Планета с сокровищами

Оказалось, что любопытство мое было сильнее страха. Я не мог усидеть на месте. Осторожно вылез я в ложбинку и спрятался за кустом ракитника. Отсюда я отчетливо видел дорогу перед дверью гостиницы. Едва я занял свой наблюдательный пост, как появились враги. Их было тварей два или три . Они быстро приближались, громко и беспорядочно стуча башмаками. Хиносес* с фонарем бежал впереди всех. И вдруг, на свет этого фонаря, на землю приземлился звездолёт. С него сбежала целая толпа. Несмотря на туман, я разглядел, что главный среди них — слепой нищий. Затем я услышал его голос и убедился, что был прав. — К черту дверь! — крикнул он. — Есть, сэр! — отозвались двое или трое. И они кинулись в атаку на дверь «Бенбоу»; хиносес с фонарем шел сзади. У самой двери они остановились и принялись совещаться шепотом. Очевидно, их поразило, что дверь не заперта. Затем опять раздались приказания слепого. Нетерпеливый, свирепый голос его становился все громче и визгливее. — В дом! В дом! — кричал он, проклиная товарищей за медлительность. Четверо или пятеро вошли в дом, двое остались на дороге вместе с ужасным нищим. Потом после нескольких минут тишины раздался крик удивления и чей-то голос завопил изнутри: — Билли мертвый! Но слепой снова выругал их за то, что они так копаются. — Обыщите его, подлые лодыри! Остальные наверх, за сундуком! — приказал он. Они застучали башмаками по ветхим ступеням, и весь дом задрожал от их топота. Затем снова раздались удивленные голоса. Окошко в комнате капитана распахнулось настежь, и вниз со звоном посыпались осколки разбитого стекла. Из окна высунулась голова Вороного Коня.Он крикнул слепому нищему, стоявшему внизу на дороге: — Эй, Пью, здесь уже успели побывать раньше нас!.. Кто-то перерыл весь сундук снизу доверху! — А то на месте? — проревел Пью. — Деньги тут. — К черту деньги! — закричал слепой. — Я говорю о карте Флинта. — Карты не видать не видать, — отозвался эквис . — Эй вы, там, внизу, посмотрите, нет ли их на теле! — снова крикнул слепой. Другой разбойник — вероятно, один из тех, кто остался внизу обыскивать труп квартирмейстера, — появился в дверях гостиницы. — Его успели обшарить до нас, — сказал он. — Нам ничего не оставили. — Нас ограбили здешние люди. Этот тот щенок! — крикнул Пью. — Жаль, что я не обеспечил ему перелом руки… Эти люди были здесь совсем недавно. Когда я хотел войти, дверь была заперта на засов. Ищите же их, ребята! Ищите во всех углах… — Да, они были здесь. Они оставили горящую свечу, — сказал Вороной Конь в окне. — Ищите! Ищите! Переройте весь дом! — повторил Пью, стуча палкой. И вот в нашем старом трактире начался ужасный кавардак. Тяжелые шаги загремели повсюду. Посыпались обломки разбиваемой мебели, захлопали двери вверху и внизу, так что даже окрестные скалы подхватили этот бешеный грохот. Но все напрасно: разбойники один за другим выходили на дорогу и докладывали, что не нашли нас нигде. В это мгновение вдали снова раздался тот самый свист, который так напугал мою мать и меня, когда мы считали монеты покойного. На этот раз он прозвучал дважды. Прежде я думал, что этим свистом слепой сзывает своих товарищей на штурм. Но теперь я заметил, что свист раздается со стороны холма, обращенного к деревушке, и догадался, что это сигнал, предупреждающий бандитов об опасности. — Это Дэрк, — сказал один. — Слышите: он свистит два раза. Надо бежать, ребята. — Бежать?! — крикнул Пью. — Ах вы, олухи! Дэрк всегда был дурак и трус. Нечего слушать Дэрка. Они где-то здесь, поблизости. Они не могли убежать далеко. Вы должны их найти. Ищите же, уроды! Ищите! Ищите во всех закоулках! О, дьявол! — воскликнул он. — Будь у меня глаза! Этот крик несколько приободрил разбойников. Двое из них принялись рыскать между деревьями в роще, но нехотя, еле двигаясь. Они, как мне показалось, больше думали о бегстве, чем о поисках. Остальные растерянно стояли посреди дороги. — У нас в руках ключ к таким сокровища, о которых вы не сумеете даже мечтать, а вы мямлите, как идиоты! Если вы найдете этот шар, вы станете богаче короля! Шар этот здесь, в двух шагах, а вы отлыниваете и норовите удрать! Среди вас не нашлось ни одного смельчака, который рискнул бы отправиться к Билли и дать ему чёрный чип. Это сделал я, слепой! И из-за вас я теряю теперь свое счастье! Я должен пресмыкаться в нищете и выпрашивать гроши на стаканчик, когда я мог бы разъезжать в каретах! — Но ведь друблоны у нас, — проворчал один. — А карту они, должно быть, припрятали, — добавил другой. — Бери деньги, Пью, и перестань бесноваться. Пью и правда был вроде бешеного. Последние возражения разбойников окончательно разъярили его. В припадке неистовой злобы он поднял свою клюку и, бросившись вслепую на товарищей, принялся награждать их ударами. Те, в свою очередь, отвечали злодею ругательствами, сопровождая их ужасными угрозами. Они пытались схватить клюку и вырвать ее у него из рук. Эта ссора была спасение для нас. Пока они дрались и переругивались, с холмов, со стороны деревушки, донесся топот скачущих амфишейл. Почти в то же мгновение где-то за изгородью блеснул огонек и грянул пистолетный выстрел. Это был последний сигнал. Он означал, что опасность близка. Разбойники кинулись в разные стороны — одни к пустыне, по берегу бухты, другие вверх, по откосу холма. Через полминуты на дороге остался один Пью. Они бросили его одного — может быть, забыли о нем в паническом страхе, а может быть, нарочно в отместку за брань и побои. Оставшись один, он в бешенстве стучал палкой по дороге и, протягивая руки, звал товарищей, но окончательно сбился с пути и, вместо того чтобы кинуться к пустыне, побежал по направлению к деревне. Он промчался в нескольких шагах от меня, приговаривая плачущим голосом: — Джонни, Вороной Конь, Дэрк… — Он называл и другие имена. —Ведь вы не кинете старого Пью, дорогие товарищи, ведь вы не оставите старого Пью! Топот амфишейл между тем приближался. Уже можно было различить пять или шесть всадников, озаренных лунами. Они неслись во весь опор вниз по склону холма. Тут слепой сообразил, что идет не туда, куда надо. Вскрикнув, он повернулся и побежал прямо к придорожной канаве, в которую и приземлился их звездолёт. Пью на слух понял, что корабль уже готов к взлёту, а потому уцепился за его корпус. И вот корабль взмыл в небо, унося с собой слепого негодяя. Тот думал что он победил, но это было не так. Его лапы соскользнули с корабля, и лидер этих вандалов полетел вниз, прямо на скалы. Верховой хотел спасти его, но было поздно. Отчаянный крик слепого, казалось, разорвал ночную тьму.Он упал на бок, медленно перевернулся навзничь и больше не двигался. Я вскочил на ноги и окликнул верховых. Они остановились, перепуганные происшедшим несчастьем. Я сейчас же узнал их. Скакавший сзади всех был тот самый подросток, который вызвался съездить из деревушки за доктором Делбертом. Остальные оказались таможенными стражниками, которых он встретил пути. У него хватило ума позвать их на помощь. Слухи о каком-то кораблике и прежде доходили до таможенного надзирателя мистера Данса. Дорога к бухте, в которой был замечен корабль шла мимо нашей гостиницы, Данс тотчас же поскакал туда в сопровождении своего отряда. Благодаря этой счастливой случайности мы с матерью спаслись от неминуемой смерти. Пью был убит наповал. Мать мою мы отнесли в деревню. Там дали ей понюхать ароматической соли, обрызгали ее холодной водой, и она очнулась. Несмотря на все перенесенные страхи, она не переставала жаловаться, что не успела взять из капитановых денег всю сумму, которая ей причиталась по праву. Тем временем таможенный надзиратель Данс поскакал со своим отрядом в бухту. Но стражники спешились и осторожно спускались по склону, ведя амфишейл под уздцы, а то и поддерживая их, и постоянно опасаясь засады. И, естественно, к тому времени, когда они добрались наконец до бухты, судно уже успело поднять якорь, хотя и находилось еще неподалеку от берега. Данс окликнул его. В ответ раздался голос, советовавший ему избегать освещенных луной мест, если он не хочет получить хорошую порцию свинца. И тотчас же возле его плеча просвистела пуля. Вскоре судно обогнуло мыс и скрылось. Мистер Данс, по его собственным словам, чувствовал себя, стоя на берегу, точно «рыба, выброшенная из воды». Он сразу послал человека в Б…, чтобы выслали в ифириум куттер. — Но все это зря, — сказал он. — Они удрали, и их не догонишь. Я рад и тому, — добавил он, — что наступил господину Пью на мозоль. Я ему уже успел рассказать о слепом. Вместе с ним я вернулся в <<Бенбоу>>. Трудно передать, какой там был разгром. Бандиты, ища меня и мать, сорвали со стены даже часы. И хотя они ничего не унесли с собой, кроме денежного мешка, принадлежавшего квартирмейстеру, и нескольких серебряных монет из нашей кассы, мне сразу стало ясно, что мы разорены. Мистер Данс долго ничего не мог понять. — Ты говоришь, они взяли деньги? Объясни мне, Хокинс, чего же им еще было нужно? Они еще каких-нибудь денег искали? — Нет, сэр, не денег, — ответил я. — То, что они искали, лежит у меня здесь, в боковом кармане. Говоря по правде, я хотел бы положить эту вещь в более безопасное место. — Верно, мальчик, верно, — сказал он. — Дай ее мне, если хочешь. — Я думал дать ее доктору Допплеру… — начал я. — Правильно! — с жаром перебил он меня. — Правильно. Доктор Ливси — джентльмен и судья. Пожалуй, и мне самому следовало бы съездить к нему и доложить о происшедшем. Ведь как-никак, а Пью умер. Я нисколько не жалею об этом, но могут найтись люди, которые взвалят вину на меня, королевского таможенного надзирателя. Знаешь что, Хокинс? Поедем со мной. Я возьму тебя с собой, если хочешь. Я поблагодарил его, и мы пошли в деревушку, где стояли амфишейл. Пока я прощался с матерью, все уже сели в седла. — Доггер, — сказал мистер Данс, — у тебя хорошая амфишейл. Посади этого молодца к себе за спину. Как только я уселся позади Доггера и взялся за его пояс, надзиратель приказал трогаться в путь, и отряд крупной рысью поскакал по дороге к дому доктора.