Каникулы Вериной и Таниной. Обыкновенные и невероятные

Была ночь, или уже утро - для кого как. Но совершенно ясно было одно - темнота стояла кромешная, было тяжело что-нибудь разглядеть, пока не ударила молния, разрезавшая небо ослепительным светом. Две тёмные фигуры приближались к двери начальницы лагеря, каждый сам по себе, даже не подозревая, что рядом кто-то есть. Как вдруг, когда каждый из них решил постучать, их руки соприкоснулись. – Ай! - прозвучал мальчишеский голос. – Ой! - прозвучал девчачий. – Ты кто? - спросили они одновременно, так как в данной ситуации это был самый правильный вопрос. Первым ответил мальчик: – Я Васечкин. Петя. – Ой! - снова воскликнула девочка - Васечкин! – Танина? - спросил мальчик, уже догадываясь о том, с кем он оказался ночью в грозу. – Она самая! - гордо сказала девочка - а ты чего тут делаешь? – А что здесь делаешь ты? - спросил Васечкин. Танина задумалась. Стоит ли выдавать ему свой план? Свою игру? Наконец, решила, что стоит. – Я хочу, чтобы Инна Андреевна посвятила меня в рыцари! - воскликнула она. В темноте не было видно лица Васечкина, и хотя Танина этого не видела, он сначала удивился, потом испугался, а потом засмеялся: – Девчонку - в рыцари?! Не смеши меня! – И не собиралась! - серьёзно сказала Танина - я совершенно уверена в том, что женщина тоже имеет право совершать подвиги! И она стала стучать в дверь. Васечкин тоже застучал. А бедная Инна Андреевна проснулась посреди ночи от этих жутких звуков. Дрожащей рукой она потянулась к включателю настольной лампы. – Кто там? - тихо спросила она, стараясь не показывать, что ей страшно. – Я... - послышался жалобный голос, а после снова загремел гром. – Кто, я?! - переспросила бедная Инна Андреевна. – Это я, Васечкин... - сказал тот же голос за дверью. – Васечкин? - удивилась Инна Андреевна - ну, входи. Она открыла дверь и заметила огромный зонт, под которым скрывался Васечкин. Тут же, рядом, появилась и Танина, и когда Инна Андреевна пропустила Васечкина, и хотела закрыть дверь, Танина быстро проскочила, и скрылась в шкафу. – Что случилось, Васечкин? - спросила Инна Андреевна. – А Вы пообещайте сначала, что выполните то, о чём я Вас попрошу - тихо, но внушительно сказал Васечкин. – Что же случилось? - переспросила Инна Андреевна. – Вы сначала пообещайте! - не унимался Васечкин. – Хорошо, хорошо. Обещаю - сдалась Инна Андреевна. – Посвятите меня в рыцари! - попросил Васечкин. Инна Андреевна схватилась за голову. Потом протянула руку, чтобы потрогать лоб мальчика. – Васечкин! - взмолилась она - ты не болен? Иди обратно в постель, спать ложись! – Я не двинусь с места до тех пор, - решительно возразил Васечкин - пока Ваша любезность не соизволит исполнить мою просьбу, исполнение же того, о чём я прошу, покроет вас неувядаемой славой, а также послужит на пользу всему человеческому роду!.. Произнеся эту тираду, Васечкин встал на одно колено, протянул учительнице зонт, по всей видимости, исполнявший роль меча, и книгу про Дон Кихота. – Вот здесь читайте, я тут заложил - сказал он, указывая на книгу. Инна Андреевна машинально её открыла - это было место, где Дон Кихота посвящали в рыцари. Она вздохнула, ударила Васечкина зонтом по плечу и торжественно прочитала: – Да поможет Бог Вашей милости стать удачливейшим из рыцарей и да ниспошлёт Он Вам удачу во всех сражениях! - И она протянула ему зонтик. – Вы ещё обо мне услышите, Инна Андреевна! - многообещающе сказал Васечкин, поднялся на ноги и взял зонтик обеими руками. Только рыцарь Васечкин вышел за дверь, а Инна Андреевна облегчённо вздохнула и собиралась снова лечь спать, как вдруг из шкафа вывалился ещё кто-то, и раздался звонкий девчачий голос: – И меня в рыцари, Инна Андреевна! Пожалуйста! – А Вы кто будете? - спросила сбитая с толку Инна Андреевна. – Обещаете не смеяться, и не оскорблять моей рыцарской чести? - спросил этот голос. – Обещаю - вздохнула Инна Андреевна. – Я Вера Танина - ответила девочка. – И тебя в рыцари? - переспросила бедная Инна Андреевна - если столько рыцарей будет, кто же будет пионерами? – И меня в рыцари! - воскликнула Танина, пропустив мимо ушей последний вопрос. Девочка встала на одно колено и тоже протянула учительнице зонт. Инна Андреевна, удивляясь, что же сейчас творится на свете, ударила и Танину зонтом по плечу, и торжественно повторила уже выученные слова. – Спасибо, Инна Андреевна! - сказала Танина, забирая зонт обратно - Скажите, что женщина тоже имеет право совершать подвиги! – Конечно, имеет - подтвердила Инна Андреевна - а теперь иди в постель, ещё ночь! Счастливая Танина выбежала из помещения. *** Васечкин пытался разбудить крепко спящего Петрова. Наконец, ему это удалось. – Ты чего? - громко спросил Петров, присаживаясь на кровати - Как дам! – Тише! - прошептал Васечкин, указывая на Гуся, спящего на третьей кровати. Мальчики тихо вышли из помещения, перед этим Васечкин забрал рогатку Гуся, которая лежала в кармане его халата. – Ну, и зачем ты меня разбудил? - возмущался вполголоса Петров - я спать хочу! – Нет, если спать, то ты подвиги проспишь! - отвечал ему Васечкин. – Какие подвиги? - не понимал Петров. – Эх, если бы ты прочёл "Дон Кихота"!.. - вздохнул Васечкин. – Утром и прочту - согласился Петров. – Утро должно застать нас в дороге! - вскинув руку, произнёс Васечкин - а "Дон Кихота" я тебе по дороге расскажу, своими словами. Будем подвиги совершать, в честь прекрасной Дульсинеи! Не найдя больше слов, Васечкин запел: – Рыцарь, в путь! Перед тобою Простирается дорога, Если хочешь стать героем, То не медли у порога! У тебя свои законы, И, рискуя головой, Великанов и драконов Ты зовёшь на смертный бой! Если ты подался в рыцари, Надо соблюдать традиции Надо драться и влюбляться, Смело действовать кинжалом! В подтверждение своих слов, Васечкин взмахнул зонтом, но Петров его перебил, имея на этот счёт своё мнение: – Прежде, чем за дело браться, Надо выспаться, пожалуй! Вдохновлённый Васечкин продолжал петь: – Рыцарь, в путь! Во имя славы Одолеешь все препоны, И заслужишь ты по праву Благосклонность юной донны! Если ты подался в рыцари... Петрову эта затея не понравилась ещё с самого начала. Он продолжал возмущаться: – То окажешься в милиции! Потому что если драться, Ждёт беда, а не победа! Васечкин рассердился, и махнув рукой собирался идти дальше один: – Можешь сам тут оставаться! Без тебя тогда уеду! Рыцарь, в путь!.. Петров, догоняя друга, снова перебил его: – Пора оставить Эти странные затеи! Васечкин остановился, и вздохнув, запел в ответ: – Но ведь надо нам прославить Имя славной Дульсинеи! Петров, не понимая ничего, спросил: – Что ещё за Дульсинея? Чем других девчонок краше? Васечкин снова вздохнул, и продолжил: – Хорошо знаком ты с нею! – Кто ж такая? - снова спросил Петров. – Это Маша! - ответил Васечкин и запел дальше: – Если ты подался в рыцари Не сдавай свои позиции, Бросим детские забавы Ради славы и победы! Петров решил, что Васечкина он не переспорит, поэтому согласился: – Перекусим - и за славой, Что за слава без обеда?! Мальчики сделали себе костюмы. Петров взял скатерть и, разорвав её по середине, получил накидку, так же он отыскал шляпу, наподобие той, что бывает у огородного пугала. Васечкин же где-то раздобыл настоящий рыцарский шлем. Оседлав велосипед-тандем, они помчались навстречу подвигам... *** Танина, вернувшись от Инны Андреевны, принялась будить Верину, крепко спящую в женской спальне. – Ну, чего? - зевая, спросила Верина. – Как, чего? - возмущалась Танина - подвиги будем совершать! Услышав такую глупость, Верина накрылась одеялом с головой. – Не мешай спать! - сказала она. Танина стащила одеяло с подруги, а следом и саму подругу на пол. – Какие подвиги? - возмутилась Верина - я спать хочу! – Как Дон Кихот! - воскликнула Танина, оказавшись вместе с подругой за дверью спальни. – Ты чего? Дура?! - продолжала возмущаться Верина - он же рыцарь, а мы девчонки! – Я не дура! - обиделась Танина - я тоже рыцарь! Меня Инна Андреевна посвятила! А ты... Мой верный оруженосец! – Не для девчонок подвиги! - отвечала Верина. Танина была другого мнения, и она запела: – Рыцарь, в путь! Перед тобою Простирается дорога, Если хочешь стать героем, Так не медли у порога! Кто бы что не говорил, А я рыцарь, точно знаю!.. Верина хлопнула себя по лбу - ну вот, опять поёт! Она тоже запела: – Ты - не рыцарь! Не глупи! Лучше спать ложись, пожалуй! Танина отрицательно покачала головой, и продолжила, всё больше загораясь идеей подвига: – Если ты подался в рыцари, Не сдавай свои позиции, Бросим женские заботы Ради славы и почёта! Верина вздохнула, и запела дальше: – Ну, к чему же нам за почётом?! Ведь он - для Дон Кихота! Танина вздохнула, вспоминая кое-что (или кого?) и запела: – Рыцарь, в путь! Хочу прославить Я навеки Дон Кихота! Танина отвечала: – Надо подвиги оставить! Это кончится всё плохо! Да и кто же рыцарь этот? Сам себя прославит пусть! Танина обиделась и запела, едва сдерживая слёзы: – Он за славою поехал! А я что? Здесь остаюсь?! Верина не понимала: – Что за Дон Кихот?! Кто он?! Говори, хорош тянуть! А Танина ответила, срываясь на крик: – Петя Васечкин! Довольна?! Ты - как хочешь, а я - в путь! – Ладно, не кричи так - попросила Верина - поехали на подвиги! Только может, сначала поесть! – На голодный желудок подвиги совершаются лучше! - заявила довольная Танина. – А в пижаме подвиги совершаются? - с иронией спросила Верина. – Нет - смутилась Танина - не совершаются. Она вспомнила, что где-то здесь был драмкружок, и потащила туда подругу. Видимо, именно здесь Васечкин раздобыл рыцарский шлем, потому что стояли тут два рыцаря - один целый, а у другого не хватало головы. Скоро её не оказалось и у второго - Танина надела второй шлем на себя. Верина нашла костюм Кота в Сапогах - он пришёлся как раз кстати. Она нахлобучила на голову шляпу с пером и завернулась в накидку. В поисках верного коня, девочки заметили ещё один велосипед-тандем, который скрывался в кустах. Оседлав этого "коня", "Рыцарь" и её верный "Оруженосец" отправились на поиски подвигов.