Радостная печаль

      — Что за выходки? Почему я должен не спать всю ночь, переживая о том, где ты? — чай в его руках не успокаивал.       — Хочешь правды? — закидывая ногу на ногу, стала медленно говорить Аглая.       — Будь добра поделиться, —большой глоток ромашкового чая.       — Зачем ты вообще обо мне думаешь, с каких пор я имею ценность? Зачем тебе та, что не любит этикет и балы, которая легко скажет правду в глаза, не боясь последствий. Зачем ты вспомнил ту девушку, которая давно умерла для тебя? — голос не дрогнул, княжна даже не думала пить чай.        —Абсурд! Ты жила со мной и матерью, и мы любили тебя. У тебя есть сестра, способная помочь в любую минуту. Ты не ценишь ничего, что имеешь! — снова Михаил повысил тон на свою младшую дочь.       — Про любовь в прошедшем времени правильно сказал, — смешок, — да лучше бы не было у меня сестры! Этой эгоистичной и самовлюблённой дуры! — отец не выдерживает и бьет дочь по лицу.       — Вот такая любовь в этом доме, — берясь за щеку сказала Аглая, —можешь не переживать за меня, я всегда найду выход, — гордо подняв голову, девушка поднялась и направилась к двери.       — Я не разрешал тебе уходить, — княжна не останавливалась, — стой!       В спину младшей дочери полетела кружка, но благодаря рефлексам, что девушка смогла обрести в переулках тёмного Питера, фарфор разбился о стену, оставляя явное пятно на жёлтых обоях. Не боясь последствий, Аглая покинула гостиную и быстрым шагом направилась в свою комнату; как можно быстрее миновав лестничный пролет, девушка повернула налево, скрываясь за первой дверью.       «Я бы покинула это гнилое место прямо сейчас, но все мои вещи здесь, мне придётся сначала собраться, а потом бежать, бежать как можно дальше», — доставая лист бумаги и ручку, подумала княжна. Она хотела написать Феликсу о том, почему он не предупредил, что бал у него, и почему это мероприятие вообще существует, ведь Юсупов обещал, что они убегут, и ему не нужны будут ни деньги, ни слава, а только она. Аглая долго думала, как начать письмо, и спустя время строки сами появились в её голове.       Дорогой Феликс,       Сегодня, наверно, мой любимый день в году. Ты задаешься вопросом: почему? А потому что именно в этот день родился человек, без которого не могу себе представить сегодня своей жизни. И это ты.       Так почему же ты не отменишь бал, который послужит началом отношений с моей сестрой. Почему не бросишь все, как обещал тогда… Меня ничего не держит, ведь всё, чем я дорожу — это ты. Это ты.       Зачем тебе моя сестра? Когда наши сердца наконец нашли друг друга! Я готова бежать за тобой хоть на край земли, и если ты тоже, дай мне знать.       Твоя Аглая.       Быстро запечатав письмо, девушка позвонила в колокольчик, дабы дворецкий быстрее явился. Княжка успела лишь сесть на кровать, когда в дверях показался Яков. Тёмные круги под глазами и белая кожа не мешали ему немного улыбаться.       — Вам было что-то угодно? —небольшой поклон головы.       — Отправь это в Юсуповский дворец, желательно как можно скорее, только отцу ни слова, — на секунду показалось, что дворецкий побежит и прям сейчас расскажет Михаилу. Однако тот, усмехнувшись, сказал:       — Вы же знаете, что всё имеет цену?       — Что? — выпучив глаза от удивления, вымолвила Аглая, но тут же осознала, что другого варианта нет, достала кошелёк и дала мужчине 30 рублей, — на этом всё, но если я узнаю, что ты разболтал хоть слово, ты останешься без языка. Иди!       Он молча ушёл. Этот старый хрыч имел совести просить денег, что за ужас! Но выбора не было, ей нужно было, чтобы Феликс прочёл и забрал Аглаю.

***

Подполье Петербурга.       — Господа, на улицах нынче свободно разгуливают упыри и пьют кровь из всех, кого не попадя, мы должны искоренить зло, мы должны искоренить вампиров.       — Я как раз придумал новое оружие, оно стреляет высоким зарядом, способным сжечь их живо, — взвизгнул Нобель, доставая чертежи на стол.       — Мы найдём ту девушку и выпытаем у неё всю информацию о упырях, они сгинут! — Багров осушил стакан пива.       — Мне осталось выследить вампира, — Карамора открыл портсигар и закурил сигару.

***

Юсуповский дворец.       — Выше Сиятельство, вам письмо, — дворецкий протянул поднос на котором покоилась сложенная бумага, которая была запечатана красным сургучем. Аккуратно раскрыв её, Феликс увидел красивый почерк. Быстро прочитав, он озадаченно взялся за голову.       — Я не могу уйти с тобой, —шипение, — мне только дали место Столыпина, дружина только стала моей, черт! — с грохотом падает вся бумага со стола.       —Почему ты не пришла раньше, почему так поздно, — нервно шагая по комнате, говорил Юсупов.       — Я не могу отказаться от тебя, но и брак нужен, — пнув ножку дивана, Феликс устало потёр переносицу.       — Если брошу всё — буду с тобой, приму в жены твоё сестру — потеряю навсегда, а я ведь так не хочу делать тебе больно, — убрав письмо в задний карман, князь принялся обдумывать свои дальнейшие решения.

***

      Дорогая Аглая,       Я не могу бросить всё, учитывая, что только получил одно необходимое мероприятие. И, как тебе известно, брак с твоей сестрой вынужденная мера. Однако мне сложно представить свою жизнь без тебя. Я решу все наши проблемы, просто дай мне время. Насчёт нас. Не желаешь завтра прокатиться на лошадях? Если твой ответ будет положительным, жду тебя у себя в любое время.       Твой Феликс.       Короткое письмо, которое испортило девушке настроение. Быстро выведенные буквы стали расплываться от слёз в глазах.       —Если бы любил, ехал бы со мной, — письмо полетело в горящий камин. И вот спустя секунду от бумаги остался лишь пепел.       — Он позвал на прогулку. Стоит ли идти, стоит ли вообще о нем думать, — усаживаясь на пол в своей холодной комнате, сказала Аглая. —Но позвал же.       Каждый из них умирал из-за чувств, испытываемых к друг другу. Княжна хотела всего и сразу, её любовь окрыляла, заставляла смотреть на вещи по другому. На Феликса же любовь свалилась как тяжелый груз, ведь век или, возможно, века Юсупов не испытывал таких чувств, а теперь, когда он привык быть один, в душе появилась она. Как будто князя осенило, что можно жить иначе, но кто может сразу отпустить всё, что с ним было за считанные секунды? Вот и Феликс не мог.       — Может завтра будет легче, я же все-таки его увижу, — мечтая о будущем, тихо наговаривала Аглая.