История Вегаса и Пита

POV Вегас - Спасибо, - проговорил он. Сегодня я подвёз его к университету на мотоцикле. Для меня этот момент был отличной возможностью, чтобы сблизиться с ним, я даже и предположить не мог, что подобный шанс появится у меня в столь короткий промежуток времени. - Если нужно будет подвезти ещё куда-нибудь – обращайся в любое время, - я широко улыбнулся своему собеседнику. Парня, стоящего сейчас передо мной, звали Порш, и, честно говоря, он понравился мне с самого первого дня нашего знакомства. Будь то его тело или же в целом внешность, или даже его упрямый характер - он привлекал меня в любом своём проявлении, несмотря на то, что Порш был довольно сложным человеком. - Если тебе так нравится, мог бы и себе мотоцикл купить, - сказал он, не задумываясь. Порш выглядел раздражённым, однако меня завораживало каждое его движение, от которого действительно трудно было отвести взгляд. - И если я куплю себе мотоцикл, то мы так же сможем ездить на нём вместе, как и сегодня? - спросил я, улыбаясь в ответ и бросая на него кокетливый взгляд, ясно давая понять Поршу о своём желании сблизиться с ним. Я не должен упустить такой шанс. - Думаю, тебе уже пора. Ещё раз спасибо, - Порш поспешно оборвал наш разговор, но это его действие не показалось мне неуважительным. Наверное, это потому что я хорошо его понимал: чисто внешне моего собеседника можно было принять за упрямого и физически сильного человек, однако внутри, как мне казалось, он был довольно уязвим, что и пытался скрыть от окружающих. Признаюсь, когда впервые я его увидел, то мне показалось, будто я смотрю на своё отражение. Порш был простым и незамысловатым человеком, ко всему прочему он был довольно прямолинеен, поскольку относился к числу тех людей, кто говорит ровно то, что думает. Но всё же схожи мы были не во всём, поскольку я мог намного лучше него скрывать свои истинные мысли и личность. Скорее всего, данный факт свидетельствует лишь о том, что росли мы в совершенно разных условиях. ||Порш Пачара принял ваш запрос в друзья||       Открыв свой аккаунт на Facebook, я с удовлетворением посмотрел на экран телефона и ответил первым, прежде чем снова отключить дисплей. Широкая улыбка медленно исчезла с моего лица, когда я, наконец, сел в свою машину, после посмотрев в зеркало заднего вида. Я пристально разглядывал в отражении своё лицо, и чем больше я всматривался в собственные глаза, тем отчётливее видел в них то, что ненавидел в себе больше всего. Я признаю, что мой характер кардинально меняется в зависимости от складывающейся ситуации, да и моё настроение редко бывает стабильным. Поршу я показал свою дружелюбную сторону, поскольку хотел с ним сблизиться. Сначала я планировал завоевать его внимание только из-за Кинна, но теперь этот необычный парень заинтересовал меня всерьёз. Если однажды Порш увидит моё истинное лицо, того, кем я являюсь на самом деле, сможет ли он так же беззаботно общаться со мной и дальше? Что бы он почувствовал, если бы узнал, что происходящее между нами было простым притворством?       Я отрегулировал лобовое стекло и завёл машину, собираясь поехать домой, однако моё внимание привлекла знакомая машина, припаркованная на углу соседнего здания. Мои губы ещё раз невольно тронула улыбка. А это весьма интересно. Разве недостаточно собак, которых без конца подсылали ко мне, теперь он решил прийти в одиночку? Я снова взял в руки телефон, чтобы напечатать текст и разместить его в социальной сети, тем самым пытаясь спровоцировать у Кинна не самые приятные эмоции. Теперь, размышляя о его реакции, стоило бы подержаться за Порша подольше. Хах, это было бы забавно. ||Вегас: Ты можешь остаться? Прошу, не покидай меня. Ты ведь знаешь, что теперь моё сердце принадлежит тебе :)|| (статус на Facebook)       Включив музыку на телефоне, чтобы прервать царящую в машине гнетущую тишину, я отложил его в сторону. Из своего любимого плейлиста я выбрал наиболее мрачные и тяжёлые песни, поскольку чем больше погружаюсь в отзвуки играющей мелодии и представляю лицо Кинна, тем большее удовлетворение я ощущаю. Честно говоря, раз уж я упомянул Кинна, то мне доставило бы неописуемое удовольствие любое совершённое мною действие, которое смогло бы задеть этого придурка.       Этот Кинн, второй по старшинству сын главы основной семьи, считается идеалом благодаря своей отменной внешности, образованию и занимаемому статусу в обществе. Из-за набора всех этих отличительных качеств его было довольно трудно сравнивать с другими людьми. Однако я не хотел верить, что проиграю ему делах, касающихся обычных людей, таких как Порш. Этот ублюдок Кинн спал с бесчисленным количеством людей, но теперь он этого не делает. Раньше я просто закрывал на всё это глаза. Вообще, Порш мог бы быть ещё одним случайным любовником рядом с Кинном, но исходя из собственных наблюдений, могу сказать, что Кинн больше не был так беззаботен по отношению к нему, он не играл с Поршем, как с остальными. Похоже, Порш ему действительно нравился, хоть в это я с самого начала и не верил. Однако теперь я хочу завладеть этим парнем не меньше Кинна. Порш был весьма привлекателен в сексуальном плане, поэтому вполне очевидно, почему Кинн с ним спал. Я очень жду того дня, когда, наконец, смогу заполучить Порша, вероятно, Кинн превратится тогда в безумца от переполняющих его ревности и чувства собственного бессилия. Мы будем играть в игру «кто лучше выразит свои чувства» до тех пор, пока всё не станет понятно наверняка. Я почти уверен, что Кинн будет похож на человека, готового вот-вот умереть. Это будет весьма неплохо, так игра станет куда веселее.       Честно говоря, я ненавижу не только одного Кинна, мне претит мысль о любом из членов основной семьи. И почему же? Потому что клеймо «второй семьи» привязалось ко мне с самого детства. Слова «хуже», «второй» и «вторая семья» плотно укоренились в моей голове с малых лет. Что бы я ни делал, на меня всегда будут смотреть, как лишь на отблеск основной семьи в моей собственной семье, школе и даже в моём окружении. Дом нашей семьи был куда хуже дома основной семьи, что, в принципе, понятно уже из названия. Но причина, по которой я ненавидел Кинна больше всех остальных, заключалась в том, что:       Равняйся на Кинна. Ему уготовано замечательное будущее.       Кинн с рождения рос особенным, но тебе, Вегас, никогда не достичь его уровня.       Конечно же, это важно! Ты снова допустил ошибку. Я жутко завидую основной семье, потому что у них есть Кинн.       Ты просто часть второй семьи.       Было бы хорошо, если бы Вегас был хотя бы вполовину так же хорош, как Кинн.       Верно. Я до сих пор отчётливо помню каждое слово, произнесённое моим отцом, людьми из моего окружения и даже учителями в школе. В особенности это касается моего отца, ведь он никогда не уставал сравнивать меня с Кинном. Вероятно, он рассчитывал, что явное превосходство Кинна пробудит мои собственные амбиции, он хотел, чтобы я стал Кинну равным. Я преуспел во многом, однако если речь заходила о делах компании или других общественных мероприятиях, то по-прежнему объектом всеобщего восхищения был Кинн. Из-за него мне приходилось постоянно находиться под давлением и оправдывать ожидания моего отца, все вокруг всегда ожидали от меня чего-то большего. И самое главное, что в конечном итоге я должен был быть выше основной семьи, я должен был превосходить Кинна.       Причиной всех моих страданий был именно Кинн. В их семье Кхун был по большей степени недальновидным психом, а Ким – просто идиотом. Этих двоих было довольно легко устранить при очевидной конкуренции, однако Кинн – другое дело, он прекрасно справлялся с возложенными на него обязанностями. Если бы я мог его убить, то моя семья наконец-то смогла бы получить всё то, чего мы так давно желали. Больно вспоминать, но это также было предсмертным желанием моей матери: она хотела увидеть, как я вырасту и встану во главе семейного бизнеса. История моей матери была ещё одной причиной, по которой я стал таким, каким являюсь сейчас. Моя мать была главным бухгалтером в компании отца, и даже впоследствии став невесткой этой семьи, она не оставила свою работу. Однако всё это обернулось тем, что в итоге она покончила с собой из-за обвинений по делу о хищении денег компании. В то время я был очень молод, и мой отец всегда обвинял основную семью в смерти моей матери. И именно поэтому во мне зародилось желание превзойти основную семью, изничтожить их изнутри, чтобы отплатить им сполна за то, чего они меня лишили. Все мои действия были направлены на то, чтобы не оставить от этой грязной семейки ни следа. - Господин Вегас, ваш отец и Макао снова ругаются, - как только я припарковался, наши телохранители подбежали ко мне с обеспокоенными лицами и рассказали о случившемся. - Папа! Что ты делаешь?! - я шёл, периодически сбиваясь на бег, в направлении места, откуда были слышны крики моего младшего брата. - Как ты смеешь так со мной разговаривать?! - когда я вошёл к гостиную, то увидел стоящих друг напротив друга и яростно спорящих отца и Макао. - Что случилось? - я, не медля, подошёл к явно обеспокоенному брату. - Ты здесь… - Макао повернулся и обнял меня, а я в ответ похлопал его по спине в успокаивающем жесте. - О, наш образец для подражания здесь! Вы оба в этом замешаны, - голос отца с каждой секундой становился всё громче и громче. - О чём ты вообще говоришь? - я резко повысил голос, в ответ также крича на человека, стоящего передо мной. - Я был так рад, что Кинн облажался в попытке охмурить другого мужчину. Для меня этого вполне бы хватило, чтобы поставить Корна в неловкое положение. Но потом я узнаю, что двое моих сыновей позорят меня не меньше. Научитесь уже думать о репутации нашей семьи прежде, чем что-либо делать! - в эмоциях прокричал отец.       Я невольно стиснул зубы и сжал кулаки. Мы с отцом никогда не понимали, каково это, любить или даже просто ладить друг с другом. Никогда! Я ссорился с ним практически каждый день после того, как он узнал о моей сексуальной ориентации. Он уже давно знал, что на самом деле мне нравятся мужчины. В тот день, когда отец узнал об этом, он перевернул практически весь дом, выплёскивая собственную ярость и разочарование. Во время общественных мероприятий или встреч с бабушкой и дедушкой он вёл себя как заботливый родитель, а я – как послушный сын, но всё это было лишь видимостью. После смерти матери мы с Макао поняли, что теперь мы друг для друга являемся единственной семьёй. - Я не понимаю, почему тебя это так заботит! Тебя когда-нибудь волновала наша мёртвая мама? Нет! Ты плевать хотел на нас с Макао! - сердито проговорил я. Сейчас меня переполняла ярость от слов, сказанных недавно отцом, что выражалось в характере тона моего голоса и вмиг изменившемся выражении лица. - Пошёл ты, Вегас! Твой младший брат стал таким именно из-за тебя, ты этому причина! Всё это из-за того, что он пошёл по твоим чёртовым стопам! - Дорогой, что тут происходит? - позади раздался чистый женский голос. Женщина подошла и дотронулась до руки отца, обращаясь непосредственно к нему. Увидев представшую перед глазами картину, меня охватила ещё большая злость. - Не смей вмешиваться! Ты мне не мать! - я резко указал на стоящую передо мной женщину, которая тут же побледнела. - Вегас, ублюдок! Я смотрю, ты становишься всё смелее с каждым днём! - отец намеревался подойти ко мне, но она его остановила. - Раньше я часто задавался вопросом: были ли причиной смерти моей матери дела компании или же то, что ей невыносимо было видеть своего мужа с бесчисленным количеством любовниц. Теперь же я больше склоняюсь ко второму варианту. С самого детства я не мог смириться, что мой отец такой! Хлоп!       Отец вмиг подошёл и ударил меня по лицу с такой силой, что я невольно отшатнулся. - Что ты делаешь? - Папа, что ты делаешь? - Макао влез между нами и оттолкнул отца, громко крича. Подобное происходило не впервые. Меня уже били бесчисленное количество раз.       Сначала я чувствовал обжигающую боль, но со временем я настолько привык к происходящему, что перестал что-либо чувствовать вообще, будто всё моё тело вмиг онемело. - А что мне ещё делать, если они ведут себя, как извращенцы? В первую очередь вы должны быть мужчинами, зарубите себе это на носу! - Неужели ты думаешь, что являешься для нас хорошим примером? Ты постоянно связываешься с кучей проституток, от которых нам с Макао уже тошно! Только не вини нас после такого, что мы с братом предпочитаем женщинам общество мужчин! - я пытался успокоиться, однако у меня это выходило из ряда вон плохо. - Вегас! - отец снова собирался дать мне пощёчину, но Макао быстро схватил меня за руку и повёл прочь из гостиной. - Замечательно, если ты так этого хочешь, то убирайся, я хочу посмотреть, как долго ты сможешь продержаться! - крики отца разносились по всему дому, однако нам с братом было всё равно на его слова.       Некоторые женщины приезжали в наш дом и в этот же день покидали его. Некоторые оставались надолго и играли отведённую им роль, получая определённую власть в семье и даже осмеливаясь отдавать приказы домашнему персоналу, отчего все в доме зачастую пребывали в явном замешательстве. Я многих прогонял, а некоторым даже приходилось угрожать. С тех пор мы с отцом никогда не могли найти точек соприкосновения друг с другом. Я никогда не ужинал с ним дома, не здоровался, за исключением случаев, когда мы были на публике. Отец стал жутким трудоголиком после смерти матери, и, как следствие, перестал заботиться о своих детях, будто забыв об их существовании. Теперь всё было по-другому. Во мне он видел лишь безвольную марионетку, которая тупо должна выполнять все его приказы. Он возомнил себя центром вселенной, все в доме должны были следовать за ним и беспрекословно слушаться. Стало намного хуже, когда он по случайности узнал о моей сексуальной ориентации. С этого момента обстановка в доме стала напоминать ад. - Что ты сделал, чтобы его так разозлить? - я сел на диван в комнате Макао, пытаясь подавить собственные эмоции, клокочущие внутри. Я спрятал свой гнев, ненависть, усталость и ещё множество других эмоций глубоко в своём сердце, чтобы никто не мог увидеть мои слабые стороны, включая Макао. - Сегодня Пи’Топ подошёл к фасаду дома, а потом я его ещё умолял заехать за мной снова завтра. Отец услышал нас и сильно разозлился, начал оскорблять Пи’Топа, я так хотел прижать его лицом к земле, правда, - резко ответил Макао. - Пи’Топ – это твой лечащий врач? - я спросил просто для уверенности.       На самом деле, я уже знал, что Макао, как и мне, нравятся мужчины. По правде говоря, причина, по которой он так рьяно хотел поступить в школу с медицинским уклоном, заключалась в том, что в больнице он встретил одного очень красивого врача. Поэтому я попросил его подготовить Макао к экзамену. Сначала вся эта ситуация напоминала простое ребячество, но впоследствии мой младший брат действительно влюбился в этого врача. Было немного досадно, казалось, что вся наша семья проклята. Кажется, настоящих мужчин во всей нашей семье почти не осталось, за исключением, пожалуй, Кхуна, хотя сейчас я в этом был не особо уверен. - Ага, Пи’Топ – моя первая любовь, брат! Почему папа так себя повёл? - спросил Макао. Казалось, будто он больше заботится о чувствах Пи’Топа, хотя я его в этом прекрасно понимал. Теперь и ему придётся привыкать к вечным нападкам со стороны отца. - Тебе не нужно забивать этим голову. Давай лучше поговорим о твоём Пи’Топе, ты ему нравишься? - я попытался осторожно сменить тему, чтобы в том числе привести в чувства и себя.       Прямо сейчас единственным в моей жизни, о ком я действительно волновался и хотел заботиться, был Макао. Мой брат был ещё молод, более того у него не было хорошего отца, на которого можно было бы положиться и довериться. Более того, я боялся, что Макао будет испытывать стресс и беспокоиться о моих чувствах тоже. Именно поэтому я могу сказать, что мы с Поршем были похожи, ведь единственным лучом в его беспросветной жизни также остался только младший брат, которого он любил больше себя самого. Вот почему Порш так сильно меня заинтересовал. - Пи’Топ, должно быть, не смог устоять перед моей привлекательностью! - уверенно ответил Макао. Но на мгновение его лицо будто утратило все эмоции, омрачившись. - Но на днях я поехал в больницу, чтобы встретиться с Пи’Топом. И ты точно не угадаешь, кого я видел! - состроив недовольное лицо, сказал брат. - Кого? - Чёртова ублюдка Танкхуна! Он тоже был пациентом Пи’Топа! - Макао саркастически фыркнул. - Ну, ведь вся семья посещает эту больницу в случае заболевания или получения травм, да туда вообще-то и мёртвых отвозят. Почему ты думаешь, что это должно быть странно? - Я не знаю, но мне однозначно это не нравится! А если он увидит, насколько Пи’Топ красив и влюбится в него, что мне тогда делать? Вот блин! - Ты просто слишком много думаешь! Почему Кхун должен влюбиться в него? Ты же знаешь, что у этого парня не все дома, он на подобное не осмелится, - проговорил я, выдавив из себя хриплый смешок.       Этим непринуждённым разговором нам удалось разрядить ту гнетущую атмосферу, которая минуту назад всё ещё витала в воздухе из-за придурочного поведения нашего отца. - Я не знаю! Но Пи’Топ должен быть только моим! Пи’Топ, я люблю тебя! - закричал Макао, протягивая руки вперёд так, будто перед ним и в правду стоял тот, о ком он только что говорил. Теперь Макао напоминал мне человека, который вот-вот готов ступить на тропу безумия. - Теперь мне любопытно, как выглядит лицо этого твоего Пи’Топа, - я ещё говорил с Макао некоторое время, после чего, извинившись, вышел из комнаты брата и направился в свою спальню.       Я не запрещал Макао любить кого-то, ведь это была его собственная жизнь, тем более не было ничего постыдного в любви к мужчинам. Однако я догадывался, из-за чего всё могло сложиться подобным образом. С детства мы с братом наблюдали, как наш отец развлекался с кучей разных женщин, и это, вероятно, повлияло и на Макао, потому что мой младший брат хотел найти кого-то, кто сможет его поддержать, кому можно будет довериться. При этом я был единственным, на кого постоянно давили и кого не уставали сравнивать с членами основной семьи. Макао тоже пострадал, но не так сильно, как я. Отец возлагал на меня большие надежды как на старшего сына второй семьи, потому мне всегда доставалось больше остальных. - Господин Вегас, я принёс вам неофициальные бумаги, - мой подчинённый положил папку с документами на стол.       Эти бумаги касались наших нелегальных продуктов. Их неофициальность заключалась в том, что указанные в них товары не имели отношения к основным сделкам семьи – это была тайная контрабанда продуктов со склада компании. Одним из таких продуктов было нелегальное оружие, которые мы и перевозили контрабандой. Отец также занимался вопросами, касающимися перевозки наркотиков, поскольку основная семья не вмешивалась в этот вид незаконной деятельности. Таким образом, всё, что я делал, шло напрямую в доходы моей семьи, и никак не было связано с основной семьёй. - Опять? - я позвонил Бигу и тот рассказал мне обо всём. - Они подготовили для нас значительную партию продукции, будьте готовы.       Я всегда был тем, кто руководил основным процессом, а мой отец в основном только отдавал приказы и всегда заботился об уничтожении улик.       Я вышел на балкон из своей комнаты с сигаретой и зажигалкой в руках. Честно говоря, я уже порядком устал от всего этого давления, лежащего тяжким грузом на моих плечах. Таких людей, как я, с детства учили быть сильными и не показывать своих слабостей ни перед кем, в противном случае в глазах общества мы будем выглядеть обычными неудачниками. Было время, когда мне хотелось дать волю своим слезам из-за того, насколько жестоко со мной обращался отец, или когда мне просто хотелось посидеть и поесть, потусоваться или поиграть с друзьями, но я не мог. Всё, что я должен был делать – показывать свои амбиции и превосходить основную семью во всём. Все эти мысли терзали меня до тех пор, пока моя душа не начала медленно разваливаться на части. Иногда мне хочется, чтобы кто-то захотел и смог искренне понять меня настоящего, однако у меня было довольно много обличий, моя настоящая сущность была слишком сложной, потому и разбираться во всём этом никто не хотел, как и я сам. - Он ещё здесь, не так ли?       Я посмотрел вниз со второго этажа и смог разглядеть в темноте неосвещённых улиц чёрный седан, припаркованный в стороне от любопытных глаз у другой части дома. Хотя казалось, что машина припаркована у тротуара и в ней никого нет, но меня было нелегко обмануть. Я не был дураком и прекрасно знал, насколько часто Кинн приказывал своим пешкам следить за мной в последнее время.       Да, господин Вегас, вам пока что не стоит ездить в пригород. Вы должны быть осторожнее, думаю, Кинн начинает что-то подозревать.       Скорее всего, все мысли Кинна сейчас были заняты одной глупой ревностью. Казалось, что они с Поршем сейчас находятся в ссоре, и потому Кинн был уж слишком обеспокоен моими действиями, опасаясь, что победителем из этого игры могу выйти я, заполучив его любовника себе. Даже сегодня мне удалось провести немного времени вместе с Поршем. Будет ли всё продолжаться в таком темпе и дальше? Одно могу сказать наверняка – игра становится всё веселее. - Что там с Питом? - спросил я своего подчинённого, прищурившись и всматриваясь в темноте в неприметную чёрную машину. - Он довольно хорош. Пит является главным телохранителем Танкхуна, именно из-за него Танкхуна в последнее время больше не арестовывают, - ответил телохранитель, в прошлом работавший в доме основной семьи. - Он следит за мной уже несколько дней, думаю, будет тяжеловато, - тихо проговорил я, выпуская сигаретный дым изо рта. - Я согласен, господин Вегас. Хотите, чтобы я позаботился о нём? - Не стоит так спешить. Игра только началась, - я закурил вторую сигарету, думая о Пите и о том, какую именно информацию, раздобытую им за этот день, он доложит своему боссу.       Пока что я не намерен трогать этого парня, потому что прямо сейчас в моём приоритете стоит поиск всевозможных способов, которые могут подпортить Кинну настроение. Вообще, возвращаясь к Питу, то я был с ним знаком, поскольку мы частенько пересекались, когда я приезжал по делам в дом основной семьи. Я бы мог убить этого телохранителя, особо даже и не задумываясь, однако мне так хотелось дать ему шанс, чтобы посмотреть, как он будет умолять меня о пощаде. - Хорошо, господин Вегас. Но позвольте мне помочь, когда это будет необходимо.       Я бросил тлеющий окурок в мусорное ведро, стоящее рядом на балконе, прежде чем закрыть стеклянную дверь. Всё это я проделал, не отрывая взгляд от чёрного седана, припаркованного снаружи. - Хм, он уже возвращается? - задал я вопрос, заходя внутрь. Машина, за которой я так пристально наблюдал, завелась и тут же уехала в неизместном направлении. - Думаю, что нет. В это время он должен заехать в Seven-Eleven перед аллеей. Обычно он уезжает домой около двух часов ночи, - мой подчинённый посмотрел на часы и подсчитал время, рассказывая о распорядке дня Пита. Не только Кинн следил за мной, на моей стороне тоже были люди, которые негласно наблюдали и за ним. - Куда вы идёте, господин Вегас? - я взял ключи от машины и свой бумажник, намереваясь съездить кое-куда, подумав о том, что это действие непременно приведёт к весьма весёлому результату. - Я отойду ненадолго. - Позвольте мне пойти с вами. - Нет нужды, - я вышел из комнаты и сразу же пошёл прямо к своей машине.       Я хочу немного подразнить одного пса, чтобы разрядить эту тухлую обстановку. Как бы сильно он меня ни кусал, я не собираюсь так просто его отпускать. Также мне нужно было быть действительно осторожным на случай, если он и правда соберётся доложить какую-либо информацию Кинну. В противном случае ситуация станет действительно опасной.

Seven-Eleven

      Я припарковал машину у входа, прежде чем зайти прямо в круглосуточный магазин перед аллеей возле нашего дома. Как только я вошёл внутрь, то увидел мрачное от явной усталости лицо Пита, который стоял рядом с кассиром за стойкой с кофе и энергетическими напитками. Кажется, он был слишком занят выбором жвачки, чтобы обратить внимание на то, что происходит вокруг него.       Увидев набор выбранных им товаров, я подумал, что чего-то в нём явно не хватает. Итак, я взял кое-какой товар с полки, потому что, как мне показалось, эта вещь явно необходима тем людям, которые привыкли действовать скрытно в темноте. Раньше я боялся, что Кинну удастся получить необходимую для него информацию обо мне и делах моей семьи, но если собака, которую он так рьяно использует, подвергнется атаке комаров и умрёт, разве это не будет забавно? Глухой удар.       Пит вздрогнул от раздавшегося рядом звука. Я поставил средство от комаров на ту же стойку и встал рядом с ним. Парень рядом со мной стоял совершенно неподвижно, казалось, что каждая часть его тела замерла в нервном напряжении. Он удивлённо посмотрел в мою сторону, что, в принципе, было очевидной реакцией с его стороны. - Это всё? - спросил сотрудник круглосуточного магазина.       Я обратил внимание на притягивающие взгляд разноцветные упаковки с презервативами, выставленные в ряд рядом с прилавком. Я взял одну упаковку презервативов своего размера и положил её рядом с товарами Пита. - Теперь, думаю, да, - ответил я, и мои губы расплылись в улыбке. Я сделал это, даже не оборачиваясь, чтобы увидеть реакцию Пита, хотя и так можно было догадаться, насколько он сейчас бледен, будто вот-вот помрёт.       Пит просто стоял неподвижно и не говорил ни слова. Я сунул тысячу сотруднику Seven-Eleven и после с прищуром посмотрел на всё ещё стоящего в оцепенении телохранителя, явно взволнованно происходящим. - Возьми, здесь много комаров, и не забудь его использовать, - я пододвинул репеллент от комаров поближе к Питу.       В глубине души мне искреннее хотелось хохотать в голос от вида ужаса, отразившегося на его лице, и выступивших капелек пота на висках. - Вам нужен пакет? Если да, то он стоит два бата, - уточнил сотрудник магазина. - У тебя есть пакет? Я, пожалуй, возьму ещё кое-что, - я быстро схватил золотую упаковку с презервативами и помахал ей перед Питом.       Сотрудник круглосуточного тоже помахал рукой перед Питом, стараясь, видимо, привести его в чувство, однако телохранитель всё ещё пребывающий в явном шоке. Он выглядел так, будто тщетно старался подобрать уместные к ситуации слова. - Я уже оплатил свои покупки, так что, пожалуй, пойду, - сказал я, прихватив упаковку с презервативами и направляясь к выходу из круглосуточного магазина.       Улыбка не сходила с моего лица всю обратную дорогу до дома. Кинн серьёзно думал, что сможет обыграть меня таким нелепым способом? О, Кинн, тебе стоило лучше продумать свой план. Честно говоря, мне уже дико надоело играть во все эти непонятные игры с кучкой остолопов.