A time when faith is just words

      Шум ветра оттдаёт где-то вдалеке. Кажется, что он воет, ревёт, пытаясь предупредить о предстоящих бедах, о трудностях, пробирает до костей, стоит ему только настигнуть тех, кто одет неподобающие погоде, пробирает до костей, пытаясь достигнуть самого дна человеческих внутренностей.                                                Лондон, 17-й век. Небольшой                                     безымянный городок на его окраине.                                                        ...       Если плоть стала существовать из-за духа, это – чудо. Если же дух из-за тела, это – чудо из чудес. Но я, я изумляюсь тому, как такое большое богатство поместилось в такой бедности.       Холод. Сырость. Звук колокола. Библейские строчки. Лица, очень много лиц. Всё это ещё с самого детства видел маленький мальчик, видел каждый день прихожан, что в попытках замолить свои грехи, очистится пред Богом приходят сюда изо дня в день. Всё это стало частью обычной жизни.        Ветер. Вновь непогода. Это достаточно частое явление для их краёв - ничего удивительного, Лондон приветствует своих прихожан мрачностью и частыми ливнями.        Да.. Всё всегда было мрачным.. серым, не менялось из года в год, сколько он себя помнит, он должен был следовать этим правилам. Осаму Дазай - старший сын местного священника Мори Огая, что был достаточно почитаемой персоной в этом небольшом городке, возможно, даже более почитаем чем местные знахари и сам мер. Священник - должность, когда ты несёшь слово Божье в народ, когда ты избран, что б наставлять людей от имени Господа, когда ты человек, что и есть синонимом к слову "религия". Эта должность передавалась с поколения в поколение, всегда была почитаема, ведь простой народ сюда ходил чаще, чем к знахарям, если в семье был недуг или беда. Религия..       Тело, что одето в достаточно лёгкие одеяния направило свой взор на потолок, где уже давно, слой за слоем, образовывалась влажность, а следствии и плесень. С ней, конечно, пытались бороться, но это слишком типичная проблема для их места жительства, уже никто не обращает внимания. Карие, почти чёрные радужки глаз будто-бы искали смысл всего этого в сырых разводах, искали его в обыденной серости, которая уже мозолила глаза, пробиралась глубоко в душу, превращая её в непонятное месиво эмоции, что постепенно блекнут, стремясь слиться со всем обыденным фоном.        Жар. Осаму был болезненным ребёнком, часто болел и климат Лондона явно не подходил ему, терзал каждый сезон новыми болячками, что ребёнок тянул на себя, как магнитом. Но это было достаточно обычным делом, обычным делом на сером фоне. Люди, а чаще всего дети не редко умирали, не в силах выжить в таких условиях.       "— Вы слышали? То село... что постоянно поставляло нам зерно и муку практически вымерло от оспы, — слышался один из множества голосов на фоне небольшой общей паники.       — Да.. Земля им пухом, пусть Всевышний отпустит их грехи... — отвечало большинство людей, как под копирку."       Из года в год, сущность в чёрном балахоне ходит по городам, посёлками и уносит своей огромной косой тысячи, а то и десятки тысяч жизней в виде эпидемий, самых ужасных заболеваний. Забирает детей и стариков, сильных и слабых - у неё нет приоритета, она вездесуща, но почему-то именно болезненного мальчика из семьи священников как на зло обходит стороной. Всегда пропускает его, а может быть его очередь в своеобразном списке ещё далеко, может она ждёт, пока он откажется от последних капель индивидуальности, сломается под гнётом общества, а только после скосит, как и всё остальное большое стадо, которое принято так гордо называть "социум".        Дазай не боялся смерти, он не боялся оказаться в объятиях сырой земли, не боялся того, что попадёт в преисподнюю за свои мысли, за то, что он "не такой как все". Больше всего он боялся сломаться не телом, а душой. С самого детства он наблюдал за детьми и взрослыми - каждый был рождён для чего-то, и каждый выполнял своё предназначение, не задаваясь лишними вопросами. Шатен всегда чувствовал себя на их фоне каким-то... другим... неполноценным? Он не хотел наследовать дело своего отца, не хотел жить по этим законам, не хотел днями сидеть перед иконами, в ожидании хоть какого-то слова от Бога, в которого все так верят, не хотел рождатся... Всегда чувствовал, что его место не здесь, будто-бы ему и нет места в этом мире, среди этих людей. Но тем не менее, он здесь, он сейчас снова лежит с высокой температурой и навязчивыми мыслями, что кажется, приходят в голову только ему, терзают лишь его душу...             Что такое душа..?       А есть ли она? Что если это лишь оболочка к его больному телу? Этот вопрос мучал подростка на уровне с религиозной темой.             Что такое религия?       Почему взрослые так вовлечены в это, никто ведь не видел, что будет "после". Они живут во времена, когда религия стоит выше власти царя, демократии и, кажется, мнения народа. Библейские сюжеты всегда проповедовали добро, но тогда почему же современная религия лишь затыкает неугодные рты? Почему является лишь орудием власти над обычным народом? Лишь одним, но главным из рычагов манипуляции.             Они живут во времена, когда религия - лишь слово.                                                       ...       Не успев вновь закрыть уставшие глаза парень почувствовал, как из хода его мыслей вырывает лёгкий, еле заметный стук в дверь, так, будто-бы это делает чья-то крохотная рука. Дверь тихо отворилась, а на пороге появился маленький мальчик, возможно лет одинадцати - Кью, младший брат Дазая, а по совместительству второй и последний сын их отца. Мать умерла при вторых родах, а более одной жены иметь запрещалось, поэтому отец как мог оберегал своих единственных детей.       — Как ты? — ребёнок держал в руках жуткую игрушку, что именовалась куклой, Осаму она всегда пугала, но Огай никогда не имел ничего против.       — Тебя прислал отец? — отведя равнодушный взгляд от потолка произнёс подросток.       — Да, он сказал, что обед готов, не засиживайся, — сразу после этих слов дверь вновь закралась. В комнате повисла угнетающая тишина.        Иногда, очень редко, но Дазая терзала совесть, ведь брата он никогда недолюбливал. Кью всегда был... странным и жутким. Мори, как и остальные этого будто-бы не замечали, напротив - считали его чуть ли не Божьим одуванчиком. Только Дазай видел... И младший знал, что он видит, знал и поэтому между ними всегда была натянутая атмосфера, хоть и никто из них никогда об этом не говорил. Но как никак, а Кью его брат, а доказать свои догадки кроме как "предчувствием" нельзя, именно поэтому всегда на душе оставался осадок за то, что он плохо думает на мелкого. Хотя и от мыслей, что именно этот самый мелкий одним своим взглядом наводит проклятья и лишает старшего здоровья пробегал холодок по коже, но это лишь очередной бред, во время приступов жара.       Не смотря на всю заботу отца тот был строг, а в частности к своему старшему сыну, ибо именно на него было возложено больше всего надежд и ответственности, поэтому Дазай, не долго думая, принял положение сидя, а после аккуратно встал. Тяжело. Такое ощущение, что на черепную коробку изнутри что-то давит, не насколько болезнь, насколько навязчивые мысли, но даже те отошли на второй план. Глубокий вдох и вперёд. Уже через минуту подросток показался на кухне, где младший накрывал на стол, а Мори наносил воды в дом на ночь.       — Как твоё самочувствие? — спросил человек, что сейчас как никто другой был похож на абсолютно обычного жителя их городка, будучи не при церковном параде, а лишь в тёртых штанах и грязной футболке.       — Мне лучше, — более чем удовлетворительный ответ для отца.       Даже без указаний старший помог накрыть на стол и уже через минут десять такое ежедневные испытание, как обед с семьёй было выполнено. Дазаю всегда больше нравилось думать, что всё вокруг игра, он в ней игрок, что скоро дойдёт до финиша, а дневная рутина - просто задания для продвижения к цели. Сейчас по расписанию было ещё одно "задание" - науки. В таких небольших городках, как в тех, что живёт Дазай, простому народу не было позволено учится, да даже уметь читать им было неприемлемо. Но Осаму был не "простым народом", он был сыном священника, именно поэтому должен был обучатся грамоте, что б "нести слово Божье в народ разумно". Пожалуй, это была единственная его привилегия среди остальных детей, ведь читать он любил, но, к сожалению, книги, в основном, были церковного либо научного характера.       Не говори: «отчего это прежние дни были лучше нынешних?», потому что не от мудрости ты спрашиваешь об этом. Часто, сидя ночью у книг, под тусклый свет керосиновой лампы, Осаму задумался о том, почему именно церковь так запрещает книги среди простого народа. Возможно, что б сохранить ту самую позицию "стада", ведь пока у людей нет понятия, что у них может быть что-то лучше - они будут жить в неведении и считать, что это и есть придел их мечтаний.              "Птица, живущая в неволе, не знающая свободы, умрёт в счастливом неведении."                                                       ,,,        Вот время близится к ужину, солнце заходит за горизонт, последние лучи пробиваются сквозь него, предупреждая, что скоро на землю опустится тьма, а с после неё наступит следующий день, следующая неделя, что положит очередное начало новому циклу серых будней, которые неизбежно сложатся в месяца, а после и годы. Карие глаза добегают к последним строчкам книги точных наук, проходясь по аккуратно написанным буквам на уже давно пожелтевшей от старости бумаге, пока его младший брат всё ещё довольствуется самым обычным сборником сказок, что Дазай, в своё время, изучил от корки до корки. Последняя свеча неизбежно догорает, а это значит, что завтра нужно сходить за новыми. Книга, бережно закрытая, откладывается на дальнюю полку у стены. Пора готовится к ужину.       Их дом был удобно расположен прям у самого края городка, поэтому они могли позволить себе небольшой надел земли со своеобразным огородом, к которому сейчас всё ещё болезненный на вид парень направлялся за морковью. Когда он уже присел, что б достать корнеплод из земли, то краем уха услышал какие-то шорохи со стороны небольшого деревянного сооружения, что именовалось складом - там хранились предметы для ухода за этим самым огородом, немного инструментов и разнообразный хлам. Осаму не особо обратил на это внимание - возможно, это вообще птица туда залетела, но когда к шуму добавились чьи-то тихие шаги, то по спине пробежала неприятная дрожь, будто-бы под кожей, прям вдоль хребта пробежали десятки муравьев.       Первая мысль - "неужто вор? Кому нужно грабить семью церковника?", и на смену ужасу пришёл гнев. "Да кто посмел?!" — непрерывно звучало в голове, пока парень, оставив морковь, уверено направился к складу.       "Я сейчас ему..." — всё так же крутилось в мыслях, но не успев даже закончить их ход, как тут же дверь хлипкого сооружения сама тихо открылась. Дазай замер, сердце упало в ноги , вся уверенность куда-то испарилась - точно вор. Но к большому удивлению показалась лишь тощая фигура, что была даже немного ниже самого Дазая, полностью в чёрном одеянии, так, что ни лица, ни тела не видно. Как только эта самая фигура заприметила, что вообще-то тут не одна, то бросилась наутёк, оттолкнув хозяина сего владения, ибо оббегать не было возможности, но и Осаму не промах - при толчке сознание будто-бы вернулось, а в голову ударил адреналин. Быстро развернувшись парень бросился в догонку тому, кто посмел шарить в его вещах. Особь в чёрных одеяниях явно проворачивала такое не впервые, поэтому бегать могла отлично, но благодаря тому, что шатен среагировал быстро, то он успел лишь схватить вора за капюшон, что удачно слетел, обнажая взору.... яркие рыжие волосы, что были достаточно длинными, что б падать на плечи, даже спускаясь ниже их.       Дазай в очередной раз замер, пока фигура удалялась прочь. Опустив ошарашенный взгляд он увидел в руке лишь латку, которую он смог оторвать от капюшона злоумышленника. Надо же было так "удачно" схватить...       Продолжать погони смысла не было - вор скрылся, поэтому, даже не проверяя сохранность вещей, парень просто прикрыл дверь, как она и была, вырвал морковь, а лоскут ткани спрятал в карман штанов. По приходу домой отец спросил с Осаму, где тот так долго возился, но старший лишь отмахнулся обычным "засмотрелся на красивую птицу".       К слову, нельзя сказать, что парень соврал - он действительно засмотрелся, он ещё никогда не видел таких ярких, будто огненных волос. Они выделялись на всеобщем сером фоне, будто-бы яркое пламя в мёртвом лесу, будто-бы по неосторожности художника попавшая на фон унылой картины капля яркой, ничем не разбавленной краски. Дазай был заворожен, он никогда ничего подобного не видел, но хотел бы увидеть вновь, даже не смотря на то, что не знает лица этой таинственной незнакомки. Хотел бы увидеть снова... Он ещё долго ворочается в холодной кровати до тех пор, пока наконец-то сон не утягивает его с головой в свой мир, расслабляя вымотанное болезнью тело, позволяя уснуть.                                                       ***        Слегка прохладный, но достаточно приятный вытер является дополнением к сегодняшней погоде. Солнце, что впервые за долгое время показалось сквозь тучи радует глаз и держит в более-менее приемлемом расположении духа. Отовсюду доносятся возгласы, детские голоса и приятные ароматы.       Ярмарка.       Сегодня был особенный день, который случался раз в неделю, а то и несколько. Как всегда было много людей, обычно, проходить меж прилавков было сложно в таких условиях, но Дазай пришёл ближе к концу сего мероприятия, что б не толпится, да и покупать ему сегодня не нужно было шибко много, поэтому он мог вполне себе позволить просто осмотреться и насладиться благоприятной атмосферой. Выбраться из дома в центр получалось очень редко - Мори в основном сам всё покупал, но сегодняшняя ярмарка пришлась на понедельник, а службу в церкви в такой важный день, так ещё и утром пропускать было нельзя, именно поэтому за покупками отправился Осаму.       — Яблоки, свечи, курица, специи, крупа с магазинчика около мастерской..— всё это себе уже который раз повторял шатен, проверяя список, а после вновь сложа его в карман, что б достать ещё раз, но ближе к выходу из ярмарки.       Не смотря на свой бунтарский внутренний дух Осаму был достаточно пунктуален и серьёзен, привык всегда всё делать идеально и по своему чёткому плану в голове. Он никогда не перечил отцу, обычно, когда дело всё же доходило до разногласий, то парень смиренно кивал на причитания отца, а после всё равно делал по-своему, но умело скрывал это. Да, религия не одобряла лгунов, но "не пойман - не вор", если ложь не обнаружили, то её, можно считать, что не было.       Детально обдумывая то, какие же "ежедневные задания" его ждут сегодня подросток практически приблизился к концу длинного рынка, где и проходила ярмарка, в очередной раз доставая список.Это было слегка проблематично, ведь в одной руке была корзина с уже купленными продуктами. Ех, как же хотелось зайти в пекарню и купить чего-нибудь кроме хлеба... но даже тот сегодня не понадобился! Да и денег всегда давали ровно на то количество продуктов, что было обозначено изначал.... Бах! Корзина валяется на полу, а продукты из неё рассыпались, оказавшись на земле, как и их владелец. Подросток всё не мог прийти в себя, ибо происходящее было слишком уж неожиданным, да и кто вот так влетает в мирных людей по среди улиц?? Заходя в переход Дазай не мог видеть, что из-за угла на него кто-то бежит. Кажется, что в шоке был не только Осаму, но и сам виновник стычки.       — Смотри куда прёшь!! — взорвался шатен, поднимая злобный взгляд на того, кто так же оказался на земле перед ним.       Вместо ожидаемых ответных оскорблений карие глаза встретились с небесно голубыми, растерянными и испуганными. Осаму вновь застыл так, будто-бы вмиг превратился в статую, что не в силах сдвинуться с места, что была под действием некого волшебства. Перед ним оказался тот самый человек... Рыжие, длинные волосы, что падали на красивое лицо, прикрывая значительную его часть, аккуратный нос, лёгкий контур скул, что лишь дополняли не менее яркий взор. В отличие от Дазая, услышав не так далеко от них громкие мужские голоса тонкая фигура спохватилась и незамедлительно схватила всё то, что растеряла и даже прихватив часть продуктов Осаму поспешила быстро скрыться, не проронив ни слова. Всего момент и её не было, но даже этого момента хватило для того, что б хоть и смазано, но запечатлеть в памяти черты лица и внешности незнакомки.       Ошибки быть не много. Это тот человек, что вчера наведывался к ним в дом, а сейчас, кажется, убегал от нескольких мужчин, которых, судя по злым возгласам, тоже обокрал. Только прийдя в себя и понимая, что дома ему несдобровать из-за недостачи продуктов Дазай вскочил с криком "подожди!", но было слишком поздно. Снова. Вновь он опоздал! Чёрт! Ещё с прошлого раза он поклялся себе, что если только предоставится возможность, то он поймает точно причину своих постоянных раздумий с момента их первой встречи, но кто ж знал, что эта причина появится так скоро и имеет такие быстрые ноги! Непросто..       К тому моменту, как пострадавший окончил собирать остатки своих продуктов, а в голове уже крутились отмазки для Мори на вопросы "где остальные продукты, а денег нет?", к нему подоспели два взрослых мужчины. Оба были так скажем.. полного телосложения, что будет мягким выражением по отношению к ним, достаточно неприятной наружности, да и оба не могли перевести дыхание после бега.       — Парень! Тут пробегала девчёнка с хлебом, куда она побежала? — на выдохе протараторил один из них своим низким голосом.       — Во-первых, здравствуйте, — Дазай мило улыбнулся, хоть и питал искренне отвращение к этим особам, но статус сохранять нужно, а в их городке все друг друга знают.       — Сопляк, ты нам мозги не еби! Куда скрылась паршивка!? — взорвался уже второй мужчина, что кое-как пытался отдышаться.       — Туда, — Осаму указал рукой в совершенно противоположное направление от того, куда побежала рыжеволосая девушка.       Мужчины даже не удосужились поблагодарить подростка за оказанную "помощь", тут же рванув вдогонку. Фальшивая улыбка спала с лица, как маска, а шатен прыснул.       — Недоумки, — слетело с губ парня.        К слову, помог Дазай совершенно незнакомому человеку, так ещё и вору, что украл и его еду не из чувства жалости, а больше из того, что не любил конкретно этих двух персонажей. Первый - мясник, тот ещё пьяница, в церковь ходит только тогда, когда жена заставит, именно он и позволил себе столь хамское отношение в сторону сына почитаемой особы. Второй же - неудавшийся пекарь, разве что хлеб у него неплох, но всё остальное - просто мерзость.И вот если первый говорил всё прямо и часто матом, то второй же смиренно делал вид, что святой человек, ходил в церковь, но при этом запах перегара с него не сходил, а ничего кроме своей шкуры его не интересовало. Эти два "экземпляра" вечно пьют вместе, иногда, даже были случаи, что они нарушали общественный порядок будучи в неадеквате, именно поэтому у Дазая был личный мотив им подпортить жизнь, а когда выпадает такая возможность - грех не воспользоваться.       Не говори: «я отплачу за зло»; предоставь Господу, и Он сохранит тебя.        Что за бред? Поделом достаётся только половине из плохих людей, остальные же живут себе спокойно до самой смерти. Ведь если бы это было не так, то они бы не жили в таком мире, в мире, где люди злоупотребляют властью, где люди злоупотребляют имением Господним.. Именно поэтому, при первом же удачной возможно Осаму старается подпортить жизнь действительно плохим людям.                                                       ***        Пение птиц, лёгкий шелест листьев на деревьях, которые норовит потревожить то ветер, то птицы, что вечно там гнездятся. Форточка в комнате издаёт противный скрип, когда в очередной раз потревоженная ветром отходит, а после с не менее противным звуком вновь щёлкает, возвращаясь в обратное положение. Это продолжается уже минут двадцать, но подросток, что растянулся на полу с книгой упорно делает вид, что ничего не замечает, но с каждым новым хлопком терпение всё больше на исходе.       Сегодня выпал очень редкий шанс побыть дома в одиночестве и это время Осаму с гордостью решил, что потратит лишь на себя, ведь ему этого действительно не хватало, не хватало хотя бы просто побыть с собой один на один, зная, что в твою комнату никто внезапно не зайдёт. Прошла почти неделя с того самого инцидента во время ярмарки, сейчас субботний день, небо затянуло серыми тучами, но всё же небольшие намёки на солнце пробиваются сквозь них, лёгкий ветер продолжал действовать на нервы, заставляя форточку издавать противные звуки. Нужно будет наконец-то смазать петли... Огай сегодня ушёл вместе с Юмено к портному - мальчишка давно вырос со своей одежды, но постоянно то не было возможности, то времени сходить ему за новой. Осаму знал, что это занятие на целый день, поэтому мог позволить себе расслабиться, мог лечь и... Тут же встать, ибо время уже перевалило за полдень, а у него совсем вылетело из головы... Первым делом Дазай наконец-то прикрыл эту многострадальную форточку, а потом направился на кухню, где уже чётким движениями выудил из миски пару кусочков сырого мяса, которое ждёт вечера, что б быть приготовленным, но от пропажи пары кусочков же ничего не будет?       Осмотревшись, будто-бы боясь, что кто-то всё же есть в доме парень успокоился, когда никого тут не оказалось. А кто мог быть? Он же полностью предоставлен сам себе. Забавно. Но особо времени думать не было, уже через минуту он стоял прям на заднем дворике, недалеко от огорода и кого-то внимательно выискивал глазами.        — Кс, кс, кс, — прозвучало из уст парня, когда он никого не увидел, но это пока.. Стоило присесть на порог, как тут же из кустов показалось одно ухо, следом голова, а после и само животное.        Большой, абсолютно чёрный кот побежал к мальчику, что держал в руках лакомство. Осаму усмехнулся, а мохнатый даже без опаски подошёл и торжественно принял "дары двухногово".       — Изголодался небось, — сказал так, будто-бы ему ответят, хотя удовлетворённое мурчание, подумал парень, можно считать за ответ.        Когда с трапезой было покончено, то животное в знак благодарности потёрлось о руку Осаму, позволяя себя погладить. О Боже мой, как же он любил этого кота.. Как же он любил котов вообще, но, к сожалению, в их век коты считались спутниками дьявола, а тем более чёрные, поэтому и завести у себя столь излюбленное животное возможности не было.       Дазай ко многому привык, привык к тому, что у власти плохие люди, что люди лицемерны и убивают всех, кто им неугоден, но манеру уничтожать котов шатен не мог и пожалуй никогда не примет. Ну как можно взять и убить это чудо?! Поэтому, когда ещё год назад он нашёл своего нового "друга" с поломанной лапой, что прибился у их порога, то не смог устоять. Пришлось не сладко, но оно того стоило - питомец пошёл на поправку, хоть и приходилось его упорно прятать от взора отца и брата, ведь отец бы точно такого не одобрил, а брат бы поддержал позицию опекуна. А сейчас же это был его полноправный друг и единственный, кто мог понять его. Иногда, Дазаю казалось, что именно этот чёрный кот отлично видит своими не по животному умными глазами всё, что беспокоит душу парня, часто устраивается на его ногах и просто мурчит в знак утешения. Сам уходит, когда чувствует приход Мори и возвращается обратно, когда того нет. Но сегодня, почему-то, решил уйти пораньше, не засиделся, как обычно с ним, а лишь выразив свою благодарность вновь ушёл куда-то по своему пути. Неужто отец решил вернуться пораньше? Но ведь ещё явно не время..        С этими мыслями Осаму решил, что пока что не хочет возвращаться обратно в дом, сегодня пусть и не идеальна, но достаточно благоприятная погода, поэтому задержаться на улице было хорошей идеей, к тому же, простуда прошла, а самочувствие улучшилось.        Прошло не так много времени, когда Дазай услышал хруст ветки, что характерный тому, если на неё наступить. Это заставило выйти из потока своих мыслей и оперативно спрятаться за своеобразным складом.       "Злоумышленник всегда возвращается на место преступления" — отдалась эхом навязчивая мысль в голове.       "Сейчас и проверим."       Атмосфера накалилась, но, кажется, только для Дазая, ибо воришка идёт абсолютно уверенно, размеренно шагает так, будто-бы он либо зашла на свою территорию, либо.. уверена в том, что никого нет дома. Это шанс. Сейчас или никогда. В этот самый момент, когда девушка потеряла бдительность. К этому времени, она уже успела проникнуть в склад и взять что-то оттуда, выйти и спокойной походной начать удалятся.        Стараясь быть как можно более бесшумным, Осаму вышел из своего укрытия и направился следом. Весь мир будто замер, а сердце так громко стучит, что создаётся впечатление, что его можно услышать даже на расстоянии. Тонкие руки человека, что была ниже Дазая держали что-то, судя по всему, что-то небольшое, но со спины не видно. Когда шатен был максимально близко, то в именно в этот момент девушка вздрогнула, обернувшись, но уже было поздно - подросток поймал вора за обе руки и теперь ей так просто не отвертеться. Внутренне ликование переполняло, Осаму держал её за запястья так, будто незнакомка его последняя надежда, и сам же удивился, когда чужие запястья оказались слишком тонкими. В руках у неё оказалась... лупа.. Её истинный владелец аж опешал на мгновение, переведя взгляд с предмета в раскрытые от шока голубые глаза.       "Неужто обычное увеличительное стекло стоит всего этого?" — вторая звонкая мысль.        Осаму, конечно, ожидал, что будет сопротивление, но уж точно не ожидал, что ему зарядят ногой в живот, причём нехило так. Тупая боль по ощущениям отдалась даже в позвоночнике. Откуда. Мать его. Такая. Сила?! В глазах на момент потемнело, но и сдаваться так просто шатен уж точно был не намерен. Подняв голову он лишь сильнее сжал руки и притянул к себе, как оказалось, очень сильную девушку и вновь заглянув в глаза увидел то, что их эмоции сменились на гнев, а радужка будто-бы потемнела, словно море перед штормом. Злоумышленница явно очень пожалела, что решила ослабить бдительность. Дазаю это даже понравилось, боевой дух и..        — Отпусти, кретин! — наконец-то подала голос "прекрасная леди", что до этого упорно молчала, как рыба, Осаму уж грехом подумал, что она немая, но...        В глазах потемнело на мгновение уже второй раз, но не от удара, а от истинного шока. Голос.. он... это голос парня.. "Прекрасная незнакомка" оказалась "незнакомцем"...                                     Как я мог не понять??