Каникулы Вериной и Таниной. Обыкновенные и невероятные

А Петров и Васечкин уехали уже далеко от лагеря. Солнце было уже высоко, и припекало всё сильнее, но это не мешало мальчикам - они ехали с комфортом, под большим пляжным зонтом. Петров вдруг что-то заметил, слез с велосипеда и пошёл осматривать окрестности. Он неожиданно засмеялся: – Васечкин! Иди сюда! Тебя тут подвиг ждёт! Васечкин один потащил этот велосипед за Петровым. – Какой ещё подвиг? - спросил Васечкин - где? – Великан! - Петров указал рукой вдаль - Самый настоящий! Васечкин посмотрел в ту сторону, куда указал Петров - дорога шла под уклон и далеко внизу стояла старая ветряная мельница. – А... - разочарованно протянул Васечкин - Мельница... – Нет, не мельница! - ехидно настаивал Петров - Какая же это мельница, когда невооружённым глазом видно, что это великан! Так что, давай, сражайся! – Ты что? - закричал Васечкин - всерьёз, что ли? Я что, псих, чтоб с мельницей драться?! – А как же Дон Кихот? - насмешливо спросил Петров - значит, он всё-таки был псих. – Но он же думал, что это великан! - отчаянно закричал Васечкин. – И мы думаем, что это великан! - невозмутимо сказал Петров. – Я лично так совсем не думаю! - возразил Васечкин. – Ах, так?! Тогда, вот что - решительно заявил Петров - или всё по правде, как в книжке, или я домой! – Но почему? - растерялся Васечкин. – А потому - неспеша объяснял Петров - что если это мельница, то Дон Кихот псих, ты сам так сказал, а если это великан, значит, давай, сражайся! Иначе, какой же ты рыцарь? Трепло ты! – Дон Кихот не псих! А я не трепло! - твёрдо сказал Васечкин - вот, смотри! Он вскочил на велосипед, закрыл зонтик, выставив его перед собой, как копьё и нажав на педали изо всех сил, ринулся вперёд - навстречу мельнице. – Куда ты? - заорал Петров, поняв что переборщил - С ума сошёл?! Стой!!! Но было поздно. Васечкин на полной скорости мчался вниз и не смог бы повернуть назад, даже если бы и хотел. Но мальчик горел желанием доказать Петрову, что он настоящий Дон Кихот, мечтал совершить настоящий подвиг, прославить Машу... И Васечкин запел: – Лечу! Ни пуха ни пера! Я вам признаюсь честно, Что эта странная игра Чертовски интересна! Воображать, что ты герой, Добившийся успеха, - Пусть это все зовут игрой, Мне это не помеха! Но если кто готов решить, Что струсил ты немножко, Что подвиг можешь совершить Ты только понарошке, То прочь фантазии тогда - Старания утрою И докажу всем без труда, Чего я вправду стою. Пускай победы нелегки, Но такова работа! Пускай хохочут дураки, Глумясь над Дон Кихотом. Их сам оставит в дураках, Насмешек всех сильнее, И он прославится в веках, Восславив Дульсинею! И, окончательно потеряв управление, Васечкин на полном ходу врезался в крыло мельницы, проткнув зонтом его насквозь. Незадачливый "рыцарь" изо всех сил ухватился одной рукой за зонт, а второй за край крыла. Тут подул сильный ветер, крылья мельницы завертелись намного быстрее, и Васечкин, не в силах больше держаться, отпустил крыло и понёсся по воздуху, продолжая сжимать зонт. Вдруг зонтик раскрылся, поток ветра подхватил "парашютиста" и понёс его над долиной, над поляной, над горами... Отчаянно крича, Петров мчался за ним, пытаясь не отставать. Но Васечкина понесло с такой скоростью, что вскоре он и вовсе пропал из вида... Безутешный Петров схватился за голову. Отчаяние его было настолько велико, что он не выдержал, и, глотая безудержно катившиеся слёзы, запел: – Ну вот, беда подкралась, подлая! Не понимаю я никак - Кому нужны такие подвиги, Ещё к тому же натощак! Зря безрассудство уважали мы, Оно нас губит иногда. Хоть великан воображаемый, Зато реальная беда! Ведь от фантазий не изменится Ничто реальное вокруг, Как ни верти, а всё же мельница Не станет великаном вдруг! Зря безрассудство уважали мы, Оно нас губит иногда. Хоть великан воображаемый, Зато реальная беда! *** – Ну, и что за подвиг ты собираешься совершать? - спросила Верина. – Ещё не знаю - задумчиво протянула Танина - Дон Кихот сражался с великанами! – Ну, и ты, сражайся с Великаном! - сказала Верина. – Да где я тебе его найду?! - возмущалась Танина. – Где хочешь, там и ищи! - рассердилась Верина. – Вот и найду! - не отставала Танина. Девочки снова нажали на педали и покатили дальше. – Смотри, великан! - съязвила Верина, глядя на мельницу. Внимание Таниной привлекло совершенно другое. – Так это ж Петров! - возмутилась она. – Где Петров? - спросила Верина, забывая про великана. И девочки услышали печальную песню Петрова, подъезжая к нему: – С ним вечно что-нибудь случается, Он улетел так далеко! Когда-нибудь он долетается, Как с фантазёром нелегко!.. – Да, с фантазёром не легко! - воскликнула Верина, смотря на Танину. Услышав это, Петров перестал петь и обратил внимание на странную картину - перед ним стоял Кот в Сапогах и... Ещё один Рыцарь! Сколько можно? – Васечкин потерялся? - печально спросила Танина. – Ага - вздохнул Петров - улетел. – Разыщем! - воскликнула Танина, дружески хлопая Петрова по плечу. – Обязательно - подтвердила Верина - ты только не волнуйся, всё хорошо закончится, как в сказке! – Ну, если как в сказке - согласился Петров - тогда ладно!