Ожидание

Февраль девяносто восьмого года в России выдался холодным, на улице поднялась метель, окна покрылись наледью и мороз рисовал на них красивые узоры, которые любил вечерами рассматривать Афанасий, старший сын Михаила, названный в честь деда. В поместье все шло своим чередом: Арина, после получения с лёгкостью данного разрешения Данила, давала приемы и переодически устраивала балы, приглашала гостей на ужины и четырёх-часовой чай, наконец возвращая семейство в светскую жизнь. Данила, тем временем, сидел в своём кабинете (занимать отцовский, даже формально считаясь главой семьи, он совершенно не хотел и не собирался), занятый многочисленными бумагами и бюрократией. Последние 4 года он активно занимался участием в жизни жителей Англии, по началу довольствуясь письмами, наведением справок, а позже, после удачного возрождения Темного Лорда, прошедшего не без его помощи (поиск необходимого ритуала и некоторых ингредиентов занял у него не мало сил) и личного участия в собраниях и рейдах. Так на руках троих сыновей Антонина Долохова появились темные метки. Долоховым двигала месть. Он отчетливо помнил обещание, которое они с отцом дали друг другу: отомстить за смерть жены и матери, во чтобы то ни стало, и Данила намеревался это обещание исполнить. Оборвать существование Джеймса Поттера и его грязнокровой жены им не удалось - это сделал Повелитель, однако принять хотя бы косвенное участие в смерти их выродка они были обязаны. Долоховы обещания выполняют. Всегда. Любой ценой. В Англии уже произошёл переворот власти, которая теперь была на стороне Темного Лорда, и Антонин больше не являлся персоной нон-грата, что давало ему возможность спокойно пересекать границу, навещать семью и видеть внуков, чему тот был несказанно рад. Старый пожиратель смерти уделял внимание не только службе и английским товарищам, но и маленьким Мирославе и Афанасию, двух и пяти лет от роду. Осенью он привёз внуку палочку Английского мастера, а внучке - неизвестно от куда взятые драгоценности, сказав, что это на будущее приданое. Арина, мать девочки, на то лишь посмеялась, не вполне понимая, что к судьбе единственной внучки патриарх семейства может подойти настолько серьезно. Данила мать вспоминал часто, и уже давно не плакал, хотя все ещё ощущал бешеный стук сердца, вспоминая о событиях, произошедших в восемьдесят первом. Тот год для их семьи выдался особенно тяжелым: смерть Ольги, первый год, когда его самого не провожали в Дурмстранг, что до этого он не особо любил, но тогда начал ощущать нехватку родительского тепла, арест Антонина. Последующие года, до своего совершеннолетия он провёл в доме дяди Феди, после чего забрал братьев и вновь обосновался в Долоховке. На похоронах матери он чувствовал себя опустошенным настолько, насколько это было возможно, но, неся гроб на плечах, голову держал прямо. Тогда ему казалось, что он показывает несгибаемость своего духа и стальной, отцовский характер, хотя выглядел он при этом, будто палку проглотил. После окончания девятого, последнего курса Дурмастранга, по наставлению тетки, женился Михаил. Через год родился Афанасий, и только тогда поместье начало оживать. Повсюду носились няньки, снова охал и ругался Степаныч, начались относительно регулярные приемы и обеды. Ближайшими их соседями оказались Яковлевы, Артемий Дмитриевич и Мария Алексеевна, в девичестве Черевина, на которой он сам мог бы жениться, но не сделал этого. (Та была девушкой дотошной, хваткой и с преисполненным чувством собственной важности, хотя таковой совсем не наблюдалось. Поместье их было старым, практически разваливающимся, а крепостных душ всего-навсего около полудюжины.) Он, честно говоря, вообще так и не женился, и в ближайшее время не собирался, отдаваясь делам. Для Михаила эта зима была непростой, за последние несколько лет в его жизни многое изменилось: свадьба, рождение первенца и возрождение Темного Лорда, выход отца из Азкабана, принятие темной метки, рождение дочки…мужчину прямо таки закрутил водоворот событий. Именно они заставили его возвращаться прямо домой,в поместье, не задерживаясь в барах и кабаках и не проводя ночи с пышногрудыми красавицами, заставили ставить семью и ее дела, интересы на первое место. После смерти матери находиться дома по-началу было трудно: все вокруг напоминало о ней, напоминало о ее любви и их тёплых семейных отношениях, но такого же уюта больше не было, Долоховка стала будто чужой, какой-то неродной и совсем другой, это чувство обострилось после ареста отца, дом совсем опустел. Ему, тогда ещё семилетнему мальчику, как-то не хотелось смеяться и веселиться, выражение «дома и стены лечат» к нему не относилось.Идущее вперёд время тоже будто не помогала, раны почти не затягивались. Миша видел, как тяжело приходилось его старшему брату, который сразу после выпуска должен был заняться семейным бизнесом и занять кресло в совете, будучи ещё совсем юнцом. Общее пессимистичное, депрессивное настроение передалось и Ивану, которому на момент трагедии и года не было. Многочисленные родственники отца старались баловать мальчика из-за отсутсвия при нем живых родителей, но к полностью осмысленному возрасту его уже забрал старший брат, и переизбытка любви тот ему дать не мог. Да, Ивану ни в чем в общем-то не отказывали и строгой дисциплины в доме по отношению к нему не было, отсутствие родительского тепла он воспринимал как должное до того момента, как Данила рассказал ему о причине того, почему отец не рядом с ним, почему мертва мать. После этого в душе ребёнка стала возрастать ненависть, поглощающая все его существо, встающая на первое место при принятии решений. Ненависть к грязнокровкам, ненависть к магглам, ненависть к врагам и всеобъемляющая жестокость. Ему было около одиннадцати, когда, будучи на третьем году обучения в Дурмстранге, он услышал от братьев слухи и возрождении Темного Лорда. Каждое их письмо, каждое слово и предложение, все было наполнено идеями о превосходстве чистокровных, о превосходстве Темного Лорда, об их превосходстве. Он быстро проникся этими идеями, что сделать в Дурмстранге, куда принимали только чистокровных волшебников, было довольно-таки просто: родители абсолютного большинства студентов такую идеологию поддерживали всеми фибрами души. И Иван поддерживал тоже. Ему было четырнадцать, когда он получил возможность оказать помощь Пожирателям Смерти. Идея поехать на турнир пришла ему сама собой, и не сказать, чтобы она была радостно воспринята старшими братьями, но и много времени на уговоры вовсе не понадобилось. Уговаривать пришлось директора Дурмстранга, и Иван был готов использовать любые методы, но остановились на запугивании. Для того, чтоб единственный четырнадцати-летка не выглядел слишком странно среди делегации взрослых магов, туда было добавлено еще по два человека, начиная с его курса,таким образом, Дурмстранговская делегация увеличилась на 9 человек. В английской школе он, тем не менее, не прохлаждался. Джинни Уизли, доверчивая и открытая, безумно общительная девчонка с Гриффиндора, подруга ненавистного Поттера и сестра рыжего болвана, стала отличным кандидатом для главного информатора. Поначалу у него были мысли начать охмурять грязнокровую подружку Избранного, но во-первых сама мысль о разговоре с ней была противна, а во-вторых, пустоголовый болгарин, глупый чемпион, его опередил. С Уизли делились всем, а та, видя в нем красивого, умного парня, уделявшего ей внимание Павла Бездонского, выкладывала ему едва ли не все переживания своих друзей. Участвовать в возрождении Темного Лорда ему, находящемуся в непосредственной близости, конечно же не позволили, об этом говорила весьма красноречивая завершающая строчка в письме Данила «Уповаю на твоё благоразумие.». Продолжили они общение с Джиневрой по переписке, иногда он приезжал в Лондон, по большей части для того, чтобы встретиться с ней, ну и, разумеется, закупить определённые "заморские" товары. В полной мере проявить себя он смог уже через два года после первой поездки в Англию, накладывая непростительное на рыжеволосую девчонку. Не перечесть, сколько времени он отрабатывал заклятье на крепостных, сколько свихнувшихся от неправильного, неаккуратного вторжения в мозг, в мысли, в саму человеческую суть. После этого он много размышлял о том, что сказала бы Мать. Не Отец, который несомненно был бы горд им, а именно Мать. Вывод был неутешительным: женщина, никогда не сотворившая подобных заклятий, спокойно отучившаяся в Колдовстворце, она смотрела бы на это сквозь пальцы, закрывала глаза на это, но не радовалась бы таким его успехам. И осознание этого факта разочаровывало юношу. Чтож, возможно те, кто придерживались такого же мировоззрения и образа жизни, она в том числе, просто не осознавали его мощи, его величия, как казалось самому юному волшебнику. Действительно, старания Ивана принесли свои плоды: Джинни Уизли была довольно любопытной девочкой и много чего слышала, много знала, ещё больше ей открыто рассказывали. Под непростительным она выдавала Ивану новые мировые тайны. Она быстро узнала о том, что ее друзья отправятся в путешествие, и вследствие того следующий империус на неё накладывал уже старший из братьев Долоховых. Внушить девице следовать за троицей было трудно, трудно, но выполнимо, а потому о том, что Гарри Поттер - последний крестраж они узнали так скоро, как только Джинни осталась дежурить на ночь и, повинуясь внушению Долохова, отправила письмо сычиком, так удачно летевшего за ними все это время. Стоит ли говорить о том, как быстро об этом узнал Темный Лорд?

***

Второе мая одна тысяча девятьсот девяносто восьмого года стало знаменательным событием для многих, и для Долоховых, кажется, особенно. Данила и Михаил находились в поместье Малфоев уже несколько месяцев, писали домой и младшему брату письма, помогали отцу и Лорду. Иван же как на иголках сидел в Дурмстранге и чувствовал себя причастным к чему-то особенному, во-истину великому. Младший Долохов был официально снят с занятий и доставлен в Уилтшир к концу апреля. Там он много времени тренировался с отцом и братьями, присутствовал на собраниях и участвовал во всем, в чем только можно было. В памяти навечно осталось первое собрание, когда Темный Лорд выразил благодарность лично ему. В этот момент он был преисполнен такой гордости, что только именитая выдержка и умение держать себя не позволили ему нахохлиться подобно петуху и задрать нос к потолоку. На битву не только Иван, но и остальные Долоховы отправлялись непоколебимые и полные решимости. Антонин Долохов ждать не любил, попросту ненавидел, но умел. Умел и ждал. Ждал семнадцать долгих лет, желая отомстить за смерть любимый жены, за столь жестокое ее убийство, за то, что его дети остались без матери, за то, что был вынужден ее хоронить. Именно поэтому, из-за мучительно долгого ожидания, свершение мести разлилось в груди таким облегчением. Он был самым старым Пожирателем Смерти, тем, кто входил в состав Вальпургиевых рыцарей, тем, кто помнил их Повелителя пятнадцатилетним юношей, тем, кто никогда от него не отрекался и пронёс свою клятву верности сквозь многие-многие десятилетия. Антонин отчетливо помнил разговор, состоявшийся двадцать восьмого октября восемьдесят первого года: На собрании Темный Лорд объявил о пророчестве и своём намерении убить Гарри Поттера. Многие Пожиратели увлечённо кивали, поддерживая убийство ребёнка, но после собрания задержатся решили не один человек, а двое. Северус Снейп подошёл к Лорду Воландеморту и попросил о приватной просьбе. Антонин на это лишь закатил глаза, но помещение покинул. Аудиенция зельевара была закончена быстро и стоило огромным дверям столовой отворится, как Долохов, не дожидаясь того, как Снейп покинет помещение, приблизился к Повелителю и, склонив голову в легком поклоне, проговорил: - Я прошу вас об одном, мой Лорд. Сохраните жизнь Джеймсу Поттеру. - эта фраза определённо привела в некоторое удивление Темного Лорда, однако, ни один мускул на его лице не дрогнул. А вот Снейп был в шоке, и даже остановил свой путь к дверям, вопросительно оборачиваясь на говорившего. Долохов продолжил - Я хочу сам прикончить его. Он должен принять смерть от моей руки. - Это связано с нападением в июне? - Воландеморт уже знал ответ, он лишь уточнял - Да. И он поплатится за то, что совершил. - Антонин поднял глаза, полные абсолютной, жгучей ненависти, и Снейп, все ещё находившийся в помещении поежился от ужаса. В последние месяцы Долохова охватывала поражающая жестокость и некоторое безумие, находится с ним рядом бывало очень жутко. - Я услышал твою просьбу, Антонин - Темный Лорд усмехнулся своим мыслям и отпустил обоих мужчин Поэтому, когда Лорд на поляне в лесу, зная о том, что мальчишка выживет после первого смертельного заклятия, предоставил возможность убить его именно Антонину, последний осознал, что Темный Лорд не забывает данных им обещаний и умеет награждать за верную службу. Даже почти двадцать лет спустя. После этого Антонин Долохов ждал только встречи с женой.