One more chance to be happy?

Следующие несколько дней в Курганах были беспокойными для служащих полиции: то перестрелка случится, то труп найдут в лесополосе. На этот раз снова убийство — труп был найден в степной полосе и сверху закидан сеном. На улице стояла жара и работать становилось все труднее. Трупный запах начинал распространяться все сильнее, так как от сильного солнца процесс разложения начинал протекать быстрее. Андрей Дымов вместе с участковым осматривали место преступления. Все было неоднозначно: смерть потерпевшего наступила в результате ножевого ранения, нанесенного в область груди. Однако, несмотря на столь очевидную, как казалось, причину смерти, эта история была не столь прозрачна. Андрей, будучи хорошим следователем, понимал это. Он чувствовал, что здесь не обошлось без Волков, но вот как доказать их причастность? Дымову после провала обвинения Ивана Волкова хотелось взять реванш, тем более что Кот сейчас возглавлял преступную группировку, что позволило бы привлечь его как организатора всех этих преступлений, которые все чаще стали происходить в Курганах. Дымову было прекрасно известно, что сейчас полным ходом идет передел преступной власти и, вряд ли этот товарищ Птушкин по кличке «Птаха», попал сюда случайно, равно как и был убит. Время рабочего дня клонилось к полудню, когда на место происшествия приехала эксперт-криминалист — Екатерина Дымова. Она вышла из машины и проследовала со своим чемоданчиком к месту, где обнаружили тело убитого. Катя любила свою работу, выполняла ее тщательно и хорошо. Поприветствовав всех присутствующих, она принялась за работу. Осматривая место происшествия, среди прочих следов, она заметила маленькую блестящую вещицу, которая показалась ей знакомой. Дымова незаметно от остальных подняла ее с земли и стала рассматривать: это был маленький брелок с ключей в виде маленькой буквы «И». Катя видела такой брелок у Кота на ключах от машины. В этот момент к девушке подошел муж. Заслышав его шаги, Дымова сунула брелок в карман и продолжила работу. — Что-то нашла? — спросил Андрей. Он был как всегда настойчив и проницателен. — Нет, все как обычно, ничего интересного, — ответила светловолосая, покачав головой. — Ты уверена? Никакого намека на Волков? — Дымову не давало покоя неудавшееся дело против Кота. Он надеялся найти что-то такое, что упрячет Волкова далеко и надолго. — Уверена. Ничего нет, — ответила Катя, поднимаясь. Она сняла перчатки и закрыла чемоданчик. — Результат будет вечером. Скорее всего закончу поздно. Не жди меня, ложись сегодня спать сам, — Катя направилась к машине, и, заведя мотор, направилась в автосервис. В голове девушки была каша: мысли о брелке не давали ей покоя — неужели это Иван совершил это убийство? А она? Она забрала улику с места преступления! С этими мыслями Дымова остановила машину у автосервиса. Ей не хотелось верить, что Кот мог совершить такое, ведь она все больше и больше с каждым днем влюблялась в этого темноволосого и по-своему харизматичного парня. Катя знала, что на самом деле ему не нужно все это, просто он запутался и ему требуется помощь. Дымова не понимала, что чем больше она хочет помочь Волкову, тем глубже тонет сама — сегодняшний ее поступок яркое тому свидетельство. Катя глубоко вздохнула и облокотилась руками на руль. Девушка не знала может ли прямо спросить Кота о брелке и стоит ли это делать. А вдруг он скажет, что это действительно он убил этого несчастного заблудшего по жизни парня? Что тогда? Катя боялась услышать эти слова, она боялась ошибиться. На кону стоял ее брак и все «за» и «против» было необходимо взвесить основательно. Катя не могла собраться с силами чтобы задать голубоглазому вопрос в глаза. Солнце светило слишком ярко, температура в заглушенной машине накалялась с каждой секундой. Вскоре Дымовой потребовался свежий воздух, и она вышла из автомобиля. Навстречу ей из сервиса вышел Волков. Он был одет в черные джинсы и майку, его темные волосы были зачесаны набок, а на губах играла легкая улыбка. Ему не хотелось скрывать радость, которую доставлял визит светловолосой. Он медленно подошел к ней и приобнял ее за талию, а девушка не стала сопротивляться. Его близость была ей приятна, и она хотела впитывать в себя каждую секунду его присутствия рядом. — Привет, Катюш, — сказал он и провел рукой по ее волосам, — я очень рад тебя видеть. — Привет, — девушка замешкалась. Ей не хотелось испортить момент своим вопросом про убийство. Светловолосая знала, что как только она обмолвится о происшествии, он сразу же перестанет быть таким нежным. — Как твои дела? Как работа? Уже успела освоиться? — голубоглазый сыпал вопросами. Ему хотелось, чтобы Катя поделилась с ним частью своей «нормальной» жизни. Ему хотелось стать частью ее мира, он хотел быть с ней. Большие девчачьи зеленые глаза смотрели на него снизу вверх, что-то ища в его взгляде. — Все хорошо, — спокойно ответила она, — уже была на выезде. У вас здесь ни дня без приключений. — Да уж, деньки горячие, — посмеялся он. — Вань, мне надо тебя серьезно спросить, — проговорила она. Давай пойдем куда-нибудь, где будет потише и поспокойнее. Прежде чем сказать это, девушка прижалась к нему сильнее — так, словно это последний раз прежде, чем ни расстанутся на годы вперед. — Ну, пойдем ко мне, — проговорил он. Придерживая Дымову за талию, он направился в сторону автосервиса, откуда можно было попасть в его кабинет. Поднявшись по винтовой лестнице, они присели на коричневый кожаный диван, что стоял у стены. Кот усадил Катю на колени, и они сидели так вместе несколько минут в абсолютной тишине — она была нужна им обоим — Кате для того, чтобы собраться с силами, а Коту для того, чтобы почувствовать ее присутствие. Собравшись с силами, Дымова решилась на разговор, который должен был помочь ей прояснить столь беспокоящую ее ситуацию. — Вань, я сегодня была на месте преступления, — начала она. Девушка пыталась уловить малейшую перемену в его настроении или мимике, но молодой человек оставался невозмутимым. — Это не удивительно, учитывая твою профессию, — усмехнулся он. Волков не понимал к чему клонит девушка. Он даже и не знал о произошедшем. — Вань, это не смешно. — Действительно не смешно, учитывая, что столь красивая девушка могла бы заниматься работой и поприятнее, чем возиться в грязи и исследовать трупы, — он скорчил смешную рожицу, чем вызвал искренний смех девушки. — Ну прекрати кривляться, мне правда нужно серьезно спросить, — сказала она сквозь смех. — Спрашивай, — ответил он. — На месте убийства я нашла это, — она достала из кармана брелок и показала Коту. Темноволосый взял у нее из рук брелок и рассматривал его, крутя в руке. Между молодыми людьми повисла неловкая пауза. Закончив рассматривать знакомую вещицу, парень, глядя в ее глаза, сказал: — Ты же хочешь знать я это был или нет, так ведь? — его голос был тверд, резок и совсем не напоминал тот, который еще пару минут назад раздавался так громко. — Хочу, да, — ответила она, глядя на него. — Просто интересно, — вдруг начал он, — если бы это действительно был я, ты бы сейчас сорвалась с места и рванула бы к Дымову, показать улику? Ты бы так сделала? Заодно и дилемма бы решилась в миг: он — принц, а я — демон. — Вань, это не так, — было начала она, но Волков не хотел слушать. — Знаешь, ты тогда в ресторане была права: не может у нас с тобой ничего выйти — ты из ментов, а я из бандитов. Не может у нас быть ничего общего, — он резко ссадил светловолосую со своих колен, — Я думаю, нам больше не стоит видеться. — Вань, подожди, — это явно был не тот результат, которого хотела добиться девушка, но Волков уже нарисовал себе в голове хитрый план четы Дымовых, в котором он и его чувства были лишь разменной монетой. — Уходи, просто уйди, — сказал он, глядя в окно. Катя поняла, что сейчас она ничего не добьется, только сделает хуже для них обоих. Медленно она собралась и направилась к лестнице, прошептав только тихое «Прости». Кате было безумно обидно — она не хотела задеть Кота или обидеть. В конце концов она даже забрала улику с места преступления! И все это ради него. По ее щекам закапали слезы. Обида нарастала в ней все больше и больше. Как он мог подумать, что Дымова просто хотела добиться от него признания ради Андрея? Катя села в машину и разревелась: ее чувства переплетались с опасениями, эмоциями, долгом… Под грузом всех обязательств, проблем и мыслей светловолосая сломалась — она чувствовала себя поверженной и совсем не знала, что ей делать со всем этим. Кот, стоя у окна, наблюдал за девушкой и видел, как она села в машину. От его внимательного взгляда не скрылось и то, что она стирала рукавом пиджака слезы со щек. На душе у него было паршиво. Волков ненавидел плачущих женщин, их вид вводил его в ярость. Почему-то плачущая Дымова вызывала в нем только чувство вины. Была ли такая перемена продиктована его чувствами к ней? Однозначно да. До знакомства с Катей Волкову вообще не было знакомо чувство жалости. Эта девушка пробуждала в нем лучшие качества, его лучшую сторону. Он знал, что был сейчас резок с ней, но мысли о ее предательстве перекрывали все его светлые чувства. Он всегда знал, что привязанность к кому бы то ни было делает человека уязвимым, и эта уязвимость губит таких людей. Иван не хотел для себя такого конца. Ему в тот миг казалось, что будет проще вычеркнуть Дымову, забыть, как наваждение, как сон. Кот понимал, что это будет непросто — эта девушка слишком глубоко затронула его сердце и душу, вселила в него надежду на другое будущее, которого у него нет и быть не может. Как маленький мальчишка он поверил в сказку, но любой сказке приходит конец, нужно это признать. На лестнице послышался шорох, и Иван обернулся: Лидия Степановна стояла у ступенек. Глядя на сына, она все поняла — ее план удался. Подойдя к нему, женщина потрепала голубоглазого за волосы: — Ты все правильно сделал. Это лучший выход для вас обоих. — Не сейчас, Ма, — лишь проговорил он и поспешил вырваться из материнских объятий. Лидия Степановна была женщиной волевой и добивающейся желаемого любыми путями. Она не хотела видеть Катерину рядом с сыном, и пошла бы на любые ухищрения дабы сбить розовую пелену влюбленности с глаз непослушного мальца. Сначала она пыталась уговорить мужа не принимать Дымову обратно, но тот уперся как баран — лучший криминалист! Пробовала и с сыном поговорить — толку не было. Тогда Волкова решила прибегнуть к самому проверенному, безотказному средству — вынудить Дымову усомниться в честности Ивана. Что Катерина побежит спрашивать у него про вероятность его причастности Лидия Степановна не сомневалась: чувства девушки были столь же очевидны, как и привязанность Кота. Но одно Лидия Степановна знала точно — Кот не потерпит предательства. Его гордость превыше всего, она перечеркнет все чувства к этой девушке, и он забудет ее как страшный сон. Единственное, что она не учла, так это цену, которую ее сын должен был заплатить за все это. Кот собрал Волков в степи. Когда они приехали, Иван сидел на капоте своего пикапа, поджав ноги. Лицо его не выражало никаких эмоций. Солнце уже спускалось к горизонту, было около шести часов вечера. В лучах золотого зарева степь выглядела чарующе, выгоревшая сухая трава приобретала золотисто-красный оттенок, превращающий эту безжизненную землю в роскошной красоты картину. Кот глядел на это природное чудо и вдруг произнес: — Красиво. Мужчины никак не могли понять к чему это он сказал и переспросили, а он все также завороженно ответил: — Красиво, говорю. Резко он спрыгнул с капота машины и собрал их вокруг себя. Кот знал, что Волки будут существовать покуда он сможет ими управлять. Стоит ему потерять свою силу — Курганы порвут мелкие бандитские шайки и цыгане вместе с ними. Он не мог этого допустить: Курганы — его дом. — Слушайте меня, — начал он, — кто-то серьезно под нас копает. Сегодня я узнал, что в степи убили Птаху. Ну, тип рамс пьяный какой-то вышел, но это все чухня. Быть этого не может, Птаха трезвенником был, употреблял только чистый наркотик. Алкашка — не по его части. На месте убийства нашли брелок — точную копию моего, вот этого, — он достал из кармана ключи от машины, на которых и весел тот злополучный брелок, — мой на месте, но есть точная копия, — из другого кармана он достал ту вещицу, что привезла Дымова и показал всем. — По счастливой случайности в этот раз, эта штука не оказалась у полицейских, но что будет в следующий раз невозможно угадать. Нужно срочно прижать всех этих мелких хулиганов здесь и выяснить, не они ли Птаху порешили. Заодно поймем кому я так сильно жить мешаю. Делитесь по два и вперед. Их немного, вам хватит. Приступайте, — скомандовал он. После недолгих обсуждений мужчины разъехались, а Кот остался сидеть на своей машине. Он думал, думал, думал… Людям свойственно рушить то, что они выстраивали с такой бережностью и тщательностью. В один миг мы рушим то, что строили неделями, месяцами, годами. Разрушить проще, чем построить. Общество всегда настаивало на изоляции тех, кто, по его мнению, отклонялся, был не таким. Но кто сказал, что правильно именно то, что видит общество? Кто сказал, что люди не могут меняться? Кто сказал, кто определил, что некоторые из нас не заслуживают счастья? Кто этот вершитель человеческих судеб? Кто ставит это клеймо на всю жизнь? Катя лежала в кровати, завернувшись в одеяло. В ее мыслях был полный бардак. Очевидно, что Кот больше не хочет ее видеть, а с Андреем они отдалились настолько, что и темы для разговоров уже едва находились. Дымова почувствовала себя одинокой и очень глупой. Ради призрачной мечты, легкой влюбленности, она посягнула на свой брак, была готова разрушить его. Реальность оказалась жестокой. Катя плакала. Ей было больно — моральная боль — это чувство, которое нужно ощутить однажды, иначе не получится объяснить. Психологи говорят, что эмоциональная боль длится лишь 10 минут, а остальное мы выдумываем сами. Дымова была готова с этим поспорить. Прошло как минимум пять часов, а легче ей не становилось. Мысли девушки прервал рано вернувшийся домой муж. — Не спишь еще? — Тебя жду, — ответила она и легонько поцеловала Андрея в щеку.