Десять невероятных историй

— Миллер! По обычаю этот строгий оклик не предвещал ничего хорошего. Эстелла, сжав планшет под мышкой, направилась к её светлости. — У меня великолепные новости, — начала баронесса, сидя в кабинете за столом. Её светлость была более румяна, чем обычно, глаза возбуждено светились от нетерпения поделиться чем-то важным. Такой баронессу Эстелле видеть не приходилось. — Личное приглашение короля Саудовской Аравии. Мы едем через два дня. Эстелла сначала ничего не поняла, потом подумала, что ослышалась. — Ты едешь в качестве моей помошницы. Ну и конечно с этих слов в доме мод начались дикие сплетни. Почему Миллер? Да кто она такая? Работает всего ничего и сразу в любимчики?! Эстелла была сама не своя, не выезжавшая дальше Лондона в сознательном возрасте, она не думала о том, что судьба подкинет такой кульбит. Миллер ходила в дурашливо-приподнятом состоянии, не веря, что через пару дней увидит загадочную пустыню.

***

Белый самолет, улыбающийся стюард. Взмах крыла в небо. Баронесса смотрела за реакцией Миллер со скрытым удовольствием. Эстелла словно дикий зверёк смотрела на всё с любопытством, осторожностью и по-детски плохо скрываемым страхом. Стоило её взять хотя бы ради реакции. Восток встретил англичан во всей своей пышности и изобилии. Золото и мрамор, диковинные животные и цветы. Эстелла поняла, что погорячилась с нарядом. Арабы так и сверлили взглядом открытые плечи с белоснежной кожей. Гостей проводили в их комнаты для отдыха после перелёта. У Эстеллы просто отвисла челюсть и вырвался нервный смешок. Комната… где был фонтан размером с её квартиру в Лондоне, так для красоты. Обед и вежливые обращения. Восток просто сразил ничего не видевшую в жизни Эстеллу. — От меня ни на шаг, — вдруг тихо на ухо прошептала её светлость. — Арабы сходят с ума по светлой коже. — А в чём проблема? — спросила Эстелла. — Могут похитить. Миллер округлила глаза. Такие милые люди и вдруг. — Это восток. Они все в глаза ласковые, но здесь женщина существо второго сорта.

***

Показ и презентация прошли на высшем уровне. Заказчики были довольны. Контракты были подписаны. После пышного праздненства иностранным гостям нужно было возвращаться. Эстелла ехала в одной машине с баронессой фон Хеллман, довольная собой и проделанной работой, как вдруг машину затормозили. — Кто это? — спросила баронесса обеспокоенно у переводчика. — Похоже дело дрянь, — нервно ответил переводчик. Когда открылась дверь и в салон машины первым уставилось дуло пулемёта, все поняли, что дело дрянь. Переводчик долго переговаривался с мужчиной, чье лицо полностью закрывал тюрбан. Дальше ни баронесса, ни Эстелла ничего вспомнить не могли. Очнулась они уже в какой-то тесной каморке с земляным полом. — Где мы? — спросила Эстелла, потирая голову от ушиба. — В плену. Нас похители. — Вы говорите об этом так спокойно? — удивилась Эстелла. — Я медийное лицо, мне к этому не привыкать. Всегда есть риск похищения, нападения, убийства. Поэтому я всегда с охраной. — Но здесь мы тоже были с охраной? — Здесь другая страна. — Что нам делать? — в ужасе спросила Эстелла. — Молиться, если умеешь, и вести себя максимально спокойно. — А если не умею и хочется истерить? — Сочувствую. — Из-за чего нас похители? — Может из-за меня, хотят выкупа, а может из-за тебя. — В смысле? — спросила Эстелла в непонимании. — Белая кожа, приглянулась кому-то для гарема. — И сразу похищение? — Восток. Я говорила, что здесь женщины второй сорт человека. — Ужас. Однако ужас наступил немного погодя, когда рыжий парик съехал в сторону. Баронесса без церемоний стащила его с головы помощницы, обнажая черно-белые волосы. — Ах ты су… Охрана не знала, что делать. Не понимая языка, они смотрели на то как две вроде европейские приличные женщины мутузили друг друга и кричали явно что-то неприличное. Через какое-то время баронесса и Эстелла успокоились. Обе сели на пол, прислонившись спинами к стене, соприкасаясь плечами. Кто первым начал смеяться они так и не поняли, но через минуту уже не могли остановиться, хохоча до слёз. — Ты… — баронесса тыкала пальцем с облезлым красным лаком. — Провела меня… Надо же… В самой жопе мира узнать, что твоя помощница — твой заклятый враг. На следующий день от вражды не осталось и следа. Общее горе невероятно сплотило, сделав неважными все обиды и претензии прошлого. Ежедневный страх за жизнь притупил излишнюю эмоциональность, рождая желание общаться искренне и с чистой душой. — Так что тебя сподвигло на такой шаг? — спрашивала баронесса. — Хотела отомстить тебе за мать, — спокойно ответила Эстелла. И так день ото дня признания становились лишь более искренними, пока наконец Эстелла не заметила необычный проблеск седых волос у баронессы. Сначала вроде незаметные волосы явно делились по цвету на чёрные и белые. — А это что означает, ваша светлость? — нарочито фамильярно спросила она. — То и означает, что твоя настоящая мать не Кэтрин, а я… Эстелла с минуту изумленно смотрела в лицо бывшей начальницы. — Я пыталась это скрыть, — баронесса показала на волосы. — Ты унаследовала мою болезнь. — И так кардинально пытались это скрыть? — Как могла. — Это надо было нам оказаться на самом краю света, чтобы узнать, что мы родственники, — выдала Эстелла, офигевшим взглядом упираясь в глиняную стену. — Да, пути неисповедимы, — улыбнулась баронесса.

***

Через пару дней в комнату зашел какой-то араб, что-то говоря на своём и грубо хватая Эстеллу за локоть. Баронесса тот час вскочила и закричала на вошедшего. — Оставил мою дочь, обезьяна немытая! Араб скорее всего смысла не понял, но посыл уловил. Замахнувшись на баронессу, он при этом отпустил Эстеллу и громко залепетал на своём. Но надо было видеть фон Хеллман. Грозная, непрошибаемая как скала, она спокойно взглянула в лицо арабу. Он сказал ей что-то тихо и отступил.

***

Через неделю в комнату зашли люди с автоматами. Они не стали церемониться, накинули мешки на головы и вывели женщин из помещения. Когда женщины увидели свет, они сидели в комнате перед людьми европейской внешности. Из этой комнаты баронесса и Эстелла вышли сами, свободными. — Да, это было удивительное путешествие, ваша светлость, — сказала Эстелла. — Да, — спокойно и невозмутимо ответила баронесса, словно и не было похищения. — Жду тебя по прилёте в Лондон в своём особняке. Нам явно есть о чем поговорить.