Fuck Me Like You Hate Me

      - О, ничего себе, этот отброс действительно сегодня здесь, - пробормотала Хитч себе под нос.       Хистория оторвала взгляд от телефона, чтобы посмотреть в коридор, и, конечно же, там была школьная преступница, крадущаяся к классу.       - Почему она вообще пытается? - спросила Мина, звуча одновременно изумленно и радостно. - Это солнцезащитные очки?       Хитч хихикнула:       - Она, наверное, думает, что это делает ее похожей на большого секси буча. - Девушка громко рассмеялась и откинула волосы назад. – Она похожа на позера.       Хистория заблокировала свой телефон и сунула его в лифчик.       - Давайте не будем говорить попусту о том, кто этого не стоит, - сказала она им. - Урок вот-вот начнется.       Хитч и Мина совершенно очевидно уставились вперед, переглянулись, а затем захихикали, как дети. Грязные черные ботинки, шаркая, остановились прямо перед ними. Они зависали у двери, готовые к занятиям, так что конфронтация была неизбежна.       - Я слышала, мистер Смит все еще ищет проституток, чтобы трахнуться, - прорычала Фриц им. - Почему вы вместо этого торчите здесь?       Хитч обиженно вздохнула, но Хистория оттолкнула ее в сторону, чтобы вмешаться, прежде чем она доставит им неприятности, снова громко выругавшись.       - Это самое лучшее оскорбление, которое ты могла придумать, Имир?       Имир стояла так чертовски высоко, что это приводило Хисторию в бешенство. Она расправила плечи и скрестила руки на груди, изо всех сил стараясь выглядеть намного выше, чем была на самом деле, но ей все равно пришлось слегка поднять голову, чтобы посмотреть Имир в лицо. Фриц, казалось, заметила это, потому что самодовольно ухмыльнулась, а затем согнула колени, пока они не оказались на одном уровне. Грудь Хистории начала пылать от ярости.       - О, неужели сопливый малыш так быстро научился ходить и говорить?       Хистория не дрогнула и не показала ярости на своем лице.       - Ты, пиздец какая жалкая, Имир. Все в этой школе думали, что ты сдохла где-нибудь в канаве.       Имир внезапно выпрямилась и рассмеялась. – Не дождешься, блядь. - Ее глаза были закрыты очками, так что Хистория не могла сказать, о чем она думала. - Я удивлена, что ты еще не на шестом месяце беременности.       Хистория ухмыльнулась:       - Завидуешь, что я получаю больше, чем ты?       Выражение лица Имир, казалось, стало кислым, судя по тому, что могла видеть Хистория. Осознание того, что она задела за живое, заставило пульс Хистории участиться.       - Я не завидую вероятности крайнего риска заразиться хламидиозом, нет.       Мина открыто фыркнула, но Хитч, казалось, была более возмущена оскорблением, чем даже Хистория. Она бросилась вперед и сорвала очки с лица Имир, удивив их всех — но больше всего Имир.       - Прекрати нести чушь, тупая сучка.       Быстрее, чем кто-либо из них осознал, Имир схватила Дрейс за шею. - Верни мои гребаные очки, - прорычала Имир ей в лицо. Но шатенка не смотрела на нее, а уставилась в землю. Ее волосы упали на лицо, скрывая его.       - Сначала извинись перед Хисторией, хуйло.       - Иди на хуй. Отдай их, или я тебя придушу.       - Ты же знаешь, мне бы этого хотелось, - промурлыкала Хитч. - Разве тебе это не нравится, Имир? Разве тебе не нравится бить своих девочек?       Хистория с любопытством наблюдала за тем, как напряглось тело Имир и как она вздрогнула. Она вела себя более странно, чем обычно. Да, они время от времени обменивались оскорблениями, но редко Фриц так много общалась с ними. Обычно Имир считала себя слишком хорошей, чтобы даже заговорить с ними. Всякий раз, когда девушка посещала школу, она просто сидела сзади и возилась со своим телефоном или рисовала, а затем пропускала несколько занятий, пока не приходило время идти домой. Хистория знала это, потому что иногда наблюдала за ней.       - Заткнись на хуй, - ответила Имир. Ее голос звучал опасно, близко к срыву.       Хистория уже собиралась шагнуть вперед и вернуть эти чертовы очки, но тут Имир вздохнула, выпрямилась и сильно толкнула Хитч к стене. Хистория открыто уставилась на открытое лицо Имир. Большой, уродливый синяк тянулся от ее глаза до скулы. Он выглядел не слишком свежим, максимум ему было пару дней, но, безусловно, был уродливым. Когда Хитч увидела это, она усмехнулась.       - Какой-то парень наконец-то наказал тебя за то, что ты пялилась на его девушку?       Имир прищурила глаза. Ее лицо потемнело. Она уставилась на Хисторию сверху вниз, ее карие глаза были невероятно напряженными. Хистория протянула очки Имир, но та не решалась их взять. Когда девушка, наконец, потянулась за ними, Рейсс разжала руку и позволила очкам упасть на пол. Они оба посмотрели вниз, когда они с грохотом упали, а затем Хистория наступила на них ногой. Блондинка услышала, как Имир резко вдохнула.       - Упс, - сказала ей Хистория. На ней не было самодовольной ухмылки, она только с любопытством смотрела на ее избитое лицо, чтобы увидеть, какую реакцию она получит.       Мышцы челюсти Имир напряглись, а кулаки сжались, став белыми. Ее ноздри бешено раздувались, а грудь вздымалась от вдоха, а потом она резко сбросила все напряжение в своем теле, и Хистория наблюдала, как во второй раз Имир решила отпустить все к чертям собачьим.       - Насрать, - пробормотала Имир, грубо оттолкнула ее и направилась в класс.       Хитч и Мина уставились на нее, приподняв брови. - Ты бессердечная сука, - засмеялась Хитч.       - Идиотка заслужила это, - добавила Мина, еще раз топнув по разбитым очкам для пущей убедительности.       - Отстой, - вздохнула Хистория, проводя рукой по своим длинным светлым волосам. - Давайте зайдем внутрь, пока не пришел мистер Аккерман.       Затем прозвенел последний звонок, и они поспешили на свои места. Как только они сели, мистер Аккерман вошел в класс, выглядя, как всегда, незаинтересованным и подавленным.       - Кто, черт возьми, намусорил у моей двери? - спросил он, добравшись до своего стола. Он уронил стопку бумаг на свой стол, хлопнув по нему так громко, что некоторые робкие студенты вздрогнули. - Это не гребаный зоопарк, и даже если вам всем нравиться вести себя так, вы не дикари. Хитч подняла руку:       - Это была Имир, сэр. Она уронила очки, а потом кто-то случайно наступил на них.       Мистер Аккерман послал Имир убийственный взгляд.       - Приятно, наконец, видеть, что ты ходишь в школу, Имир. Иди убери этот беспорядок, прежде чем я дам тебе три дополнительных задания.       Весь класс повернулся, чтобы посмотреть на Имир Фриц. Ее покрытое синяками лицо было выставлено на всеобщее обозрение, что сразу же вызвало приглушенный шепот. К концу дня возникло бы множество неприятных и скандальных слухов о том, как же она разбила себе лицо. Хистория задумалась, не стоит ли ей тоже придумать свою собственную версию. Она молча наблюдала, как Имир встает и убирает сломанный пластик у двери. Мистер Аккерман стоял прямо за ней, глядя вниз своими скучающими, пустыми глазами. Он указал на несколько пропущенных осколков, а затем, наконец, позволил ей вернуться в класс, выбросив разбитые очки. Когда она опустилась обратно на свое место, у нее был такой вид, словно она готова была ударить первого человека, который дышал в ее сторону. Хистория недоумевала, почему Имир не выдала их. Мистер Аккерман знал, какие они стервы - на самом деле, все знали. Если бы она сказала им, что Хистория была той, кто нарочно наступил на них, он бы попросил встретиться с ними после урока, чтобы обсудить проблему и извиниться. Вместо этого, Имир вытащила свои книги и начала рисовать в своей тетради.       Хистория слишком много раз накручивала прядь волос на палец, затем потянула. Она посмотрела через плечо на Имир, очарованная синяком под глазом. Имир заметила, как она смотрит, и подняла глаза, и на мгновение их взгляды встретились.       - Рейсс, какого черта? На что ты там уставилась?       Хистория повернулась вперед и одарила мистера Аккермана скучающим взглядом.       - Ничего важного, сэр, - она бросила последний взгляд на Имир, убедившись, что та смотрит на нее в ответ. - Не о чем беспокоиться.       Мистер Акерман закатил глаза, и, наконец, урок начался. Хистория устроилась поудобнее, уже скучая, но изо всех сил старалась сосредоточиться на классе и взволнованном щебетании Хитч и Мины ей в ухо.       - Боже, эта вечеринка будет охуенной, - пробормотала Хитч себе под нос.       - Я хочу полностью надраться, - согласилась Мина.       Они захихикали и посмотрели на Хисторию. Она внутренне вздохнула.       - Это будет просто бомба, — сказала она им, коварно улыбаясь. - Как и на всех моих вечеринках.                     Обычно Имир не позволяла своему гневу взять верх над собой. Она позволила ему идти своим чередом, а затем отпустила его. Но на этот раз, после последних нескольких дней, это было не так просто. Контроль не всегда был легким. Она сломала свой карандаш пополам в кулаке после того, как Хистория отвернулась после многозначительного взгляда на нее и объявила мистеру Акерману и всему их гребаному классу, что Имир ни хрена не стоит ее внимания.       Имир сильно стиснула зубы и посмотрела в окно, подальше от источника своего гнева. Она не хотела взорваться ни здесь, ни сейчас. Она не хотела показывать классу, как сильно она может разозлиться.       «Возьми себя в руки», - сказала она себе, стиснув зубы так сильно, что почувствовала, как что-то треснуло.       Карандаш сломался пополам, и у нее не было другого выбора, кроме как рисовать коротким концом. Она позволила сломанному концу врезаться в ладонь, наслаждаясь жгучей болью и крошечной каплей крови, которая вытекла наружу. Она полностью выпала из класса мистера Аккермана. Леви, она любила его называть. Его так раздражало то, что она звала его по имени, поэтому она делала это постоянно. Она была уверена, что он ее ненавидит, должно быть, со всем ее дерьмом, но, когда урок закончился и она направилась к двери, его голос остановил ее.       - Имир, - сказал он строго. - Минутку, пожалуйста.       Имир остановилась перед его столом, снова напрягшись. Мимо проходили ребята, некоторые натыкались на нее, тихо ржали и пялились. Она смотрела, как они хихикали и шептались, глядя на нее, и мечтала поднять стол Леви и швырнуть его в них. Мысленный образ был настолько ярким, что сердцебиение Имир резко ускорилось, а руки дернулись, а Леви, откашлявшись, вырвал ее из мечтаний.       - Что, черт возьми, с тобой случилось? - спросил он ее не так сурово, как обычно.       Имир закатила глаза. - О, пожалуйста, не надо мне этого дерьма.       - Не умничай со мной.       - Тогда я буду с тобой тупой.       Они молча смотрели друг на друга. Леви выглядел смущенным, но Имир видела нескрываемое беспокойство в его глазах. Это чертовски взбесило ее.       - Имир…       - Я споткнулась, - усмехнулась она, прижимая кулак к щеке и глядя на него сверху вниз, - и неоднократно ударялась головой о дверную ручку. - Она широко улыбнулась, обнажив зубы. - Было чертовски больно. Так что я не могла быть здесь на этой неделе.       Леви провел рукой по лицу, выглядя усталым.       - Имир, ты же знаешь, что можешь поговорить со мной, когда тебе это нужно.       Имир опустила руку и снова закатила глаза. - Моя жизнь тебя не касается.       - Ты моя ученица, Имир. Ты - мое дело.       - Я лесбиянка, а ты старый, так что мне это неинтересно.       Леви громко вздохнул и потер переносицу.       - Если бы Ильзе…       Имир глубоко вдохнула и шагнула к нему, инстинктивно сжав кулак, но Леви не дрогнул. Однако он остановился, потому что понял, что перешел черту. - Не лезь в мою жизнь, Леви, - яростно выплюнула она ему. - Я ни разу не просила тебя внезапно поинтересоваться моим самочувствием. Я в порядке. Прими и смирись с этим.       Она выбежала из его класса, не заботясь о том, что ее накажут за ее ужасное поведение. Часть ее надеялась, что так оно и будет. Имир представила, как сидит в кабинете мистера Смита, как он смотрит на нее сверху вниз своими сильно злыми голубыми глазами, заставляя ее чувствовать себя ничтожной и мерзкой, и ее дыхание участилось, а гнев накалился до такой степени, что она перестала видеть перед собой.       «Это просто такой бред. Я блядь ненавижу это».       Ее контроль полностью и бесповоротно ускользал, и она чувствовала, что находится вне своего тела, наблюдая за всем, что происходит. Недолго думая, девушка пошла в туалет, а когда за ней захлопнулась дверь, сняла сумку и с гневным воплем швырнула ее через комнату. Сумка ударилась о противоположную стену, внутри что-то треснуло и сломалось. Однако этого было недостаточно. Ей нужно было сломать что-то еще. Ей нужно было крушить. Фриц посмотрела на свое отражение в зеркале, на уродливый синяк на лице и ужасное выражение, исказившее его черты. Она почувствовала отвращение к увиденному. Шатенка подняла кулак и отпустила его, удовлетворенная, когда он ударился о зеркало, и единственная трещина расколола середину. Кожа разорвалась, и боль пронзила ее, но Имир приветствовала ее и смотрела, как кровь начала стекать по запястью и плескаться о белую фарфоровую раковину. Она опустила голову, пока ее подбородок не коснулся груди, и тяжело дышала, каждый вдох был задыхающимся, а каждый выдох громким.       - Они узнают, что это была ты.       Ее голова закружилась, а желудок сжался. Хистория стояла позади нее в открытом дверном проеме кабинки, скрестив руки на груди, и ее голубые глаза скучающе смотрели. Она перевела взгляд с трещины на зеркале на окровавленный кулак Имир.       - Мы тебя так расстроили?       Имир стиснула зубы. Может быть, если бы она вместо этого пошла домой или усерднее сдерживалась, то, возможно, она бы не разбила руку. Возможно, этого всего никогда бы не случилось.       Разозлившись еще сильнее, Имир опасно развернулась, а затем оказалась напротив Хистории. Она втолкнула ее в кабинку, закрыла за собой дверь и прижала Хисторию к тонкой металлической стене. Глаза Хистории в тревоге распахнулись, но она не потянулась, чтобы схватить Имир за пальцы, сжимающие ее горло.       - Завали ебало, - огрызнулась на нее Имир. Она знала, что похожа на животное. Она позволила своему гневу взять верх над ней, сеять хаос и боль. На этот раз она позволит. На этот раз ей было все равно.       Удивление Хистории сменилось скукой. Это было единственное выражение, которое ее лицо хорошо знало, и оно выбешивало Имира до жути.       - Я могу купить тебе новые очки, - сказала ей Хистория голосом, полным фальшивой сладости. - Я довольно богата, и я знаю, что ты бедная.       Имир сильно ударила ее о стену. - Я сказала, заткнись.       - Или что? Ты ударишь меня?       Она хотела. Она очень, очень хотела. Девушка убрала одну руку с горла Хистории, с которой все еще капала кровь. Она испачкала белую рубашку Хистории и, увидев это, дико ухмыльнулась.       - А ты хочешь? - прорычала она. - Почему ты, блядь, так меня провоцируешь?       Хистория пожала плечами. Выражение ее лица ничуть не изменилось, и это только еще больше разозлило Имир. Она усилила хватку, впиваясь большим пальцем в горло Хистории. Она сглотнула, явно испытывая дискомфорт, но снова не попыталась защитить себя.       - Что, твою мать, с тобой не так? - спросила ее Имир, совершенно сбитая с толку.       - Кто тебя ударил? - спросила Хистория. - Кто тебя так разозлил, а?       Имир сжала губы. Взгляд Хистории задержался на ее синяке, всматриваясь в каждую его деталь. От ее взгляда Имир чувствовала себя обнаженной и беззащитной, но она не отступала и не позволяла Хистории взять вверх. Она не позволяла Хистории чувствовать, что она все контролирует.       - Ты меня злишь, - добавила она низким, но дрожащим от гнева голосом. - Ты всегда меня злишь.       - Ты вкладываешь в меня столько эмоций?       - О, пожалуйста, не обольщайся.       - Ты что, думаешь, я хочу тебя трахнуть?       -Ты будешь трахать все, что дает тебе хоть каплю внимания, которого ты не получаешь от своей семьи, - прорычала Имир ей в лицо. У нее закружилась голова от удовольствия, когда показушность Хистории наконец пала. Жесткое высказывание сделало свое дело, и ноздри Хистории слегка раздулись. Имир могла видеть еле заметное изменение, то, как ее губы приоткрылись, ее зрачки расширились, а глаза потеряли часть своей пустоты, теперь наполненные чем-то, что Имир хорошо знала, - гневом.       - Я еще не трахнула тебя, не так ли? - сказала ей Хистория. Гнев в ее голосе странно подходил ей.       - Потому что не постаралась столь усердно, - парировала Имир. Она хваталась за все, что, как ей казалось, могло задеть Хисторию. - Ты одержима мной, не так ли? Все эти насмешки и подъебки, издевательства и пристальные взгляды. Ты влюблена в меня или что-то в этом роде, а? Ты пиздец как отвратительна мне, Хистория. Кого ты блядь из себя возомнила?       Хистория внезапно оттолкнула ее назад. Имир совсем того не ожидала, поэтому легко отшатнулась и врезалась в стену. К тому времени, как она моргнула, Хистория была прямо перед ней, откровенно рассерженная, глаза сияли ярко и живо, а губы были плотно сжаты. Она схватила Имир за рубашку и встряхнула ее.       - Ты меня, блядь, не знаешь, - прорычала она.       Голова Имир начала раскалываться, начиная с синяка под глазом. Несколько дней у нее была небольшая головная боль, но она постепенно перешла в мигрень. Однако девушка проигнорировала это, она приветствовала гнев Хистории. Фриц чувствовала себя куском дерьма, ужасным, неисправимым человеком. Это было именно то, что она хотела чувствовать именно сейчас.       - Ты хоть знаешь себя? - тихо спросила она.       Хистория уставилась на нее. Ее обычно безупречно чистые волосы были немного взлохмачены, как будто она только что участвовала в драке - что в принципе так и было, - и ее грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Рейсс выглядела взволнованной и сумасшедшей, и вдруг стала неотразимо привлекательной. Имир ненавидела ее. Она ненавидела, какой охуительно сексуальной была Хистория, и даже тогда, когда кулаки Хистории сжимали ее рубашку, с ужасными оскорблениями между ними, она все еще смотрела на розовые губы Хистории и гадала, какие они на вкус, и все еще смотрела в ее декольте и хотела разорвать ее рубашку и просто прижаться лицом к этой мягкой плоти.       - Хватит пялиться на мои сиськи, - рявкнула Хистория.       Имир ненавидела внезапно краснеть.       - Тогда перестань сверкать передо мной своими сиськами.       Лицо Хистории помрачнело. Ее взгляд скользнул к губам Имир, задержавшись слишком долго. Имир подняла бровь. Неужели не было иного выхода?       - Ты пиздец как невыносима, - горячо сказала ей Хистория. – Тебя так много, и ты такая громкая, и ты все время стоишь у меня на пути.       Имир очень обиделась на это, и она позволила боли перемешаться со своим гневом, позволила боли нарастать, пока она не начала съедать ее.       - Честно говоря, я удивлена, что ты вообще что-то чувствуешь. Ты как статуя с новым лицом на каждый день.       - Замолчи.       «О, это задело еще один нерв».       - Что? Не нравится, что я вижу, что ты настолько ебаная фальшивка?       - Имир, блядь, заткнись.       - Бедная, маленькая, богатая Хистория, которая ни в чем не нуждается, не может даже построить здоровые отношения.       - Я тебя предупреждаю.       - Мне нечего терять, и меньше всего такому жалкому человеку, как ты. По крайней мере, я знаю, кто я, Хистория. По крайней мере, я не такая ебаная фальшивка все время.       Пощечина отозвалась эхом, которое прокатилось вокруг них, достигнув ушей Имир. Ее щека вспыхнула от жара ладони Хистории, и боль за синяком под глазом вспыхнула. Ее голова дернулась в сторону от пощечины, и в тот крошечный момент, когда она отвернулась, девушка почувствовала, как ярость снова нахлынула на нее. Хистория отвлекла ее от этого, от воспоминаний, которые она пыталась, но не смогла забыть; реальности, от которой она так хотела сбежать.       «Я хочу сломать тебя, блядь» - яростно подумала Имир, поворачиваясь, чтобы бросить на Хисторию режущий взгляд. Она представила себе все способы, которыми могла бы физически причинить Хистории боль; как она будет выглядеть в синяках и крови, и ее сердце забилось еще сильнее.       Имир остановила мысли, чтобы вернуть контроль и рванула вперед. Она швырнула Хисторию в противоположную стену - снова.       - Я уничтожу тебя, - сказала ей Имир опасным низким тоном.       Хистория смотрела на нее снизу-вверх, раскрасневшееся лицо, широко раскрытые глаза. - Как будто ты можешь, - парировала она.       Пальцы Имир крепко сжали предплечья Хистории, заставив ее вздрогнуть. Имир хотелось поднять ее, встряхнуть, пока она не вобьет хоть немного здравого смысла в ее прекрасную голову. Вместо этого, вместо того, чтобы сделать что-то еще, Имир скользнула окровавленной рукой под подбородок Хистории, грубо сжала его, а затем поцеловала.       Она сделала это жестко. Ей хотелось причинить боль, надругаться и доказать раз и навсегда, что она не пустое место. Вместо ожидаемой второй, более сильной пощечины, Хистория полностью ответила на ее поцелуй. Внезапно Хистория подалась к ней, целуя так сильно и яростно, что Имир споткнулась и снова ударилась спиной о стену. У нее определенно будут синяки, если они будут продолжать в том же духе.       Рука Хистории погрузилась в ее короткие волосы, сильно и болезненно дергая, а Имир обхватила рукой шею Хистории, заставляя ее сильнее прижаться. Имир почувствовала кровь на языке и подумала, кто истек кровью первым, и, когда зубы Хистории вонзились ей в губу, острая боль пронзила тело Имир, она поняла, что это, вероятно, была она.       Конечно, не собираясь позволять Хистории взять над ней верх, Имир перевернула их и разорвала рубашку блондинки. Пуговицы оторвались и упали на землю, а затем Имир сунула руки под лифчик Хистории, наполнив ладони грудью. Она сильно сжала их и наслаждалась стоном Хистории, испускаемым из ее рта.       Фриц хотела большего. Ей нужно было почувствовать, прикоснуться и попробовать на вкус каждый дюйм Хистории, узнать ее и использовать, заставить ее хотеть, страдать и сходить с ума от желания.       Хистория отчаянно целовала ее сомкнув их бедра так, что Имир просунула одну руку ей под юбку, отодвинула в сторону нижнее белье и без предупреждения сунула внутрь три пальца. Хистория явно этого не ожидала, но она была невероятно влажной, с ее бедер стекала смазка, и Имир не чувствовала никакого сопротивления, когда ее пальцы полностью погрузились во влажный жар Хистории.       - Черт, - простонала Имир в рот Хистории. - Ты так возбудилась, когда дралась со мной? Что, блядь, с тобой не так?       Ногти Хистории впились ей в кожу головы.       - Блядь, заткнись, Имир, - фыркнула она, - и просто трахни меня.       Имир подняла Хисторию и прижала к стене. Она сильно надавила пальцами, довольная, когда Хистория вскрикнула от боли. - Не говори мне, блядь, что делать.       Хистория открыла рот, но Имир накрыла его в еще одном неистовом поцелуе, затем Хистория отчаянно двигалась на ее пальцах и стонала в поцелуе, и Имир наблюдала, как она абсолютно сходила с ума от наслаждения. Хистория ярко кончила, ее внутренние стенки затрепетали и сжали пальцы Имир, заставляя их остановиться. Имир наклонилась и вцепилась зубами в плечо Хистории, прикусив его так сильно, что почувствовала вкус крови и услышала в ушах сладкий крик Хистории. Девушка резко дернулась, кончая снова, и Имир от удивления отпрянула.       - Ты действительно ненормальная, - сказала она ей, ухмыляясь от болезненного удовольствия. - Я кусаю тебя, и это заставляет тебя кончить снова, да? Что, если я дам тебе пощечину, ты тоже кончишь?       Хистория яростно отстранилась от нее, заставив ее снова удариться о другую стену. Она чуть не споткнулась и не ударилась лицом об унитаз. Имир наблюдала, как Хистория поправляет свою одежду и прическу и пытается выглядеть так, будто ее только что здорово не оттрахал тот, кого она презирала. Когда она закончила, она прижалась своим телом к Имир и сильно притянула ее за рубашку спереди. Имир уставилась ей в глаза, не уверенная в том, что она видит. Прежняя яростная Хистория исчезла, снова сменившись обычной пустышкой.       - Если ты кому-нибудь расскажешь, что только что произошло, я разрушу твою жизнь.       Они обе посмотрели на губы друг друга. Имир усмехнулась и почувствовала, как кровь стекает по ее подбородку. Ее губа была искусана в клочья.       - Смело с твоей стороны предполагать, что у меня вообще есть жизнь, которую ты можешь разрушить.       - Я серьезно, Имир. Ты никто, а я популярная девушка. Если кто-нибудь узнает, что я позволила тебе трахнуть меня, моя жизнь кончена.       - Почему меня должна волновать твоя маленькая никчемная жизнь?       - Потому что, если ты захочешь сделать это снова, - она схватила окровавленную руку Имир и прижала ладонь к груди, - тогда ты будешь держать свой гребаный рот на замке.       Она отпустила руку Имир и выбежала из кабинки. Она явно даже не остановилась, чтобы проверить свой внешний вид, потому что Имир услышала, как громко захлопнулась входная дверь, а затем резко выдохнула.       Ее пальцы все еще были мокрые от Хистории, и ее запах окружал Имир. Она посмотрела на свои руки, покрытые смазкой и кровью, и подумала, что, черт возьми, только что произошло.       «Я только что трахнула Хисторию Рейсс? И она только что сказала мне, что хочет еще?»                     Хистория бросилась к своей машине, чтобы переодеть свою испорченную одежду, заново нанести макияж и привести в порядок свои чертовы волосы. Она пыхтела и хмурилась в течение всего процесса и надеялась, что никто не видел, как она убегала из туалета в таком состоянии, в котором она была. В тот момент, когда Имир выскользнет оттуда, выглядя такой же растрепанной, не потребуется и двух клеток мозга, чтобы прийти к логическому выводу.       Она подождала, пока закончится второй урок, затем взяла свою сумку и направилась к третьему. Миссис Зои приветствовала ее с улыбкой, когда она вошла, и Хистория заняла свое обычное место сзади со своими друзьями.       - Почему ты в другой одежде? - с любопытством спросила ее Хитч, глядя на синюю блузку и узкие джинсы.       - Потому что я могу делать все, что захочу, - игриво ответила Хистория, но про себя она вздохнула, надеясь, что она забьет на это.       - У тебя вся шея красная, - беспомощно добавила Мина. - Ты что… - Она резко остановилась, расширив глаза. Она и Хитч обменялись взглядами, словно к ним пришло озарение, а затем они начали хихикать, и Хитч игриво хлопнула ее по плечу.       - Ах, ты, хитрая сучка, - рассмеялась Хитч. - Кто это был?       Хистория сглотнула. Из этой ситуации не было выхода, она знала. Она не хотела притворяться, будто кто-то причинил ей боль – хотя, Имир действительно причинила ей боль - поэтому признание в сексе, который у нее действительно был, было единственным выходом. Однако, Хистория Рейсс ни хрена им не должна, поэтому просто застенчиво улыбнулась и вытащила телефон. Она притворялась, что интенсивно пишет кому-то, пока не прозвенел последний звонок и не начался урок. Ее сердце начало колотиться, девушка беспокоилась, что Имир, как обычно, войдет в класс и сядет позади нее, и ей придется притворяться, будто ничего не произошло и что она все еще не чувствует ноющего укуса в плече.       Там внизу, все было в синяках, грудь болела, а губы немного распухли от безумных поцелуев, но, несмотря на все это, Хистория чувствовала себя… живой. Она действительно могла чувствовать собственное сердцебиение, чего обычно не могла – хотя временами она знала, что оно существует, просто не думала, что оно у нее есть.       Прошло достаточно времени, чтобы убедиться, что Имир либо где-то отсиживается, либо полностью ушла домой. Хистория очень надеялась, что она ушла домой, потому что она не знала, как физически отреагирует на Имир, если увидит ее снова так скоро после их безумной встречи.       Все болело. Она хотела большего.       - Никого важного, - наконец сказала Хистория своим друзьям. - Поверь.       Хитч подняла бровь. Судя по твердому сжатию губ, она явно не была впечатлена тем, что ее оставили в неведении.       - Это было достаточно хорошо? – вмешалась Мина, сияя глазами.       Хистория позволила себе редкую искреннюю ухмылку.       - Лучшее, что у меня когда-либо было.       Это, конечно, не было ложью.       У них был самый агрессивный и жестокий секс, который когда-либо был в опыте Хистории. На самом деле, обычно у нее не было с этим проблем, но она давно хотела попробовать что-то подобное. Рейсс проклинала Имир. С самого первого дня, когда они встретились в начале старшей школы, более четырех лет назад, она мечтала о том, чтобы Имир швырнула ее о стену и полностью уничтожила. Она потратила так много времени, пытаясь подавить это, что у нее появилась своего рода ненависть к Фриц. Из-за отвратительного характера Имир, было легче ее ненавидеть.       Но боже, Имир действительно оттрахала ее до беспамятства. Хистория сжала бедра вместе, опасаясь, что снова станет влажной. Она не хотела признаваться даже самой себе, что отчаянно хочет сделать это снова.       Она хотела, чтобы Имир разорвала ее на части, не заботясь о ее состоянии, заботясь только о ее теле, сексе и обо всем бессмысленном между ними.       Вздохнув, Хистория убрала телефон и сделала вид, что сосредоточена на уроке. Несмотря на попытки, она так и не услышала ни слова своих глупых друзей или учителя.