Ящик с сюрпризами

Матвей снова приехал в Новосибирск на все новогодние выходные. У них с Колей было что-то вроде традиции отмечать этот праздник друг у друга, которая появилась еще в союзе, годах так в пятидесятых. В те времена эти встречи нужны были для того, чтобы выжить и помочь друг другу в не захлебнуться в собственной агонии. А сейчас эти поездки стали чем-то приятным и то, чего каждый из них ждал с трепетным волнением. На данный момент Тумов аккуратно шёл по улице, держа в обеих руках набитые до краев продуктами пакеты. Вся улица была заснеженна, что было так же красиво, как и опасно. Замерзшие лужи грозили почти каждому прохожему минимум ушибом, а Матвею еще и разбитым шампанским и вином. Дом Сибирского уже был совсем близко, потому Матвей приободрился и чуть ускорил шаг. До жути хотелось оказаться в тепле и уюте. Дойдя до нужного подъезда, Тумов поставил пакеты на землю и выудил из кармана на груди ключи. Спустя несколько минут он уже стоял в кабине лифта и нажимал на кнопку с надписью «8», потирая ладони, которые замёрзли несмотря на то, что на улице он не снимал своих шерстяных варежек. И лишь через долгих пять минут Матвей оказался у двери и вставлял ключ в замочную скважину. После он вошёл внутрь, садясь на табуретку в прихожей и ставя продукты рядом со своими ногами. — Скорее переодевайся и иди пить чай! — раздался голос Коли с кухни, который уже нарезал там салаты. — Иду, — с улыбкой ответил Тумов и лишь с усилием воли стянул с себя кучу верхней одежды и зимние ботинки на шнуровке. А они были самым настоящим врагом почти каждого взрослого человека. И Матвей не был исключением. Помыв руки в тёплой воде, из-за чего кожу на них стало покалывать, он зашёл на кухню, таща в руках пакеты. Сибирский почти сразу отвлёкся от нарезки салатов и повернулся к гостю. Тот стоял около стола и смотрел прямо на него, словно ждал чего-то. Коля подошёл к нему и обнял, полностью скрывая Матвея в своих руках. Все же разница в росте была немаленькой — двадцать сантиметров, из-за чего Тумов казался на его фоне совсем уж маленьким. Но он вообще из-за этого не расстраивался . Ему это очень даже нравилось. Матвей помнит Колю совсем маленьким пятилетним мальчиком, который доверчиво цеплялся за его руках и смотрел сверху вниз, так как он доставал лишь до его пояса. Сейчас же Тумов едва касался макушкой его плеча, что это было до безобразия мило. Сибирский осторожно гладил его своими тёплыми ладонями по прохладной спине, пытаясь помочь согреться, и вдыхал запах его свитера. Он подарил его Матвею еще в девяностых, а тот так хорошо сохранился, что не стыдно на люди выйти в нем. Коле грел душу тот факт, что его подарок так берегли и до сих пор ценили. Но его Матвей не мог поступить иначе с тем, кого любит, что грело душу еще сильнее. — Давай пить чай, — предложил Сибирский, отстраняясь от Тумова, который совсем расслабился в родных объятиях и осоловело хлопал глазами. — Ага, — кивнул тот с ленивой улыбкой на лице и устроился на мягком стуле. Коля поставил на стол две кружки с ягодным чаем и тарелку с печеньем, к которому рука Матвея потянулась быстрее, чем к чаю. Коля улыбнулся и сел совсем рядом с Матвеем, позволяя последнему положить голову на своё плечо. За окном падал снег. Небо успело стать чернильно-чёрным, а облака и снегопад совсем закрыли луну, погружая город во тьму, разбавляемую лишь фонарями. Матвей любил такую погоду только когда он мог сидеть в объятиях Коли, закрываемый его руками от всего мира. Было чертовски приятно находиться в этом пузыре уюта и нежности. Да настолько, что каждый раз уезжать не хотелось совсем. Его Коля совсем стал занятым, как его назначили столицей Сибирского Федерального округа. Порой и на сон времени не находилось. Однако сейчас Сибирский был рядом, мягко улыбался и перебирал своими длинными пальцами его короткие каштановые волосы. Тумов же подставлялся под приятные касания, напоминая Коле довольного кота, который от удовольствия только не мурчал. Матвей уложил руки чуть выше пояса Сибирского, прижимаясь ближе и сползая куда-то на грудь. Последний смог на это лишь тихо посмеиваться и обнимать возлюбленного крепче. В следующий раз они смогут увидеться через месяц, поэтому они наслаждались каждым мигом, что провели вместе, и понимали друг друга с полуслова. Матвей ценил и трепетно берёг в памяти такие моменты, когда он был не городом, не усердным работником или кем-то еще, на кого взвалена ответственность, а обычным человеком, которого любят и о котором заботятся. И в ответ он обожал давать Коле все тоже самое.