Статус Джентльмена
12 июля 2022 г., 20:15
Arseniyspopov
Понял. Тебе как обычно?
Anton.shastoon Ага. Спасибо :) До начала первой пары еще есть двадцать минут. Арсений успевает зайти в любимую кофейню, которая находится прямо возле университета. Они обычно туда ходят вместе с Антоном, его лучшим другом. Это уже традиция. Перед парами они встречаются возле этой кофейни и идут пить бодрящий напиток. Но в последнее время Антон стал часто опаздывать, и их традиция изменилась. Теперь Арсений заходил один за двумя стаканчиками кофе, который они пьют уже на паре. Он перешагнул порог кофейни, и в лицо ударил уже родной запах выпечки и кофе. Людей как всегда нет. Оно и к лучшему. За баром стоит новый бариста, которого Арсений видит впервые. Молодой парень с бородой и смешным хвостиком на голове, слегка напоминает байкера, но если посмотреть ниже, на его униформу, то невольно хочется улыбнуться, так как сразу всплывает образ домохозяйки. – Доброе утро, - подойдя ближе к бару произнёс Арсений, - можно пожалуйста два латте, одно с солёной карамелью, другое с мятой. – Да, конечно, - ответил бариста и принялся готовить кофе. Арсений начал рассматривать свежую выпечку и заметил, что в кафе изменили дизайн стаканчиков. Теперь они чёрные, просто чёрные. Раньше стаканчики были с логотипом кофейни и разноцветными рисунками, аля «звёздная ночь» Ван Гога. Как-то даже грустно стало, что теперь стаканчики простые. – Что вам написать? - резко выбил из размышлений мужчина с бородой, - У нас нововведение, теперь мы пишем на стаканчиках имена или пожелания. Так вот в чем дело: теперь стаканчики простые, чтобы бариста сам их разрисовывал для каждого клиента. Это круто, но Арсений экономист и прекрасно знает, что у кофейни просто нет денег заказывать каждый месяц стаканчики с логотипом. Главное, чтобы кофейня не закрылась, а то других мест поблизости нет. – А напишите на стаканчике с солёной карамелью… - Арсений немного задумался, - «леди, нежного пробуждения». Бариста слегка улыбнулся, одобрительно кивнул и принялся наносить надпись на стаканчик. Арсений уже дал кличку мужчине: “Косичка”, но он никогда об этом не узнает, наверное. – А на втором стаканчике? - закончив разрисовывать первый стакан, сказал Косичка. – Можете написать что-нибудь от себя, - он слегка улыбнулся бариста, и тот ответил тем же, снова вернувшись к стаканчику. Было видно, что косичка занимается любимым делом, ему явно нравится готовить кофе и разрисовывать стаканчики. Его искренность подняла настроение Арсению, и теперь это его любимый работник в этой кофейне. Расплатившись, Арсений взял кофе и начал рассматривать стаканы. На одном была надпись «Леди, нежного пробуждения» и рисунок букета цветов. А на втором стаканчике написано «Кофе Джентльмена» и чуть ниже «от бариста Сергея». Арс коротко рассмеялся и, попрощавшись с Сергеем, отправился в университет на пару. Антон прибыл в аудиторию за две минуты до начала пары. Арс протянул ему латте с солёной карамелью и сел рядом. – Леди, нежного пробуждения, - вслух прочитал Антон и залился смехом. Арсений знал, что другу понравится. Но он хотел бы, чтобы ему понравился не только кофе. Попов влюблён в своего друга уже давно, но взаимности нет. Он привык, ведь его окружают исключительно сексуальные гетеросексуалы. Антон в их числе. Многие считают его некрасивым, из-за этого он не пользуется популярностью в обществе, но Попов другого мнения. Его оттопыренные уши и заразительная улыбка с маленькими зубками вызывают только умиление. Он такой кот. Арсений не знает, видит ли его чувства Шастун, и не знает, хочет ли этого. Ведь Антон самый гетеросексуальный его друг и, очевидно, не будет рад такой новости. В кабинет минута в минуту начала пары зашёл преподаватель и с оглушительным хлопком бросил журнал на стол. Это заставило всех замолкнуть, в том числе и Антона. Но он продолжал улыбаться и рассматривать свой стаканчик. Арсений рассматривал его. Это уже вошло в привычку. Они с Антоном так и познакомились. На первом курсе, первого сентября, всех собрали в одной аудитории, чтобы раздать студенческие билеты и Антон опоздал. Когда он взъерошенный и запыхавшийся влетел в кабинет, привлекая всеобщее внимание, Арсений сразу понял, что влип. Он тогда сидел и залипал на Антона в открытую, не хватало ещё слюны изо рта. А Шастун сидел и заигрывал с их одногруппницей Ирой, та не отвечала ему взаимностью, и он разозлился. Когда всех отпустили, Антон догнал Арсения возле университета и предъявил за непонятный взгляд в его адрес. Попов настолько не ожидал, что его спалили, хоть он сильно и не скрывался, что не смог ничего ответить, и Антон, как среднестатистический парень из Воронежа, ударил его. Через неделю, когда Шастун понял, что его не считают авторитетом, как раньше в школе, и вообще презирают, он подошёл и извинился перед Арсением. Так они и начали дружить. Первое время Попов пытался намекнуть другу, что тот ему симпатичен, но либо намёки были слабые, либо Антон тупой. Их отношения становились только крепче, и Арсений не хотел рушить идиллию, поэтому бросил попытки показать свою симпатию. Пара проходила максимально скучно. У препода на лице было написано, что в термосе далеко не чай, да и запашок в кабинете говорил то же самое. Уже через сорок минут они перешли с высшей математики на истории из жизни. Все в аудитории либо мирно сопели в парту, либо тихо переговаривались, чтобы не мешать первым. Антон придвинулся к Арсению максимально близко, сталкиваясь коленками, и рассказывал как прошло очередное свидание с Ирой. Арсений невольно думает как бы невзначай отодвинутся от него, так как такая близость с объектом обожания сводит его с ума. Вообще, Ира – это отдельная тема: Арсений её ненавидит. Она очень нравится Антону, но он ей явно нет. Ходят слухи, что Ира спит с богатыми мужчинами за деньги. На самом деле это видно, потому что девушка одевается хорошо, дорогие девайсы, ни в чём себе не отказывает, но она продолжает жить в общежитии. Антон игнорирует эти сплетни, а Арсений не может. Ему ещё больнее осознавать, что его особенного друга водят за нос. Он провожает Иру, проводит с ней её свободное время и всегда помогает с учёбой, а по итогу в ответ никакой отдачи. За три года таких недоотношений они даже ни разу не целовались. Если бы Антон уделил хоть пять процентов того внимания Арсению, он бы ему сразу отсосал. Да, а кто хороший? – А потом я её проводил до дома, — по всей видимости, закончил свой рассказ Шастун. – И снова ничего? — Аккуратно спросил Арсений. – Я хотел её поцеловать, — взгрустнул Антон, — но к общаге подъехала Бентли и Ира убежала к автомобилю, даже не попрощавшись. Я так ахуел. – Ахуел, что не попрощалась? – Ахуел, что её папа ездит на Бентли, — ещё тише произнёс Антон. Он пододвинулся ближе, и это расстояние было максимально неприличным, Арсений держался из последних сил, его щёки горели адским пламенем. – Какой папа? — Арсений начал отодвигаться, но Антон придвинулся обратно. Обычный друг никак бы не отреагировал, это ведь обычная предосторожность, чтобы их не услышали, но для Попова это настоящая пытка. – Ну Арс, — цокнул Антон и наконец-то сам отодвинулся, — какой ещё может быть папа? Если что, я тебе это не рассказывал. Ира меня ещё в начале дня предупредила, что её вечером заберёт папочка. Он приехал в гости из Воронежа. Но я даже не знал, что её папа ездит на Бентли. У нас в Воронеже быстро бы эта информация разлетелась, наверное недавно совсем купил. – Папочка? — хмыкнул Попов и словил непонимающий взгляд друга, — Антон, ты серьёзно не понимаешь что за папочка? Шугар дэди и тра-ля-ля. Она спит с ним за деньги! Преподаватель продолжал рассказывать, как он встретил бобра в городе, а Антон как рыба открывал и закрывал рот не решаясь что-либо сказать. Арсений уже сто раз пожалел о сказанном. Шастун отодвинулся и уткнулся в конспект, делая вид, что что-то очень усиленно записывает, наверное историю про бобра. После пары они вышли из кабинета, и Арсений не решался подойти первым. Антон шёл впереди и продолжал таскать с собой пустой стаканчик от кофе, бесконечно перечитывая надпись на нём. Он резко остановился, и Арсений поравнялся с ним. Не лучшая идея стоять посередине коридора на перемене. Тут ещё те амбалы снуют. – А что у тебя написано на стаканчике? — Спросил Антон и потянулся за стаканом друга, — Кофе Джентльмена? Антон улыбнулся и кивнул в сторону аудитории, где должна проходить следующая пара. Вроде напряжение спало, но Арсений продолжал его остро чувствовать. Они сели за самый последний ряд амфитеатра, так как намечается экономический анализ, который никто не любит. – Слушай, давай забудем про Иру, — печально начал Антон, — я до последнего надеялся, что эти слухи пиздёж, но по итогу сел в лужу. Ты был прав. – Всё нормально, — ободряющим голосом ответил Попов, — я всё понимаю. Она же тебе нравится, и ты её идеализируешь. – Да она мне не сильно нравится, — Антон достал самый жирный конспект, но самый пустой, по эконом анализу и принялся переписывать тему с доски, — я, если честно, до конца не понимаю зачем за ней бегал. Думал, что если добьюсь её, то меня начнут уважать, она же у нас самая красивая на факультете. Но с её репутацией я скорее бы тоже утонул. – Всё нормально, — улыбнулся Арсений, — если очень хочешь, можешь меня провожать до дома. – А ты хоть ответишь на поцелуй? — Засмеялся друг. Арсения как током шибануло. Он только через несколько секунд понял, что только что ляпнул. Антон продолжал хихикать и как-то странно смотреть на покрасневшего друга. Даже после прихода в аудиторию старой маразматички, которая в первую очередь напомнила им, что они все говно и ничего не добьются в жизни, Шастун продолжал прожигать взглядом Попова. Арсений максимально пытался скрыть своё покрасневшее лицо, поэтому уткнулся в тетрадь и старался не обращать внимание на Антона. – Арсюш, ты чего? — Шептал друг и тыкал в его коленку ручкой. — Ты это прекрати. Обиделся что ли? Арсений не отвечал и продолжал писать каждое слово преподавателя в конспект. На нём его любимые джинсы с дырявыми коленками, и Антон воспользовался этим и нарисовал улыбающийся смайлик на голой коже. Это было так мило, что Арсений не смог сдержать улыбки и наконец-то перевёл взгляд на Антона. – Слушай, — ещё шире, совсем как кот, улыбнулся Шастун, — я так подумал, ты же вроде Джентльмен, а я леди, так может ты проведёшь меня сегодня? Я один дома и мы бы могли поиграть в приставку или посмотреть фильм. Как-то давно, кстати, не устраивали вечер фильмов! – Так уж и быть, — удивительно спокойно ответил Арсений. В душе он, разумеется, был на седьмом небе от счастья, — буду поддерживать свой статус Джентльмена и проведу леди до дома.***
Антон переехал в Питер вместе с другом Димой Позовым, они вместе снимают квартиру. Позов учится в медицинском, это собственно всё, что знает Арсений. Ну ещё он знает, что до того, как Дима добровольно сдался в рабство медуниверситета, они с Антоном много тусили. После пар Антон с Арсом зашли пообедать и немного подготовиться к зачёту в кафе. Никто за временем, разумеется, не следил, хотя из них двоих следить за временем мог только Антон, потому что Арсений уже следил за кое-чем другим. А если быть точнее: за кое-кем другим. На улице стемнело и кафе опустело. Бедный официант уже молился всем богам, чтобы последних клиентов сдуло ветром и, по всей видимости, его услышали – на улице поднялся ветер и начал моросить дождь. Антону не страшно – он в огромной чёрной куртке, а вот Арсений ходит в пальто, которое явно промокнет. Парни нехотя вышли на улицу и двинулись в сторону дома Антона. Кафе находилось недалеко, но с такой неприятной погодой казалось, что идти не пятнадцать минут, а все шестьдесят. Позов уже написал, что уехал к своей девушке Кате и квартира в полном распоряжении Антона. Ветер прорывался под пальто и вызвал табун неприятных мурашек. Шастун это заметил и аккуратно взял Арса за руку. – Какой ты холодный, — Антон засунул руку Арсения в свой карман. – Всё нормально, я же из Сибири, — он попытался достать свою руку из хватки, но Антон переплел их пальцы и невесомо начал поглаживать большим пальцем ладонь Арсения. Эти, казалось бы, обычные действия выбили весь воздух из лёгких Попова. Внутри его разрывало от нежности. Щеки залились красным и мысли про холод как рукой сняло. Хотя так и есть: рукой Антона. – Из Сибири он, — усмехнулся Шастун. Его вся ситуация ни капельки не смущала, но это и логично, ведь он никогда не думал об Арсении в сексуальном плане, что уж говорить о влюблённости, — к холоду невозможно привыкнуть. До квартиры они дошли в тишине, и уже на пороге, когда Антон отпустил руку Арсения из заложников, тот задумался, как они выглядели со стороны. Райончик небезопасный, их могли конкретно так отмудохать. Наверное, всё быдло замёрзло. – Я сделаю нам чай, — сказал Антон и скрылся в глубине квартиры. Арсений продолжал сидеть в ступоре и прокручивать в голове весь сегодняшний день. Его гетеросексуальное представление Антона очень сильно пошатнулось. Неужели его подводит гей-радар? Или Антон бисексуал? – Бабайка, ты чего сидишь? — Кудрявая голова Антона высунулась из кухни, — Чай готов вообще-то, а ты даже пальто не снял. Неужели замёрз заживо? Антон зашёл в прихожую и остановился возле Арсения. Тот наблюдал за ним как загипнотизированный и ничего не предпринимал. Тяжело выдохнув, Антон сел на корточки перед другом и начал расшнуровывать его туфли. Он аккуратно снял первый ботинок и взял в обе ладони ступню Арса, слегка её разминая. Он вроде бы ещё что-то говорил, но Арсений, разумеется, не слышал. Он уже ничего не слышал – в ушах только шум. Сердце билось, как бешеное, а дыхание сбилось с маршрута ещё утром на паре эконом анализа. Антон продолжал нежно поглаживать ногу и явно не спешил переходить к следующей. Арсению стало невыносимо смотреть на него сверху вниз, это слишком развратно, поэтому он прикрыл веки и задрал голову, упираясь затылком в стену. Антон опустил его ногу и только дотронулся до следующей, как разум Попова вернулся на орбиту. – Нет, стой, не надо! — Протараторил тот и вскочил с места, — Давай я дальше сам. Антон поднялся на ноги и нахмурил брови. Какое-то время он смотрел на раскрасневшегося друга, пожал плечами и вернулся на кухню. Арсений продолжал стоять как истукан с одним ботинком на ноге. В голове бегущей строкой повторялось “gay panic”, хотелось просто убежать куда подальше и вообще забыть о существовании гетеросексуального Антона Шастуна. Из кухни донеслось “ты идёшь?” и Арсений быстро скинул с себя пальто и оставшийся ботинок. Но идти на кухню он не спешил. Дверной проём стал каким-то непроходимым барьером. Он стоял и гипнотизировал пол, продумывая план отступления. Вдруг на участок пола, которому он строил глазки, упала тень Антона. Тот подошёл ближе и положил руку на плечо Арсения, вызывая у него табун мурашек. – Арс, всё нормально? — Спросил Антон и поднял голову Арсения за подбородок. Это был настолько нежный жест, что Попов снова залился краской, — Ты себя очень странно ведёшь. – Всё хорошо, — дрожащим голосом ответил Арсений и увильнул от руки друга, снова отводя взгляд вниз, — я лучше пойду домой. – Ага, — хмыкнул Шастун, — так я взял и отпустил тебя. Ты видел что на улице происходит? – Я вызову такси. – Нет, — Антон взял друга за руки и повёл в сторону гостиной, — никуда ты не пойдёшь и не поедешь. Они дошли до дивана в гостиной, Антон взял плед и принялся укутывать друга. Все эти жесты заботы настолько были неожиданны, что Арсений начал задыхаться. Такое бывает, когда ты чего-то ждёшь много лет и уже не надеешься, но вдруг тебе это дают. Последний раз это чувство Арсений испытывал в далёком детстве, когда ему наконец-то подарили велосипед. Он тогда тоже начал задыхаться. Но сейчас перед ним не велосипед, а его очень близкий друг, который укутывает его в плед. Антон сосредоточен, как будто решает какую-то сложную задачу. Он закусил губу и нахмурил брови, в попытках поднять ноги Арсения. – Ну Арс! — Заканючил тот, — Хоть чуть-чуть помоги мне. Приподними попу свою! – Антон, — Пытаясь выровнять и так отсутствующее дыхание, ответил Арсений, — правда не надо. Всё хорошо. – Это ты тут чего это? — Протараторил Шастун и испуганно посмотрел на друга, — Ты задыхаешься? Ты астматик? Мы дружим уже три года, а ты мне ни разу не говорил про астму? – Я не астматик… — Устало прошептал Арсений, — Мне сложно объяснить тебе, что со мной. Давай я просто пойду домой? – Ты не умрёшь сегодня! — Ответил Антон и убежал на кухню, — Я запрещаю тебе умирать! — Добавил он уже из кухни. Антон вернулся через пару минут с чашкой горячего чая. Арсений смог успокоиться, но при виде такого тёплого и домашнего друга, снова раскраснелся. Очевидно, продолжать эти игры в кошки-мышки больше нельзя. Арсений это остро ощущал, поэтому твёрдо решил либо признаться Антону, либо уйти как подлый трус и больше не общаться. Безответная любовь – это не просто обидно, но ещё и очень больно. А когда что-то болит, надо идти к врачу, чтобы избавиться от боли. – Я сделал твой любимый чай, — Антон протянул кружку в руки Арсения и сел рядом, — не умирай, пожалуйста, я буду очень скучать. А ещё я не хочу потом разбираться с твоим трупом. Арсений горько засмеялся и отпил горячий чай. Забавно, что Антон так внимателен к мелочам. Он знает все предпочтения друга: чаи, десерты, жанр кино, подушки для сна и так далее. Да, можно списать всё на длительность дружбы, но даже его друг детства, с которым они дружат намного больше, чем с Антоном, никак не может запомнить его любимого актёра. – Спасибо большое, постараюсь не умереть. – Не постараюсь, а обещаю! — Антон забрал кружку, поставил её на журнальный столик и пристально посмотрел в глаза собеседника, — Арс, ты же в курсе, что можешь мне рассказать всё что угодно? — Арсений коротко кивнул, — Тогда почему ты не можешь объяснить, что сейчас происходит? — Антон пододвинулся ближе и положил руку на коленку друга, — В кафе ведь было всё нормально. Значит что-то произошло в квартире. – Да, — Арсений тяжело выдохнул и опустил взгляд на руку на своём колене, — я увидел таракана в коридоре. – Врёшь, — рука Антона медленно поползла вверх. – Не вру, — дыхание сбилось, и Арсения снова охватила паника, — возле плинтуса видел. Большой такой, коричневый. – Врёшь, — Антон продолжал вести руку к внутренней части бедра Арсения, смотря на его краснеющий профиль. – Ты же знаешь, как я боюсь насекомых! — Он громко выдохнул, сжал руками обивку дивана и запрокинул голову назад. Антон дотронулся до твердеющего члена Арсения и услышал напряжённый стон. – А мне кажется, что ты меня боишься, — прошептал Антон прямо на ухо Арсения, мимолётно коснувшись губами. В гостиной стало на несколько градусов выше. Антон резко отстранился, но не надолго. Не успел Арсений моргнуть, как на его коленях оказался кудрявый юноша. Антон облизнул губы и максимально приблизился к другу, ожидая реакции. Когда горячее дыхание опалило кожу, усыпанную родинками, рассудок Арсения вышел из чата. Всё происходящее было больше похоже на сон. Шастун заметил заминку друга и сам приблизился еще ближе и впился в сухие губы напротив. Он действовал осторожно, не углубляя поцелуй. Арсений поместил руки на бёдра парня, слегка задирая футболку. Холодные руки вызвали у Антона короткий стон. Студент сразу среагировал на стон и углубил поцелуй. Руки Антона блуждали на шее одногруппника, поднимаясь выше и зарываясь в короткие волосы на загривке. Антон резко отстранился и стянул с себя футболку. – Ты уверен? — Спросил раскрасневшийся Арсений с замыленным взглядом от возбуждения. – Уверен ли я? — Ответил Антон и, взяв кисть друга, уверенно положил её на свою ширинку, — А ты как думаешь? Только губы Антона вернулись к губам собеседника, раздался звонок в дверь. Парни отпрянули друг от друга и уставились в дверной проём. Антон поднялся и побежал к двери, чтобы проверить кто пришёл. Арсений в растерянности начал ходить по комнате кругами и думать, куда ему спрятаться, хотя необходимости не было. Антон открыл дверь и на пороге показался злой Дима. – Какой я тупой! — Выкрикнул Позов и прошел вглубь прихожей, — Забыл сумку с подарком для Кати. Слава богу ты дома, а то у меня даже ключей нет с собой. – Что за подарок? — Антон пытался поддерживать разговор, но его голос предательски дрогнул. – У нас с Катей сегодня два года, — Дима презрительно осмотрел сожителя и остановил свой взгляд на уровне живота, — а ты почему голый? – Жарко, — ухмыльнулся Антон и отвел взгляд в сторону. Позов осмотрел прихожую и остановил свой взгляд на обуви Арсения. Узнать обувь Попова можно легко: это единственный друг Антона, который носил оксфорды. – Так я тебе и поверил, — ответил Дима, взял свою сумку и направился на выход, — хорошего вам с Арсом вечера. Дима улыбнулся и скрылся на лестничной клетке. Антон захлопнул дверь и быстро направился в гостиную. Арсений сидел на диване весь белый и рвано дышал. Увидев состояние друга он быстро опустился перед ним на колени и, взяв его за руку, посмотрел в небесные и напуганные глаза. Ничего не нужно было говорить. Они ещё какое-то время просидели в тишине, смотря друг на друга. На улице моросил дождь, и только он нарушал тишину. Немного придя в себя Арсений наклонился ближе и сам впился в губы Антона, медленно и аккуратно сминая каждую, будто пробуя на вкус. Антон опустил руки на ширинку парня, и в ответ послышался сладкий стон прямо в поцелуй. Не отрываясь от губ гостя, он спустил его штаны до колен и отстранился, чтобы посмотреть на произведение искусства перед собой. Получив неуверенный кивок, он опустился ниже и совсем невесомо провёл кончиком языка по всей длине привставшего члена. Это было настолько невозможно, что Арсения начало потряхивать и, тяжело выдохнув, он запустил руку в кудрявые волосы, слегка оттягивая их вверх. Антон прошёлся языком по головке несколько раз и попытался взять сразу глубоко. – Тише, — остановил его Арсений и потянул за челюсть вверх на себя, – не стоит. Антон поднялся на ноги и оседлал бедра брюнета, впиваясь жадным поцелуем в губы. Руки Арсения блуждали по молочной коже, а вставший член тёрся о ткань штанов ёрзающего на его коленях парня. Вся шея была в бордовых отметинах, когда Антон слез с его колен и уместился рядом на диване. Не теряя ни минуты шатен повалил Арсения на спину и навис сверху. – Я точно не сплю? — Прошептал Арсений и закинул ноги на спину Антона, обвивая ими талию. – Я столько раз тебя укусил, что скорее всего ты бы проснулся, — ответил Антон и нежно поцеловал припухшие губы собеседника. Антон снова припал к груди Арсения. Он прикусил правый сосок и сразу же зализал укус. Брюнет аккуратно расстегнул ширинку парня и дотронулся до желанного органа. Антон издал какой-то непонятный звук и дёрнулся бёдрами навстречу горячей руке. В комнате было уже настолько жарко, что её можно было бы счесть за баню. Антон помог снять свои штаны и вытащил из-под подушки абсолютно новые лубрикант и презервативы. Арсений на это просто снисходительно выгнул бровь и закатил глаза. – Я честно не готовился! — начал оправдываться Антон, раскатывая презерватив по возбуждённой плоти. – Ну да, — уже больше в шутку обиделся Арсений, — так я тебе и поверил. Шастун открыл лубрикант, выдавил немного субстанции на свои пальцы и начал растирать чтобы нагреть. Арсений смотрел на его сосредоточенный вид и не смог сдержать улыбки. Ему не терпелось ощутить наполненность внутри себя, поэтому он начал ёрзать на месте, слегка касаясь бедром покачивающегося члена кудрявого парня, который уместился между его ног. Антон на это только коротко метнул взгляд и продолжил своё увлекательное занятие. – Ты мне совсем не уделяешь внимания! — Наигранно начал обижаться Арсений. – Я тебе сейчас такое внимание уделю, — поиграл бровями Антон, — ты потом неделю сидеть не сможешь. Арсений ничего не успел ответить, как почувствовал пальцы с лубрикантом возле своего колечка мышц. Рваный стон отразился по всей комнате, когда один палец вошёл полностью. Антон старался действовать медленно. Он закинул одну ногу Арсения себе на плечо и начал выцеловывать щиколотку, продолжая растягивать его уже двумя пальцами. Через пару минут Арсений сам начал насаживаться на пальцы, а стоны стали более тягучими. Он вытащил пальцы и сразу же быстро вошёл полностью. Арсений громко выругался и притянул парня к себе, утягивая в поцелуй. Шатен дал время привыкнуть, после чего начал медленно двигаться. Комната наполнилась стонами и вздохами, всё происходящее казалось сном только для них обоих. Арс зарылся пальцами в кудрявые волосы и постанывал куда-то в плечо Шастуна. В темп своим движениям Антон дрочил Арсению и через несколько довольно грубых толчков он излился в презерватив. Брюнет кончил следом, изливаясь в руку парня. Шастун коротко поцеловал его и максимально по-блядски вылизал собственную руку. Арс смотрел на это как в тумане, а после утянул его в глубокий поцелуй укладывая рядышком на узком диване. Они так и уснули в обнимку, потные, голые и довольные.***
Арсений проснулся один. Он был всё ещё голый, но уже под одеялом. Оглядев комнату он не увидел никого. Солнце пробивалось сквозь тюль и освещало всю гостинную. Его вещи, которые они вчера с Антоном раскидали по всей комнате, были аккуратно сложены в кресле. В квартире было очень тихо. Никаких признаков жизни. Арсений обернулся в одеяло и вышел в коридор. Сначала он зашёл в спальню, но там никого не было. Кровать была застелена и всё выглядело как и вчера вечером. Волна неприятных мурашек окутала Попова и он выдвинулся на кухню. Но и там хозяина квартиры не было. Паника возрастала и возникало чувство, что всё произошедшее вчера было ошибкой. Неужели Антон испугался, бросил его и убежал? Не успел Арсений закопаться в этих мыслях, как в коридоре послышался звук поворота ключа. Он выбежал в прихожую и встретился с взлохмаченным Антоном. – Доброе утро, — Арсений расплылся в улыбке. – О, доброе утро, спящая красавица! — Ответил Антон, — Ты давно проснулся? Я хотел сделать сюрприз, — он подошёл ближе и нежно поцеловал Арсения в нос, — но по всей видимости не получилось. – Очень даже получилось, — Арсений отпустил одеяло и притянул Шастуна за шарф к себе. – Подожди, — Антон отстранился и поставил два стаканчика кофе на консоль, — я не против, чтобы ты ходил голый, но тебе не холодно? — Он быстро стянул куртку, подошёл ближе и обвил талию брюнета своими длинными руками. – Так ты за кофе ходил? — Он проигнорировал вопрос и утянул парня в нежный поцелуй. Ещё какое-то время они нежились в прихожей, сминая губы друг друга. Антон отстранился первый, бросая многозначительный взгляд на свою ширинку. – Так, — Он взял кофе и какой-то белый крафтовый пакет, — пойдем пить кофе. Я ещё круассаны купил. Ты кстати так мило спишь, — они прошли на кухню и сели за стол друг напротив друга, — знал? – Иди ты, — шутливо обиделся Арсений и рассмеялся. Антон протянул стаканчик кофе собеседнику, хитро улыбаясь. Стакан был больно знакомым. Арсений сразу понял из какой он кофейни. Приняв стаканчик, он сразу же начал его рассматривать. Уже знакомым почерком на чёрном фоне было выведена фраза… – Леди, нежного возбуждения? — Арсений залился смехом. Антон продолжал победно улыбаться отпивая свой кофе. Брюнет, всё ещё в чём мать родила, поднялся из-за стола и уселся на колени Антона, оставляя кучу поцелуев по всей области лица. – Это очень мило, — прошептал Арсений, впиваясь в губы парня.
