Свободные

— Можем ли мы говорить с тобой вечно? — поинтересовался у девушки Итан, когда они спокойно обедали на летней террасе какого-то кафе. — Думаю, мы можем говорить даже дольше, — улыбнулась она. — А разве бывает что-то дольше, чем вечность? — Ну многие ведь говорят, что есть бесконечность да плюс один, каким бы это ни было бредом. — Докажешь мне как математик, почему это бред? — он заинтересованно склонил голову вбок. — Я? Математик? — нервно рассмеялась она, — самый худший балл. А как экзамены сдавать-то буду… — Ну не на математика ведь, так что, — парень повёл плечами, — а кем ты хочешь быть? — Рок звездой! — она показала тот самый жест, что на языке глухонемым значит многосложное «ы». — А если серьезно? — Я и не шутила, дорогуша, — она медленно подняла голову и слегка провела рукой по подбородку, — разве ты не видишь в этом настоящую звезду? — Играть на инструментах хоть умеешь? — А разве это так необходимо? — наивно спросила она, — главное выглядеть круто и харизмой нужной обладать. — С этим у тебя точно всё в порядке, — и разговор зашёл в тупик. — А ты кем хотел бы стать? — Рейчел решила спасти ситуацию. — Пока и не думал особо. Спокойная, размеренная жизнь, да поменьше контакта с людьми. — А помогать людям? Великое ведь дело. В больнице, например? — Чтобы принимать вечно дерущихся школьников? Нет уж, спасибо. — Слушай, ну о какой размеренной жизни может речь идти? Вспомни эти два дня. Ой, не два, а сколько уже? — Это пятый день, вроде? — прозвучал он крайне неуверенно. — Побега или с учётом первого дня? — Рейчел уже сама запуталась. — Да чёрт его, — парень махнул рукой, — да и без разницы ведь, правда? — Только путь мы проделали сомнительный. Скажи, мы повторяем судьбу тех двоих? — Попытался я найти про них что-то. Всё на уровне слухов. Кто-то видел их даже, писал об этом. Брат парня доложил на него. И всё их дело пытаются связать со смертью преподавателя в универе. — Сколько страсти, и как мало точности, — расстроенно проговорила она, — я хочу искренне верить в их историю. — Я ещё вычитал, что одна группа написала песню как будто бы про них. Water&fire: calm&desire. — Классное название, — Рейчел даже стала поактивнее, — люблю двойные названия. — По типу? — Ну у фильмов такое бывает, у пьес. Как с одним классных актёром японским, может знаешь его? — Не, не интересуюсь таким. — В общем, есть такой актёр, имя не вспомню. И какая-то постановка с ним, называется, кажется, любовь и музыка: талант и разочарование. — А ведь неплохо звучит, — Итан закивал головой. — Я бы только вторую часть оставила. — Но тебе ведь нравятся… — Однако же не в этом случае, — недовольно прозвучал её голос, — но чаще всего да. Стой, а как мы вообще начали об этом говорить? — Да кто бы его. — Так странно, конечно. Говорим немного вроде, а основу-то разговора и забываем. — Одно дело, когда монологами общаться, там вообще запомнить ничего невозможно. — А кто-то так делает? — Разные ведь люди бывают. — А сколько при том похожих на нас с тобой? — Думаю, что нет таких. Ведь все мы удивительно уникальны. — И нам с тобой нет никаких аналогов? — Думаю, что нет. Мы не похожи на других. — А мы с тобой наконец-то счастливы? — Нет, ведь мы не свободны, — тяжело вздохнула Рейчел. — И не добрались до нужного места, — подытожил факт Итан. — А до какого? — непонимающе спросила девушка. — Ну до того, метафоричного. — А я то думала, что до Мексики, — на сей раз она даже не успела вздохнуть. — А что, можно и в Мексику! — воодушевлённо сказал Итан.