Новая жизнь Лазари

Лазари сидела за своим компьютерным столом. И тупила над уроками. - Хм.... Интересно, как решить эту задачу по химии? Я же не поняла эту тему. Меня же не было... С гдз не вариант списать, учитель заметит. Девушка медленно читала условие задачи. Потом читала конспект урока, который ей дала Персефона. Там ничего понятно. - Персиик! - Что? - Подойди пожааалуйста. Персефона подошла. - Ты понимаешь свой почерк? - Да, а что? - Разбери пожалуйста, а я запишу в свою тетрадь. - Хорошо подруга:) Девушки начали работать. Лазари писать, а Персефона ей диктовала. - Так. Вроде бы всë. - Спасибо, ты хорошая подруга. - Да всегда пожалуйста, Лазари. Она обняла подругу. - Я пошла! - Удачи. Девушка по своим записям начала читать. Через 10 минут. - Как сложно! Как это решить?! Даже по конспекту нихера не понятно! Девушка стукнула рукой по столу. Она хоть и почувствовала боль, но ей было похуй. Абсолютно похуй. Девушка пыталась решить задачу, но потом сдалась. Решила списать с гдз. На всякий случай выучила решение задачи, как объясняют в учебнике. Чтобы не спалиться о том, что она списывала. Через 6 минут она приступила к литературе. Начала читать Михаила Михайловича Зощенко "История болезни" Девушка, увидев сколько ей читать, швырнула книгу подальше от себя. - Ну нахер. Она пошла к Реду. 3 стука в дверь. - Ред, помоги с литературой, пожалуйста. - Сейчас выйду. - Я в своей комнате буду, хорошо? - Угу. Лазари пошла снова к себе, оставив дверь комнаты открытой. Ред зашёл через 2 минуты. - Что случилось, солнце? - Прочитай "Историю болезни" Зощенко👉🏻👈🏻 - Ты сама можешь прочитать. - Ну пожалуйста... Девушка поджала губы от обиды. - Ладно, что там надо читать? Лазари обняла Реда, сняв с него маску. - Это пока-что подождëт. Зеленоглазка протянула книгу с пола. - Вот. - Ого.. - Много читать, правда? Но ты же сможешь, да? - Да, да. Смогу. Парень сел на кровать, а Лазари присела на край. Ред, заметив это, притянул одной рукой девушку к себе. - Нельзя сидеть на краю, упадëшь. - Кто запрещает? - Догадайся. 😏 Лазари специально подвинулась к краю, но Ред это присëк, буквально прижав еë к себе. - Я тебя предупреждаю в последний раз. - Ладно. Лазари села поближе к парню. Ред начал читать. История болезни. - Откровенно говоря, я предпочитаю хворать дома. Конечно, слов нет, в больнице, может быть светлей и культурней. И калорийность пищи, может быть, у них более предусмотрена. Но, как говорится, дома и солома едома. А в больницу меня привезли с брюшным тифом. Домашние думали этим облегчить мои неимоверные страдания. Но только этим они не достигли цели, поскольку мне попалась какая-то особенная больница где мне не всë понравилось. Всë-таки только больного привезли, записывают его в книгу, и вдруг он читает на стене плакат: " Выдача трупов от 3-х до 4-х". Не знаю, как другие больные, но я прямо закачался на ногах, когда прочëл это возвание. Главное, у меня высокая температура, и вообще жизнь, может быть, еле теплится в моëм организме, может быть, она на волоске висит- и вдруг приходится читать такие слова. Я сказал мужчине, который меня записывал: - Что вы, говорю, товарищ фельдшер, такие пошлые надписи вывешиваете? Всë-таки, говорю, больным не доставляет интереса это читать. Лазари засмеялась на словах " Выдача трупов от 3-х до 4-х". - Лазари! - Что? - Не мешай читать! Сама же попросила! - Прости.... Ред шумно вздохнул. - Ладно. Продолжаю. Лазари улыбнулась. - Фельдшер, или как там его - лекпом, удивился, что я ему так сказал, и говорит: - Глядите: больной, и еле он ходит, и чуть у него пар изо рта не идëт от жара, а тоже, говорит, наводит на всë самокритику ,говорит, вы поправитесь, что вряд ли, тогда и критикуйте, а не то мы действительно от трëх до четырёх выдадим вас в виде того, что тут написано, вот тогда и будете знать. Хотел я с этим лекпом схлестнуться, но поскольку у меня была высокая температура, 39 и 8, то я с ним спорить не стал. Я только ему сказал: — Вот погоди, медицинская трубка, я поправлюсь, так ты мне ответишь за свое нахальство. Разве, — говорю, — можно больным такие речи слушать? Это, — говорю, — морально подкашивает их силы. Фельдшер удивился, что тяжелобольной так свободно с ним объясняется, и сразу замял разговор. И тут сестричка подскочила. — Пойдемте, — говорит, —больной, на обмывочный пункт. Но от этих слов меня тоже передернуло. — Лучше бы, — говорю, — называли не обмывочный пункт, а ванна. Это, — говорю, — красивей и возвышает больного. И я, — говорю, — не лошадь, чтоб меня обмывать. Медсестра говорит: — Даром что больной, а тоже, — говорит, — замечает всякие тонкости. Наверно, — говорит, — вы не выздоровеете, что во все нос суете. Тут она привела меня в ванну и велела раздеваться. И вот я стал раздеваться и вдруг вижу, что в ванне над водой уже торчит какая-то голова. И вдруг вижу, что это как будто старуха в ванне сидит, наверно, из больных. Я говорю сестре: — Куда же вы меня, собаки, привели — в дамскую ванну? Тут, — говорю, — уже кто-то купается. Сестра говорит: — Да это тут одна больная старуха сидит. Вы на нее не обращайте внимания. У нее высокая температура, и она ни на что не реагирует. Так что вы раздевайтесь без смущения. А тем временем мы старуху из ванны вынем и набуровим вам свежей воды. Я говорю: — Старуха не реагирует, но я, может быть, еще реагирую. И мне, — говорю, — определенно неприятно видеть то, что там у вас плавает в ванне. Вдруг снова приходит лекпом. — Я, — говорит, — первый раз вижу такого привередливого больного. И то ему, нахалу, не нравится, и это ему нехорошо. Умирающая старуха купается, и то он претензию выражает. А у нее, может быть, около сорока температуры, и она ничего в расчет не принимает и все видит как сквозь сито. И, уж во всяком случае, ваш вид не задержит ее в этом мире лишних пять минут. Нет, — говорит, — я больше люблю, когда к нам больные поступают в бессознательном состоянии. По крайней мере, тогда им все по вкусу, всем они довольны и не вступают с нами в научные пререкания. Тут купающаяся старуха подает голос: — Вынимайте, — говорит, — меня из воды, или, — говорит, — я сама сейчас выйду и всех тут вас распатроню. Тут они занялись старухой и мне велели раздеваться. И пока я раздевался, они моментально напустили горячей воды и велели мне туда сесть. И, зная мой характер, они уже не стали спорить со мной и старались во всем поддакивать. Только после купанья они дали мне огромное, не по моему росту, белье. Я думал, что они нарочно от злобы подбросили мне такой комплект не по мерке, но потом я увидел, что у них это — нормальное явление. У них маленькие больные, как правило, были в больших рубахах, а большие — в маленьких. И даже мой комплект оказался лучше, чем другие. На моей рубахе больничное клеймо стояло на рукаве и не портило общего вида, а на других больных клейма стояли у кого на спине, а у кого на груди, и это морально унижало человеческое достоинство. Но поскольку у меня температура все больше повышалась, то я и не стал об этих предметах спорить. А положили меня в небольшую палату, где лежало около тридцати разного сорта больных. И некоторые, видать, были тяжелобольные. А некоторые, наоборот, поправлялись. Некоторые свистели. Другие играли в пешки. Третьи шлялись по палатам и по складам читали, чего написано над изголовьем. Я говорю сестрице: — Может быть, я попал в больницу для душевнобольных, так вы так и скажите. Я, — говорю, — каждый год в больницах лежу и никогда ничего подобного не видел. Всюду тишина и порядок, а у вас что базар. Та говорит: — Может быть, вас прикажете положить в отдельную палату и приставить к вам часового, чтобы он от вас мух и блох отгонял? Я поднял крик, чтоб пришел главный врач, но вместо него вдруг пришел этот самый фельдшер. А я был в ослабленном состоянии. И при виде его я окончательно потерял свое сознание. Только очнулся я, наверно, так думаю, дня через три. Сестричка говорит мне: — Ну, — говорит, — у вас прямо двужильный организм, Вы, — говорит, — скрозь все испытания прошли. И даже мы вас случайно положили около открытого окна, и то вы неожиданно стали поправляться. И теперь, — говорит, — если вы не заразитесь от своих соседних больных, то, — говорит, — вас можно будет чистосердечно поздравить с выздоровлением. Однако организм мой не поддался больше болезням, и только я единственно перед самым выходом захворал детским заболеванием — коклюшем. Сестричка говорит: — Наверно, вы подхватили заразу из соседнего флигеля. Там у нас детское отделение. И вы, наверно, неосторожно покушали, из прибора, на котором ел коклюшный ребенок. Вот через это вы и прихворнули. В общем, вскоре организм взял свое, и я снова стал поправляться. Но когда дело дошло до выписки, то я и тут, как говорится, настрадался и снова захворал, на этот раз нервным заболеванием. У меня на нервной почве на коже пошли мелкие прыщики вроде сыпи. И врач сказал: «Перестаньте нервничать, и это у вас со временем пройдет». А я нервничал просто потому, что они меня не выписывали. То они забывали, то у них чего-то не было, то кто-то не пришел и нельзя было отметить. То, наконец, у них началось движение жен больных, и весь персонал с ног сбился. Фельдшер говорит: — У нас такое переполнение, что мы прямо не поспеваем больных выписывать. Вдобавок у вас только восемь дней перебор, и то вы поднимаете тарарам. А у нас тут некоторые выздоровевшие по три недели не выписываются, и то они терпят. Но вскоре они меня выписали, и я вернулся домой. Супруга говорит: — Знаешь, Петя, неделю назад мы думали, что ты отправился в загробный мир, поскольку из больницы пришло извещение, в котором говорится: «По получении сего срочно явитесь за телом вашего мужа». Оказывается, моя супруга побежала в больницу, но там извинились за ошибку, которая у них произошла в бухгалтерии. Это у них скончался кто-то другой, а они почему-то подумали на меня. Хотя я к тому времени был здоров, и только меня на нервной почве закидало прыщами. В общем, мне почему-то стало неприятно от этого происшествия, и я хотел побежать в больницу, чтоб с кем-нибудь там побраниться, но как вспомнил, что у них там бывает, так, знаете, и не пошел. И теперь хвораю дома. Конец. - Понравилось? - Да, это очень классная история! Лазари мило улыбнулась. - О чëм она? - О главном герое, который попал в больницу, где ему не всë нравилось. - С каким заболевание он попал? - С брюшным тифом. - С кем он начал сорится? - С лекпом. - Почему главный герой нервничал? - Э.... Лазари немножко затупила. - Давай, ты вспоминишь. - Уверен? - Абсолютно! Лазари тихо улыбнулась. - Из-за того, что его не выписывали? - девушка проговорила неуверенно. - Да! Ты молодец, Лаз! Ред обнял девушку крепко, что Лазари едва не задохнулась. - Спасите.. - Ой. - Ты мне чуть кости не сломал!! - Да? - Да!!! Ред слегка оторвался от девушки, зная, что она иногда может и.. Кого-то убить. Была же в крови, убивая родственников. - Ну, ты это.. Молодец, хех. - Спасибо. - Да всегда пожалуйста. Лазари начала покачиваться. - Блять, надо же собираться!!! - Правда? - Действительно, блять, надо ли собираться?! Конечно же да!! Лазари начала искать учебники, которые покидала в разные углы комнаты. Всë было бы хорошо, но она не могла найти учебник по биологии. - Да где же он?! Завтра же будут лекции по биологии! - Посмотри под кроватью. - А с чего это там должен делать учебник??? Ред только улыбнулся. - Ладно? Лазари заглянула под кровать и..... Как по волшебству, учебник там лежал! Немного в пыли, но девушка быстро взяла его и вылезла из под кровати. - Едрить колотить! Я его нашла!!! - Я знал, что он там. - Откуда?! - Ну.. Логично, что когда ты кидала рюкзак, то все учебники выпали, а сам учебник по биологии попал под кровать. Вчера у тебя не было биологии, поэтому ты не сразу заметила пропажу. - .... Ясно. Лазари улыбнулась. - Ну чтож, хех. Спасибо, что подсказал. - Пожалуйста. Минуту Лазари молчала. - Может пойдëм есть? - Давай! Ред, взяв девушку на руки, пошëл с ней вниз. На кухне. На кухне никого не было. Все уже разбрелись по своим делам. Лазари взяла булочку и кофе и начала есть. - Тебе нормально? Такой завтрак. - Уже полдник. И да, нормально! Всë равно скоро ужин. - ... Ясно. Лазари доела булочку. - Ну чтож, пойдëм в комнату? Посидим.. - Хорошо. Ред покорно пошëл за Лазари. - Можно помедленнее, а? - Да можно. Девушка хихикнула. - Спасибо, что помог вообще со всем. С уроками, с помощью нахождения учебника. - Всегда пожалуйста, не благодари:) Парень улыбнулся, а потом повëл девушку к себе в комнату. В комнате Реда. - Что будем делать? Лазари смотрела на напарника с блеском в глазах. - Читать. - Опять?! - девушка посмотрела на напарника слегка раздражëнно. - Ээээ, ну да? - Давай лучше поговорим? - Ну.. Давай. Лазари села на кровать слегка напуганно. О чëм разговаривать??? О жизни самой Лазари? - О чëм будем разговаривать? - Не знаю... - Давай о тебе? Ред улыбнулся девушке, словно и не было никакого страха. - Ээээ, я даже не знаю, что о себе сказать... Ред вдруг спросил: - Ну... А когда ты лишилась мамы? - 23 июня... 18:20... Во время автокатастрофы.. Мама ехала на машине, а другой водитель еë сбил. Он тоже на машине.. - Оу... А потом. - Что потом?! Родственники, отец и старшая сестра-ебанашка оскорбляли меня, я 2 года не училась, а училась паркуру у друга, с которым танцевала на выпускном в 9 классе, с Джеймсом! Плюс у меня на руке шрам из-за сестры, которая сделала мне в мои 10 лет надрез ножом, что пришлось даже зашивать!!! - Воу, воу тихо! Всë хорошо!- Ред быстро обнял девушку, зная еë переменчивый характер. Лазари прижалась к напарнику. - Я просто хочу нормальную жизнь... Почему мне еë не предоставили? Девушка положила свою голову на плечо напарника. - Я узнала, где живëт моя сестра, но пойду только на выходных. Университет.. Она всхлипнула. Опять.. Она не привыкла рассказывать много о себе. - Эй, всë в порядке. Можешь выговорить всю ситуацию, не бойся. Я вижу, что тебе страшно, но это нормально... Ты не должна держать всë в себе. Это может привести к нервным срывам. И.. Ты зато классно убиваешь! Топором! Я понимаю, что мы скоро пойдëм на задание, и скорее всего на этих днях, до выходных. Так что ты должна настроиться на это. - А... Можно я к тебе перееду жить? Пожалуйста.. - Да, конечно, а с твоей комнатой что будем делать? - Оставим, вдруг кто-то придëт... Ну там кто-то по маминой линии родственники.. - Уверена? - Абсолютно! - девушка улыбнулась уверенно, словно и не плакала недавно. Ред тут же проговорил: - Это смелый поступок. Отказаться от своей комнаты и переехать жить к парню. Молодец! - Подумаешь.. Смелый.. Скажешь тоже, хах. Девушка неловко поправила локон волос. - Ты не такая, как все! Ты особенная! - Ой, ну что ты меня так смущаешь! Мне неловко! - Да ладно тебе! Парень взял девушку за руку и повëл в гостиную. Зачем? С какой целью? Смотреть какой-нибудь фильм. Вместе. Доказывая всему особняку, что даже убийца может любить! Такое и было с Егором и Пересефоной. В гостиной. В гостиной Лазари закуталась в плед, а Ред включил телик. Целый день голубки провели вместе. Потом так же легли, ибо Лазари уже перетащила вещи в комнату напарника. Это было весело и заботливо одновременно.