Разве это правильно?

      «Уилл лежал на спине, а его ноги свисали с края кровати, иногда парень легонько покачивал ими. В руках он держал новый комикс, который ему купила мама на днях. Обычно она не дарит такое неожиданно, но видимо хотела порадовать сына. Он целыми днями сидит дома и болеет, интересный комикс точно поднял бы ему настроение. Рядом с парнем находился Майк. Он не лежал на кровати, как друг, а сидел в расслабленной позе. Чаще всего такую позу принимают люди, которые медитируют, но Майк не медитировал, он тоже читал комикс. У него был старый выпуск, но Майк был не против перечитать и его. Хотя для отдельных людей чтение комиксов — это тоже что-то по типу медитации. Ты погружаешься в сюжет и просто забываешь о том, что происходит рядом. Так скажем, «сбегаешь» от реальности. Этим Уилл и Майк очень похожи. Они сбегают от реальности, от своих мыслей путем игры в D&D или, например, рисования. Ведь там ты можешь быть кем угодно и любить любого, кого пожелаешь. Ты можешь выглядеть как могучий воин или мудрый маг. Реальность определяется только тобой.       Время от времени парни показывали друг другу страницы комиксов, которые считали интересными, и обсуждали какой-либо момент. Иногда их обсуждения могли растянуться не на минуты, а на часы. Их мнения отличались, каждый видел сцены по-разному, каждый хотел высказать свою точку зрения и доказать, что она тоже верна или более логична. Но в конце концов парни просто сходились на том, что не важно чья точка зрения верна. Самое главное то, что момент в комиксе действительно интересный и заслуживает большей похвалы.       В один момент Майк резко подскочил на месте, будто вспомнил что-то важное. Он отложил комикс в сторону, не забыв подвернуть уголок страницы на которой остался, и похлопал друга по плечу. Уилл вопросительно взглянул на Майка, мол, что случилось?       — Я совсем забыл тебе сказать! В это воскресенье мы хотим собраться все вместе, и я зову тебя с нами, — он выжидающе смотрел на Уилла и тихонько тряс своей ногой от волнения.       — В воскресенье? Моя мама, наверное, меня не отпустит, тем более, если это где-то на улице. Она боится, что я разболеюсь еще сильнее, — Уилл обреченно вздохнул.       — Мы будем не на улице, мы будем у меня дома! В подвале, то есть. Мы могли бы поиграть в D&D, как раньше, — уголки его губ поползли вверх, а глаза озорно заблистали.       «В D&D? Я обязан отпроситься у мамы. Может, она отпустит меня?»       — Я бы очень хотел, чтобы ты пришел. Без тебя наша тусовка совсем не та.       Уилл кивнул и смущенно спрятался за своим комиксом. Они вернулись к чтению.»

***

      — Милый, помни, что тебе нежелательно гулять на улице. Будет очень обидно, если ты опять заболеешь, — мама поправила его куртку.       — Да, мам, я помню. Не бойся, все будет хорошо! — он выбежал из дома и помахал Джойс на прощание.       Джонатан уже ждал его в машине. Солнце ярко светило, тепло лучей приятно грело тело мальчика. На небе не было и облачка. Сама природа показывает, что день пройдет хорошо! Уилл быстро добежал до машины и запрыгнул на переднее место. На лице Уилла была большая улыбка, он чуть ли не прыгал на своем месте. Он так соскучился по их играм! Брат посмотрел на него и улыбнулся. Он начал заводить машину и спросил, готов ли Уилл. На это парень лишь кивнул.       — Помни, что я буду рядом, мы с Нэнси будем наверху. Не бойся заходить и говорить, если тебе стало плохо, хорошо? — Джонатан время от времени бросал взгляд на Уилла.       — Да, я помню!       Уилл надеялся, что ему не станет плохо. Они давно не собирались такой компанией в подвале Майка. Уилл помнил, как все лето просил друзей поиграть с ним, но никто не хотел. Потом началась вся эта история с русскими и с монстром, а после все просто старались забыть ужасы 4-го июля, у них не было времени на какие-то там игры. Именно тогда Уилл и перестал предпринимать попытки позвать друзей поиграть в D&D. Это было бесполезно.       Поездка прошла в комфортной обстановке, на фоне играла музыка Джонатана. Уилл тихонько подпевал слова тех песен, которые он знал, а Джонатан постукивал по рулю большим пальцем в такт музыке.       Через несколько минут они подъехали к дому Уилеров. Младший Байерс быстро добежал до двери и постучал. Ему открыла мама Майка, она приветливо улыбнулась Уиллу и подошедшему Джонатану и открыла дверь шире. Уилл, не теряя ни секунды, побежал в подвал Майка, а Джонатан направился наверх, к Нэнси.       Внизу Уилла встретила почти вся компания. Там был Майк, Лукас, Макс и Оди. Не хватало только Дастина.       — Уилл! Ты пришел! — Майк радостно вскинул руки и подошел к Уиллу.       Все начали приветствовать Уилла. Лукас сидел рядом с Макс на диване, а Оди рассматривала рисунки на стене Майка.       — Привет, ребята, — Уилл не мог перестать улыбаться. У него было очень хорошее предчувствие насчет этого вечера, — а где Дастин?       — Наш милый Дастибан задерживается, он не может перестать разговаривать со Сьюзи, — тон Лукаса стал притворно милым на кличке Дастина, он приложил руки к своим щекам, будто стеснялся, — мне кажется, с каждым днем мы теряем его все сильнее.       Макс рядом фыркнула и закатила глаза.       — Ты сам-то себя со стороны видел? Постоянно говоришь мне какие-нибудь милые слова, а сейчас решил высмеять своего друга? — Макс игриво стукнула Лукаса по плечу.       По лицу Лукаса было видно, что он смутился. Он поджал губы и отвел взгляд. Макс рядом тихонько посмеивалась.       — Давайте подождем Дастина и уже тогда начнем играть, хорошо? — все обратили внимание на Майка, — Пока мы ждем, мы можем перекусить чего-нибудь. Я видел, моя мама принесла целый пакет со снеками.       Все сошлись на том, что это хорошая идея. Пока Майк ходил за едой, Уилл снял куртку и осмотрелся. Кажется, что даже если весь мир в один момент поменяется и перевернется с ног на голову, подвал Майка никогда не поменяется. Здесь все так же пахло чем-то родным, знакомым. Здесь пахло детством. Он помнил, как сидел на этом старом диване и чувствовал идущий сверху запах приготовленного ужина. Обычно мама Майка не занимается готовкой, но если и готовит, то весь дом пропитывается этим запахом. Она вычитывала новые рецепты из своих новомодных журналов и экспериментировала. Она всегда звала друзей Майка поужинать и никогда не жалела щедрой порции для мальчиков.       На стенах Уилл заметил свои рисунки, и, кажется, что их стало только больше. Уилл дарил Майку время от времени свои эскизы и зарисовки, но он не думал, что его друг действительно продолжает вешать их на стену. Ему казалось, что Майк будет прятать его рисунки или просто складывать в стопочку, куда-нибудь на полку. Ему было очень приятно видеть то, что Уилер выставляет их на показ, будто гордится. Оди тоже рассматривала рисунки Уилла. Иногда она притрагивалась к ним, как будто старалась проникнуться персонажами и сюжетом рисунка. Джейн изменилась. Уилл не очень часто видел ее, но он заметил, что ее волосы отросли. Кажется, что она отрезала себе челку.       В комнате светил приятный оранжевый свет. Он не был ярким, но и тусклым тоже. Он был идеальным. Свет исходил из двух светильников, которые стояли по бокам дивана и от одной лампы, которая свисала с потолка. Этот свет грел.       Спустя несколько минут вернулся Майк. В руках он нес две большие миски с сырными шариками. Лукас сразу же вскочил с места и подошел к Майку. Его рука быстро нырнула к еде, и через секунду он аппетитно хрустел шариками. Его губы растянулись в довольной улыбке.       — Чувак, ты так все съешь! Имей совесть, — Майк постарался отобрать у Лукаса тарелку с едой, но было поздно. Лукас убежал от друга и отвернулся, чтобы Майк уж точно не забрал от него еду. Уилер просто закатил глаза.       Он предложил Макс угощения, но она лишь покачала головой. Оди подошла к Майку и взяла пару штучек, Уилл тоже отказался.       Пока ребята обсуждали какую-то тему, Уилл решил собрать их набор D&D. Он аккуратно выкладывал фигурки. Рыцарь Майка, Гном Дастина, Маг Уилла и Рейнджер Лукаса. Взгляд Уилла метнулся на фигурку Демогоргона. Он взял его в руку и начал рассматривать. В голове всплыли воспоминания его кошмара.       «Низкий, гортанный рык, будто звуки из самой преисподней, прозвучал над головой Уилла. Его ужасная пасть, наполненная отвратительной, вязкой слюной, нависала прям над лицом Уилла. Парень закричал, слезы потекли из его глаз. Он не хотел умирать, не хотел отдавать свою жизнь этому монстру, не хотел быть его добычей. Он кричал, надрываясь так, что его горло начало болеть. Монстр просто наблюдал за его криками, будто смеялся над ним. Он знал, что парень никак не выберется, его добыча осталась совсем беззащитной.»       — Уилл, все в порядке?       Голос Майка выдернул его из воспоминаний. Он стоял совсем рядом, его плечо почти дотрагивалось до плеча Уилла. Встревоженный взгляд парня исследовал лицо Уилла, его брови были выгнуты в немом вопросе. Уилл повернул голову в сторону Майка. Он понял, что застыл, во время того, как к нему вернулись кадры из кошмара. Он постепенно вернул дыхание в спокойный ритм и сглотнул. Парень тихонько кивнул.       Майк посмотрел на руки Уилла и заметил там фигурку Демогоргона. Он свел брови к переносице и осторожно забрал фигурку.       — Ты не должен больше бояться, Оди его победила. Мы победили, — он положил руку на плечо друга, голос был переполнен чем-то нежным.       — Майк, подойди ко мне, пожалуйста, — голос Оди заставил обоих парней вздрогнуть.       Уилер заметно напрягся. Он еще раз сжал плечо друга и пошел в сторону своей девушки. Уилл продолжил выставлять фигурки по местам.

***

      Сверху был слышен крик мамы Майка. Она кричала, что Дастин пришел. Послышался топот, открылась дверь, и оттуда выглянула кудрявая голова Дастина. Все начали кричать приветствия. «Наконец-то все в сборе!»       — Ну что, ты все обсудил со своей Сюьзи? — Лукас протянул ее имя тонким голосом.       — Можешь завидовать сколько хочешь, Лукас. Я бы тоже завидовал таким отношениям. У нас со Сьюзи полное понимание, — Дастин гордо вскинул голову.       — То есть ты хочешь сказать, что я и Макс не понимаем друг друга? — Лукас встал со своего места и начал подходить к Дастину.       — Ну, все, ребята, потом будете обсуждать чьи отношения лучше. Нас ждет игра, — Майк повернулся к столу, где все уже было расставлено.       Парни уселись за стол на свои привычные места. Макс не хотела смотреть на то как они играют, поэтому оставалась сидеть на диване. А Оди стало интересно. Она подошла к Майку и положила руки на его плечи, наблюдая за происходящим. Майк нахмурился.       Игра началась.       Парни решили разыграть то, как они зайдут в пещеру к опасному монстру, который сидит и ждет, пока глупые путники зайдут к нему, в логово полное ловушек, скелетов и опасностей на каждом шагу. Благо, ловушки мог с легкостью обезоружить их Гном Дастин, который идеально разбирался в механизмах. Обостренные чувства Рейнджера всегда замечали подкрадывающуюся опасность, Мудрый маг Уилл поражал всех своими огненными заклинаниями. А Бесстрашный Рыцарь Майк умел уверенно вести своих товарищей к самым опасным монстрам. Они хотели забрать оттуда бесконечное количество золота. И прославиться на весь свет, как самые бесстрашные, сильные и богатые герои.       Пройдя бесконечное количество ловушек и препятствий, герои наконец-то приблизились к логову Монстра. Все вокруг проросло тухлыми лианами, мох срастался на стенах в огромные ковры, которые были напитаны опасным ядом. Сверху пещеры капали капли чего-то склизкого. Издали логова послышалось хриплое дыхание. Там точно кто-то был. Кто-то огромный и зловещий. Он ждал и представлял, как медленно он будет убивать глупых путников.       Уилл Мудрый осветил место ярким файерболом. Перед всеми предстало ужасное чудовище. Его чешуя была покрыта какой-то слизью, а маленькие глаза так и сверкали жаждой убийства. На лапах и брюхе чудища росли какие-то отростки. Он тихо зарычал и поднялся со своего гнезда, которое было наполнено разными богатствами. Разные кубки, монеты, слитки и даже короны лежали там и ожидали тех, кто сможет отвоевать право на владение всеми богатствами.       «Кто посмел прийти ко мне? Кто так глуп, что не побоялся потревожить мое спокойствие? Кто желает встретить свою смерть?»       Но не успели путники ответить, как Монстр начал рычать утробным, зловещим рыком. От его рёва с потолка пещеры посыпались маленькие камушки, а стены начали дрожать. Уилл Мудрый чуть не упал, но Рыцарь Майк успел его поймать и не зря. В следующий миг Монстр открыл пасть и начал исторгать из себя красное пламя. Уилл Мудрый И Рыцарь Майк отпрыгнули к стене с Гномом Дастином и Рейнджером Лукасом. Уилл Мудрый успел наколдовать магический щит, который не позволил героям сжариться на месте.       «А вы не так просты, как кажетесь. Посмотрим, что вы сделаете на это!»       С потолка начали прыгать маленькие приспешники Монстра! Их было сотни, и все они были снабжены острыми клыками и когтями. Но даже на это герои не растерялись. Гном Дастин ловко уворачивался от мелких чудовищ, он успел выкинуть ловушку, которая обезвредила половину монстриков. Рейнджер Лукас отстреливал монстров из лука, как вдруг, со спины на него напал хитрый монстр. К счастью, Рыцарь Майк отбил его с помощью своего меча. Уилл Мудрый наколдовал «Пламенное сердце» благодаря которому, все монстры в радиусе 10 футов сгорели. Добив оставшихся чудищ, герои готовились к следующему ходу монстра.       «И с этим вы справились! Видимо, мне придется драться самому!»       Монстр поднял свою огромную ногу и громко топнул. Он занес свою ужаснейшую лапу для удара по героям, как вдруг…       — Я тоже хочу играть.       Это была Оди.       Ребята обреченно застонали. Нельзя же так прерывать игру!       — Но мы больше не можем принять героев в середине игры! — Лукас скрестил руки в защитном жесте у себя на груди.       — Ребята, я уверен, ради Оди можно сделать исключение. — Майк посмотрел на свою девушку, — Итак, ты обладала магическими силами, поэтому ты будешь магом.       — Но Уилл — маг! — Дастин посмотрел на Байерса, — У нас не может быть два мага, да Уилл?       Уилл не успел ответить.       — Уилл будет клериком, да, Уилл? — Майк с надеждой посмотрел на друга, — Во всяком случае, это будет первая игра Оди и надо показать ей все прелести игры.       — И поэтому ты хочешь отобрать у Уилла его роль? — Лукас начал повышать голос, — Одиннадцать может быть кем угодно, но не магом. У нас уже есть маг!       — Я лидер этой компании и я хочу, чтобы моя девушка играла за мага, что тут непонятного? — теперь уже Майк начал повышать голос. Он начинал раздражаться, — я уверен, Уилл не будет против. Да, Уилл?       Все обратили свой взгляд на парня. Даже Макс на диване заинтересовалась происходящим.       От такого давления Уиллу хотелось взорваться. Все смотрели на него и ожидали ответа. Эмоции кипели под кожей Уилла. Казалось, что свет от ламп не греет, а сжигает. Запахи резко стали раздражать, хотелось закрыть нос. Уиллу было неприятно. Нет, ему было больно. Столько лет он играл магом и сейчас, когда девчонка, которая даже никогда не интересовалась D&D, резко станет магом? Ну уж нет! Тогда он вообще не будет играть, чем предавать свою роль. Уилл почувствовал тяжелое чувство обиды, которое собиралось у него в груди. Его глаза стали влажными. Он совсем не ожидал такое от Майка.       — Решайте сами. Я больше не хочу играть, — он резко встал из-за своего места, забрал куртку и направился вверх по лестнице.       — Уилл? Вернись! — Майк звал его, но Байерс даже не повернулся.       Уилл быстро поднялся по лестнице на второй этаж. Найдя комнату Нэнси, он не постучался, а сразу открыл дверь. Джонатан и Нэнси разговаривали на кровати, и, увидев Уилла, резко встали. Джонатан, заметив состояние своего брата, подошел к нему. Его взгляд был полон волнения.       — Что случилось, приятель? Тебе плохо?       — Просто поехали домой, — голос Уилла ломался, он прятал взгляд, не позволяя подросткам увидеть его мокрые глаза.       — Хорошо, конечно, — Джонатан быстро попрощался с Нэнси, и они направились к машине.       На выходе из дома Майк выкрикнул имя Уилла. Байерс застыл, но не повернулся, он почувствовал, как Майк приближался ближе. Однако, он не остался стоять на месте, а просто пошел к уже заведенной машине Джонатана.       — Уилл!       Майк не переставал кричать его имя. В его голосе можно было услышать неподдельное волнение. Уилл даже не посмотрел на него, когда они отъезжали от дома Уилеров. Вокруг все казалось темным и неприятным. Солнце скрылось за тучами, а ветер бесновался наверху, раскачивая деревья. В воздухе был запах дождя.       Джонатан бросал на Уилла озабоченные взгляды, но он не мог рассмотреть, что происходит на лице парня, так как младший отвернулся. Слезы все еще скапливались в уголках его глаз, однако он не плакал. Он ждал того момента, когда придет домой, чтобы выплакаться там. Он до сих пор не мог поверить, что Майк так поступил. Возможно Уилл сейчас ведет себя, как ребенок, но ему было все равно. После всех их игры, всех сюжетов, что они прошли вместе — Майк просто хотел отдать его роль Оди. Оди, которая даже не знает, как играть, которая не может отличить огра от тролля. Оди, которая, скорее всего, захотела поиграть, потому что Майк играет в это.       Жгучая обида продолжала собираться у парня в груди, как мрачные тучи собирались на небе. Вот-вот, в любой момент из них польется проливной дождь и смоет все на своем пути. Парень не мог перестать прокручивать в голове слова Майка. Неужели, ему было так все равно на то, что чувствует Уилл? Тогда почему, когда они одни, он ведет себя совершенно по-другому? Может, это из-за Оди? В ее глазах он хочет показаться настоящим парнем, нормальным бойфрендом, который сделает все ради нее. Но так почему он говорил все эти приятные слова наедине с Уиллом? Что это за двуличность? Уилл не понимал его и не думает, что когда-либо поймет. Действия Майка в корень отличались от его слов. Вместе с удушающей обидой, парень начинал чувствовать, как будто закипает. Скрежет его зубов был слышен на всю машину, а ногти впивались с такой силой в мягкую ладошку, что совсем чуть-чуть и потечет кровь.       — Уилл, поговори со мной, я же вижу, что произошло что-то неприятное, — голос Джонатана отвлек парня от разрушающих мыслей.       «Что-то неприятное? Это было не просто неприятно, а ужасно.»       Он проигнорировал своего брата, продолжая смотреть в окно. Совсем скоро они приедут домой.       Когда они приехали домой, парень громко хлопнул дверью машины и побежал домой. На кухне стояла мама, она начала улыбаться, когда увидела сыновей, но вид ее младшего ребенка заставил ее нахмуриться. Что произошло? Джонатан, идущий следом за Уиллом, послал маме взгляд, говорящий, что все плохо. Она не успела среагировать, как парень уже скрылся у себя в комнате.       Уилл скинул с себя верхнюю одежду и упал на кровать. Наконец-то он позволил своим эмоциям выйти наружу. Слезы обжигали парня горячими струйками, его сердце разрывалось на кусочки. Горло болело, тяжелый, болезненный ком резал парня изнутри. Дыхание Уилла было прерывистым, он издавал громкие всхлипы. Почему все так? Почему ему так больно? Парень чувствовал себя, как во сне. Как в его кошмаре. Там тоже было так же больно, но то было ненастоящее, а тут реальность.       Парень слышал, как в дверь стучалась обеспокоенная мама, она просила его открыть дверь. Но он не хотел никого видеть, он не хотел никого слышать. Он просто хотел побыть один. Если бы «Форт Байерс» был цел, он бы побежал туда сразу же. Это место вызывало у него чувство комфорта, которое могло бы спасти от любых проблем и ужасов настоящей жизни. К сожалению, замок был разрушен, и парню некуда сейчас сбежать.       Уилл все еще лежал и плакал, когда услышал, как его мама за дверью сказала, что пришел Майк.       Парень медленно встал со своей кровати и подошел к двери. Он прислонил ухо к дереву и начал слушать.       — Уилл, ты там? Слушай, прости меня. Я не знаю, что на меня нашло, — приглушенный голос Майка заставил Уилла всхлипнуть, — Я не хотел тебя обидеть, мне очень жаль. Слышишь, Уилл?       Через несколько минут, Майк понял, что никто не откроет ему дверь, поэтому продолжил говорить так.       — Когда я услышал, что Оди хочет играть тоже, я будто отключился, и на мое место встал кто-то другой. Я знаю, сейчас это никак не оправдывает мои действия, просто я хочу, чтобы ты это знал. Я не имел ничего такого, чтобы тебя как-то ранить. Я знаю, что этот персонаж для тебя важен, я все это знаю, но в тот момент я думал, что самым логичным решением будет отдать Оди этого персонажа. Наверное, я просто хотел похвастаться перед ней, показать какой я крутой, доказать это. Я полный идиот, и я заслуживаю твоей злости.       Уилл сел на пол, прижался затылком к двери. Майк взаправду пришел извиниться. Но хотел ли Уилл прощать его?       — Я пойму, если ты не захочешь разговаривать со мной в школе, просто… Прошу, не обижайся долго. Прости еще раз.       Байерс услышал отдаляющиеся шаги, а после хлопок двери. Он открыл замок своей двери и подошел к кровати.       Слезы перестали течь из глаз парня, он просто чувствовал себя уставшим. Ему хотелось заснуть и проснуться в той вселенной, где ничего такого не случалось.       Когда Уилл услышал стук в дверь, он вздрогнул. Ручка дернулась, и из-за двери выглянула голова Джонатана. Он увидел Уилла, лежащего на своей кровати и подошел ближе. Он сел на корточки перед кроватью мальчика и осторожно погладил его по голове.       — Хей.       — Хей, — голос Уилла был севшим.       — Расскажешь, что произошло?       Уилл поднялся со своего места и подвинулся, чтобы Джонатан сел рядом. Его брат внимательно рассматривал лицо мальчика. Казалось, что он боялся вздохнуть лишний раз, чтобы не отпугнуть младшего.       — Майк — настоящий придурок.       Джонатан усмехнулся и пожал плечами.       — Все мальчики бывают придурками. А семья Уилеров иногда вообще не следит за своими словами. Но именно за то, какие они есть, мы их и любим, верно?       Уилл поднял взгляд на брата. Он улыбнулся и увидел улыбку в ответ.       — Да. Любим.       Между братьями наступила тишина. За окном можно было услышать тихое постукивание дождя.       — Уилл, ты же знаешь, что можешь рассказать мне все на свете? — младший кивнул.       Перед тем, как начать говорить Уилл глубоко вздохнул.       — Просто, иногда я вообще не понимаю Майка. Он говорит одно, а делает другое и это буквально разбивает мне сердце. Конечно же, я прощу его, я не могу не простить его. Но каждый раз, когда такое случается, мне очень больно. Я устал от этого.       Джонатан не перебивал младшего. Он хотел, чтобы брат рассказал все, что его волнует.       — Но я не могу перестать любить его, — Уилл не смотрел на Джонатана, он боялся увидеть там осуждение, — Казалось бы, что за все то время, что он приносил мне боль, я должен был его разлюбить или хотя бы перестать так сильно волноваться, но я не могу. Я не могу разлюбить его. Такое чувство, что он прочно засел у меня в сердце и не собирается уходить.       Уилл повернулся в сторону Джонатана. Он не увидел там осуждения. Он увидел принятие. От этого взгляда, слезы сами начали собираться в глазах парня. Было так приятно, что он не один. Что, хотя бы кто-то принимает его таким, какой он есть. Джонатан потянулся к Уиллу и обнял его. Он крепко прижал брата к себе, позволяя выплакать те чувства, которые были заперты столько лет. Уилл почувствовал защиту и заботу в объятьях брата. Любовь.       — Ты не считаешь меня ненормальным? — Уилл проговорил это в плечо Джонатана.       Джонатан, глаза которого были влажными, аккуратно отстранился от брата, взял его за плечи и пристально посмотрел ему в глаза.       — Нет! Ты самый нормальный человек, которого я только знаю, — он говорил быстро, с придыханием, — То, что ты любишь другого мальчика не значит, что ты странный или ненормальный. Наоборот, ты даже лучше. Ты храбрый, Уилл. Я уверен, ты любишь Майка не за то, что он мальчик, а потому что он — достойный человек. Твое сердце не выбрало бы того, кто не заслуживает твоей любви. Ты самый честный, преданный и заботливый младший брат на свете. Майк должен быть на седьмом небе от счастья, что его полюбил ты.       Уилл улыбался, но вместе с тем у него из глаз текли слезы. Это были слезы счастья. Он чувствовал неимоверное счастье и благодарность.       Когда оба брата успокоились, Уилл сказал:       — Только не говори об этом никому, хорошо? Даже маме. Я сам хочу ей рассказать, только потом.       — Конечно, как скажешь, — Джонатан кивнул.       Уилл отодвинулся и лег на кровать.       — Тебе стоит лечь спать.       — Да, ты прав, — Джонатан встал и направился к двери, — и, Джонатан… спасибо тебе. Я ценю это.       Его брат обернулся и улыбнулся. Он кивнул, как бы говоря, не за что меня благодарить, я всегда буду рядом. Он вышел и аккуратно закрыл за собой дверь. Теперь предстояло самое сложное — объяснить маме, что с Уиллом все хорошо и что не следует волноваться.