***
Спустя небольшой промежуток времени авто остановилось на парковке у многоэтажки. Светловолосая отстегнула ремень безопасности, и накинув сумочку на плечо, вышла. В лицо ударил холодный ветерок — в машине было достаточно тепло для полного комфорта, а после нахождения в салоне, слаживается такое чувство, что на улице настоящий Северный полюс. Она поджала губы и застегнула маленькую пуговицу на кофточке, хоть и знала, что этот тонкий светлый трикотаж совсем не спасёт её. Фигура остановилась. Немного нахмурив брови и покусав щёку изнутри, она обернулась к машине и посмотрела в окно. Тарталья его опустил. — Тебя провести? — будто прочитав мысли, с каплей заботы в голосе спросил он, на что получил энергичный кивок в ответ. Блондинка осмотрелась по сторонам. Ничего странного или необычного. От потока мыслей её прервал громкий звук закрывания двери. Аякс вскоре подошёл к ней, и они направились к подъезду. Шаги парня были большими, и он шёл быстро, поэтому девушке иногда приходилась чуть ли не подбегать к нему, что бы случайно не отстать, из-за этого раз за разом слышались раздраженные фырканья. Она обнимала себя за плечи, что бы сильно не замёрзнуть. Ветер же будто ей на зло, только усиливался, а воздух становился холоднее. Наконец-то дойдя до парадной двери, пара остановилась. — Спасибо, — еле дрожащими губами, чисто из совести, Люмин поблагодарила Тарталью. — Хорошего тебе вечера, — она уже собралась побыстрее открыть дверь, но руку несильно схватили и она оказалась в обьятиях. Лёгких, непринуждённых. Так скорее обнимаються подростки или родственники. Но даже так чувство дискомфорта поселилось где-то в сердце. Она не понимала, почему отвращение к Чайльду появилось так резко. Всё стало таким… Противным. Обьятия, запах его парфюма у шеи, что казалась такой изящно-желанной, взгляд проницательных синих глаз. Раньше она буквально в них тонула, и тонула она в приятных чувствах. А сейчас девушка тонет там попросту задыхаясь, но пучина тёмной Бездны не хочет её отпускать, а только тянет на дно. Что заставило сердце отректись от тёплой ласки? Ответ неясен. — Всё-всё, — прошептала Собон и вылезла из чужих рук, что по началу не хотели её отпускать. Но рыжеволосый, видимо, смирился, и отпустил. — Тебе тоже хорошего вечера, — тихо и бесчувственно, но с ноткой грустной горечи в голосе ответил он. Певица кивнула, и скрылась за парадной дверью.***
Она быстро оказалась у лифта. Палец притронулся к кнопке вызова. Долго ждать не пришлось — дверь открылась, девушка поспешила зайти, и чуть не столкнулась с выходящим оттуда мужчиной. Он прошёл и оказался позади. Женская фигура в свою очередь попыталась сделать шаг вперёд, но почувствовала, как её оттянули назад и чужая ладонь закрыла рот. Страх сковал тело моментально. Руки и ноги начали брыкаться, и юница попыталась закричать, но безуспешно. Резко она вспомнила про свою сумку, и со всей силы ударила ею захватчика. Видимо, попала в лицо — хватка облегчилась, блондинка быстро выхватилась, и зарядила ногой мерзавцу в бок, пока он крючился, прикрывая ладонью глаз и хрипел. Она воспользовалась моментом, пока слышала себе вслед все существующие ругательства, и побежала лестницей на свой этаж. Руки ужасно треслись и колени подкашивались, поэтому бежать было ещё сложнее, но светловолосая была готова буквально выдавить из себя все возможные силы, только что бы спастись. Дойдя до шестого этажа, она остановилась на лестничной площадке, и убедилась, что шагов не слышно, и рядом нет никого, кроме мирно сопящего домашнего кота на коврике у входной двери чей-то квартиры. Собон вздохнула с большим облегчением. В груди заныло от нехватки воздуха. Уровняв дыхание, она почувствовала, как в горле пересохло. Беглым шагом Люмин пошла по лестнице наверх.***
Прийдя в квартиру, она закрыла входную дверь на верхний и нижний замок, хотя всегда закрывала только на нижний. Верхний использовался только тогда, когда хозяйки подолгу не было дома. Все занавески были опущены, а свет включён только на кухне. Налив себе питьевой воды в стеклянный стакан и потянувшись к верхней полке за аптечкой, девушка достала коробку с различными лекарствами. Она начала «шариться» в аптечке в попытке найти таблетки успокоительного. Наконец-то взгляд наткнулся на знакомую разноцветную упаковку. Взяв её в руки, блондинка немного повертела коробочку в руках, думая над тем, действительно ли нужно делать то, что она задумала. Вздохнув, она открыла упаковку, и выняла блистер. Там оказалось лишь две таблетки, и тут певица поняла, что последним временем слишком налягла на это нехорошое дело. Хоть бы не началось привыкание… Постучав ногтями о стекло стакана, и закусив нижнюю губу в раздумии, она выняла оставшиеся две, и быстро закинула их в рот, наклоняя голову назад. Немного сморщившись, сделала большой глоток воды и проглотила пилюли. Они неприятно прошлись по горлу. Светловолосая прокашлялась и шёпотом произнесла ругательство.***
После чашки приторно-сладкого кофе без молока с утра, Собон подошла к кухонному столу, просовывая руки сквозь рукавы белого лонгслива. Взгляд упал на раскладной нож. Он невзначай лежал возле стойки с кухонными ножами. Обычно она его брала в длительные путешествия, в корыстных целях, например, порезать еду. Взяв его за деревянную ручку, блондинка его раскрыла, затем закрыла, и опять раскрыла, снова закрыла. Помотав головой, она положила нож в передний карман джинс. Если честно, она никогда и не могла подумать, что когда-то ей придётся таскать с собой ножи в карманах. Раньше жизнь казалось такой безопасной, безобидной и даже хорошей. Люди вокруг вежливые и приветливые, проблем с доверием к другим у Люмин никогда не было. Конечно, она бы не доверилась первому встречному, но и от близких и друзей никогда ничего не приходилось скрывать. А сейчас что? С родным братом она общалась больше недели назад, и то, только поделилась нехорошим настроением из-за тяжёлых тренировок и плохой погоды, подруги не знают всего самого важного, и того, что постоянно кидает бедную девушку в судорожную дрожь, а раньше такой милый и привлекательный Чайльд теперь казался таким чужим. Певица планировала пойти в полицию, и написать заявление о покушении. Она была более чем уверена — нападение было совершено с целью убить. К сожалению, внешность толком увидеть не получилось. Единственное, что можно было сказать, так это его невысокий рост, судя по тому, что сумка попала ему прямо в лицо. Ну, ещё припоминаются короткостриженные волосы, и то, что он был одет в чёрную ветровку. Не густо, очень не густо… Вместе с этим, она прекрасно понимала, что спаслась, скорее, чисто по удачливому стечению обстоятельств. Постояв ещё несколько секунд и подумав, нужно ли вообще всё это, Собон вздохнула, и сжав связку ключей в руке, вышла из квартиры.***
Самым близким к району оказалось именно Центральное Управление Полиции Сеула. Блондинка знала наизусть почти всю карту города, но и с утра проверила её на всякий случай, и уверилась, что никакого полицейского участка поближе попросту нет. Погода будто подловила её настроение — по прогнозу где-то с шести утра лил дождь, не прекращаясь. Он не был сильным, а скорее умеренно спокойным, но холодный ветер нагнетал ситуацию. Выйдя из автобуса, девушка развернула зонт. Он, кстати не её. Вещь принадлежит не кому иному, как тому парню. Как же его зовут?.. Крутиться в голове. Память на имена было далеко не самой лучшей. Намного проще было запомнить лицо, одежду, даже причёску, но, чёрт возьми, не имя. Так было всегда, сколько светловолосая себя помнит, но на вопрос «Почему?», ответа нет. Углубившись в воспоминания, она не заметила, как оказалась под крышей у входа в большое здание. Зонтик был сложен и обвязан лентой, что пришита к ткани. Набрав полную грудь сырого уличного воздуха и немного раздражённо выдохнув его носом, в голове прокрутилась моральная подготовка к любому, что может ожидать. Рука притронулась к дверной ручке.***
Какой-то статный мужчина в светло-голубой рубашке с расстёгнутой верхней пуговицей провёл посетительницу по коридору со светлыми стенами к серой двери. Вдоль коридора таких похожих было ещё много. Остановившись, она обернулась к работнику, и опустила голову в лёгком благодарительном поклоне, после чего тот ответил так же, и ушёл. Несколько секунд нервно покусав щёки изнутри, Люмин постучала. Услышав приглушёное «Войдите», она немного неуверенно открыла дверь. Напротив за столом из тёмного дерева сидел мужчина средних лет, старше за Собон на лет пятнадцать на первый взгляд. Выглядел он ниже и более худощаво, чем тот проводник, что привёл сюда. — Добрый день, — мягким голосом сказала она, и немного опустила голову в поклоне. Затем притронулась к дверной ручке и закрыла дверь. — Доброго Вам, — он встал из-за стола, и тоже склонил макушку в поклоне. Затем присел назад, пододвигая свой стул вперёд. — Я пришла… — в горле неприятно осел ком. — Написать заявление о преступлении. — Садитесь, — сотрудник полиции указал ладоней на стул напротив. Блондинка энергично кивнула и незамедлительно села за стол. Мужчина положил ей лист бумаги формата А4 и синюю ручку. — Описываете всё, что помните. От места приступления до запомнившихся черт преступника. Чем больше напишите, тем лучше. Девушка кивнула, и уже взяла ручку, что бы начать писать, но её остановил оклик. — Погодите, — подняв голос, мужчина немного раздражённо выдохнул через нос, и на миг прикрыл глаза, медленно мотнув головой. — В левом верхнем углу пишите сегодняшнюю дату, включительно с текущим годом. Заявление начинаете с абзаца, с предложения: «Я…» дальше идёт ваша фамилия и имя, после: «… Заявляю о…», — он говорил медленно и чётко. — Таком-то-таком-то виде преступления… — он помотал головой в разные стороны, прикидывая этот «такой-то-такой-то вид преступления». — И описываете… Время суток, приблизительное время, если конечно помните. Где произошло — район, хорошо будет, если Вы знаете название улицы; что произошло, и так далее, — он сложил руки в замок. — Всё понятно? — спросил полицейский, вскидывая брови. Светловолосая кивнула. Он рассказывал всё настолько медленно, будто объяснял это ребёнку или очень глупому человеку. Возможно он посчитал её тупицей? От этих догадок в душе осел неприятный ком. «Ещё бы кто попробывал после такого сказать, что что-то непонятно…» — мысленно съязвила блондинка, приступая к написанию даты, как пологалось — в верхнем левом углу.***
Сидя дома на диване и переключая каналы, Люмин резко о чём-то вспомнила, и взяла в руки телефон, который до этого лежал рядом. Нужно позвонить Аяке и сказать, пойдёт ли в клуб вечером или нет. Но одно но — решение не было принято. Девушка не знала, хотела ли этого. С одной стороны было вольнительно сидеть в кругу абсолютно незнакомых людей. Ситуацию спасала только подруга, но светловолосая прекрасно понимала, что та всегда рядом не будет. Всё таки, она ей этого не должна, так она ещё и с парнем своим будет… Задумчиво закусив нижнюю губу, она почти две минуты втупляла взгляд в экран, улетев мыслями совсем в другое место. — Ай ладно, — она мотнула головой, нашла в списке контактов номер коллеги, и не пуская в голову лишних сомнений, позвонила. Прошёл ровно один гудок, и трубку подняли. — Приветик Люмин, — послышался мягкий голос по ту сторону. — Ты как? Подумала над моим предложением? — Привет. Да, подумала, — спокойно ответила певица. — Я приду.***
До выхода оставалось полчаса. В восемь вечера Аяка с её парнем приедут к подъезду и возьмут Собон с собой, на машине. Спешить было особо некуда. Натянув на себя джинсовую юбку, она застегнула маленькую молнию с задней стороны. Повернулась к зеркалу, немного приспустила края, застегнула чёрный ремень. Выглядело вполне неплохо. Поверх белой майки была накинута светло-голубая зип толстовка. Достав железную коробочку с различными украшениями, блондинка достала золотую подвеску в форме буквы «L». Она застегнула её на своей шее. Потом потянулась за чёрным ободком в полке туалетного столика, который часто надевала в разные дни, более важные, чем обычные рабочие будни. Справившись со всеми нужными делами, Люмин ещё раз прошлась расчёской по пшеничным волосам и посмотрела на себя в зеркало, прикидая приблизительную оценку своему внешнему виду. Губы приподнялись в искренней очаровательной улыбке.***
Выйдя из салона автомобиля, в уши пробралась музыка, которая доносилась из открытых входных дверей клуба. В последний момент девушка даже немного пожалела, что согласилась на эту авантюру. Ногти несильно впились в ладонь, но на плечо приземлилась нежная и лёгкая, словно пёрышко, ладонь. — Вечер обещает быть интересным, — прозвучал полный энтузиазма голос подруги. Светловолосая выдохнула через нос, и кивнула. — Идёмте, девочки, — прозвучал спокойный голос Джин Су — парня Аяки. На первый взгляд он выглядел чудесным вариантом для неё. Заботливый, не скупой на шутки и жизнерадостный. По пути к месту назначения Люмин успела узнать о нём многое — от имени, возраста и места работы до забавных историй из детства. Такие люди всегда удивляли, но скорее, в хорошем смысле. Они кивнули, и расслабившись, певица последовала за парой.***
За нужным столиком уже сидело около пяти человек и чём-то болтали, но услышать было сложно даже если ты сидишь рядом, потому что громкая музыка и кучи других различных голосов сливались в одну шумную какофонию. Собон спёрлась на спинку дивана из красной оббивкой из кожи, и сложив ладони в замок на своём животе, смотрела как незнакомый симпатичный парень напротив что-то оживлённо рассказывал всем, пока возле него стоял нетронутый шот текилы с солью на краях стаканчика и кусочком лайма. После его истории какие-то девушки едко рассмеялись, глядя друг на друга. Наверное, очередные подруги, которые хотят привлечь мужское внимание такими глупыми способами. Покусав щеку изнутри, она обернула голову в правую сторону. Возле сидела Аяка, склонив голову на плечо своего бойфренда, пока его рука лежала на её плече. Взгляд медовых глаз прошёлся по гладкой чёрной поверхности стола, на котором стояли пустые бокалы, рюмки и стаканы для различных коктейлей. Напротив блондинки стояло два разных. Она так и не знает содержимого или тем более названий тех коктейлей, но было вроде вкусно. — Эти девушки так раздражают, — послышался мужской голос рядом. Девушка обернулась и наткнулась на очередное незнакомое лицо. — И не говорите, — «вежливо» ответила она, и спустя несколько секунд задумчиво хмыкнула, приподняв одну бровь. — Вы не похожи на корейца, — подметив необычную внешность, добавила. — Я американец, — ответил парень и дружелюбно усмехнулся. — Меня Эллиот зовут, — он протянул руку. — Ничего себе, — ответила светловолосая и спустя несколько секунд деланно-задумчивого втыкания на чужую ладонь, пожала. — Люмин. — Аяка рассказывала о Вас. Вы обе в одной группе? Спевы, танцы… Вообщем, я не разбираюсь, — выдав смешок, признался русоволосый. — Да, типо того… Он посмотрел куда-то поодаль, и снова перевёл взгляд на новую знакомую. — Пойдём потанцуем? — предложил, кивая головой в сторону. — Оу… — замялась она. — Ну ладно, давайте, — немного неуверенно согласилась. Певицу взяли за руку, и она встала из-за стола, «незаметно» приспуская края юбки. Сначала всё вроде было хорошо — играла классная музыка, голову приятно кружило от небольшого количества алкоголя в крови, танцевать было так легко, любые стеснения просто затуманились, забылись где-то в подсознании. Компания новоиспечённого знакомого была несколько приятной. Он улыбался, смеялся, даже делал комплименты. Все бывалые заботы скрылись за неоновым светом прожекторов и ненавязчивыми движениями под музыку. Но Собон будто пришла в себя, когда почувствовала чужое дыхание у своих губ. Взгляд уставился на прикрытые веки с густыми ресницами напротив, и она отклонила голову, затем и вовсе отошла, нахмурившись. Помотала головой. — Что-то не так? — спросил Эллиот. — Конечно! Всё не так! — взбунтовалась девушка. — Мы знакомы от силы полчаса, а Вы лезете ко мне с поцелуями! — она повысила голос, но придерживалась зрительного контакта. — Безобразие! Кем Вы вообще себя возомнили? Он поменялся в лице. Губы поджались, на шее ясно выразилась артерия, кулаки сжались. — Да кому ты вообще нужна?! — парень без какой-либо вежливости перешёл на «ты», хотя никто не позволял. — Я просто познакомился с тобой, потому что красиво выглядела, но это всё! Я даже тобой не заинтересован. Думаю ты интересна мужчинам только из-за милого лица и популярности, но тебя никто не полюбит! — тот голос, что раньше казался таким мягким и дружелюбным, вмиг погрубел, оказался агрессивным и даже немного пугающим. Все приятные черты характера вмиг улетучились от этого американца. — Fucking slut! — по-английски выразился он, но блондинка всё прекрасно поняла. Она подняла руку и сильная гнетющая пощёчина прошлась по светлой щеке парня, и видимо, по его завышенному эгу. Он приложил холодную ладонь к горячей коже, а светловолосая ушла беглым шагом. Подошла к столику, забрала свою сумочку, что до этого лежала на диване под присмотром Аяки. Подруга быстро заметила коллегу и некие изменения в ней. Что-то точно случилось… — Люмин, — обратилась она погромче, что бы было слышно. — Что такое? — встав из-за стола, взгляд голубых глаз вцепился за золотые, которые выглядели совсем не так, как раньше. Голубоволосая не помнит таких чувств в её глазах. Кажется, даже светлые блики пропали. — Я ухожу, — бросила та, накидывая лямку сумки на плечо. — С меня уже хватит веселья, — добавила, и подняла взгляд на девушку. — До завтра. — Погоди, — Камисато буквально схватила уходящую Собон за руку. — Давай я тебе такси закажу, или мы с Джин Су подвезём тебя к дому. Я если честно тоже устала… — вздохнув, добавила она. — Ничего не нужно, я сама закажу, деньги есть, — бесстрастно помахала головой, и быстрым шагом ушла наконец-то к выходу. Ночной мир встретил её сыростью и свежим воздухом после вечернего дождя. Подобное чувствовалось как Божье благословение после всего того, что пришлось пережить. Осмотревшись по сторонам, она вспомнила в какую сторону нужно идти, и быстро переступая с ноги на ногу, морая балетки в лужах и грязи на асфальте, певица мечтала оказаться дома. Принять душ, одеться в любимую пижаму, окутаться в белые простыни и выспаться. Просто напросто… Не скидывая еле заметной усмешки, она продолжала идти, втупив взгляд себе под ноги, пока чуть не врезалась в кого-то. Женская фигура остановилась, и увидела перед собой его. Того, кого точно не ожидала встретить. Ни при каких обстоятельствах. — Извините… — тихо протянула, не отводя взгляд от чужого лица, и даже позабыв приклониться.