Его собственность

Стоило Шарлотте вернуться домой, как время полетело с неистовой скоростью. Вот, уже и праздники прошли, и наступил февраль. Седьмой месяц. Девушка пыхтела, спускаясь на первый этаж, придерживая поясницу. С каждым днем ей становилось все тяжелее, а живот уже был каким-то непомерно огромным по ее ощущениям. Малыш явно пошел в своего отца. Ощущение раздражения накрывало девушку со стабильной регулярностью и прислуга, что была к ней приставлена постоянно отхватывала, уже привыкнув ко всем капризам и истерикам сейчас даже не рисковала лезть со своей помощью, с расстояния контролируя спуск и готовясь в любой момент поймать хозяйку дома. — Миссис Рейнхард… — Герберт вылетел к лестнице, останавливаясь вместе с несколькими охранниками, — Шарлотта, куда вы? — На ужин! — Отозвалась она и он быстро кивнул в ее сторону, после чего, к девушке подошли двое рослых мужчин, что помогли спуститься быстрее, — Александр просил спуститься, а я все на свете проспала… А там сегодня гости, — говорила она, на что он слегка вздохнул и улыбнулся. — Все хорошо, они только недавно сели, не стоит торопиться, — отозвался он и кивнул охране, чтобы она шла дальше. — Но все равно… Хозяйка дома опаздывает на ужин, какой кошмар, — юная леди слегка вздохнула, а ее служанки только переглянулись, после чего они дружно поспешили в нужную сторону. На самом деле, в Вильгельме, Дине и Оскаре, как в гостях не было ничего особенного, но, учитывая то, что сейчас из-за холода и тяжести Шарлотта никуда не ходила — для нее встречи с гостями были важными. На самом деле ей хотелось посетить хотя бы что-нибудь, но Александр был категорически против. Был против и выслушивал истерики относительно этого каждый божий день, после последних трех просто перестав реагировать. Но именно в этом решении его поддерживала семья и даже Эрик. Они все переживали за здоровье будущей мамочки. — Всем добрый вечер, — улыбнулась Лотти, заходя в столовую, а Алекс слегка улыбнулся и поднялся, подходя к ней и провожая к ее месту рядом с собой, усадил и задвинул за стол. — Малышка Лотти, и тебе привет, — улыбнулся Оскар. — Добрейшего вечерочка, — кивнул Дин. — А мы тут с приглашением на зимний бал, — быстро добавил Вильгельм, замечая, как быстро оживляется девушка, — так как мы не поддерживаем это заточение, мы решили тебе сказать лично. — Вот же сученыш, — отозвался Алекс и слегка улыбнулся, — а я то думаю, что же вы сегодня такие милые и любезные. Нет. Никакого зимнего бала. — Это тот самый бал, что проходит пятнадцатого февраля, в антураже девятнадцатого века в самом настоящем замке? Туда приходят юноши и девушки со всей страны и веселятся ночь напролет, а еще это мероприятие является отличной возможностью тем, кто достиг восемнадцати дебютировать в высшем обществе и даже найти свою вторую половинку, да? Это он? — Глаза Миссис Рейнхард засияли, а Алекс вздохнул. — Именно, принцесса, — отозвался Дин и приподнял брови, — и мы честно считаем, что вам двоим стоит туда пойти. — В обществе ходит много слухов о вашем семейном неблагополучии. Муж-тиран и его малолетняя супруга, не имеющая права голоса и живущая в страхе, что несколько месяцев назад пыталась сбежать. Все бы ничего, но… У вас же скоро родится ребенок. Алекс, — Оскар сложил руки, — подумай, какого ему будет, когда за спиной все будут обсуждать отношения его родителей. Да и смотри, просто посмотри в сторону Шарлотты. — Я не буду смотреть на нее, ибо не смогу тогда отказать, — буркнул Рейнхард и поджал губы, отпивая вино и вздохнул, — я каждый год бывал на этих балах и ничего хорошего на них не случается. Только интриги, ссоры и попытки прилюдных унижений. Ты посмотри на нее, — мужчина мягко сжал щечки супруги, — она похожа на милого кролика, ее там с потрохами сожрут. — Меня не сожрут, — надулась его супруга и сложила руки под грудью, поджимая губы… Шмыгнула носом. Взгляд Александра метнулся в ее сторону, с болью замечая, как ее большие голубые глаза в тот же миг начинают наполняться горькими слезами, которые маленькая принцесса еще и пыталась сдержать, чем окончательно ударила мужу в сердце. Он вздохнул, со злостью посмотрев на своих друзей, что оперативно сделали вид, что тут совершенно не причем. Рейнхард с прищуром оглядел товарищей, понимая, что в этой тихой борьбе, из которой уже начали раздаваться всхлипы Лотти — ему точно не выиграть. В общем-то, в этом мероприятии ничего плохого и не было. И даже больше — невероятная охрана, которая рассчитана как раз на то, что прибудут высокопоставленные гости, которые не должны пострадать ни при каких обстоятельствах. Да и, почти наверняка, там будут Эллиот, Рейчел и Тони, которые навряд ли оставят хоть какой-то шанс окружающим хоть как-то задеть Шарлотту. У них больше шансов обидеть Александра, чем ее, откровенно говоря. Хотя, учитывая то, что компания главных юмористов и организаторов конфликтов на подобных мероприятиях сейчас находилась в столовой — можно было вообще забыть о страхе. — Ну не плачь, Лотти, — он вздохнул, беря свой платок и вытирая ее слезы, — ладно, мы пойдем на зимний бал. — Юху! — Ребята отбили пять между друг другом, после чего протянули ладони девушки, что слегка хлюпала носом и так же ударила по ним, — ты не пожалеешь, дружище, там точно будет весело. А то чего вы как пара стариков засели в своей берлоге и носа не кажите, — отмахнулся Вильгельм и его друг закатил глаза, даже не думая что-либо отвечать на этот выпад.

***

Голубой цвет очень шел Миссис Рейнхард. Платье из голубого атласа, поверх которого шли несколько слоев тонкой сетки, расшитой камнями, что поблескивали от света. Оно было в пол, на ногах удобные белые туфельки, а в руках такой же белый, расшитый драгоценными камнями клатч. Образ завершала диадема и украшения, что выбирал уже сам Александр, сейчас застегивая тонкую цепочку на шее и поправляя кулон пальцами, коснулся нежной щечки губами. Шарлотта светилась. Она выглядела очаровательно. Она выглядела действительно любимой. Он улыбнулся и погладил округлый животик, на что его малыш быстро пнул ладонь отца, словно почувствовав. — Твой бандит меня опять пинает, — погладила руку Алекса Лотти и он немного посмеялся, обнимая ее со спины, — о моем отце никаких вестей? — Нет. Месяц назад он пропал из своей комнаты и с того момента не слуху не духу, словно и не существовало. Тебе стоит перестать думать о нем, Шарлотта. В последнюю вашу встречу он был готов задушить тебя. Ричард совсем из ума выжил, понимаешь? Я знаю, что тебе сложно это принять, но все-таки. — Ее рука дернулась к шее и девушка побледнела. Она не успела тогда осознать ничего. Стоило ее отцу увидеть ее с животом, как он в миг бросился и зажал тонкую шею руками, так сильно, что если бы Алекс не зашел следом — девушка была бы мертва. — Он повторял имя моей матери… Повторял и говорил, что это ошибка… Александр, — она окликнула его, замечая, как тяжелеет взгляд мужчины. Хоть все и проходило гладко, но все были в напряжении. Все переживали, а что, если Шарлотта примет судьбу своей матери? — Даже если что-то со мной случится, — девушка поднялась и аккуратно обняла его, — ты будешь любить этого ребенка. Он сглотнул ком в горле. Александру было совершенно плевать очень долгое время. Он знал о том, что Миссис Кросс умерла во время родов. Он знал, что это и было причиной тому, что Ричард всю жизнь Лотти ненавидел ее. Знал и… Тогда ему это не казалось проблемой. Даже больше, на подсознании он, возможно, даже желал, чтобы все так обернулось, и сейчас это желание стало его главным страхом. Сможет ли он тогда любить ребенка, из-за которого все это и было сделано? — Я буду его любить, — повторил мужчина ее слова, поглаживая поясницу, — уже время, нам пора выезжать. Он отчаянно цеплялся за каждую минуту, за каждое мгновение, что они были рядом.

***

Катарина была взволнованна. Даже слишком с момента, как они своей небольшой девичьей компанией отошли в сторону от ведущих светские беседы ребят. Следом же увязался Энтони, которому было намного интереснее и понятнее с девочками, что обсуждали что-то весьма мило, а не плевались ядом друг в друга, в надежде задеть посильнее. Он отодвинул стул для Шарлотты, что опустилась, после чего прошелся рядом со столом и набрал всего, начиная от сладостей, заканчивая канапе. Она весьма жалостливо смотрела в эту сторону, пока они находились в отдалении, поставив еду рядышком с Лотти. — Катарина, все хорошо? — Все-таки решила уточнить девушка, наконец-то положив в свой животик хоть что-то, — у тебя глаза красные… Словно ты плакала всю ночь. — Я… — Она посмотрела в сторону Эрика и поджала губы, опуская глаза в пол, — мы вчера немного повздорили. — Ну-ка, чего это? — Уточнила Рэй, приподнимая брови, утаскивая у подруги канапе, — как вы вообще могли повздорить? — Просто… — плечи Мисс Рейнхард были опущены. Она была не похожа сама на себя, — мы же уже долго в отношениях и вчера речь как-то зашла о том, что нам неплохо было бы пожениться. Честно, разговор затронула я, как-то просто пришлось к слову и Эрик повел себя… — Она потерла свои пальцы, — наверное, было глупо изначально думать об этих отношениях, как о чем-то серьезном, — ее уголки губ дернулись вверх, а Шарлотта накрыла руку той, — простите… Мне нужно отойти, — быстро забрала свою ладонь блондинка и стремительно направилась в сторону уборной, вытирая подступившие слезы. — Катарина, — девушка поднялась, но Рейчел, движением руки усадила ее обратно. — Я сама с ней поговорю, а ты сиди тут и не балуйся, — слегка улыбнулась и быстро ускользнула следом. Повисло легкое молчание, под которое Тони вздохнул, подхватывая тарталетку и уплетая ее, неловко прикусывая губу, не решаясь что-то сказать. Лотти сверлила взглядом ту самую компанию, где сейчас о чем-то увлеченно Эрик, совершенно не ощущая эту накалившуюся обстановку в противоположной части зала. Сестра мужа Лотти постоянно говорила с ним. Постоянно вставляла ему мозги и заступалась за нее, но Шарлотта сейчас ничего не могла сделать со своим братом, продолжая прожигать его взглядом с расстояния. Маленькая принцесса бесилась все сильнее с каждой секундой, представляя, как сейчас ее близкий человек плачет где-то в уборной, из-за того, что ее брат ее обидел. Аж руки зачесались ему хорошенько всыпать за это, но она держалась. Не при всех же, верно? Девочки вернулись через некоторое время, аккурат, к началу танцев. Тут уж молодые люди быстро собрались, направляясь к столику. Все, кроме Эрика. Один за другим, они пригласили девушек, пока Тони ушел куда-то в сторону искать себе партнершу. И вот, когда очередь дошла до Катарины, ей протянул ладонь Вильгельм. Она кивнула, с окончательным разочарованием замечая, как Эрик в отдалении разговаривает с какой-то девушкой, кажется, приглашая ее, мельком оглядываясь назад. Музыка заиграла, пары начали вальсировать одна к другой, только изредка немного сбиваясь. Лотти сжала ладонь супруга крепче, замечая, как ее подруга почти рыдает во время танца, пока Вильгельм ей что-то говорит, вероятно, пытаясь немного успокоить. Она поджала губы, в моменте ощущая, как Александр и остальные внезапно начинают отходить немного назад, образуя большой круг, пока Катарину ведут ближе к центру. Александр слегка оглянулся, аккуратно придерживая жену и, в какой-то момент, разворачивая ее к происходящему, остановился, со всеми остальными. Катарина вздрогнула в момент, когда Вильгельм отпустил ее, ловко обменявшись с кем-то партнершами и задрала голову, смотря в глаза возлюбленного, что слегка улыбался. Они кружились. Кружились так, словно вокруг никого больше не было. Ее сердце быстро колотилось, пока молодой человек приподнял ее, кружа и позволяя посмотреть на всех остановившихся людей, после чего аккуратно поставил ее перед собой, поцеловав руку и опустившись на одно колено. — Катарина Рейнхард, — девушка вздрогнула, ощущая, как слезы бегут несдерживаемым потокам по щекам, — я люблю тебя, — красная бархатная коробочка распахнулась, — и хочу прожить с тобой всю оставшуюся жизнь. Ты выйдешь за меня? — Катарина глотала ртом воздух от переполняющих ее эмоций, и желания одновременно расцеловать Эрика и придушить его к чертовой матери. — Да… — Она протянула ему свою дрожащую руку, на которой в следующую же секунду блеснуло кольцо и послышались аплодисменты. Он поднялся, прижимая ее к себе и нежно целуя. — Боже, а я ведь едва не отреклась от него, — сложив руки на сердце, произнесла Лотти, на что Алекс прыснул смехом, — ты знал о том, что так будет? — Она округлила глаза. — Конечно. Было сложно все организовать, да еще и так, чтобы вы трое ничего не пронюхали. Но мне понравилось то, как ты сверлила этого гаденыша взглядом. — Довольно протянул Рейнхард и получил по плечу, посмеявшись и обняв ее, прижал к себе, — я рад, что он будет рядом с Катариной, — его губы дернулись в едва уловимой улыбке. На балконе второго этажа стояла высокая, статная фигура. Мужчина вытянул перед собой бокал, наблюдая за парой, стоящей в самом центре, после чего быстро прошелся по тем, кто стоял вокруг и скривил губы, заприметив знакомую фигуру. От ее улыбки стало тяжело. Так тяжело, что Ричард Кросс залпом опрокинул в себя вино, разворачиваясь и уходя прочь с этого праздника жизни.