Красавчик

До крошечной забегаловки возле их с Чадом съемной квартиры Джаред добирался чуть больше часа. По пути набрал другу, предупредив, что заглянет поболтать. В висках оглушительно колотило — в такт разбитому мотору автобуса, на который он сел, чтобы доехать до места. Мог, конечно, и такси взять, но это привело бы лишнее внимание отребья, выживающего в этих местах. "Теперь ты — один из них, ты такой же", — невесело напомнил себе Падалеки, разглядывая обшарпанную обивку сиденья напротив. Попытался отдышаться, не вышло. С въевшимся под кожу зноем не справлялся дряхленький кондиционер. Перевел взгляд за покрытое мутными разводами стекло. Там, снаружи, уже мелькали бетонные обитые обочины, ободранные кусты, покрытые слоем пыли толщиной с палец, огни дешевых притонов, где вместе с выпивкой и наркотой легко получить в бок заточку и сифилис вместо сдачи. Не предел мечтаний для жизни. Но Джаред… с тех пор, как все пошло кувырком, и они с сестренкой остались без средств к существованию, он, наверное, привык. Не то чтобы к этому можно было бы прямо взять и привыкнуть на самом деле… Но по крайней мере, Мэг в эту дыру он бы никогда не пустил. Даже если бы пришлось продать свою почку, всего себя целиком… "Хэй, приятель, а ты разве не продал?" — шепнул вкрадчиво внутренний голос, и Джаред поежился. Так же и есть. Продал Эклсу себя с потрохами, а теперь решил взбрыкнуть, что партнер того по бизнесу или кто он там Дженсену... назвал тебя шлюхой и предложил подзаработать? А ты, может быть, ждал красную дорожку, лимузин и фанфары? Наивный придурок. Правильно Чад всегда говорил, что Падалеки витает где-то под облаками и совсем не знает реальную жизнь. Всю ее жестокость и мерзость. Задумавшись, едва не проехал свою остановку. Кубарем выкатился из салона уже в последний момент под хихиканье сгрудившихся в задней части автобуса подростков и недовольное ворчание водителя на тему, что "эти наркоши уже стыд и совесть пропили и прокололи", и сколько можно ему — пожилому уже человеку рисковать переехать их поперек из-за того, что до последней секунды ловят глюки. Водила нервно газанул напоследок, оставив Джареда на остановке в клубах едкого сизого дыма. Тощая Мэри, поджидающая очередного клиента на своем обычном месте, что-то сочувственно ему прокричала. За всем этим гулом Джей не услышал. Махнул в ответ рукой — мол, все в порядке. Ожидаемо, что на место встречи Падалеки ввалился растрепанный, злой. Буквально рухнул на шаткий стул за стойку, залитую липким кислым пивом и адской бурдой, которую тут выдавали обычно за виски. Выхватил у Мюррея из пальцев стопку с настойкой и опрокинул одним движением. — Офигел? — взъерепенился Чад. — Предупреждать же как-нибудь нужно. До смерти меня напугал. Вот так останусь заикой… — Не останешься, — фыркнул Джаред, отбирая у друга бутылку. — Надеюсь, ты не спустил все деньги на наркоту и бухло? — разлил до краев в сомнительные по чистоте стопки. И тут же выпил. — Обижаешь. Чад Мюррей держит слово. Заплатил Джеффри все до цента — весь долг и аренду до конца месяца. Эй… а ты чего так — даже без тоста? У нас не поминки вообще-то! — Ага, — сил и желания спорить не было, поэтому Джаред просто налил себе горькой сивухи еще. — Эдак ты минут через десять будешь валяться под стойкой. — Ты меня спутал с собой? — хмыкнул он, зачерпнул полную горсть картофельных чипсов из миски под носом у Чада. — Меня так легко не возьмешь. — Ну да. Ты же у нас эдакий лось… Хотя нет, терминатор, — хихикнул Чад, но почти сразу же стал серьезным. — Расскажешь, что приключилось, и какой петух тебя клюнул в задницу? Никогда тебя таким бешенным не видел. Это… твой бизнесмен? — Его зовут Дженсен, — зачем-то сказал Падалеки. Зажмурился, потому что перед глазами немедленно всплыл зеленый внимательный взгляд и россыпь веснушек — на щеках и носу, на плечах и спине, на лопатках… Прошлой ночью он пытался их считать языком… Чад терпеливо ждал продолжения, пока Джаред крутил в руках стопки, хаотично двигая их, как будто играя в наперстки. — Не расскажешь, во что ты ввязался? — Мы встретились на Голливудском бульваре. У него заглохла машина, а еще он заблудился. Я предложил помощь, а он… — Джаред прикрыл ресницы, вспоминая тот, самый первый вопрос, а еще волну злости, которая его охватила. Но в итоге же Эклс оказался правым во всем. Наверное, разглядел его, Джареда, с первого взгляда… — А он?.. — подсказал Чад после затянувшейся паузы. Джей мотнул головой, но не ответил. — Слушай, дружище. Ты попал в переплет, я же вижу. Понимаю, что нужны деньги на лечение Мэг, на ее же учебу. Может быть, проще согласиться поработать на Джеффа? По крайней мере, мы его знаем. Джаред даже вздрогнул, вспомнив хозяина этого бара и дома. Волчий, въедливый взгляд, следящий за ним, кажется, и в темноте, его мозолистые пальцы со сбитыми все время костяшками, в которых Джеффри все время беспрестанно крутил бейсбольную биту, обмотанную проволокой. Работать на него? Все равно, что попасть в добровольное рабство. — Чад, с Дженсеном у меня договор. А все, что касается Моргана — не обсуждается, понял? Сейчас я допью и вызову такси… Плевать на привлечение внимания. Он без единого слова Эклсу слинял с ипподрома, и номерами обменяться они не удосужились до сих пор. Что теперь тому думать? Что Джаред помчался к Биверу сливать все секреты? Даром, что ни одного не пытался узнать — Дженсен-то про это не знает и может такого надумать… — Малыш… Ты рвешь мое сердце на части. Не обсуждается? Не лишай старика последней надежды, обещай мне подумать. Я могу решить все проблемы твоей маленькой славной сестрички, — неудивительно, что в бедламе, царящем вокруг, Джеффри подкрался беззвучно. Возможно, он и не пытался быть незаметным — зачем ему это? Хозяину этого места. Джаред передернулся от тяжести чужой руки на плече, но не посмел ее сбросить. По крайней мере — сразу и очевидно. Потянулся за новой бутылкой так, чтобы наклониться вперед. Морган ухмыльнулся в бороду и провел своей лапой ему по спине. Задержался у ягодиц. — Мальчик. Я сделаю с тобой все, что захочу. Можешь артачиться, сколько угодно, но в конце концов ты придешь ко мне сам, — зашипел он с явной угрозой. — Спасибо за ваше беспокойство о благополучии моей семьи, мистер Морган. Но я не люблю быть должен, лучше как-нибудь сам, — процедил Падалеки сквозь зубы, одновременно мило ему улыбаясь. Чад аж поперхнулся напитком. — Сейчас, простите, вынужден попрощаться… Меня ждут в другом месте. — Щенок, — вспылил Морган, видя, что добыча от него ускользает. — Может быть, ты с твоим убогим дружком на первое время расплатились с долгами, но время идет, счетчик тикает. В том числе, и счетчик твоей милой сестренки. Напомни, сколько осталось до того, как операция не даст ничего? — Это дело моей семьи, мистер Морган. — Ты заработал эти деньги своей упругой маленькой жопой. Почему же отказываешься работать ею на меня? Никакой разницы… — Вы не знаете, о чем говорите. Всего хорошего. Чад, я ухожу… — Джаред спрыгнул с высокого стула, будто с трамплина и, не оглядываясь, зашагал к выходу. Такси можно будет и снаружи поймать, не обязательно звонить им на базу, квартал пустыми тачками так и кишел. Чад что-то выкрикнул вслед — Джей не расслышал. Только Морган рассмеялся раскатисто и жутковато. За пару кварталов выше по улице заорала чья-то сигналка, а еще пронзительно взвыл чей-то кот. Возможно, бродячий пес ухватил его зубами за хвост или за ухо. — Он от тебя не отстанет, — сказала печально Тощая Мэри, прислонившись худым плечом к осыпающейся кирпичной стене. Пнула носком сбитой туфли смятую пивную банку. — Ты же знаешь, что бывает с теми, кто ему _т а к_ приглянулся? Джаред кивнул. В этом и не было никакого секрета. Сиерру нашли в ночлежке для нищих на окраине Восточного Голливуда, до беспамятства накачанную неизвестным наркотиком. Бедняга так и не очнулась. Адама доставили в больницу изувеченным и истощенным, виновника полицейские даже не стали искать — решили, что это результат разборок местных шаек. Джейк… Джейк исчез четыре недели назад — отошел в туалет, оставив телефон у бармена на стойке. С того вечера никто о нем ни слова не слышал… Джаред сглотнул, пытаясь не чувствовать во рту кислоту. Это все — дешевое пойло и сигарета, которую он, оказывается, напоследок, свистнул из рук у Мюррея и сам этого не заметил. Сука, просто красавчик. Затянулся напоследок, отбрасывая окурок на выщербленный асфальт. — Мэри, ты не волнуйся, все будет в порядке. Скоро я решу все вопросы и уеду отсюда, а когда встану на ноги, пришлю тебе денег, чтобы и у тебя получилось… — Джаред, ты очень хороший. Спасибо тебе, — шепнула девчонка и потрепала его по щеке. — Беги и не оглядывайся. Слышишь? — Я слышу… — только и успел сказать в ответ он, как рядом, повинуясь взмаху руки, затормозило такси. — Мне надо в Беверли-Хиллз, поскорее, — выпалил он водителю, как только с его стороны опустилось стекло. Интересно, как водила там не сгорел? Вряд ли в этой колымаге кондей в последние годы хотя бы раз или пару включался. — Обижаешь, я этот город… лучше чем свои десять пальцев, братишка! — возмущенно выдал водитель. Джей не стал его поправлять напоминанием, что пальцев у любого человека — в два раза больше. — Увидимся, Мэри. Удачи тебе. Будь осторожна, — успел сказать Джаред перед тем, как машина, взвизгнув шинами и вспугнув хрен пойми как оказавшихся почти под колесами кошек, рванула вперед, наплевав на все правила. — Куда мы так мчимся? Мне в отель Beverly Wilshire Hotel, — попытался докричаться до водителя сквозь рев двигателя и шум встречного ветра, попадающего в распахнутые окна. — Знаю, солнышко. Не напрягайся, — почти пропел на ломаном американском латинос и тут же свернул в темный, сомнительный переулок.