Вместе

Гарри всмотрелся в Мередит, пытаясь уловить в ней признаки того, что это все не по-настоящему и она шутит. Секунда шла за секундой, а в ее глазах по-прежнему плескалась растерянность пополам с серьезностью. Да и небольшая группа людей, занявших их диван, не спешила миражом растворяться в воздухе. — Я правда сказала ему, что ты занят и работаешь над нашим делом, но он заявил, что с этим справишься только ты, — медленно сказала Мередит. — Только я? — Гарри едва не поперхнулся от изумления. — Это буквально стажеры! Я единственный мракоборец, к которому можно их пристроить? В его голове промелькнуло «Ты — Гарри Поттер, что важнее». Кажется, он уже где-то это слышал. Так или иначе, Гарри работает над едва ли не самым важным делом в стране, и оно только сдвинулось с места, он не собирается брать к себе в довесок пятерых стажеров, с которыми надо будет возиться месяц. И плевать, как там распорядился глава аврората. Если Гарри при существующих нагрузках еле выкраивает время на сон, то страшно представить его состояние с дополнительной работой. Одно дело, если бы все мракоборцы внезапно разъехались в отпуск и поручить практикантов было бы некому — но нет, никто не обращает внимания на более опытных и менее занятых людей, ведь пройти практику у самого Гарри Поттера так престижно. Мередит слегка сжала предплечье Гарри, напоминая, что стажеры, которых они обсуждают, вообще-то, с ними в одной комнате, и те явно не виноваты в том, кому их поручили. Видя, что он находится в крайне нестабильном состоянии, Мередит потянула Поттера из кабинета в коридор и закрыла за ними дверь. — Я понимаю все это, — она попыталась смягчить его гнев, — и если у тебя получится, можешь попробовать передать их кому-то еще. Но ты же знаешь Донелли, его не переспорить. — Может, тогда ему стоит поработать над реальными делами, вместо перекладывания бумажек или совещаний? Узнает, что совмещать кураторство над стажерами и раскрытие такого дела просто нереально, — Гарри на эмоциях несильно стукнул кулаком в стену. Костяшки мгновенно отозвались болью. — Мне что, с ними теперь носиться? А кто будет Шеллер подготавливать? — Не знаю, поручи им пересортировать архив. Хотя бы временно не будут лезть. Мередит сочувственно оглядела его. Гарри выглядел так себе из-за нового витка работы по делу о подражателях: после окончания рабочего дня постоянно задерживался, чтобы тренировать Лею Шеллер, которой надлежало быть приманкой. Для стажера у нее была отличная подготовка, и Лея одна из немногих прошла вступительный экзамен в аврорат на высший балл, но речь идет о противостоянии реальным убийцам, с которыми ей, возможно, придется сражаться, если ситуация примет критическое положение. Конечно, они не хотели доводить до этого и выдавать, что девушка является подставной жертвой, но нельзя было исключать любые отклонения от плана. Недостаточные навыки борьбы могут стоить ей жизни, и Гарри подходил к этому со всей ответственностью. Даже возвращался в Малфой-мэнор в лучшем случае в час ночи. Напряженная работа отвлекала от мыслей о недавней сенсации — поцелуе замужнего Гарри с парнем из бара. Впрочем, как он успел убедиться, эту тему обсуждали только первые несколько дней, а потом она сошла на нет. Поверили ли словам о том, что это была часть работы, или не удалось вызвать ожидаемой реакции Драко — Гарри не знал, но ему было безразлично. Стихли и хорошо. Он повернулся к прозрачной двери. Двое парней копались в бумагах, не удосужившись откладывать в аккуратную стопку просмотренные, а третий вместе с двумя девушками что-то искали в ящике комода. Как будто Гарри вверили руководить не двадцатилетними стажерами, которые успешно прошли не самые легкие вступительные, а детсадовцами. Гарри постарался подавить клокочущее внутри раздражение, рассудив, что вскоре их поручат кому-то другому, этот цирк прекратится, и он сможет с чистой совестью вернуться к тренировкам с Леей. Еще Малфой, который одним свиданием не ограничится… Помоги ему Мерлин.

***

Гарри мешал чай, так заботливо приготовленный ему Джинни. Левая часть головы отдавала болью, и перемещалась в челюсть, заставляя мучительно морщиться. После нескольких часов, проведенных вместе с молодыми практикантами, которые вовсе не спешили уходить в архив, нервы Гарри были на пределе, и голову сжимало спазмами от малейшего шума. Поэтому вечером он отправился туда, где чувствовал себя наиболее комфортно — в «Нору». Тренировки с Леей отменились, так как той пришлось ехать к заболевшему отцу, и Гарри, проще говоря, свалил, оставив стажеров. Молли и Артур еще до его прихода отправились в Косую аллею, так что он застал только Джинни с Луной. Те пытались догнать вырвавшихся из вольера кур, и, когда Гарри им помог, предложили налить чай. Скоро присоединилась Гермиона, и теперь он медленно расслаблялся с горячим чаем под урчание Живоглота, клекот тех самых кур и разговоры подруг из разряда «ни о чем». — Я к нему, наверное, раза три подходила, а он все говорил, что занят, — жестикулировала Луна, лежа на коленях у Джинни, которая нежно проводила руками по ее волосам. — Мне кажется, я ему просто не понравилась. Хотя это не страшно, у него столько мозгошмыгов, что вряд ли он смог сказать что-то осознанное. — У мистера Сирила Солсбери правда много дел, — осудила ее Гермиона. — Он был занят весь прием, постоянно ходил куда-то, распоряжался. Он же крупнейший меценат. — Ага, ходил покурить за угол, — насмешливо отозвалась Джинни. — Ты говоришь прямо как Перси. То, что он какой-то меценат, не значит, что он хороший человек. Она пропустила пальцы между прядей Луны и чуть их оттянула. Луна прикрыла глаза и закинула ногу с тремя разноцветными носками на подлокотник дивана. Гарри уже и забыл, каково это — просто разговаривать обо всем на свете, не переживая по поводу работы, сверхурочных или брака. Гермиона хотела было продолжить спор об очень занятом меценате, но ее прервал Живоглот. Он вальяжно спрыгнул с ног своей хозяйки и, переваливаясь, поспешил к двери. Гермиона активно возражала, когда ее обвиняли в перекармливании кота, но Гарри казалось, что в этом плане она не совсем честна. — Ты куда? — встрепенулась Гермиона и попыталась вернуть Живоглота, но тот ускользнул от ее рук с поразительной для такой туши грацией и выбежал в сад. — Даже он не хочет слушать про меценатов, — чуть засмеялась Джинни. Луна при всем этом даже не открыла глаза. — Ох, ладно, неважно, — Гермиона выглянула в окно. — Живоглот учуял гномов, сейчас снова на них напал. Я старалась его отучить, но ни в какую. Чувствует себя охотником. Пресловутый кот тем временем подкрадывался со спины к очередному гному. Присел, выгнул спину и распушил хвост, готовясь напасть на добычу. — Оставь его, все равно выгонять гномов никто не станет. Заведи еще с десяток таких Живоглотов, и скоро в нашем доме их вообще не останется. Гермиона успокоилась и села обратно в кресло. Без Живоглота в ногах было не так уютно, но теперь можно было заняться вязанием — он считал своим долгом нападать и на клубки шерсти. — Гарри, ты как? — переключилась на него Гермиона. — Тебе было нехорошо, все еще уставший? — Все в порядке, спасибо — попытался улыбнуться он. — Мне уже лучше. Эти стажеры просто ведут себя, как малые дети, и так еще месяц, если их не отдадут кому-то. — Было в высшей степени неразумно поручать их тебе, — серьезно продолжила она, — Ты же занят и работаешь над делом общемировой важности. Я поговорю с твоим начальником, а то на тебя больно смотреть. Гарри подумал, что Гермиона преувеличила, назвав его дело «делом общемировой важности», но благодарно кивнул в ответ. Разбираться с главой аврората Донелли он сейчас хотел меньше всего. Повисла приятная тишина. Было слышно, как прыгает на улице Живоглот, распугивая гномов и кур. — Обожаю котов, — внезапно сказала Луна. Гарри сначала даже не понял, к чему это было, но решил, что та просто запоздало среагировала на побег Живоглота, — Некоторые могут видеть нарглов и даже охотятся на них. Мандарин тоже это делает. — Мандарин? — переспросил Гарри. — Это наш кролик, купили позавчера — пояснила Джинни. — Он заснул в тарелке с мандаринами и решили, будет забавно дать ему такое имя. — Животные очень хорошо влияют на энергетику, тебе тоже стоит завести, — Луна приподняла голову с колен, — и Драко будет лучше. Как вы вместе? У вас похожие ауры. Джинни и Гермиона ничего не ответили, только посмотрели на нее нечитаемыми взглядами. С самого дня помолвки Гарри и Драко всей семьей Уизли было принято негласное правило — не разговаривать о Драко, потому что это неизменно перерастало в скандалы и даже угрозы. Более того, Луна была единственной, кто почему-то называл его по имени — так не поступал даже Гарри. — Ну, неплохо, кормят там на убой. А если без шуток, то нормально. Не лезет, не пытается проклясть. Вряд ли я бы нашел среди знакомых более подходящую пару для таких целей. — Не знаю, не нравится мне все это, — ответила Джинни. — С ним не может быть так хорошо, это ведь Малфой. Не самый приятный тип. Не доверяй ему так сильно. Гарри понимал, почему она так считает и не спешил переубеждать — знал, что не получится. Но он уже давно расслабился и перестал ждать какого-то удара в спину от Малфоя. Драко было бы это просто невыгодно, если отойти от всех «мне он кажется адекватным». В конце концов, люди не застревают в моральном развитии на уровне школьных лет. И Малфой без своей маски оказался приятным в общении. Оставалось только одно — Гарри тревожил тот дневник с инициалами и числами. Теория про наркоторговлю разбилась вдребезги, еще не успев начаться, может, в этот раз они что-то придумают? Конечно, было стыдно обсуждать подсмотренные личные записи, учитывая то, как Малфой к нему хорошо относится. Гарри пошел на компромисс, решив, что это просто числа, а не чьи-то душеизлияния, и никто из присутствующих не стал бы об этом болтать. Если в этом не обнаружится никакого криминала, Гарри очень сильно извинится перед Драко. — К слову, я был в его фамильной библиотеке, — неловко начал он, убедившись, что все обратили на него внимание. — Нашел странную вещь. Какую-то записную книжку с инициалами и чис-… — Ты же ее не читал? — ахнула Гермиона и внимательно на него посмотрела. Через секунду ее лицо приобрело укоризненно выражение, совсем как у профессора Макгонагалл. — Ты не должен был этого делать, — твердо заявила она. — Это же личные записи. — Это просто инициалы и числа напротив, даже почерк не его, — Гарри пришлось наступить на горло собственной совести. — Имею в виду, не Драко Малфоя. Скорее всего, его отца, а он промышлял самым разным. — И что ты хочешь? Посадить Малфоя-старшего? — Для начала разобраться во всем, разве это так плохо? Гермиона скрестила руки и ее лицо буквально говорило «да, это плохо». Луна продолжала безмятежно качать ногами, а Джинни напротив, заинтересовалась: — И как ты думаешь, что это? Инициалы понятно, но подбирать к ним имена всей магической Британии безнадежно. — Да кто знает? Количество людей, количество денег, да хоть количество крыльев летучей мыши для зелий. Я уже рассматривал версию с наркотиками, но на такое Малфои бы не пошли. — Склоняюсь к деньгами или каким-то запрещенным штукам, лет 10 назад была же информация, что они прячут предметы темной магии в особняке. Может, незаметно осмотришь подвалы? У них же они есть. — Или тебе стоит спросить у самого Драко. Он наверняка знает, зачем что-то придумывать, — Луна рывком села на диване и перекинула на плечо взлохмаченные волосы. В таком виде она была похожа на какое-то необычное хаотическое божество. — Не уверен, что я после этого выживу, — поступать так было настоящим самоубийством. Хотя, возможно, такая реакция заслуженна — обсуждает с друзьями записки предположительно Люциуса Малфоя. — Мне кажется, ты просто устал от рабочей рутины и ищешь себе загадку, — Гермиона сгребла все грязные чашки к себе и отлеветировала их в раковину. — Скорее всего, все намного более тривиально. И тебе правда не стоило лезть в записи, что бы это ни было. Гарри не мог отрицать последнего. Правильность подруги разбудила в нем чувство совести, и он начал убеждаться в том, что никакого криминала не было, хотя бы потому, что такой компромат не стали бы разбрасывать в библиотеке. На что действительно стоило обратить внимание, так это на поимку подражателей. Гарри откусил печенье и прислушался к звуку моющейся посуды и тому, как Джинни с Луной обсуждают, удастся ли в этом месяце вырастить рассаду под заклинаниями. Все-таки он очень любил это место.

***

Драко перевернул очередную страницу французской магловской книги и попытался вникнуть в чтение. Казалось бы, ничего сложного, но буквы усердно не хотели складываться в слова, а слова в предложения. Дело в том, что, устав от безделья, перемежающегося написанием все тех же статей, Драко выцепил какую-то книгу из коллекции матери, которая, на удивление, оказалась магловской. Оставалось загадкой, как она очутилась у Нарциссы, но отступать было поздно. Ему было не столь принципиально, что читать. Особенно, если читать и не получалось. Драко попытался сконцентрироваться на убегающих строчках, но на первый план лезли более важные вещи — например, то, что книга все еще пахнет духами матери. Она будто сидела рядом с ним со своим привычным ароматом роз и мягким голосом читала ему вслух — совсем как в детстве. Мысли о матери только сильнее ранили, ведь с каждым днем приближалась их встреча. Еще пару месяцев назад он бы считал часы и едва сдерживал радость, но теперь не представлял реакцию родителей — а особенно Нарциссы — на его замужество. Она ведь сделает все, что угодно, чтобы Драко не чувствовал себя стесненным в средствах и ему не пришлось продолжать фиктивный брак, даже если ради этого ей придется самой его заключить. Сначала Драко думал, что рассказать такую новость не будет слишком сложно, но сейчас нервничал все больше и больше. Вряд ли их встреча пройдет спокойно. Как бы странно это ни звучало, но тишина тоже отвлекала его от чтения. За эти недели он привык, что дома находится что-то очень шумное, норовящее разбить дорогую вазу или врезаться в стол. Или кто-то. Поттер теперь едва ли не ночует на работе и Драко проводил дни в полной тишине, но, к досаде, это совсем не радовало. Он старался не признавать этого, но, в какой-то степени он привязался к Гарри. Сваливал это на одиночество, в котором провел немало времени, ибо шутка ли — считать Поттера едва ли не другом. Но Драко не мог отрицать, что без него становилось скучно и время тянулось очень медленно. Как он прожил так почти пять лет, если после недели становится невмоготу? Драко поймал себя на мысли, что пытается перечитать страницу уже в третий раз и все еще не может понять оттуда ни слова. Так дело не пойдет. На улице сыро и зябко, самая середина осени вместе с ее бесконечными противными моросями. Но быстрый взгляд в окно подтвердил, что в ближайший час дождь не планируется, и Драко, подхватив «Евгению Гранде» под мышку, направился вниз. Еще один плюс присутствия Поттера — у Драко значительно снизился объем работы, и больше не приходилось медленно убивать здоровье и нервные клетки за написанием статей. Он уже почти не чувствовал стыда и непонятной злости за такое спонсорство, ведь Поттер и не думал его попрекать своими деньгами. Осталось только найти стабильную работу, и можно не переживать совсем. Драко уже вышел в коридор и направился к парадной двери, когда услышал хлопок трансгрессии. Он немного замедлил шаг, подумав, что для домовика хлопок слабоват, и словно в доказательство этой теории снаружи раздались быстрые шаги, которые неуклонно приближались к дому. Драко встревоженно замер — это не Поттер, у того еще рабочий день не закончился. И походка была намного легче. Но, судя по тому, что загадочный человек успешно преодолел зачарованный барьер, он знал от него заклинание, а таких людей можно было пересчитать по пальцам одной руки. Драко в данный момент не был расположен к внезапным гостям. Вселенная, как обычно, решила за него — дверь распахнулась, и на Драко набросился черноватый вихрь, едва не сбив его с ног. От напора он выронил книгу, отшатнулся и ударился о стену, инстинктивно упираясь ладонями в чужие плечи. Плечи Панси, которая стискивала его в объятьях, напрочь позабыв о всех манерах. Драко неглубоко вздохнул и обнял ее в ответ, зная, что все равно не сможет отстраниться — Панси умела быть настойчивой. Но чего он не ожидал, так это удара острым локтем в бок. Драко охнул и чуть согнулся. — За что? — было не столько больно, сколько неожиданно. Ну и больно, конечно — силы у нее было достаточно. Панси сверкнула глазами из-под коротких черных всклокоченных волос. Видимо, она правда спешила к Драко и трансгрессировала к нему, чуть только прибыла в Англию. — За письма! Ты знаешь, сколько я тебе писала? Каково мне было все узнавать из газет? Настолько занят своим Поттером, что забыл написать мне пару слов? Вот этого Драко и боялся — праведного гнева. А еще того что, что Панси начнет выяснять, зачем именно заключался брак. Драко было неловко уже от осознания того, что финансовое положение подруги намного лучше его. Звучало по-детски глупо, но он бы скорее умер, чем попросил бы помощи Панси и стал от нее зависеть. Почему-то зависеть от Поттера было намного легче. Может, потому, что при таком раскладе дружба с Панси серьезно бы пошатнулась, а с Поттером пошатываться нечему. Знай Панси все эти мысли, то дала бы ему в бок еще раз. Она же, выплеснув эмоции, немного успокоилась — даже вернулась к привычно-нейтральному выражению лица, но нервные движения выдавали все с головой. — Что это было? — Панси постаралась сформулировать самый глобальный вопрос, который интересовал ее уже несколько недель. Узнать в другой стране о помолвке Драко было уже шокирующе, а узнать, что его жених Поттер… — Ничего особенного, просто… договорились о сотрудничестве, если ты об этом, — звучало не слишком хорошо, но у Драко не было времени на формулировку чего-то более убедительного. Панси посмотрела на него так, будто говорила с маленьким ребенком. Что случилось с Драко в ее отсутствие? — Сотрудничество? Это так у нас теперь называется? Для тебя это игра или что? Драко вздохнул. Очевидно, Панси так просто не переубедишь. Он подобрал с пола выроненную книгу и жестом пригласил Панси следовать за ним, на веранду. Одним махом он преодолел ступеньки и наступил на уже примятую кем-то траву. Он даже не сомневался, кто так спешил к нему, что не смотрел под ноги. Хорошо хоть в цветы не залезла. — Если говорить в целом, то мы с Поттером случайно столкнулись на приеме. Разговорились, у него были проблемы, у меня были проблемы, их можно было решить браком. А то, что он фиктивный, сути не меняет. Ничего страшного не произошло, не стоит так волноваться. Панси пошарила в кармане брюк и достала пачку сигарет. Через пару секунд Драко слегка закашлялся — не любил дым. Панси еще со школьных лет приучилась к сигаретам — одной из немногих магловских вещей, которая ей нравилась целиком и полностью. — Думал, ты бросила, — недовольно сказал он. — Гермионе не нравится запах, но в Италии ее нет, — Панси выдохнула, элегантно держа пальцами сигарету. — Но ты с темы не уходи. Какие у тебя проблемы? Я бы на Поттера так не надеялась. — Ну, за это время он пока ничего особо не натворил, — Драко опустил первый вопрос. — И ты, вообще-то, с ним дружишь не первый год. — То, что я встречаюсь с Гермионой, не значит, что я встречаюсь с ним, — она закатила глаза, — Ты бы еще про Уизли сказал. Она повернулась к нему, обеспокоенно смотря и не скрывая эмоций, хотя их этому старались научить все детство. Сейчас это была просто Панси — его подруга, однокурсница и очень близкий человек. Драко присел на ближайшую скамейку, думая, что она заслуживает знать все; по крайней мере все то, что не касается его долгов. Над их головами задумчиво шумели ветки деревьев, нагнетая тревожную атмосферу, а сероватые сгущающиеся облака только усиливали это чувство. Создавалось впечатление, что надвигалось что-то неизбежное и очень серьезное. Разговор обещал быть долгим.