стань моим лекарством

***

в четверг вечером написала Мика. Она сказала, что вылетает, а прибудет в 7 утра. Феликс написал ей, что очень ждет и встретит ее в аэропорту. Он решил лечь спать пораньше, чтобы выспаться и встретить подругу не с видом алкаша, а в нормальном виде. С утра, в 5 часов, он еле как встал, потому что обычно для него 10 утра рано, а тут 5! Это на целых 5 часов раньше. Он провалялся на диване минут 20, а потом встал. Сделал все дела и поел. Встречать Мику надо красиво. А значит, что и он должен выглядеть красиво. Он сам не знает откуда, но в его шкафу нашлась полупрозрачная, чёрная кофта с более выраженными цветами. Он надел ее, а чтобы совсем не быть раздетым накинул короткую куртку тоже черного цвета. Так же нашлись кожаные, глянцевые брюки в обтяжку и к ним большой ремень. Образ готов, но чего то не хватает. Слишком пусто на руках. Вспомнил. С этой кофтой шли перчатки, которые были вышиты точно так же, как она. Готово. При выходе он надел длинные, почти по колено, большие сапоги и довольный вышел из квартиры. –нихера! –ого, ого! Феликс, закрыв дверь, повернулся к голосам. –ты куда так собрался? — Чанбин приподнял бровь и сложил руки на груди. –я в шоке, — Хенджин стоящий рядом, прикрыл глаза ладонью. Феликс закатил глаза и клацнул губами в знак недовольства. Хенджин посмеялся и подошел к Феликсу приподнимая за плечи. –да красиво ты выглядишь, мы шутим. А куда ты такой нарядный? –куда нужно, туда и еду! –тогда мы с тобой, — сказал Чанбин. –поглядим куда тебе там надо. –нет. –это не было вопросом, малыш, — Хёнджин издевательски улыбнулся и похлопал Феликсу по спине. Феликс лишь вздохнул и пошел к лестнице, но тут же перед его лицом распахнулась дверь Чонина. Он отшагнул от нее, врезавший спиной в Хенджинову грудь. Второй обхватил его руками и подмигнул Чонину, который ойкнул и рассмеялся. –а куда это вы? –мы за Феликсом, — улыбнулся Чанбин, поглядывая на Феликса, что раскраснелся в объятиях Хендина. –а феликс куда? –если я отвечу, то ты все равно пойдёшь за мной, да? –верно. Феликс закатил глаза и, выбравшись их Хенджиновой хватки, пошел у лестнице. В этот раз, дверью его никто не сбил.       

***

В аэропорту много людей, кто-то плачет, а кто-то радуется. Кто-то ругается, а кто-то обнимается. Феликс сразу вспомнил, как вздохнул впервые запах Кореи. Он улыбнулся и осмотрелся. Ему пришло сообщение, что абонент «Мика солнце» стал доступен, а значит она уже приземлилась. –Феликс, зачем нам в аэропорт? Ты улетаешь? — Чанбин усмехнулся. –да, без вещей, –Феликс тоже усмехнулся. Он вздохнул и спиной к ним сказал, –вы, в принципе, могли не ехать со мной, но сами попёрлись, так что не надо вопросов. –тебе в прошлый раз стало плохо, мы очень испугались. Мы боимся, что такое может повториться, а рядом никого не будет. –я не беспомощный! У меня такое часто и будет часто, я знаю, что делать нужно, а что нет, понятно? Не надо за мной бегать везде, я не маленький, ребята! –мы боимся! — вмешаля Чонин. Феликс глубоко вздохнул и повернулся к ребятам. –а вы не думаете, что я зна… В него кто-то влетел, обнимая и прыгая на него с девчачьим визгом. Он пошатнулся, но удержаться смог. Он отстранился и увидел перед собой похудевшую, распустившую косы, которые были с ней с 7 класса, мику. Настроение сразу взлетело очень высоко. –я, конечно, знаю, что ты ещё тот модник и красавчик, но это слишком! — он отодвинулась, что осмотреть одежду Феликса. — а если кто-то украдет тебя у меня? Феликс засмущался и засмеялся. Его руки были на плечах подруги, а мысли нигде. Он понимал многое. Он знал многое. Больше, чем его друзья. Друзья. Переехав в корею он обрёл больше, чем думал. Он знал, что это будет хорошее решение, но не настолько. Рядом с ним лишь те люди, которых он бы хотел видеть. Он может срываться на них и говорить обидное, но сам знает, что в последние минуты своей жизни, он бы хотел видеть их, слышать их, говорить им. –подруга, ты слишком много на себя берешь. Он, кажется, слышал, как двое парней выдохнули после слова " подруга» –ну как это, Ликсик? Что это за кофта? — она тыкнула пальцем в его грудь. — все ведь видно! –ты прям, как моя бабуля. Она бы точно так же говорила, если бы видела меня. –у меня очень серьёзный вопрос, мой хороший, — феликс нахмурился и склонил голову, ожидая его. — почему твоя талия тоньше моей? Я не для такого худела перед прилетом сюда. Феликс знал, что половину из того, что они говорят Чонин, Хенджин и Чанбин не понимают, ведь они говорят на английском. Мика не знает корейского. –я не знаю почему, но могу сказать, что кушаю я хорошо. Просто, может, так повлиял перелет? — он врет и не краснеет, искусство. Он знает причину всего этого. –плохо получается. –что? –твои друзья. Они стоят и ничего не понимают. Нам нужно познакомиться! Феликс хихикнул и бросил взгляд на друзей с глупыми выражениями лица, — зачем тебе знакомиться с этими балбесами? Лучше, пойдем скажем им, что я провожу тебя до туалета, а на самом деле слиняем? Мике план понравился, это было видно по хитрой улыбке лисы. Но, к сожалению, план провалился. Чонин, делавший вид, что не понимает их разговоры, подбежал к Феликсу и хлопнул по мягкому месту. –это слишком, Ли Ёнбок! –не-ет! Только не называй меня так, Нини, — Феликс закатил глаза. Он и забыл, что Чонин, работавший в казино, где часто появляются шишки не говорящие на корейском, а лишь на ломаном английском, знает этот язык прекрасно. –представь меня, бесстыжий, а ну! Феликс засмеялся, но представил подругу друзьям. Чонин перевел друзьям, что сказал Феликс про них, а потом получил от Феликса, которого чуть не убили щекоткой. Они разошлись, а Феликс помог Мике доехать до отеля, где она остановится на ближайшую неделю.       

***

Вечером Джисона охватила паника. Он и забыл, что на фестивале Минхо позвал его на свидание. И почему он согласился, а не соврал, что у него, например, черепаха рожает? Он судорожно перебирал шкаф, чтобы нарыть там хоть что-то нормальное. Это событие для Джисона особенное. Между вещами, что валялись выкинутыми на пол в истерике он нашел спасение: рубашка с красивым воротником, который продолжался до конца рубашки по вырезу где были пуговицы. На низ он надел специально припасенные брюки, которые походили на офисные, а скорее, таковыми и являлись. Образ он не закреплял какими то украшениями, а лишь лакированными туфлями и цепочкой. Посмотрев на себя в зеркало он глубоко вздохнул и вышел. Он знал, что Минхо заехал за ним на машине и ждет его уже минут, плюс-минус, пятнадцать. На улице пахло дождем, потому что днём он лил хорошо. Звезд на небе сегодня не было, но были облака, которые не ушли, а остались пережидать сельскую ночь. Он оглядел двор и заметил белую иномарку, которая посигналила ему. Дверь открылась и оттуда вышел Минхо. Одет он был не хуже Джисона. Белая футболка с надписью «GIVENCHY paris» по середине. Она была заправлена в черные брюки, закреплённые ремнем, что висел с левой стороны. На плече красовался пиджак, что, видимо, шел комплектом к брюкам. Джисон даже потупил, разглядывая своего парня. Можете не спрашивать. Джисон сам не понял, как и когда они стали парой. Просто случилось и все. –ты так и будешь разглядывать меня, неманьяк, или сядешь в мою машину и мы поедем на свидание? — его голос вывел Хана из мыслей о том, как ему повезло с таким человеком, и заставил подбежать к машине, извиниться, и сесть. Минхо тоже сел в машину и оглядел парня, из-за чего тот подумал, что слишком вырядился. –не переживай, ты выглядишь прекрасно, поэтому и смотрю. –а, правда? — у него вырвался смешок, который был похож на истеричный. — спасибо, я… не думал, что хорошо выгляжу. –не ври. Если ты «не думаешь, что хорошо выглядишь», то почему провел 30 минут за выбором наряда? –30?! Минхо усмехнулся, а Джисон прикрыл рот ладонью и поднял брови. Он одевался так долго? –ты ждал меня у подъезда все это время? –возможно, — он хитро подмигнул Хану и повернулся назад, к задним сиденьям. — а возможно ездил за этим. Когда Хан повернулся назад, то глаза его снова округлились и он чуть вскрикнул: –Линоу-хен! –чего ты кричишь? Ты не любишь Глоксинии? –зачем? Я очень благодарен, Хо, но зачем? –глоксинии на языке цветов означают любовь с первого взгляда, — минхо на несколько секунд задержал глаза на глазах Джисона, но отвернулся, потому что ему нужно следить за дорогой. — Я влюбился в тебя с первого взгляда, Хан Джисон.       

***

Когда джисон вышел из машины он обомлел от красоты данного виды. Минхо привез их на берег. с другой стороны виднелся Сеул и его огромные здания, светящиеся огоньками разных цветов. Там было светло. Тут же были только они, которые освещены маленьким светом фар, гирлянд, что разложены на белом покрывали, которое лежит на песке и свет луны. –вау, Минхо, это так сказочно! — джисон приземлился на покрывало и посмотрел на парня, который выходя из машины, захватил плед в клетку серого и белого цвета. –я знаю, Сони, но тут стало красивее, когда я привез тебя сюда. Ты делаешь все прекрасное — сказочным, — старший приземлился рядом с парнем. Он набросил другой конец пледа на Джисона и приобнял. –Минхо… — прошептал Джи. Ему надо было начать считать, сколько раз за этот день его засмущает Ли Минхо. — я и не замечал какой ты романтик! –ты делаешь меня таким. –это не хорошо? –это, опять же, прекрасно. Хан повернулся голову к возлюбленному, который уже смотрел на него. На этот раз Джисон не отпрянул и не засмущался, хоть их лица и разделяли несколько сантиметров. –если я поцелую тебя, ты не ударишь меня? — улыбнулся он своей кошачьей, безумно красивый улыбкой. –ударю, — Минхо удивился.– потому что я сам хочу это сделать. Джисон накрыл губы старшего своими, чувствуя какого они вкуса. Гирлянды освещали только половину покрывала, не доходя до середины, на которой лежал Минхо, а Джисон сидел на его бедрах. Второй поднял руки первого оставляя их по бокам головы Минхо. Они сжимались и разжимались, как и губы. –мне нравится, что ты властвуешь надо мной. Ты становишься чертовски сексуальным, — говорит Минхо, мешая поцелую. -молчи, Ли Минхо, ты мешаешь мне. Минхо усмехается и, вырывая руки, сам тянет голову младшего к себе, надавливая на затылок. Вторая рука спускается к талии и поглаживает. Прикосновения Минхо чувствуются по особенному, они заставляют тело дрожать, а внизу чувствовать покалывание и трепет. То, как он сжимает го талию и усаживает на свои бедра вызывает у Джисона приглушенный стон. –я хочу, чтобы со мной ты чувствовал себя комфортно, хочу, чтобы ты знал, что хочешь от меня, что хочешь меня. Ты готов? Джисон чуть отдаляется от лица старшего и глядит в глаза, в которых отражаются звезды. Их не было, но они вышли посмотреть на зарождающуюся любовь. Он кивает и кладёт руку на щеку Линоу, поглаживая. Он чувствует возбуждение парня под ним. Минхо не хочет, чтобы Джисону было некомфортно, поэтому терпит, ждёт его действий. Джисон тянется рукой к шее минхо и приподнимает. Тот подается и садится, когда джисон полностью обвивает его шею руками, а талию ногами. Он жадно его целует поглаживает грудь, ожидая его стон. У него получается. Минхо долго, протяжно постанывает его имя. Джисон прижимается бёдрами ближе к животу старшего, чтобы тот тоже почувствовал его возбуждение. Минхо не только чувствует, но и знает. По прямой спине Хана почти невесомо пролетает ладонь Ли и прижимает ближе к себе. Джисон впивается в губы старшего, загоняя руки в его фиолетовые волосы и сжимая. Минхо отстраняется и кивает, джисон кивает согласием. Он оказывается под минхо. Старший мягкими, аккуратными и ласковыми движениями спускается поцелуями ниже и иногда поглядывает на лицо Джисона. Джисон прогибается в спине, когда влажные от поцелуев губы любимого целуют шею, линию челюсти, а руки отстёгивают пуговицы рубашки. Когда рубашки откинута в сторону, но слава богу не к воде, футболка Минхо слетает так же быстро. Они рассматривают друг друга и любуются. Штаны слетают медленно, а может только им так кажется. Минхо проводит дорожу поцелуями по животу и кубикам, поглаживает тонкую талию. Джисон шумно дышит и вздрагивает часто. Минхо чуть спускает его боксеры и ведет языком пол бедру. –Минхо! — от этого полувскрика, полустона у Минхо ухмылка до ушей. Как же сильно он любит этого бельчонка. Минхо привстает, оказываясь на коленях и тихо шепчет: –я быстро. Он встает и убегает к машине. Джисон ноет. Нельзя так поступать. Он сейчас взорвется от возбуждения. Минхо быстро прибегает обратно, в руках его тюбик, смазка. Он приспускает боксеры Джисона ниже, а ноги закидывает на свои плечи. Три пальца оказываются в розоватой смазке. Он смотрит на Джисона, который одобрительно кивает, и входит первым пальцем. С уст Джисона срывается мелкий стон. Минхо представляет какой он будет, когда он войдет в него. Пальцы входят один за другим, растягивая стонущего младшего. Когда Минхо вытащил длинные пальчики из него, Джисон протяжно простонал, отчаянно. Минхо провел истекающим органом по промежности джисона, а тот поддался ближе. –будет больновато, хоть я тебя и растянул. Минхо аккуратно входит, следя за реакцией младшего. Он закусывает губу и чувствует, что маленькие слезинки выступили на краях глаз. Минхо нежно поглаживает ляжку нежного мальчика и целует коленку, утешая. Когда Джисон сам насаживается на член, минхо ускоряет темп. На спине старшего свисает плед, закрывающий виды. Через пару минут Джисон громко дышит и стонет. Их стоны сливаются в едино. Минхо сжимает талию Джисона и поглаживает, а тот сжимает свой половой орган и водит рукой, закатывая глаза. Оба получают невоображаемое удовольствие. Ускоренный темп старшего уже не доставляет боли, а лишь удовольствие. Оргазм приходит к младшему раньше и он протяжно стонет имя старшего. Минхо закидывает голову назад и улыбается, изливаясь внутрь его малыша. Их тела трясутся от удовольствия. Ноги Джисона оказываемся на песке, а минхо падает на парня, упираясь об покрывало, чтобы не раздавить Джисона. Он сладко целует его и падает рядом. Он сплетает и руки в замок, слушая свое бешено бьющиеся сердце и вздохи Хана. Второй рукой старший накрывает пледом его малыша и шепчет: –ты потрясающий, Хан Джисон. Я люблю тебя.       

***

Банчан уже минут 20 слушает, как в соседнюю дверь кто-то долбится и угрожает Феликсу, что убьет его, если тот не выйдет. Он тяжело вздыхает и сползает с кровати, идя к двери. –Феликса нет дома, он, скорее всего, на танцах, — он оглядыват темнокожую девушку с длинными волосами и зелеными, выделяющимися глазами. Опомнившись он продолжает, — а вы кто? –а ты? –Бан Кристофер Чан. Я друг Феликса, сосед по совместительству. –я Микаэла Жонес. Лучшая подруга Феликса из Австралии. Этот сучонок обещал показать мне город и выпить со мной, но сейчас не отвечает. Банчан усмехается и осматривает девушку. Та в ответ. Она кладет руку на бедро и подходит ближе к двери Бана. –красивый сосед Феликса, не выпьешь со мной?       

***

Чан не помнит ничего после того, как Микаэла поцеловала его. Честно, не помнит. Он помнит, как показав ей город, они зашли в бар, где выпили, рассказывали друг другу о себе, она рассказывала о Феликсе, о Австралии, а он внимательно слушал. Потом тема зашла об отношениях и они оба признались, что ни разу не были в них. Мика затянула его в поцелуй, а дальше… а дальше все. Больше ничего, будто он заснул. Открыв глаза, он видит потолок своей квартиры. Он чувствует, как сильно его рука затекла, но поднять ее не может. Повернув голову он видит сладко сопевшую на его плече Мику. Он медленно и обреченно поворачивает голову обратно и бормочет: –ну блять.       

***

Пошла еще неделя и число уже 25 октября. Всю неделю «dance racha», так они решили себя назвать, репетировали танцы. И вот, уже сегодня кастинг. Все трое парней напряжены. Феликс нервно пытается считать свой пульс, который чувствуется толи слабым, толи слишком быстрым. Хёнджин вспоминает движения, но кажется, будто он все забыл. Минхо же считает себя супер спокойным, но на самом деле переживает очень. –теперь dance racha, — объявляют директора, которые проводят кастинги. Все трое набирают побольше воздуха в легкие и выходят. Движения их точны и красивы. Они отпустили все переживания, стараясь полностью отдаться танцу. Они даже не замечают, как песня заканчивается, а директора аплодируют. Они объявляют, что те приняты и могут начать работать. Парни счастливо переглядываются. Феликс летит на двоих друзей с объятиями, а те дают друг другу пять. Позже к ним подходит один из главных директоров и объясняет все, обсуждая. Так же он выдает бумажки, что-то типа направлений на осмотр в больнице. Никто и не замечает облегченного вздоха Феликса, рассматривающего бумагу, ведь объяснять все самому не придется.