bad habits

У Чана никогда не было вредных привычек. Он ненавидел сигаретный дым, не любил алкоголь, газировки и не увлекался кофе. Все в его офисе часто удивлялись и не верили. Говорили что-то наподобие: «Да кому ты врёшь? Чан, не строй из себя святошу и так далее». Бан лишь отшучивался и отказывался от предложений выйти покурить от коллег или выпить чего-нибудь покрепче на корпоративах. Несмотря на отсутствие желания пробовать что-то вредное сейчас, в подростковом возрасте Чан редко отказывался от пьянки или от предложения покурить за гаражами. Тогда Бан Чану едва исполнилось восемнадцать. Его прежние друзья сейчас бы его не узнали. Сейчас Крис работает на одну влиятельную компанию, а раньше не мог даже выбрать университет. Тогда ему банально не хватало знаний, но в какой-то момент Чан решил серьезно взяться за учебу. Этот порыв произошёл из-за осознания того, что в будущем он будет валяться пьяный под мостом, если не возьмётся за ум. Но всё же одна дурацкая привычка у него осталась. Привычка под названием Хван Хёнджин. Хван заваливался к Крису домой на выходных в районе трёх утра, чуть ли не расцеловывая от благодарности, каждые две-три недели. С утра этот Хёнджин тихо уходил или игнорировал Чана. Никогда не благодарил. Родители Хвана были обеспеченными, но отказались от избалованного сынка после отказов из всех университетов, в которых он подавал заявки. Давать взятки не было смысла — родители понимали, что сын сразу забьёт на учёбу. Тот был явно не готов к самостоятельной жизни, поэтому быстро спился. Деньги на алкоголь он брал у слишком добрых людей. Когда он был трезв, Хёнджин пытался устроиться хотя бы куда-то. В университеты его не брали, а с очень низкооплачиваемых работ (его принимали только там) выгоняли из-за прогулов. Обо всём этом Хван рассказывал, когда был пьян. Крис — добрый души человек. Никогда не просил ничего взамен на временный ночлег, еду и заботу. Когда Хван был пьяный — его было не узнать. Он говорил, как благодарен, но это, скорее, чтобы его не попёрли с тёплой кроватки. Хотя зачем? Даже такому дураку, как Хёнджин, уже было понятно, что Чан никуда и не собирались его гнать. И, похоже, Хван этим пользовался. Бан ненавидел ловить себя на мысли, что ему нравился пьяный Хван. Нравилось ухаживать за беспомощным (хотя бы на момент пока он пьян), слушать пьяные речи о любви к Чану, нравилось получать внимание от этого человека. От этих мыслей у Криса появлялось желание блевать. Бан Чан иногда ловил себя на мысли, что ему жалко Хёнджина. Каким бы он не был плохим, вина есть и у его родителей. Всю жизнь они обеспечивали его, выполняли каждое пожелание, не заботясь о успеваемости в учёбе и подарками заменяя семейное время провождение. А потом в один момент полностью разрывают контакт и забирают все деньги. Просто было обидно не получать от Хёнджтна ничего взамен кроме пьяных сопливых фраз. Было также понятно, что Крис почему-то влюблён в Хвана. Если бы это было неправдой, то Чан, скорее всего, давно бы уже забыл о существовании пьяницы. Эта была влюблённость, потому что Бан будто смотрел на Хёнджина в розовых очках, надеясь, что он наконец соберётся и начнёт что-то предпринимать. Эта надежда была очень слабой, но всегда таилась где-то внутри Чана. Честно говоря, у Бана даже не было номера Хвана. Кристофер не знал, где и/или с кем ночует парень в дни, когда не приходит к нему. А если Чан пытался завести этот разговор с утра с уже трезвым Хёнджином, он лишь отвечал: «Отъебись» или «Ты что моя мать?». Так всегда заканчивались их утренние разговоры. Они познакомились в клубе два года назад, после чего по пьяни переспали. Тогда Хвана только выгнали из дома, и он, в основном, забывался от гнетущих мыслей через секс с привлекательными людьми. Крис мало чего помнил из того опыта, но вроде воспоминания были неплохими. После этого Хёнджин однажды спустя месяц пришёл просто переночевать. Так и приходит до сих пор. Природная красота Хвана пропадала всё больше с каждым месяцем. Его волосы секлись, кожа казалась какой-то серой, а губы потрескались. Хёнджин перестал заботиться о своей внешности. Крис был уверен, что Хёнджину всё равно на чувства Бана, как и на него в целом. Когда Чан пытался поднять эту тему, Хван это либо игнорировал, либо переводил тему. Кристофер всегда пытался перестать пускать домой Хёнджина. Каждый раз не понимал, зачем он это делает. От любого предложения помочь, Хван отказывался. Чан никогда не понимал, почему он это делает. Как не заставляй Хёнджина, тот лишь говорил: «нет». Бывало, что Хван не приходил месяц или чуть больше. Максимальное время без их «встреч» было около трёх месяцев. Потом Хёнджин просто заваливался а Крису. Иногда он объяснял причины своего отсутствия, иногда нет. В такие времена коллеги Бана замечали его особенную нервозность. Чан, очевидно, переживал. Это продолжалось на протяжении уже трёх лет. Трёх долгих лет. Крис понимал всю проблематичность происходящего. Понимал, что если не приостановит всё это, то всё продолжится. Но всё же Чан не мог переступить горло самому себе и собственным чувствам и просто не пускать Хвана.

***

В один из обычных выходных вечеров в дверь постучали. Бан сразу догадался, кем являлся этот гость. Крис открыл дверь, и Хёнджин, еле стоящий на ногах, зашёл в квартиру, как в родной дом. Он сразу полез обниматься к Кристоферу. — Чанни-хён, как же я рад тебя видеть. Вот знаешь, сегодня в баре… — после этого Хван около десяти минут рассказывал какую-то историю из бара в коридоре, приобнимая Бана за плечи. Хёнджин громко смеялся пока рассказывал о сегодняшней ситуации, а Чан молча слушал. Через 15 минут после истории Хван кое-как принял душ с помощью Бана. Крис никогда не позволял себе касаться Хёнджина в интимных местах, не считая того раза, когда они занимались сексом, пока оба были пьяными. Он понимал, что Хван в эти моменты не контролировал своё поведение. Чан спал в своей постели, а Хёнджин удобно улёгся в гостиной. Крис сразу подготовил таблетки от головной боли, положив их на стол. Когда Бан проснулся, Хвана уже и след простыл. Этому Кристофер вообще не удивился. Чан записался к психологу. Обсуждал всю ситуацию, которая происходила между ними с Хёнджином. Легче от этого становилось несильно, но без этих сеансов ему было бы очень трудно. Выговориться очень хотелось.

***

Уже полгода Хван не появлялся дома у Криса. За это время жизнь Чана значительно изменилась. Четвёртый месяц без Хвана был влом для Бана. Он скучал по Хёнджину. Хотя их отношения были нездоровыми, Чан часто думал о Хване. Он обзванивал больницы, чтобы узнать не поступал ли к ним парень по имени Хван Хёнджин. Бан пытался найти парня очень долго и много где. На работе он казался каким-то рассеянным, летающим в облаках и думающем о своём. Ему было и правда тяжело фокусироваться от переживаний. Чан так много переживал, что иногда не мог заснуть. Некоторые друзья не узнавши его. Обычно он казался организованным и стрессоустойчивым, а сейчас стал какой-то противоположностью. Некоторые спрашивали: «Чан, скажи честно, у тебя всё в порядке?». Крис лишь отмахивался, оправдываясь усталостью. Его походы к психологу участились. Они на время снимали тревожность. Бан сам даже не понимал, почему так переживает. Хотя нет, понимал. Ему было приятно ухаживать за кем-то, он привязался к Хвану. К человеку, которому явно было всё равно на чувства Чана. От желания что-то изменить, Бан решил начать с себя. Он чаще стал посещать спортзал, покрасил волосы в красный, и вроде изменения во внешности немного помогли. Однажды Крис встретил девушку в кофейни. Это произошло в момент, когда Бана стала немного отпускать тревога. Они мило пообщались. Чану она сразу показалась симпатичной, она оказалась ещё и интересной. Девушку звали Ёнсук. Оба заинтересовались в друг друге. После милого общения пошли на свидание, поцеловались на втором. Крис чувствовал, что наконец обрёл счастье. Он потихоньку стал забывать Хвана, смирившись с тем, что он придёт нескоро, если вообще придёт. Через месяц пара съехалась. В их отношениях царила идиллия, и никому из них не показалось, что они торопились.

***

Прошло ровно полгода с того момента, как Хёнджин ушёл. Чан уже вернулся с работы. Долгожданная пятница в компании любимой девушки проходила великолепно. Они обнимались и смотрели какую-то лёгкую комедию. Ближе к концу фильма в дверь кто-то громко постучал. — Кто это? Ты кого-то звал? — немного взволнованно спросила Ёнсук. — Да нет. Не волнуйся, — Крис быстро поцеловал девушку и встал с кровати. — Я сейчас открою. Чан подошёл к двери, затем открыв её. Бан почувствовал, как сердце кольнуло, а глаза расширились. Перед ним стоял Хван Хёнджин. Только он был совсем непохож на Хёнджина, который приходил полгода назад. Его колюще вновь обрела здоровый оттенок, волосы стали шелковистыми. От него не несло алкоголем, Хван был опрятно одет. — Привет, Чан. Родители на удивление осознали, что поступили не как хорошие люди. Ты долго обеспечивал меня ночлегом и едой. Вот компенсация, там около тысячи долларов, — Хёнджин протянул чёрный кожаный портфель. Бан будто был в ступоре, просто глядя на парня напротив, взял в руки портфель, не осознавая этого. — Поверь, без меня всё будет так же, как со мной. Даже лучше. Я уезжаю, пока. Хван закрыл дверь. Крис, поняв, что произошло, положил портфель. По его щеке скатилась слеза, и он понял, что и правда так будет лучше. Чан улыбнулся и закрыл дверь, возвращаясь в кровать к любимой девушке.