Love Blooms/Расцвела любовь

      Гермиона проснулась       воодушевленной. Роуз мирно бормотала в своей кроватке, а маленький Хьюго позволил ей проспать всю ночь, почти не побеспокоив. Он, должно быть, знал, что сегодня будет большой день.       Гермиона поспешила вниз и начала готовить завтрак. На прошлой неделе она нашла браслет в кармане Рона, когда занималась стиркой. Наконец-то он образумился по поводу празднования Дня святого Валентина. Должно быть, он передумал после того, как в прошлом году слишком остро отреагировал на второй букет красно-оранжевых роз, который явно был не от него. Гермиона направилась наверх с тарелкой английского завтрака. Она была разочарована, увидев, что Рон уже в душе, но ничего страшного, ведь она всегда может присоединиться к нему. Раздевшись, Гермиона шагнула в пар ванной и скользнула в душ позади мужа, который вздрогнул от ее прикосновения. — ВОУ, Миона, что ты творишь? — Просто подумала, что мы могли бы немного повеселиться на День святого Валентина, — невозмутимо ответила она, осыпая его спину поцелуями. — Э-э… блин, эмм, тогда я опоздаю на работу, — отозвался он, высвобождаясь из ее хватки и вылезая из душа. Хоть вода все еще была горячей, Гермиона словно заледенела. Она сдержала слезы, быстро помылась и закуталась в свой пушистый халат. — Я приготовила тебе завтрак, — позвала она, но голос предал ее. — У меня встреча за завтраком, — отозвался он. — Там будет еда. Рон высунул голову из-за двери ванной, где сейчас Гермиона чистила зубы, ее глаза горели от стыда. — И я задержусь на работе допоздна, ужинать не буду. Черт, ребенок обосрался. Воняет. Я пошел, увидимся. — Я люблю тебя, — прокричала ему вслед Гермиона в последней отчаянной попытке восстановить хоть какое-то чувство нормальности. — Да-да, и я тебя тоже, пока, — ответил он, торопливо закрывая за собой дверь. Гермиона села на кровать и зарыдала, еда лежала нетронутой и холодной. Что пошло не так? Через несколько часов дети заставили ее вернуться к жизни. Роза просила есть, поэтому Гермиона направилась на кухню. Поняв, что Рон оставил и упакованный ланч в холодильнике, она убрала его в свою сумочку и пошла в министерство, после того, как накормила и одела детей. Когда она пришла, её встретил Гарри. — Привет, — позвал он, вытаскивая маленькую Розу из коляски и прижимая к себе. — Не ожидал увидеть тебя сегодня. Я думал, вы с Роном весь день занимаетесь отвратительными вещами. Давайте-давайте, я хочу еще одну маленькую племянницу или племянника. Джинни не привыкла быть беременной в одиночку. Гарри поднял взгляд, улыбка сползла с его лица, когда он посмотрел на ее. — Гермиона?.. Он изучал опустошенное выражение её лица. — Что не так? Где Рон? Гермиона не могла дышать. У нее закружилась голова. Она схватилась за край Гарриного стола, когда комната начала вращаться, а глаза наполнились слезами. Гарри наколдовал стул прямо позади нее и усадил ее, встав на колени у ее ног. — Гермиона, скажи мне. Что такое? — Он сказал, что будет здесь, — пробормотала она. — Он сказал, у него встреча по работе. Гарри на мгновение уставился на нее, а затем решительно нахмурился. — Оставайся здесь, — сказал он сквозь стиснутые зубы, а затем подошел к камину в своем кабинете. Сквозь пелену слез Гермиона увидела, как пламя стало зеленым, и услышала бормотание Гарри, слишком тихое, чтобы она могла его разобрать. — Пойдем, — мягко сказал Гарри минуту спустя, аккуратно взяв ее за руку и подняв на ноги. Он подвел ее к камину и помог зайти в очаг. Джинни встретила её с другой стороны. Она баюкала плачущую Гермиону в своих объятьях.