зубы Поттер. Его голос сочился таким ядом, что Волан-де-Морт испугался, как бы у него от злости не случился еще один приступ. – Ладно. – он со вздохом кивнул, прикидывая, как ему лучше поступить. – Я пошлю туда Снейпа, он поговорит с ними не хуже меня. – С кем "с ними"? – С гоблинами из Гринготтса. – Хочешь переманить их на свою сторону? – Они уже фактически на моей стороне. Осталось только разобраться, чего они хотят взамен. – Денег, я полагаю. – Не только. У меня есть все основания думать, что первым делом они попросят доступ ко всем банковским ячейкам лордов и принцев. – И ты так просто отдашь им это? – Пускай забирают. Денег у меня достаточно, а вот людей не хватает. Ради того, чтобы они мне служили, я готов пойти и на такой компромисс. Поттер покивал, и в этот момент в противоположном конце коридора показался Снейп. – О, Северус! А я как раз хотел за тобой идти! – с улыбкой поздоровался с ним Том, и Северус почтительно поклонился: – Здравствуйте, милорд. Подросток покраснел и мгновенно спрыгнул на пол – профессор определенно застал его не в самом лучшем положении. Не было ничего более позорного, чем встречать Снейпа у Реддла на руках. – Мой лорд, я украду у вас Гарри на пять минут? – Смотря в каких целях. – Мне нужна его помощь с одним зельем. В четыре руки работать удобнее. – Хорошо, только надолго не задерживайтесь. Уже вечер, Гарри пора отдыхать. Мальчик испустил недовольный вздох – ему сейчас меньше всего хотелось идти в подземелье и снова варить какую-то вонючую дрянь. Настроения не было от слова совсем, и он уже понадеялся, что ему удастся наконец-то сходить в душ и спокойно посидеть в компании Темного Лорда, так теперь этот объявился со своими зельями. Что он вообще делает здесь в восемь вечера?! Поттер медленно досчитал до десяти и выдавил из себя вымученную улыбку, с наигранной услужливостью проговорив: – Хорошо, сэр, я уже иду. Всю дорогу до лаборатории они молчали, но как только зашли в кабинет и закрыли за собой дверь, Северус схватил Гарри за руки и очень тихо произнес: – Слушай, Гарри, это очень важно. Вчера я сходил к Сириусу и все ему рассказал. О том, как ты попал в Мэнор, что происходило в школе и как с тобой обращается милорд. Он был в шоке и долго приходил в себя, пришлось влить в него пару успокоительных зелий, но поклялся ничего никому не говорить. Я взял с него Непреложный Обет. Ну знаешь, на всякий случай. Это очень обидело его, но зато теперь мы можем быть уверены, что твое местонахождение останется для всех тайной. От этих слов Гарри впал в оцепенение. Снейп сходил к Сириусу?! Без его разрешения?! Как он... Поттер сначала разозлился, но потом остыл – в конце концов, он не мог скрывать эту историю от крестного вечно и ему все равно рано или поздно пришлось бы рассказать, а Северус очень любезно избавил его от этой необходимости, взяв всю ответственность на себя. – И кстати, еще кое-что. Сириус сказал, что больше не будет помогать директору и сделает все – цитирую – "чтобы он сдох самой страшной смертью." Не думаю, что он действительно убьет Дамблдора, но вчера я хотя бы увидел, что он реально тебя любит. – уголки губ мужчины поползли вверх, а морщинки на лице разгладились. – Зря ты не написал ему раньше. Он мог бы помочь тебе. Но не переживай, я все уладил. – Спасибо вам, профессор. – с искренней благодарностью прошептал мальчик, и тот потянулся к нему рукой, отводя с глаз непослушную челку. Гарри вздрогнул – это был такой трогательный жест. – Хочешь посмотреть на него? – На кого? – На Сириуса. У меня есть его фотография с последнего дня рождения. Я вчера столкнулся в магазине с Нимфадорой, увидел у нее в кошельке снимок и попросил его для тебя. – Когда у него был день рождения? – Двадцать пятого сентября. Ему исполнилось тридцать четыре. Сердце подростка вмиг рухнуло, под ложечкой неприятно засосало, а к горлу подкатил ком. Как он мог забыть о дне рождения крестного?! Как мог его не поздравить?! Зельевар протянул ему фотографию. На ней был молодой симпатичный мужчина, снятый в полный рост. На гладком, не заросшем щетиной лице играла беззаботная улыбка, но синие глаза отдавали каким-то печальным тревожным блеском. Понятно, почему. Любимый крестник даже открытку ему не отправил... Шелковистые черные волосы вились до плечей, а сам Блэк выглядел, как мальчишка лет пятнадцати. Он был одет в синие джинсы и фиолетовую футболку с принтом. В такую, в какой мальчик видел его несколько месяцев назад в Ордене Феникса. Внутренности болезненно сжались, глаза наполнились горькими слезами. Сириус, кажется, похудел с их последней встречи еще больше и теперь напоминал скелет, обтянутый кожей. Он все еще выглядел очень молодо и харизматично – внешность у него была почти юношеская, но эта худоба, эта бледность... А ведь он не имел никаких вредных привычек. – Он здоров, профессор? – обеспокоенно спросил Поттер, панически боясь получить отрицательный ответ. – Да. Облегчение. – Физически у него проблем нет, но вот его ментальное состояние оставляет желать лучшего. – Снейп печально покачал головой, поджимая губы. – Тревожность, ночные кошмары... Он очень переживает за тебя, Гарри. Ты ведь все это время врал ему, а когда он теперь узнал правду, то вообще чуть не умер от волнения – я еле его успокоил. – Мне жаль. – дрожащим голосом пролепетал мальчик, и Северус притянул его в свои объятия, поглаживая по спине. – Ты ни в чем не виноват. Ты боялся рассказывать, и я тебя понимаю. Уже все позади. Он в безопасности, ты в безопасности... Вы оба в безопасности. Успокойся, нечего попусту лить слезы. Никто ведь не умер, а все плохое... оно забудется, знаешь? Пусть не сразу, пусть через какое-то время, но все равно. Тебе рано или поздно станет легче, это я могу гарантировать. Ну? Улыбнись. Вот так, это уже лучше. – мужчина потягал его за щеки, видя, что он, хоть и неохотно, но исполняет просьбу. – А теперь давай, возвращайся к Тому, он тебя уже заждался. Гарри кивнул и пошел наверх, но настроение порядком упало. Он был рад слышать, что с Сириусом все хорошо, но дикое чувство вины съедало его изнутри и с этим невозможно было ничего сделать. Ему следовало самому написать крестному. Все рассказать, поделиться впечатлениями... Да, подросток был благодарен Северусу за то, что он проявил такую заботу и все уладил сам, но как теперь Сириус будет смотреть на него – на свою, как он говорил, единственную радость? "Ты окажешься предателем в его глазах, Гарри." – жестоко шипел в голове противный голос, и Поттер жмурился, чтобы не дать волю слезам. Истерика скорее всего вызовет приступ, Том снова расстроится, зачем это надо? Идея попросить Снейпа организовать ему встречу с Блэком очень быстро перегорела и теперь казалась мальчишке глупой – Сириус вряд ли захочет с ним общаться, и их разговор по душам превратится в томительное молчание. К этому он был не готов. – Том? – Гарри натянул на лицо улыбку, заглядывая в гостиную. – Заходи. – в глазах Темного Лорда появилось столько нежности и счастья, что подросток укусил себя за язык, не смея даже вспоминать о крестном. Он не может огорчить Тома. Только не сейчас. Не тогда, когда Реддл так тепло ему улыбается и всем своим видом показывает, как он рад его видеть. – Попьем горячего шоколада? – непринужденно спросил Поттер, и Волан-де-Морт покивал: – С удовольствием, Гарри.

***

Ночью Гарри плохо спал и постоянно ворочался. То ему было жарко, то ему было холодно, то снились кошмары, а утро началось ничуть не лучше – один из домовых эльфов сказал, что Темный Лорд ушел со своими слугами по делам, и мальчик был почти на сто процентов уверен, куда именно он отправился. От этого становилось жутко. Захват Гринготтса, вроде этим планировал заняться Том – гоблины все же не поддались на его уговоры, так что банк пришлось брать силой. Поттер умылся, а потом позавтракал в одиночестве. Он думал, что Реддл скоро вернется, но тот не пришел. Ни через час, ни через два. Руки тряслись от волнения, подросток наматывал по комнате круги и не мог сосредоточиться ни на чем. Он пробовал отвлечь себя чтением книг, но ловил себя на том, что десять минут читает одну и ту же страницу – мысли его сейчас были далеко, а сознание рисовало в голове самые страшные картины. Вдруг их окружили мракоборцы? Вдруг Тома поймали? Вдруг он ранен? Вдруг..? Нет! Гарри хлопнул ладонью по столу, сдерживая слезы и пытаясь успокоиться. Ничего не произошло, все в порядке, он цел и невредим. К обеду мальчик настолько извелся, что всерьез думал отправиться на поиски, но внезапно камин в дальней гостиной полыхнул зеленым, и он узнал голос лорда, который приказывал одному из Пожирателей вернуться в Косой Переулок, чтобы подсчитать количество жертв. Количество жертв? Значит было сражение? Подростка прорвало. Он выскочил в коридор и чуть не сбил Волан-де-Морта с ног, молотя его по груди и плечам, роняя слезы. – Как ты мог оставить меня одного так надолго?! Я чуть с ума не сошел, пока тебя ждал! Как ты мог так рисковать, зная, что у тебя есть я?! Как ты мог?! Как мог?! Том стиснул его в кольце рук и что-то бессвязно залепетал, пытаясь успокоить. Он гладил Поттера по голове, обещал больше никогда не бросать и пытался взять на руки, но злость того была настолько сильна, что он еще минут пять продолжал вопить, а его тело заметно остыло. Реддл панически боялся еще одного приступа, но в этот раз все обошлось – мальчик успокоился быстрее, чем магическое напряжение его ядра достигло своего пика. – Поклянись, что больше не оставишь меня! – Клянусь. – твердо ответил Темный Лорд, хоть и понимал, что это будет означать, что он должен полностью расстаться с большей частью своих планов, передав их под контроль ПСов. Но и это не страшно. Если Гарри так расстраивается, то уж лучше он вообще не будет выходить из дома, чтобы лишний раз его не травмировать. – Никуда я больше не уйду, Гарри, никуда, обещаю. Ты веришь мне? – Да. – неразборчиво пробормотал подросток ему в грудь, обхватывая его за талию. – Пойдем на улицу. Подышим немного. Тебе полезно. Они гуляли до самого вечера. От свежего воздуха ушла головная боль и тяжесть в груди, а настроение заметно улучшилось. Все проблемы разом померкли, когда Том снова обнимал его и что-то увлеченно рассказывал о своих делах, а Гарри слушал вполуха, с трепетом думая о том, как хорошо ему здесь живется и как сильно Темный Лорд его любит. Он даже готов бросить все, к чему так стремился, лишь бы только его мальчик поскорее поправился и снова стал счастливым. Он уже поправился и уже стал счастливым – от всей этой заботы и ласки Поттер будто расцветал, постепенно забывая былую боль и те ужасные события, через которые ему довелось пройти. Единственной нерешенной проблемой оставались приступы. Они мучили несчастного подростка из раза в раз, если ему снились кошмары или он испытывал какую-либо сильную эмоцию. Бедняжка даже особо радоваться боялся, опасаясь новых выбросов, способных серьезно навредить не так ему, как Тому, который в эти моменты всегда находился рядом, чтобы согреть и успокоить его. Волан-де-Морт до сих пор не мог понять, что это была за магия – он не встречал подобного ни в одной книге по темному колдовству, и эта неизвестность бесила его больше всего. Если ему не удастся ничего найти, его маленькая звездочка продолжит страдать, а этого он не хотел больше всего на свете. Лорд готов был отдать все, что у него было, лишь бы избавить Поттера от боли и мучений. Эти приступы страшно портили мальчишке жизнь, и видеть его страх и отчаяние было невозможно. – Я спасу тебя, миленький, спасу, обещаю! – с невыносимой болью и жалостью восклицал Темный Лорд, баюкая подростка после очередного выплеска ледяной магии. Тот лежал у него на руках совсем бледный и холодный. Губы все еще были синими, а на щеках виднелись замерзшие дорожки слез. От этого зрелища Реддлу хотелось плакать. – Я найду способ вылечить тебя, я клянусь! Ты больше не будешь страдать. Он повторял эти слова каждый раз, а потом выл по вечерам от злости и безысходности, разрывая в клочья очередную книгу. Том был почти уверен, что с этими приступами ничего нельзя сделать, и они уже стали частью мальчика, его особым темным волшебством, которое было в нем заложено, но ему хотя бы хотелось понять, что это такое, и насколько эти выбросы опасны. В какой-то момент Реддл совсем отчаялся и потерял надежду, пока в один прекрасный вечер Снейп не принес ему весьма интересное пособие. Именно в нем нашлись ответы на все вопросы. Именно оно открыло лорду глаза на то, что творится с его любимым сокровищем. Он готов был падать Северусу в ноги и обещал ему золотые горы, а тот лишь смущенно кивал головой и улыбался кланяясь. Как выяснилось, эта магия, как и предполагал Волан-де-Морт, находилоаь в ядре Гарри еще с рождения, а теперь активировалась и вышла наружу на фоне стресса и эмоциональной перенагрузки. Приступы невозможно было вылечить, но они поддавались купированию с помощью специального зелья, приготовлением которого профессор занялся той же ночью. Рецепт этого лекарства был очень сложным, но зато эффект определенно того стоил – больной приходил в себя и согревался буквально за считанные секунды. Сияющий от счастья Темный Лорд поспешил поделиться этой новостью с подростком, и тот запрыгал вместе с ним от радости, осыпая его благодарностями. – Это Северусу спасибо скажешь. – улыбался ему мужчина. – Он нашел эту книгу и взялся готовить настойку. Говорить спасибо Снейпу Поттер побежал уже через пять минут, повиснув у него на шее, как маленькая обезьянка. – Задушишь. – слегка удивленно прохрипел профессор, но не спешил отцеплять его от себя, вместо этого обнимая в ответ. – Спасибо вам, что помогаете. Спасибо, что готовите для меня это зелье. – Не благодари меня, Гарри. Я делаю это от чистого сердца. Этот отвар не вылечит тебя полностью, но зато поможет справиться с выбросами. Все будет хорошо. Я постараюсь закончить быстро. Мальчик улыбнулся. Он был действительно благодарен Северусу за то, что он тратит на него столько времени и сил. Поттеру было стыдно, что он раньше так ненавидел его. Да, профессор был строг и холоден к нему, но теперь за это извинился и на деле оказался очень хорошим и чутким человеком, с которым Гарри с радостью общался и проводил время. Удивительно, как могут наладиться отношения всего за одну неделю. Теперь Снейпа хоть к ране прикладывай. Подросток смеялся, вприпрыжку идя по коридору и любезно здороваясь со всеми домовиками и портретами. Когда-то он рисовал у себя в голове дом мечты. Теперь его домом мечты стал Малфой-Мэнор. Прошел месяц, и за это время Поттер окончательно восстановился, из забитого всеми щенка превратившись в веселого жизнерадостного ребенка. Ему стали намного реже сниться кошмары, его намного реже посещали приступы, и он почти перестал плакать по мелочам, все чаще радуя Тома своей улыбкой и задорным смехом. Они были счастливы вдвоем. Гарри понял, каково это иметь семью и лучшего друга, а Реддл научился любить и брать от жизни максимум позитива и эмоций, радуясь каждому пустяку. Он больше не срывался на Пожирателей Смерти, не награждал каждого встречного Круциатусом и в целом стал намного добрее и спокойнее – весь ближний круг удивлялся, что это случилось с их милордом, и откуда в нем такие кардинальные перемены. Волан-де-Морт знал, откуда. Это все мальчишка Поттер. Ласковый и тактильный, вспыльчивый и эмоциональный, добрый и отзывчивый. Самый интересный. Самый красивый. Самый лучший. Том уже не представлял свою жизнь без него, а потому сразу же принял в ПСы Сириуса Блэка, как только тот попросил, лишь бы не расстраивать и не обижать свое сокровище. "У меня не осталось никого, кроме тебя и Сириуса." – со слезами на глазах говорил Поттер, и Темный Лорд просто не мог ему перечить – уж больно этот взгляд был жалобным и умоляющим. Разумеется, жить в Малфой-Мэноре он Блэку не дал, но разрешал мальчику ежедневно с ним видеться и даже по нескольку раз в неделю оставаться у него на ночь, хотя был близок к тому, чтобы позволить Сириусу переехать к ним, лишь бы осчастливить подростка еще больше. Но это решение лорд еще не принял, так что Гарри ничего не обещал – он пока доволен, и хорошо, а если встанет такой вопрос – будут разбираться по ходу. – Я иду к Сириусу. – мальчишка улыбается и машет рукой, а Реддл подходит к нему и целует в лоб, проводя ладонью по волосам. – Хорошо. Только дома быть не позже десяти. – Слушаюсь. – Поттер шуточно кланяется, и лорд смеется, щекоча его за бока. Сейчас он сядет в кресло и возьмет в руки книгу, но думать будет только о том, чтобы Гарри побыстрее к нему вернулся. А потом, когда в камине послышится привычный треск, Волан-де-Морт встанет и подхватит свою звездочку на руки, прижимая к себе так, как будто они не виделись вечность. Подросток потрется щекой об его щеку и обхватит руками шею, широко улыбаясь. Том улыбнется в ответ, чмокая его в нос, и вновь испытает в груди знакомый пожар. Они больше не стесняются своих чувств и не прячут их друг от друга. Они уже приняли это, признались, а значит бояться теперь нечего. Мальчик посмотрит на него секунды две и неуверенно прильнет к его губам. И мир снова закрутится вокруг них ярким калейдоскопом, но они не будут видеть перед собой ничего. Темный Лорд услышит его размеренное биение сердца. Собственное сердце забьется ему в такт.

***

– Проходи, Гарри, садись. – Том мягко подтолкнул Поттера вперед и присел рядом с ним у окна, приобнимая за плечи. – Ты так и не сказал, куда мы едем. – напомнил ему мальчик, слушая последний гудок скоростного поезда. – На отдых. Ты же хотел путешествовать. – Ну так куда конкретно? – подросток усмехнулся, и Реддл потрепал его по волосам. – Увидишь. Это сюрприз. Но обещаю, что тебе понравится. – Верю. – он кивнул и уставился на улицу. Поезд тронулся, увозя их из дождливой Англии в страну солнца и моря – на французский лазурный берег.