Sora unui domnitor magnific.

Айсу Софие Султан взяла дочь за руку, спустилась с судна, улыбаясь смотря на знакомые наряды, да слушая родной язык. Она на пару мгновений забыла о том ужасе, что прожила вдалеке от дома. Начала вспоминать о своем счастливом прошлом в родных краях. О младших, да старших братьев, о сёстрах. О матушке…об отце. Но как только её вторая нога ступила на земли Османской империи, она так же вспомнила и о том что братья, да мать с отцом мертвы, как и сын. Её бедный львёнок. Но если своих родных она может навестить в мечете или у могилы, то сына, её маленького невинного рыцаря, нет. Сразу с этой мыслью, к ней вернулась понимание реальности происходящего . Помогая дочери подняться в карету, она повернулась лицом к Яхье-эфенди. — Я желаю, поехать на лошади. — видя, что её сопровождающий хочет воспротивится, она продолжила. — Но понимаю, что это будет не позволительно, так что я поеду в карете с дочерью, но готовься в этой поездке до дворца, ты должен рассказать мне всё что знаешь. После она поднялась в карету. Молочный брат Султана Сулеймана-Хана, усмехнулся «Маленькая госпожа выросла, но не изменилось.». Сёл на лошадь, приказав ехать, но остался ждать карету, чтобы услышать как задаются от туда вопросы. — Что же достопочтенная госпожа, хочет знать? — Всё. — сразу же ответила она. — И да Яхья, ты когда таким воспитанным стал, в нашу последнюю встречу, желал мне «разродится и потолстеть», а сейчас… что такое? Или увидел, какая я стала красавица и пожалел о своих словах… Айсу бы и дальше развивала свои монолог, но услышав как рядом с каретой послышался храп, сразу замолчала, отодвинув одну из штор, встретилась со взглядом эфенди, поняла всё. Она уже решила начать прочитать о воспитании мужчины, внутри сдерживая смех. Но услышав заливистый смех со стороны дочери, замолчала, а после засмеялась вместе с ней. Уже открыто. За эти полгода рабыня, что находились рядом впервые услышали смех господ. — Ладно, беру свои слова назад, ты не изменился, ни капельки. — сказала Айсу, после пару минут смеха. Так за разговорами и смехом о прошлом и настоящем, госпожа узнала белые новости о Хюррем Султан, что украла сердце Сулеймана, о трагедии Бейхан, о сёстрах. О том что Ибрагим стал великим визирем и недавно женился на Хатидже, это пожалуй больше всего поразило и озадачило госпожу, борясь с мыслями, она даже не замечала как карета приближалась к воротам дворца. Видя, что Султанша не слушает его, эфенди замолчал, думая что госпожа устала с дороги. Айсунай же что пол дороги внимательно слушала диалог взрослых, уже оказывается спала, головой на коленях служанки. Софие Султан думала, вспоминала прошлое, гнала чувства и эмоции, что вихрям пытались её одолеть. Желая думать всё эти годы головой, а не сердцем, она поразилась как же хорошо это у неё выходило. До этого момента. Взглянула на спящую дочь, она ни капли не сожалела что поплыла а Крым и вышла замуж за уже мёртвого мужа. Вспоминая Кави, что был до ужаса похож на брата, она улыбнулась. Улыбка вышла больной. За эти годы она пережила то что не пожелала бы и врагу, и вот она дома. Её всё ещё переполняла неверия. Когда карета уже была в саду дворца, госпожа решила уточнить у Яхье. — Султан, во дворце? — тиха, как-то уж слишком не заинтересовано спросила Софие. — Эмм… Нет госпожа, Султан Сулейман-Хан вместе с шехзеде Мустафой отправился в Эдирне, на охоту, взяв с собой шехзеде Мехмеда и Хюррем Султан. — Мехмед, это сын Хюррем Султан, так? Кто же тебе приказал меня встретить, если великого визиря нет в Константинополе? Госпожа уже вышла из кареты, приказав слугам позвать евнуха. Она не смотрела на эфенди, Айсу Софие не могла оторваться от созерцания дворца, он мелькал у неё во снах более семи лет, и вот она здесь, дома. — Валиде Султан. — кратко ответил на вопрос мужчина. Но увидев как сестра повелителя озирается по сторонам, решил ответить на не заданный вопрос. — Валиде Султан нас ожидает в другой части парка, там каретой не пройдешь. Айсу лишь усмехнулся, покачав головой. — Она не изменилось… Хорошо подождем евнуха, и пойдем к госпоже. Через пару минут к ним прибежал один из евнухов дворца. — Добро пожаловать, госпожа Айсу Софие Султан, чём могу быть полезен вашей светлости. — Приготовь покои и покажи им моим слугам. Катрин, возьми Айсунай и следуй за Агой. — Да, госпожа. — Но госпожа, я не могу этим заняться без позволения Валиде Султан. — голос евнуха изменился из полного мёда и лести, превратился в настороженный с капелькой сожаления. — Что ты такое говоришь Сюмбюль Ага, ты что же хочешь сказать, что Валиде Султан не примет госпожу во дворец?! — Нет Яхье-эфенди, я лишь следую порядку. Устав от болтовни на ветер, Айсу прервала мужчин. — Хорошо, покажи дорогу до свободных покоях для моей служанки, чтобы та смогла уложить мою дочь в постель, она устала с дороги. И уже после приветствия с Валиде Султан, мы решим этот конфуз. — Хорошо, госпожа. — Ага улыбнулась благодарна, поклонился. После чего увел Катрин с дочерью. — Что же… Эфенди, не покажешь дорогу, до достопочтенной госпожи. Сестра повелителя мира шагала за своим старым знакомым, думая о том, что она бы больше радовалась увидев Магим, другую сестру Мехмеда, чём Валиде. «Кажется у них это семейное, выводить и принижать меня.» Думала госпожа. Она шла медленно, не желая торопиться, да и позлить Валиде в свою очередь тоже хочется. Они прошли не более чем пару десятков шагов, когда вышли в свободную местность, где был открытый шатер, в нем находилась Валиде Султан, что удивительно постарела с последней встречи, рядом с ней находились слуги да милая девочка, лет трёх. Она играла деревянной лошадкой на подушке. Когда Айсу подошла к шатру, она уважительно поклонилась и взяв протянутую руку, поцеловала. — Валиде, желаю долгих лет процветания и благополучия. Здравствуйте. Валиде молчала, казалось она не могла оторваться от созерцания цветка, что находился рядом с моими ногами. «Она всё ещё не желает верить, что я жива.» — решила сестра Сулеймана. — Здравствуй, Айсу. Как путь держала, здорова? — голос Султанши, был громким и властолюбивым. «Сразу к делу?» Ладно. — Путь был долгим, но я не печалюсь, ведь я дома. Здесь даже воздух чище. Сидящая скривилась, не понравилось колкости в сторону своей родины. — Что же, теперь ты дома. Твои покои ещё не готовы, но я уже приказала это сделать, Сулеймана нет в столице, но ты не печалься, он в здравие на охоте. А ты садись, поговорим. Скоро придет Махидевран, ты должна её помнить. Сев на тахту, взглянула на угощение, что стояли на столе. После на ребенка, что всё ещё молчал. — Это дочь Сулеймана, Михримах. — ответила Валиде, на вопросительный взгляд. — Красавица. — ответила, смотря как улыбнулась девочка. — Айсу Софие, как ты, как дети? Мы не слышали новостей от тебя более девяти лун. Но встретившись с взглядом молодой госпожи, Валиде осеклась на пару мгновений. — Мой сын погиб от рук Саадета Гирея. — голос более не дрожал, как когда-то в Крыму, "когда-то" хах "совсем недавно" поправила Айсу в мыслях сразу же. Валиде отшатнулась, подняла руку ко рту, шепнула молитву от наказ. — Какой ужас, прими мои соболезнования Айсу. — но не услышав ответа от дочери мёртвого Султана, Айше-Хафса Султан продолжила. — Ты не печалься, эту потери преодолели всё матери. Айсу услышав подобное, чуть не задохнулась от возмущение и ненависти, что взяв новый оборот заполнила её душу, она удивилась как за эти пару мгновений разговора, она забыла что женщина стоящая перед ней, враг её номер один, что из-за этой госпожи, она девушка семнадцати лет вышла замуж за мужчину старше неё на целых три раза. Что из-за неё она потеряла мать и брата, что вновь из-за этой госпожи она потеряла доверия к отцу… «Айсу, будь бдительной, как ты посмела забыть столько боли.» Она решив поменять тему разговора, протянула руку маленькой девочке, Михримах Султан, своей племяннице. — Здравствуй, меня зовут Айсу Софие. Я твоя тётушка. Девочка протянула свою маленькую ладонь в ответ, произнесла «Я Михримах Султан.» Её голос оказался удивительно нежным и таким невинным, он был удивительно похож на голос Айбиге. От воспоминаний о своей воспитаннице и падчерице, молодая женщина стала ещё грустней. Она начала размышлять, о том как же её маленький тигренок, там один среди родных по крови, но уж точно не по душе родственников. Так и не заметила приближения молодой лет двадцати пяти женщины, удивительной красоты. Её карамельные волосы и темные глаза искрились радостью. Но так же и скрытой болью. Она подошла к шатру достаточно близко, чтобы поклониться. — Валиде Султан, рада сегодня лицезреть вас. — после чего взглянув на меня, тоже поклонилась. — Айсу Софие Султан, рада вашему прибытию. Вы должно быть меня не помните, я Махидевран Султан. «Ахх точно, третья наложница и сейчас уже Баш-Кадын дворца, мать старшего наследника." Вспомнила Айсу. «А она изменилась, стала красивее и более уверенной, но так же чувствовался её страх и переживания, как будто она ждёт подвоха и боли со всех сторон. Интересно." — Присаживайся, Махидевран. Как ты, слышала, интересовалась прибытиям Айсу, вот я и позвала тебя? Всё же в этом дворце многие и не знают о нашей госпоже. «Это была колкость, в мою сторону?» Размышляла слушая краем уха, Айсу, всё же за эти годы она перестала принимать близко к сердцу такие неудачные оскорбления в свою сторону. Через ещё где-то часа бессмысленной беседы, в парке. Подошёл Сюмбюль-ага, что сразу же произнёс, после поклона. — Валиде Султан, покои Айсу Софие Султан уже готовы, всё вещи госпожи уже в покоях, маленькая госпожа Айсунай ещё спит. Решив что на сегодняшний день, Айсу достаточно играла в эти бессмысленные разглядывание, госпожа встала с тахты. Произнесла. — Простите Валиде, но я устала с дороги, желаю, конечно же с вашего позволения, пойти в хаммам и привезти в порядок вещи, так же лечь отдохнуть от поездки. Встретившись со взглядом старшей женщины гарема, решила в заправду не скрывать свою усталость. — Конечно, отдохни хорошенько. Встав с тахты, поклонилась уважительно и повернулась к тропинке, по которой пришла. Госпожи было не сложно найти вход в стены дворца, там приказав одному из черных евнухов, найти мне Сюмбюль-агу. Тот сбежал, ещё до того как я успела попрощаться с Валиде. Решив пойти ему на встречу, направилась в сторону закрытого для мужчин части дворца — гарем. Успела лишь сделать пару десятков шагов, как впереди меня нарисовался сбежавший евнух. — Ну наконец-то, не успел далеко убежать если так быстро тебя нашли? — спросила я чуть игривым голосом, в этих стенах заключено столько боли, а я смеюсь. Софие, ты изменилась, где твои рамки, да принципы, ты же в молодости специально не приезжала сюда, чтобы не вспоминать мать, да своё детство. А сейчас… сейчас улыбаешься, смотря как евнух перед тобой заискивал и шюрит глаза. — Что вы госпожа, как я могу. У меня просто так много работы, так много... там девушек одних если оставить, Аллааах… Весь гарем перевернется. — Хорошо… хорошо, покажи мои покои и распорядиться надо, чтобы готовили хаммам. Зашла в покои. Что удивило, покои оказались в тёмных оттенков, это не могло не радовать. Всё же помню ещё с детства, что женские покои во дворце как Манисы так и Топкапы, были в теплых и светлых или же очень ярких оттенков. Но те что выдали мне отказались приятны глазу. Стены покрашены и украшены тёмно зелёной краской и плиткой, пол оказался выложен темно коричневой керамикой в форме пластов дерева, ногами даже в обуви можно было чувствовать рельеф камня. Пол так же был застелен коврами с узорами. Ступеньки по которым я скучала в Крыму ждали лишь близ кровати. Благодарю чему казалось что кровать возвышалась над комнатой. Так же было ещё одна детали, что приходил Айсу по вкусу, письменный стол из темного дерева. Что находился напротив двери в комнату для детей и постоянной джарий, что будет всегда под рукой. Комната Айсунай, хотя лучше сказать углубление в покоях самой Айсу не отличалось от большой спальни ни чём, пожалуй если конечно же не считать двух кроватей. В покоях Айсу так же можно было найти камин, рядом с ним уже были найдены дрова. — Нужно не забыть, приказать поставить дрова в камин и согреть комнату, до того как уйти в хаммам. — размышляла шёпотом Айсу, ведь помнила что дочь ещё спит. После чуть затянувшегося ступора, госпожа повернулась в другую сторону покоях, огляделась. Там уже рядом с зеркалом в полный рост, находились сундуки с вещами. «Так же нужно приказать вещи разложить в шкаф.» Напомнила себе госпожа. Не осознана огляделась на левую сторону стены, рядом с дверью к выходу. Там стоял встроенный шкаф, деревянный. Госпожа села на тахту рядом с зеркалом, массируя себе лодыжки, что начинают болеть после каждой длиной прогулки.

***

На второй день прибывания в дворце Топкапы, Айсу вышла из покоях близ обеда от удивительного шума. Она уже как пару минут отправила слугу, узнать что происходит, но та не приходит. Но не успела госпожа заглянуть за поворот, как в неё чуть не врезался Сюмбюль-ага. — Аллах чтобы покора… Эээ Госпожа, прошу прощения… — хотел уже начать извинятся за длинный язык он. Но Айсу его прервала. — Что происходит, ага? Весь дворец гудит вот уже час, не меньше. — Беда госпожа, в военном корпусе янычар, началось восстание, они скоро будут у ворот дворца. Валиде Султан приказал вас с молодой госпожой, привести в подвал дворца Топкапы.