Последний подарок

29 октября 2020 год. Утро. Обычный будний день. Все спешат на работу, на учёбу, по делам. Мне тоже следует вставать, идти на работу. Сегодня день рождение Миланы, в душе я её поздравила, но сегодня также годовщина смерти родителей. 15 лет, как их не стало. Как обычно, в этот день я хожу к ним, чтобы не чувствовать себя одиноко, хотя бы в такой момент. Заставив себя выйти из дома, я зашла в магазин, чтобы купить мамины любимые цветы – ирисы. С каждым годом поход на кладбище становится сложнее от-того, что я никак не могу выполнить обещание, которое им дала. Снова, попросив прощение у их могилы, я ухожу оттуда ни с чем. Немного придя в себя, я отправилась на работу. Возможно сегодня один их важных дней. Меня отправили в тюрьму, для прививания заключенных. Ровно через 15 лет, после страшного преступления, один из клана Памук выходит на свободу. Справедливо ли это? Почему мои родители лежат в земле, а он будет ходить по ней? Много или мало 15 лет отсидеть за убийство человека? Решать каждому, но для меня он не человек. Ворота тюрьмы ещё не видели столько дорогих машин, встречать приехало всё семейство Памук. Я не могла отказать себе в удовольствии понаблюдать за этим из окна. Все ли рады его освобождению? По лицам его семьи этого не скажешь. Они его тоже не жаловали. Скоро весь город будет знать, что Давид Памук на свободе. Я не могла услышать о чём они разговаривали, поэтому собрала свои вещи, чтобы отправиться на своё официальное рабочее место, в больницу. Я не успела выйти на улицу, как услышала выстрел и крики. Целились в Давида, но младший из семейства, закрыл его собой, кажется его зовут Артур. Налетели охранники, начали отводить всех остальных членов семьи. Я была в ступоре, меня одолели сомнения. Безумно хотелось, чтобы они здесь все передохли, но чёртово сердце, сердце врача, который спасает жизни людей не могло так поступить. Я подбежала к ним. - Вызывайте скорою, он с этим кровотечением не выживет – я сняла свой свитер и заткнула рану. Она была на животе, были задеты важные органы. Медлить было нельзя. Как ни странно скорая приехала очень быстро, ещё бы несколько минут и его было не спасти. Его погрузили в машину и мне пришлось поехать с ним. Пока мы ехали, я видела, как из него выходит жизнь. Жалко было ли мне? Ведь он такой молодой? Нет. Были порывы собственными руками перекрыть воздух, который поступает из кислородной маски. Но как бы я это объяснила в приёмном покое. Всё происходило быстро, я даже толком не помню. Мы приехали, его забрали на операцию и время потекло невообразимо медленно. На моих руках была кровь Артура Памука. Я шла по коридору больницы и не могла поверить, что спасла жизнь этому подонку. Дойдя до своего кабинета, я переоделась и не успела сесть, как в дверь постучали. На пороге появился высокий, широкоплечий брюнет, я его помнила, это один из охранников Памук. - Чего вам? - Андре Памук хочет видеть вас. Не успела я ничего сказать, как в кабинет вошла женщина. На вид ей лет 35-40 лет, с короткими русыми, красиво уложенными волосами. Сказать что она красивая, врядли, больше подойдёт слово властная, а её зелёные глаза прожигают насквозь. - Дорогая, мы хотим, чтобы ты присутствовала на операции у моего племянника. - Я не помогаю на операциях. - Но нам нужна ты. - Почему? - Люди, которые пытались убить снаружи, попробуют это сделать и внутри. - А с чего вы мне доверяете? - Потому что ты бы не спасла его, если бы хотела убить- как же она ошибалась в этот момент. Я спасла его, потому что проявила глупое милосердие, которое к моим родителям никто тогда не проявил. - Нет. - Больнице подарят 15 новых аппаратов, никто не будет стоять в очередях. Опять, опять тупое сердце, которое подумало о нуждающихся людях, о их жизнях и я согласилась, я пошла в эту операционную. После длительной операций, мы вместе с хирургом вышли и сообщили о том, что операция прошла успешно, но есть повреждения в печени, возможно ему понадобится пересадка, но это уже не мои проблемы, пусть делают, что хотят с этой информацией. Утром был обход и мне необходимо посетить всех больных,в том числе и Артура. Зайдя к нему, я увидела, что он весь мокрый, скорее всего организм боролся с ранением. Я оторвала бумажное полотенце, начала протирать его и заметила над грудью ещё не заживший порез. Не удивлюсь, если он пострадал в какой-нибудь перестрелке. В палате было слишком темно, я подошла, чтобы открыть занавески, а когда повернулась, то на меня пристально осматривали невероятно чёрные глаза. Первая нарушила тишину я: - Я думала, вы спите. - Сколько прошло времени? - Целую неделю вы были в реанимации. - Где мои? - Везде, они повсюду – он явно не заметил мой саркастичный тон. - Принесите мне что-нибудь надеть. - Вам нельзя вставать, швы могут разойтись. - Моя семья в опасности, а я тут лежу. Я уже не могла это слушать, меня взяло зло, я в первую очередь врач, а потом уже человек, который по милости его семьи потерял родных. Я подошла к столу, где лежали капсулы со снотворным и набрала пол шприца. Он встал, а я как хищник подошла сзади и уколола в плечо. Его взгляд говорил о многом, он смотрел то ли с ненавистью, то ли с непониманием. - Если сейчас выйдешь, то умрёшь. Думаю, упасть в обморок лучший вариант. Лекарство подействовало быстро, он начал падать, я еле успела его подхватить, но держать такую махину было крайне тяжело. - Отпусти. - Если отпущу, то ты упадёшь, а если упадёшь, то швы твои разойдутся. Он повалился на меня, а я на кровать. Артур ещё был в сознании, он навис надо мной и я поняла, что ещё никогда не видела таких чёрных бездонных глаз. Они гипнотизировали и звали в них утонуть. Он смотрел на меня изучающе, пытался что-то увидеть в моих глазах. Перед тем, как отключится и окончательно придавить меня своим телом, он произнес: - Мы ещё увидимся, доктор.