Фэндом, в котором...

Саша спала на животе, спрятав ладошки под единственную подушку. Николо перекидывал руку через ее голую спину и вдыхал запах выпечки и леса, который впитался в ее волосы. Так проходило каждое утро с тех пор, как они начали встречаться, и Саша перевезла вещи из казармы в его квартирку над столовой. Ей приходилось вставать почти на час раньше и бежать на тренировочную площадку через весь город, но она ни разу не пожаловалась. Сначала Николо беспокоился, что им будет тесно на односпальной кровати. Днем Саша заполняла собой все пространство, носилась по комнате, разбрасывала вещи и неизменно устраивала беспорядок. В первую ночь Николо ожидал, что девушка раскинется звездочкой и отберет одеяло, но она оказалась на редкость мирной. Благодаря хорошему питанию она немного набрала в весе, несмотря на изматывающие полеты на УПМ. Щеки округлились, отчего Саша выглядела еще моложе, чем в день их первой встречи. Сегодня утром она ушла до рассвета, даже не разбудив. Наверное, боялась, что иначе он заснет над печкой. Николо все равно проснулся раньше: было неожиданно пусто и прохладно. Он был против этой миссии с тех пор, как ее начали планировать. Солдаты в красках описывали, как Колоссальный сравняет Марлию с землей, думая, что его это задевает. На самом деле он не переживал. Конечно, там остались его сослуживцы и родственники, но основные военные базы находятся далеко от Либерио. Нападение произойдет ночью, Армин уничтожит только пустые корабли на стоянке. Битва должна продлиться недолго, пострадают в основном эльдийцы, раздавленные во время схватки Йегера с Воинами. Дьяволам Парадиза не жалко своих — ему и подавно. Если кто и волновал Николо, так это Саша. Капитан Леви и командор Зоэ считали, что внезапности и громовых копьев достаточно для легкой победы. Предательница Елена поддерживала их нелепую затею. Николо знал, что оружие островитян все еще примитивно и разведчики двигаются недостаточно быстро, чтобы уворачиваться от пуль. Его, как всегда, никто не послушал. Эти люди брали еду из его рук, но любое вмешательство в военные вопросы воспринимали, как попытку подорвать военную мощь Парадиза. Николо сжег три омлета, прежде чем хозяин столовой дал ему выходной. Лучше бы он этого не делал. До конца дня повар слушал, как его соседки по общежитию обсуждают миссию. Наивные официантки и посудомойщицы думали, что теперь Марлия покорится Новой Эльдии и им позволят путешествовать по морю. Николо лег в кровать раньше обычно и уснул, обнимая пропахшую лесом подушку.

***

Йегеров под конвоем уводили в разные стороны. Друзья Саши остались около дирижабля. Николо понял, что произошло, еще до того, как пробился сквозь толпу. Понял по обхватившему себя руками Жану, дрожащему Конни, краснощекому Армину, но все равно расталкивал людей, без разбору тыкая в них локтями. Со всех сторон сыпалась ругань, какая-то женщина огрела его по голове сумкой, но Николо сумел протиснуться в первый ряд. Сердце колотилось с такой силой, что эхо его ударов заглушало рев толпы. — Где Саша? — спросил Николо, и голос сорвался на тон выше обычного. Жан отвернулся, а Конни залился слезами. Микаса, сохранявшая привычное хладнокровие, с очень мягким выражением лица сделала шаг навстречу. Николо изогнулся, заглядывая в дирижабль. Пассажирская палуба опустела, свет не горел. — Где Саша? Она ранена? — повторил он. От волнения ладони стали холодными и влажными. Николо вытер их об одежду, как будто все еще все был в фартуке. — Она умерла, — произнес незнакомый мужской голос. — Доволен, марлийская мразь? Человек развернул его за плечи и ударил кулаком живот. Николо согнулся, и почувствовал, как что-то твердое резко опустилось на его спину. Солдаты взбеленились при упоминании Марлии. Наверное, некоторые вспомнили, как три года назад он кричал, проклиная эльдийцев и умоляя Елену перебить всех дьяволов Парадиза. Тупая боль пронзала лопатки и позвоночник. Николо опустился на колени и прикрыл голову руками, не пытаясь встать. Он все еще надеялся, что это ошибка или жестокая шутка, но с носа капнула первая слеза. Склонившиеся над ним люди заслонили солнце. Николо захлебнулся в темноте и боли, но вдруг кто-то вытащил его обратно, как утопленника со дна озера. Николо сделал глубокий вдох и чуть потерял сознание от рези в отбитых ребрах. — Идем, — сказал Жан и поволок его в сторону, перенимая весь вес на себя. Николо слышал, что остальные друзья Саши пытаются пристыдить толпу, но его это уже не интересовало.

***

— Похороны через два дня. Я договорился, чтобы тебе дали неделю выходных, — сказал Жан, неловко прохаживаясь по узкой комнате, больше похожей на коморку для швабр. Конни, хоть и был лучшим другом Саши, сказал ему всего два слова. При виде Николо или любого другого напоминания о смерти у него начинались приступы то гнева, то плача. Жан поддерживал их обоих, пока Микаса и Армин снова прыгали вокруг Эрена Йегера на задних лапках, как в те старые времена, которые Николо едва помнил. — Нет, я выйду на смену. Николо и так провел в четырех стенах больше суток: целый день и две ночи без Саши. На этом острове у него было ни друзей, ни родных. Если он снова не начнет готовить, то сойдет с ума. Сегодня он не спал. Закрыл глаза, а перед глазами синим пламенем полыхал то Парадиз, то Марлия, то они оба одновременно. На какое-то время Николо вспомнил, что тоже был солдатом. Теперь оружие вызывало отвращение. — Понимаю, — сказал Жан, и Николо резко сел на кровати. — Неужели? — спросил он со злостью, какой не испытывал даже к убийце Саши и колотившим его разведчикам. — Ты хочешь забыться, — невозмутимо заявил Жан, — чем-то занять голову. Нужно много работы, чтобы не отвлекаться, а как закончишь, падать без сил и снов не видеть. К тому же... Саше нравилась эта стряпня. Она бы расстроилась, если бы ты ушел с кухни. Это правильно — продолжить. Сделать все возможное... чтобы он гордился. Отблагодарить за то, что верил в меня. Единственный. Даже если я этого не заслуживал. Даже если его не сберег. — Помогает? — с горькой насмешкой спросил Николо и рассеянный взгляд Жана прояснился. Он не ответил, но стало спокойнее. На войне гибнут обе стороны. Николо тоже готов был отдать жизнь за родину. Возможно, его убьют совсем скоро, когда все узнают, что он подливает главнокомандующим Парадиза отравленное вино. — Саша не говорила о вас семье, — сменил тему Жан. — Расскажи сам, если хочешь. Я думаю, они обрадуются, что Саша была счастлива хотя бы недолго. Мне пора. Когда Жан ушел, Николо подвязал чистый фартук и принял за готовку. Ночами он, действительно, не видел снов, а весь день не успевал подумать о чем-то, кроме плиты. Вскоре он смог сам ответить на свой вопрос. Не помогает.