In a world of empty

Он с самого рождения не мог выражать свои эмоции и чувства. Скажем, находился словно в своем мире, совсем забыв про реальность. В детстве ему не были интересны мультфильмы, игрушки, различные игры. Точнее он не понимал, как это могло приносить радость и такую широкую, но все же не значительную улыбку на лицах его сверстниках. Он вообще не понимал, что такое радость. А остальные вокруг лишь и твердили: «Ох, да он же не из благополучной семьи! Вы видели как он видет себя со стороны? Это же страшно представить!» И так каждый чертов раз. «Мамочки, а может болен чем? Аутизм или прочее. Дак вы наверное в детстве с ним и не занимались вовсе! Вы поглядите какой он! Ну-ну.» Мать лишь закатывала на это глаза, а после лишь хмуро смотрела на сидячего рядом ребенка. Мальчик возможно и понимал, что матери стыдно за него, но вот вины он вовсе не чувствовал, как и остальных эмоций тоже. С взрослением ситуация никак ни улучшалась. Мальчик сидел целыми днями в своей комнате, где царил, как говорят, довольно «творческий беспорядок». Читая книги, перелистывая каждую тонкую страницу, шершавым пальцем, лишь так он мог заглушить пустоту внутри собственной души. Мать лишь какое то время заглядывала в комнату своего единственного ребенка. Нельзя было сказать, что ей было абсолютно все равно на его состояние. Она, как настоящая мама, очень переживала за своего сына, особенно её смущал тот факт, что ему совсем скоро в школу, как никак в первый класс. Но сможет ли он освоиться там? Сможет ли он познакомиться с кем то, не зная самого себя? Не станет ли он изгоем и не будут ли над ним издеваться? Только эти речи, словно засевшись, крутились в ее голове. Но всему приходит время. Когда мальчик впервые переступил порог школы, зашёл в кабинет где уже радостно рязвились дети. Он наверное, смог почувствовать впервые даже и грусть, если это можно было так назвать. Желание иметь друзей, все же где то царствовало в глубине его закрытой от всех души. Но все же школьные годы проходили вполне также, как и он ожидал. Ни с кем не подружившись он сидел один за одинокой партой. Он не был изгоем, просто люди считали его, как бы слишком закрытым и тяжелым, что очень отталкивало их от парня. К нему пытались подойти пару человек, которые выглядили весьма дружелюбно, но совсем каменное лицо и чуть слышный голос явно не особо радовали подошедших людей. Через некоторое, вовсе никто подходить не стал, наверное это и было к лучшему. —Мы должны переехать от сюда, мужу дали новую работу в Йокогаме, возможно это шанс.—Вдруг услышал мамин разговор по телефону парень. «Довольно странно, что они собираются переезжать, но ничего ещё не сказали мне», лишь подумал про себя мальчик, хотя в принципе разницы нет, где ему жить, все ровно мир всегда будет столь скучен и неразнообразен как и всегда. Место жительства никак не поменяет жизнь, ведь так? Так. Согласившись с самим собой, он сел на кровать, открывая, уже потрёпанную книгу. После в его комнату вошли родители. —Сын, тут такое дело, мы поговорили с матерью и решили, — солидный мужчина сделал глубокую, но незначительную паузу, собиравшись с мыслями.— Наша семья должна переехать в Йокогаму, это город в Японии. Мне предложили работу и я думал…— Вдруг его речь перебила разволновавшаяся мама парня, её глаза так сильно округлились, что честно, было страшно смотреть. —Ты только представляешь! У тебя будет большая комната, в сто раз лучше этой! Ты будешь с нами в совсем новой стране, как и в городе! — Она говорила это, уже словно запыхаясь—А самое главное, ты пойдешь совсем в новую школу, все-таки это другая страна и возможно, что и люди там другие. Может познакомишься с кем то или же. —Мария! —Громко воскликнул отец, смотря грозным взглядом на женщину, которая сама же в удивление от своей гиперактивности, шокирующе закрыла рот двумя ладонями. Парень же просто смотрел на них своим, уже привычным выражением лица. Но они больше не промолив и слова, велели собирать вещи. Йокогама это, конечно, красивый и большой город. И все же другая страна, которая совсем незнакома их семье. Но как на удивление, освоились они быстро. Мама даже смогла найти несколько подруг японок. Хотя с японским у ней было не уж то и хорошо, чем у отца и сына. Знали они его, буквально как родной, нежели мать. Но с ее манерой дружелюбности, она может примкнуться хоть к кому. Почему же мальчик не пошел именно в мать? Да и вообще в кого же он пошел такой весь из себя. Непонятно. Впрочем приближался первый день в новой школе. Парень не возлагал особых надежд, да и не нужны они были. Ему уже максимально не до этого. Он вырос, и понял, что друзья и не нужны. Только лишняя трата времени и сил, как и моральных, так и физических. Человек впринципе легко может прожить один. Ему не нужно это. —Хочу представить вашего нового ученика в классе, — заговорил мужчина в очках, чьи волосы были неопрятно прилизанны, —Приветсвуйте—тихо сказал он же, и в класс вошёл мальчик в помятой, но весьма идеально белой рубашке. Он разглядел класс, который в свою очередь с интересом глядел на него, а некоторые девочки на последних партах, начали перешептываться, иногда посмеиваясь. После мужчина продолжил: —И как же вас зовут, молодой человек? — Парень глядув на неопрятного мужчину, после взяв в руки мел, тонким и изящным почерком написал на доске: «Федор Достоевский»