О зависти, ненависти и о чем-то еще

Зал для собраний представлял собой длинное помещение с арочным потолком и колоннами, что подпирали его, имел фальшивые узорчатые окна в пол и длинный стол по середине, за которым громоздились высокие стулья с вычурными спинками. Ярина не должна была находиться здесь, но волею Дотторе, что затащил с собой, до того, как пришли остальные, теперь деваться было некуда. Укрытие ее было рассекречено почти сразу, зорким взглядом Капитано, что решил в этот день не садиться за стол, а постоять у колонны, за которой девушка как раз пыталась изобразить ветошь или предмет интерьера. Она проклинала все на свете, дыша через раз, ведь все ещё не имела никакого желания попадаться на глаза Педролино. Капитано в этот день судя по всему, несмотря на мрачную атмосферу в зале, находился в благодушном настроении и потому не выдал месторасположения Ярины, к тому же ещё и помог, замаскировав кусочек торчащего сапога своим длинным в пол плащом. Наблюдавший за этим Второй, ехидно улыбнулся и подмигнул товарищу, за прикрытие. Панталонэ хотелось на эту мизансцену покрутить у виска, иногда мужчине казалось, что учёный не понимает всей серьезности своего положения. Поправив очки, Девятый пнул Дотторе под столом, чтобы тот не привлекал внимание к расположению девушки. Доктор оскалился, но сделал вид, что весь внимание, хотя знал, что ничего нового он сегодня не услышит. Ну, Второй, по крайней мере так думал. В зал вошёл Первый, стукнул тростью об пол, что ознаменовало начало совещания. — В этот раз, хоть и из одного собрания в другое вы говорите, что ничего не меняется, я принес не самые хорошие новости. И в который раз, повторю, нам стоит ускорится, — произнес Педролино, грубым и пронизывающим голосом. — Чем этот раз отличается от предыдущего? По мне так вы повторяетесь, — прозвучал приятный юношеский голос. Ярина его слышала впервые, но определила его как Шестого, потому что вряд ли голос мог принадлежать статной, красивой, самодостаточной, по описанию Панталонэ, женщине. — Тем, что Селестия сдвинулась. Медленно, но верно она приближается к Фонтейну, а значит, что регион наконец приблизился к апогею своего технического и научного развития, чем угрожает богам, поэтому требуется вмешательство небесного порядка. Хотелось бы думать, что у нас ещё достаточно времени, но что-то мне подсказывает, что это не так, — так же размеренно продолжил вещать Первый, глядя в глаза Скарамучче. — Пфф, — фыркнул Дотторе, — Странные конечно понятия у них об угрозе. Значит развитие науки, техники и культуры — это угроза, а солидная организации, что крадёт сердца бога у Архонтов — нет? Это даже звучит абсурдно. Небесный порядок нас за детей принимает? — Радуйся, что они глупы в своих выводах, — сказал Педролино, — В ином случае, от Снежной бы камня на камне не осталось, — трость с силой ударила об пол. Главный Предвестник был явно недоволен поднятой темой. — Да-да, тебе виднее, — отмахнулся Дотторе. Он единственный знал, через что пришлось пройти Пьеро, ведь тот подобрал его в пустыне не далеко от места гибели Каэнри’и. Это не самые лучшие воспоминания для ученого, ведь тогда он уже был в изгнании. — Тогда продолжим, — сказал Первый, проигнорировав выпад, — Розалина, тебя я попрошу отправиться в Инадзуму и раздобыть электро гнозис, в прошлый раз с анемо у тебя неплохо получилось. — Хорошо, — коротко кивнула женщина, расправляя складки на своем роскошном платье. — Сандроне и Арлекино, вы разведайте обстановку и настроение в Фонтейне, любые слухи или подозрения на возможность повторения катастрофы тут же отправляйте мне, и пока пользуйтесь поддельными личностями. — Так точно. — Есть. В разнобой произнесли девушки. — Дотторе, что там с Академией? — Все идёт в штатном режиме, — уныло отчитался Второй, рассматривая мутную жидкость в пробирке, прихваченной из лаборатории. Мужчина тактично умолчал, что строит мастерскую, потому что пока об этом никому знать не обязательно, даже Панталонэ, ведь если все пойдет по плану он сможет создать новое существо, до селе никем не виданное. — Хорошо, тогда на этом собрание окончено, — сказал Пьеро и ещё раз грохнул тростью об пол. Ярина хотела было выдохнуть с облегчением, но вовремя вспомнила, что вообще-то в зале куча народу и быть центром внимания не самая лучшая идея. Захлопнув рот, девушка вжалась в колонну, надеясь, что Капитано будет прикрывать ее до самого конца. А вот Дотторе она больше не послушает ни разу, его сомнительные мероприятия не заканчиваются ничем хорошим. Зачем он ее вообще сюда потащил? Ведь изначально ему нужен был только Панталонэ. Но информация, что поведал Первый и правда интересная, хотя на самом деле она не до конца понимала, чем грозит то, что Селестия сдвинулась? Никто же не просвещает ее в подробности, но если честно, Ярина на самом деле не очень и хотела знать. И так проблем выше крыши. Особенно сильно её беспокоило, что ее сущность почему-то сильно сцепилась с Доктором. Это наводило на мысль, что и проблемы с Дзэтой тоже не просто так, хотя в последнее время тот старается с ней не контактировать, поэтому и позубоскалить теперь не с кем. Сжавшись до размера мешка с картошкой, девушка стала прислушиваться к шагам. Помещение покинули пять человек, оставалось ещё шесть, четверо из них могут прикрыть, если что… Но двое оставшихся, кто они? И остались ли именно те о ком она думала? Почему они не разговаривают? Так ведь трудно догадаться, кто из них остался. Ярина уже хотела было плюнуть на все и покинуть свое укрытие, но тут с двух сторон ей надавили на плечи. Глаза девушки расширились в ужасе, думая, что все, дело труба. Но теми, кто ее остановил, оказались Панталонэ и Капитано. Банкир на секунду повернул голову в сторону Ярины, глазами показывая, чтобы она не двигалась. — Панталонэ, — голос Первого, показался девушке пренебрежительным. — Да? — спокойно ответил Девятый, убирая руку с плеча девушки и вставая так, чтобы перегородить Педролино обзор. Он специально вальяжно опёрся о колонну, складывая руки на груди, почти подражая позе Капитано, чтобы максимально скрыть девчонку. — Царица тобой недовольна, поубавь свое эго. — Как странно, я видел ее недавно, и она мне ничего такого не сообщила, ты уверен, что это не твое мнение? Ярина хоть и не видела лица банкира, но была уверена, что тот улыбается своей фальшивой мягкой улыбкой. Она сквозила в его словах и сочилась ядом. Девушка была почти уверена, что Первый этого так не оставит, но он только тихо цыкнул и удалился, следом за ним последовали ещё двое. Скорее всего это были Арлекино и Колумбина, потому что шаги были лёгкие. Девушка надеялась, что уж теперь-то можно было выдохнуть, ведь от напряжения она дышала через раз, даже голова начала кружиться. И ее надежды оправдались, когда она вновь услышала голос Девятого, обращающегося к Дотторе: — Ты вообще головой своей думаешь? — Ну а что такого? — начал Второй, заглядывая за колонну, — Ну познакомилась бы с Первым, ничего страшного бы не произошло, да? Дотторе оскалился, глядя на сидящую в позе лотоса девушку, что недовольно сложив руки на груди, показывала ему язык. Мужчине очень захотелось за него дёрнуть. — Она и так привлекает много внимания, зачем будить спящего медведя? Или ты думаешь, что Пьеро будет так же лоялен, как Царица? Так я тебе напомню, что меня он ненавидит на протяжении всей моей службы в Фатуи, а девчонка тут без году неделя. — Скорее без недели год. — Не ерничай. Капитано хмыкнул на это, похлопал Ярину по плечу, словно желая удачи и ушел, перед этим бросив через плечо: — Не заходи пару дней, меня не будет, сигареты оставлю у дежурного. — Хорошо, — растерянно глядя в след мужчине, сказала девчонка. Было неожиданно узнать, что Капитано бывает вне штаба. Из-за всегда открытой комнаты, когда бы она не пришла за табаком, ей казалось, что он здесь постоянно, даже если его не видно. Что-то пришло в движение и не только Селестия, стоит ли начать переживать? Но так никаких нервов не напасешься, Ярина и так в перманентном стрессе из-за всего, что крутиться вокруг нее. — Пойдем, — сказал Панталонэ, притягивая девушке руку. Ярина ухватилась и поднялась, колени на секунду неприятно заныли, недовольные резким движением. Дотторе сзади захихикал, с весельем смотря на ее пятую точку. — Что? — девушка закрутила головой, стараясь рассмотреть, что такого забавного было у нее на спине и ниже. Но ничего не смогла увидеть, только защемило шею. Ойкнув, она в очередной раз недовольно взглянула на Дотторе, что не переставал веселиться. Панталонэ вздохнул, развернул Ярину к себе спиной и отряхнул ей штаны от мелкого мусора, пыли и песка, про себя отметив, что уборщика нужно уволить за халтуру, а Дотторе всё-таки урезать паек на эксперименты, а то ведет себя как ребенок. — Ладно, шутки в сторону, — посерьёзнел наконец Второй, когда понял, что в радиусе нескольких метров нет ни одной живой души, — Я всё-таки выяснил кое-что довольно занимательное и взял у Аякса кровь на анализ, так что возможно скоро твой палец снова будет природного цвета, рада? — Была бы, — честно ответила Ярина, показывая, что на руке у нее уже три черных ногтя, а затем перевернула руку ладонью вверх, обращая внимание на свое запястье, на котором красовались перламутровые ромбовидные чешуйки, — Но я думаю, у нас проблема похуже. — Давно?! — хватая девушку за руку и рассматривая новую кожу на ней, удивился Второй. Дотторе видел такое, однажды, очень давно, когда был в странствии по пустыне. И все бы хорошо, но тогда он едва остался жив, получив незначительные повреждения и амнезию. Кусок памяти длиною в месяц, был начисто стерт, но и того, что он помнил хватало, чтобы понять, путешествовал он не один, а со спутницей, хотя не мог терпеть людей, ведь её случай показался ему интересным. У той барышни тоже были такие же чешуйки, тогда Дотторе думал, что это разновидность элеазара, но оказался не прав. А вот, что было после первого проведенного эксперимента он не знает, ни памяти, ни записей, ничего не осталось из того времени. — Сегодня с утра увидела, вместе с третьим почерневшими ногтем. — И ничего не сказала? — Панталонэ был растерян. Все было так не вовремя и летело к чертям. А ведь чуть позже он собирался сообщить девушке, что получил рапорт, о смерти, подменненой сущностью, копии «наблюдателя» в горах на задании, а это значит не далек тот день и час, когда за ними снова установят слежку. — Я хотела, честно, но меня сбили с толку, нужно было сообщить о собрании, а потом уснула, далее Доктор за собой потащил, пока вас искал, ну и вот, — девушка не знала куда себя деть, под взглядами этих двоих, только и оставалось, что провалиться под землю. — Ладно, забудем, — вздохнул Второй, — Пойдем в лабораторию, я проверю показатели, если все в норме, вмешиваться пока не буду. — Почему? — недоумевающе спросил Панталонэ. Чтобы Дотторе и не провел экспертизу по новому материалу? Что-то здесь было не так. — Я видел уже такое. — Ну и в чем проблема тогда? — После первого эксперимента, моя память была стёрта, не находишь это как минимум подозрительным? — То есть, ты хочешь сказать, что такое может произойти вновь? — спросил банкир. — Я не могу этого исключить, данных не сохранилось, клонов у меня тогда не было, все что помню, это то, что образец был женского пола и подготовку к опыту, — Второй нахмурил брови и наконец выпустил руку девушки из своей ладони. На секунду ему показалось, что он что-то вспомнил, это было связано не только с Яриной, той странной барышней из пустыни, но ещё и с его прошлым именем, что всплыло не так давно. Ответ казалось был на поверхности, но ускользал прямо из-под носа. Ярина почему-то чувствовала себя виноватой. Как вообще так получилось, что она одна сплошная проблема? Может её кто-то проклял? И скорей всего ещё в утробе матери, иначе это необъяснимо. Она словно мекка для всяких неприятностей и аномалий, ещё и все вокруг страдают, если находятся рядом. Хоть по Дотторе и Панталонэ не скажешь, что они чем-то недовольны, но их и нормальными назвать нельзя. Вздохнув, девушка не придумала ничего лучше, чем взять обоих мужчин за руки, что бы разрядить обстановку и сказать: — Все будет в порядке, не знаю как и когда, но будет! — Сама-то себе веришь? — усмехнулся Дотторе, сжимая ладонь Ярины чуть крепче. Девчонка пожала плечами. Конечно она не верила, но делать вид, что все нормально и надеяться ведь никто не запрещал. — Раз уж взяла, веди, — улыбнулся Панталонэ, чувствуя свое кольцо на ее нежном пальчике. — А куда? — Ярина переводила взгляд с одного Предвестника на другого. — В лабораторию, куда же ещё, — подсказал Второй. Он уже представлял, какие слухи поползут по штабу, стоит только кому-нибудь увидеть их троих, идущих за ручку. Эта мысль его веселила, судя по всему Панталонэ тоже, не зря же он лыбится не как обычно, холодно.