The unusual life of eleventh graders

Дни не улучшались, с каждым днём находиться дома было все не выносимей и не выносимей, этот человек полностью забыл, кто был главнее, возомнил себя тем, кто может перевоспитать Люма. Люм же не давал тому возможность: уходил рано, приходил поздно, переписывался с мамой только по телефону, что бы узнать как она. Жил почти у Димы. В среду было страшно получить те сообщения от Димы, он побежал искать ключи, он был дома потому что того не было в нем. Не насчитавшись одного ключа, стало больше не по себе. Как бы он хотел, но вспомнить чей ключ не мог. Все последующие дни было затишье и оно пугало Люма. Мама ходила притворно счастлива, отец строил из себя отца. В воскресенье он не совсем себя важно чувствует. Вечное подозрение, поиска подвоха, быть внимательным, слишком измотало его. Было сложно встать, что бы открыть дверь. Когда его толкнули в стенку и захотели уже ударить, голова проснулась и отдала болью, он смог словить удар и уклониться от другого. Люм ударил резко первого в лицо, следующий его удар прошел в ребра с диким хрустом. Ногой он ударил второго. Те не сдались, встали. Люм занёс удар сломав нос, рука болью отдала. Второй схватил Люма за руки, первый быстро очухался, занёс удар прямо в лицо. Голова закружилась, кое как ударив первого ногой и тот полетел к двери ударяясь головой. Второй ослабил хватку и Люм смог локтем пару раз врезать в лицо. В итоги они убежали, сердце быстро стучалось, дыхание было сбито. Его тело тряслось. Рука болела от ударов. Он повернулся к комнате, испытывая ужасный гнев, посмотрел на нее со злобой, словно зверь, открыв ее с распашки, он побежал на этого человека, которого больше и отцом не назовешь, свой шанс он израсходовал. Люм оттащил его от мамы, толкнув к двери. Тот не удержался на ногах завалился ещё и пьяный. Люм схватил того за шкирку и поволок к двери, после того как он его толкнул на лестничную клетку, подошёл к нему навис над ним. — Можешь забыть сюда дорогу, гад, — Люм пару раза пнул того ногой, не стал сильно калечить, что бы ещё в полицию не закатав, вернулся обратно. Закрыл дверь и скатился по ней. Руки затряслись сильно, дыхание участилось. Паника. Он кое как поднялся, на трясущихся ногах дошел до комнаты и свалился по середине. Очнулся ближе к вечеру, голова слишком сильно болела, как и тело. Поднявшись он взял рюкзак, ключи не нашел, в страхе посмотрел на столик. Черт. Нашел маму в комнате, спала, не став ее будить, нашел запасной ключ, ушел, закрыв дверь. Идти час. На улице было холодно, пришлось из рюкзака достать кофту. Посмотрел на небо, свинцовые облака, плыли быстро в одном направление. Скоро может пойти дождь. Он вспомнил как с Димой бегал летом в такую погоду. Он тогда венок связал ему. Мысли сами пошли куда то не туда, ноги его несли какой то силой, сам был готов свалиться. Человек, что явился и захотел назваться отцом, сегодня нанял людей, что бы избить его. Он усмехнулся, попадись он ещё ему на глазах, разукрасит так, что никто не узнает. Всегда ведь жил без него, никогда не спрашивал, есть ли у него отец, нету, ему и без него было хорошо, зачем он вспомнил о них. Ясно зачем, у самого все закончилось, решил у нас все испортить. Люм оказался возле знакомой двери, постучал. Через пару секунд открыли и перед ним появился Дима, который сразу его схватил, увидев только состояние. Люм и не понял как оказался на руках крепких любимых и как уже плачет в шею. Как же противно все это. Он должен быть сильнее. По этому успокаивается быстро, рассказав что случилось. Люм Диме доверяет и обожает. Доверяет и не может сомневаться. И когда тот рядом проблемы исчезают, становиться не так важны. Сердце наливается заботой. На утро голова перестает болеть, руки же ещё болели, на лице появился синяк. Фиолетовый, сильно заметный на его бледной кожи. Дима был готовы найти этого человека, Люм искренне стало приятно, что есть те кто за него станет, сказал что все в порядке, пройдет. Аурум приехал за ними в пять. Люм до сих пор чувствующий вчерашний день, просто не хотел вставать. В итоги уставший ждать Аурум, поднялся. Увидев руки и лицо Люма, метнулся взглядом на Диму. — Ты не уследил, — обвинил Аурум. И Дима уныло посмотрел на Люма. Люм, знал что даже же бы если знал, что такое было бы, не успел бы это остановить. — Аурум успокойся, в этом нету вины Димы, там только этого козла, который теперь исчез на всегда, — Люм обнял себя руками, потому что воспоминания опять лезли. Дима отвлек его от этого, попросив собрать вещи. Забыв про кое кого, Дима сразу ворвался в комнату Ромы. Тот дрых и даже носом не повел. Аурум зашёл следом. На лице того была усмешка. Он приблизился к лицу Ромы. — Просыпайся, пропустишь танец в моем исполнение, — И Люм засмеялся, когда тот и правда открыл глаза, увидев, что над ним насмехаются, застонал от раннего подъёма. Где-то через пол часа они смогли сесть в машину Аурума. Дорога не быстрая, по этому все кроме Аурума завалилось обратно спать. Но так как он просто не дал бы им спокойно спать, пока всех везёт, на радио включил громкую музыку, но выключил, когда понял что Люм сейчас не в том состоянии. Сам Люм уснул на плече Диме, который потом переложил на свои коленки. Салон наполнился тишиной, только Рома пару раз переговаривал с Аурумом. Проснулся Люм, когда машина остановилась возле магазина. Открыв свои глаза, он подумал что не против бы и прогуляться и размять ноги. Найдя в отделе с алкоголем Аурума и Рому, фыркнул на то, что они выбрали. Все слишком дорогое и разное. Хотя по настоящему напьются только они с Аурумом, своих парней спаивать не будут ещё учудят что ни будь. Люм пошел в отдел с фруктами, набрав разных и всего по немного, пошел искать хоть какой ни будь еды для недели. Молоко, кофе, чай, рис, мясо куча мяса. Приправ и углей. Пришлось тащить все Роме, потому что Аурум не захотел таскать сумки, а Люму запретили. Следующие несколько часов они провели за разговорами. Аурум довёз их до маленького дорогого поселка. Все дома были большими, не выглядит как обычные дачные участки, огород, сарай теплицы, а сад красивый газон и тропинки, правда вместо газона высохшая трава. Облака опять закрывали солнце. Деревня стояла рядом с лесом, что создавало свою атмосферу. — Ты никогда не говорил, что у вас есть дача, — сказал Люм, смотря как Аурум паркуется возле красивого дома. Двухэтажный из больших бревен. — Ты никогда не спрашивал, плюс работа, летом некогда было, а родители не хотели, — пожал плечами Аурум, заглушил машину. Люм принялся будить ребят, которые опять уснули под конец поездки. Через какое-то время получилось, заставив тащить тех все сумки и рюкзаки, Люм пошел продеть по дому. Он был большим, лестница вела на второй этаж, где было четыре комнаты небольшие, но вместительные. По середине ванная. Внизу была большая кухня, а с другой стороны гостиная. — Делай те что хотите, без меня не пить, не сожгите дом своей готовкой, я спать, кто разбудит обретёт себя на день без алкоголя, — сказав Аурум и побрел на верх, за ним пошел Рома, но потом вернулся. Люм побрел в гостиную взял с собой уроки разложил их на столике, включил на телевизоре какой-то фильм, засел учить. Дима рядом с ним присоединился, принес сухарики, стал смотреть фильм. Рома куда-то делся, следом за Аурумом. По этому они остались одни. Люм отбросил свои уроки, полностью сконцентрировался на Диме. Они оба ждали долго для этого момента. Все эти подготовки, разборки, школа становиться не важным, когда в его рот нагло и с блаженством лезет язык Димы. В прошлый раз у них все было аккуратно и медленно, в этот раз они не пытаются даже остановиться. Каждый пытается забрать друг у друга эту страсть огней в их животах. Слишком сильно, слишком чувствительно. Дима раздевает его быстро, не хочет медлить. Люм чувствует пол спиной, чувствует горячие руки Димы на своих бедрах. Чувствует, как внутри все кипит. Бедра касаются пола. Он полностью раздет. Температура тела никак не может совладать с температурой в доме, мурашки бегут по телу. Дима нависает над ним целует каждый участок, руками гладит дрожащие ноги. Люм их раздвигает сильнее. Дима встаёт, покидает покладистое тело, бредет к неразобранным сумкам, вытаскивает тюбик смазки, Люм поднимает голову, видит как тот уже возвращается. Подготавливает медленно только в этот раз медленно, что бы не навредить любимому. Люм стонет и принимает пальцы с лёгкостью. Вторая рука Димы блуждает в его волосах. Люм тянется за ещё одним поцелуем, смотрит в эти зелёные глаза, целует горячо обжигающе. Дима его растягивает и он стонет в поцелуй. А потом отстраняется и нежно входит. Даёт привыкнуть, Люму не хочется ждать, кивает и громко стонет, когда Дима начинает набирать темп. Люм хватает своими руками за плечи Димы. Люм прогибается, чувствует как доходит до конца. Дима ускоряет темп и они оба с громким стоном выдыхают. Люм изливается на себя, Дима выходит и кончает на него. Оба дышат сложно, но лезут целоваться. Потом Дима убирает все салфетками, чувствует что его подняли на руки и несут в ванну. Дима кладет его ванну, сам залезает следом включает теплую воду больше горячую. И они сидят друг на против друга, недавно у них был горячий секс, сейчас горячая ванна, потом еда и алкоголь. Руки Димы ползут к бинтам снимая их, давая рукам подышать. Целует каждый пальчик, в качестве извинений. Люм хватает лицо Димы смотрит ласково в глаза, не могут отвести взгляды. Целуются. Димина рука тянется к синяку на щеке Люма. Тот шипит -ещё болит. Гладит ласково почти не касаясь. И они продолжили так сидеть ещё долго, пока оба не насытились друг другом настолько, что были готовы вылезти. Пришлось брать полотенца, одежды под рукой не было. Люм пошел в комнату, которая была свободной, дожидаясь Диму с рюкзаками. Тот пришел смутившись. — Что такое? — спросил Люм забирая рюкзак и беря от туда нижние белье топ и шорты. — Ты был через чур громким, — Люм смеётся, пусть Аурум завидует, будет знать, как контракты делать. — В следующий раз будем тише, мне главное, что бы ты был счастлив, солнце, — говорит Люм выходя из комнаты, спускается на первый этаж видит только Рому. Ни капельки не стыдиться за их звуки идёт разбирать продукты, мясо сразу убрали в холодильник. Сейчас Люм берет его начинает делать шашлык маринуя в луке с соусом. Дима приходит не сразу только под конец, облизывает палец Люма — Вкусно и соли достаточно, — уходит. Перед тем как на кухню спускается выспавшийся Аурум проходит час. Тот выпевает стакан воды, идёт в гостиную. Ребята успели все разложить и убрать, приготовить еды на несколько дней. Время было пять, когда Рома с Димой пошли колоть дрова, для мангала, Аурум достал от куда то шпажки, ребята успели разжечь все. когда угли были готовы, то пошли жарить. Все четверо сидели на улице и следили за огнем. — Знаете, так спокойна на душе, когда вы все рядом, — сказал Люм. — Тебя на симтимитальность потянуло? — съязвил мягко Аурум, — на самом деле приятно, вы все ребята, даже ты Дима. — О я наконец-то удасужелся ваше величества внимания со второго класса? — весело сказал Дима с наигранной обидой. Аурум усмехнулся. Рома куда-то убежал в дом, через пару минут вернулся, Люм успел сменить мясо, что бы жарить последнюю партию. Рома нес в руках пакет черный. Он сел обратно рядом с Аурумом, передал его ему. Тот взглянул, удивлённо посмотрел на Рому с улыбкой. Быстро закрыв, что бы посторонние глаза не увидели. — Я думал, чем тебя можно удивить и придумал это, — сказал Рома смотря на Аурума. Люм смотрел на сцену, держа Диму за руку. — С любимым вкусом? — спросил Аурум. Люм с интересом посмотрел на Диму, тот так же не знал что там, пожал плечами. -Да. — Что ж ты смог меня удивить, — Аурум потянулся за поцелуем. Люм улыбнулся этому. Они целовались совсем по другому. Рома весь вечер святился солнышком. Наверное ради этого Аурум был готов дать ещё тысячу поцелуев. Они сели кушать, открыли пока что одну банку ликера. Ребята выпили немного, поели пошли в гостиную для продолжения вечера. Пока они решали во что будут играть, раздался телефонный звонок, ребята поняли что Аурума. Тот пошел отвечать. Вернулся быстро с потерянным лицом. — Мою квартиру обокрали, обвиняют Люма, — и все резко встали в недопонимания начали смотреть. Люм в страхе взглянул на Аурума, начал идти чуть назад. — Я все время был свами, я не мог этого сделать, мне даже сложить не куда, — Дима подошёл к Люму, взялся за руки, начал говорить успокаивающие слова. Аурум молчал, долго ничего не говорил, словно в голове что то высчитывал и Люм сильно испугался, он этого не делал он это знает. — Кто тебе это сообщил? — спросил Рома — Родители, они вернулись домой, — ответил Аурум, выкинул телефон на диван. В дверь постучались, Люм в страхе посмотрел на нее задрожал. Он бы никогда бы так не поступил. Он уже много раз доказывал Ауруму свою преданность к нему как к другу и больше. Аурум медленно подошёл к двери от туда опять постучали. — Открой те, это полиция, мы приехали для задержания, если вы не откроете, нам придётся принять другие меры, — сказал голос за дверью. Люм по бледнел. Начал метаться по комнате. Это ведь не он, он ведь не успел. — Ребята это правда не я поверь мне Аурум, я бы ни за что бы, — начал говорить Люм. Аурум открыл дверь, Люм в страхе отступил назад, не может этого быть, все же было хорошо. Он посмотрел на Диму. Резко его схватили, закрутили его руки назад, наклоняя. Дима рядом начал драться с полицейскими его тоже скрутили. Люм с непонятным лицом смотрел на Диму, боялся что это последний раз когда он его видит. И все звуки словно в воде. — Отпустите их, — строго сказала Аурум, закрывая дверь после того, как зашли родители. — У нас есть приказ задержать Люма, как главного подозреваемого, — сказал тот самый полицейский. Больше на следователя похож. Люм видел, как Аурум подходит к нему. — Я сказал отпустите их, я знаю кто обокрал ее, — Аурум перегородил путь. Все посмотрели на него, ожидая слов. — Мальчишка обворовал свой дом, пошел в дом богатого друга, успел все спрятать, — сказал полицейский, — забираем его. Люм со страхом начал говорить что это не он, начал брыкаться. Аурум появился перед ними, не давая выйти. — Не мешай делать им свою работу Аурум, — сказал папа Аурума. — Это отец Люма всех обокрал, — все в недоумении посмотрели на него. Люм раскрыл глаза, увидел в глазах напротив полную решимость, не врёт и Люм ставит прошлые факты в голове, пропавшие ключи, ошивавшийся с кем-то в магазине рядом с Димой. — Мои ключи на кануне куда-то делись, а вчера я выгнал из дома его, потому что тот привел в дом людей, которые избили меня, перед этим Дима видел его обсуждающего про то, что тот собирается обокрасть богатую квартиру, это он, я этого не делал, все время с ними был, — выпаливает Люм на одном дыхании и хватка на его руках ослабела. — Так что будь те так добры отпустите моих друзей, — и Люма отпускают. Он бы упал если бы не Дима, успевший его подхватить и прижать к себе. Люм был полностью разбит. — Куда делся твой отец, — спросил полицейский. — Он мне не отец больше и никогда им не был, я не знаю, мы с ним не общались, я ему не доверял, знаю, что с дружками к нам домой ходил, что с домом, что с мамой? — спросил Люм, позабыв про все, он направился на полицейского. Страх пробрался ко всему телу. Его остановили руки Димы. — Она у нас в участке, даёт показания, вашу квартиру обокрали сегодня днём, перед тем как их, ее в тот момент не было дома, она полностью в порядке. Люму стало чуточку легче. Он повернулся к родителям Аурума. — Извините меня, мне стоило быть более бдительнее, мне очень жаль, что доставил этим человеком очень много проблем, — он повернулся к Аурума, который с волнением смотрел на Люма, — Аурум прости, мне правда жаль за это. Люм не мог этого вынести он был рад, что Дима не дал ему ключи, он бы не смог вытерпеть это. — Дима, Рома вы могли тоже пострадать извините, мне правда жаль за это, — Люм опустил лицо, не может сейчас смотреть в глаза им. Как же стыдно. Он больше никогда не доверится таким людям. Больше ни за что не поверит людям вошедшую его жизни внезапно. — Нам пришла информация, что группа людей пытаются покинуть город с огромным количеством вещей, в них мы узнали обокравшие вещи, мы ввели план перехват. — Хорошо, вы все должны проехать в участок что бы дать показания, мы не собираемся никого задерживать. Люм пошел сразу, он готов сдать этого человека, что бы его поскорее посадили. Их рассели по машинам. Не повезло ехать с Аурумом. Он больше всего перед ним виноват. Пол дороги Люм думал, как там мама, потом про то что ему теперь делать. В какой-то момент он начал опять дрожать и боятся. Его могли посадить, почему Аурум сразу не сказал, зачем так мучить. — Люм, посмотри на меня, — Люм повернулся не сразу, не увидев ни какого отвращения он посмотрел в глаза. — Я когда-то уже говорил, повторять не стану в третий раз, так что слушай внимательно, это квартира не стоит нашей дружбы. Хоть ее, я не знаю, сожгут! Да я куплю ещё такие три, но твою дружбу с тобой, я никогда не куплю, ты мне дорог, так что перестань так трястись. Аурум притянул Люма к себе. И Люм правда почувствовал себя ещё больше виноватым, что допустил такое. Их привезли в городской полицейский участок, дорога была длиной, все время Люм был в раздумьях, когда он вышел из машины, понял как ему не хватало воздуха. Вина давила на грудную клетку. В участке им сразу сказали, что нужно делать, всем шестерым дали бумаги, больше всех писали Аурум с Люмом. Ближе к трем часам утра им сообщили, что человека словили и сейчас везут в участок. Они дождались, что бы быть уверенным что это он. Люм стоял там, что бы увидеть, как тот будет беситься. Они встретились взглядами. — Как хорошо я не воспитывал тебя, на мне никогда не будет такого позора, — сказал тот. Люм промолчал слишком уставший от всего этого. За него сказал Аурум: — Это ты тот, кто не достоин быть названым хотя бы отцом, поверь в ближайшие несколько лет, вряд ли о тебе хоть кто-то вспомнит, я сделаю все что бы тебя посадили на долго. Его увели, Аурум и Дима взяли под руки Люма повели к машине. На ней они приехали, ее вез один из полицейских. Люм почувствовал как оказался в тишине и в теплой машине, а не в участком, который был холодный и серым. Слезы выступили на глазах, он на заднем сидении скорчился от боли переполняющая его. Почему же с ним это случилось? Все же было хорошо, почему тот явился в его жизни. Как же Люм его ненавидит. Руки готов истерзать в клочья, но докажет насколько. Его чуть не обвинили в том, что он не сделал бы, даже если бы остался на мели и один. Никогда бы не посмел воровать у Аурума, вообще воровать, он ведь всегда был тем, кто всем помогает, как так, что он оказался на другой стороне. Сердце сильно сжимается. Люм вздрогнул, когда почувствовал руки на своих плечах, которые подтягивали его на колени. Его голова оказалось на Диме. Люм уткнулся в живот продолжая плакать, не в силах остановить эмоции. Машина двинулась. В какой то момент, он начал чувствовать успокаивающие движения на голове, до этого он чувствовал только слезы на щеках. Как давно они едут? Люм не знал, он хочет спать. Посмотрев правда, что он сидит с ребятами, уснул. Проснулся он в постели один, на даче. На улице было пасмурно. Тело было ватным, по этому он даже встать не смог. На тумбочке стояла вода и таблетка. Все выпев, он попытался ещё раз встать. Со второй попытки, получилось, на ватных ногах пробрался к двери. Голова не болела, но он хорошо помнит, что вчера случилось, ему нужно их увидеть. Они же его не бросили одного, словно предателя умирать. Люм спустился по лестнице, чуть пару раз не упав, успевая схватиться. Снизу ребята сидели в гостиной, все троя смотрели какой-то фильм. Живот заурчал. Он решил не отвлекать тех от просмотра и ещё не был готовый к разговорам, пошел на кухню, отыскав фрукты потому что ни на что дурное сейчас не способен поесть, сел кушать. Обида на себя поднялась к горлу. На кухню зашёл Дима, который сразу подбежал к Люму. — Ты как милый? — Дима обнял Люма прижимая к себе очень крепко и Люм обнимал так же крепко в ответ. Слишком сложно. Они не должны его так быстро прощать. — Ужасно, чувствую что изнутри меня что-то разрывается, — отвечает честно Люм. Отстранился виновато посмотрел на Диму. — Как же я вчера перепугался, — тихо бормочет Дима. — Что было после того, как вы меня вывели из участка? -спрашивает Люм, потому что это часть размытая. Потому что выливал свои эмоции в Димин живот. Слишком стыдно и неправильно все это. Дима отстраняется садиться на против, с начало его лицо было напряжённое, потом с улыбкой. — После того как мы тебя вывели, нам пришлось выводить Рому, тот не сдержался врезал по самое не хочу, как сказали ещё чуть-чуть он бы ему шею сломал. По этому нам с Аурумом пришлось вытаскивать и того из участка. Потом поездка обратно и сон. Аурум вроде спать не ходил, как Рома рассказывал, что спал почти все время один. Только в часов одиннадцать тот лег. Я заметил пару пустых бутылок. Тебя будить не стал, половину времени брыкался во сне. Люм слушал внимательно, поглощая в рот все больше разных фруктов. — А все это? — спросил Люм, подозревая квартиры. — Я созвонился с твоей мамой, она давно уже дома и спокойно спит, замки вам поменяли, у Аурума тоже самое. Люм кивнул продолжая живать. Как только заметил, что фильм закончился, немного настороженно посмотрел в гостиную, быстро встал и пошел на верх. Ноги уже успели расходиться и таблетка подействовала, так что по лестнице забрался быстро. Дима за ним не пошел, может к лучшему, ему стыдно, что он мог их подвергнуть опасности. Люм зашёл в комнату уселся на кровать. Сзади дверь открылась, он не стал оглядываться, кто пришел. Он знал, кто это. Вина подкатила к горлу. — Перестань убиваться, ты не должен сейчас сидеть и мучиться из-за того человека, — Аурум подошёл к окну, не поворачивается в сторону Люма. Люм смотрит в спину Аурума, глотает тяжёлый ком в горле. — Это правда случилось из-за меня, если бы я был внимательнее, если бы я сразу его выгнал не давая шанса, — Люм отвернулся в другую сторону. Если бы он хоть что-то сделал, смог бы избежать всего этого. — Люм мне без различна эта ситуация, мне стало страшно, когда они зашли и хотели арестовать тебя, — Аурум поворачивает к Люму, резко подходит, дёргает за плечи в попытках привести друга в чувства. Люм не может, что бы все было так просто, его не должны прощать так быстро. — да это из-за меня случилось, почему ты не можешь это понять? — кричит Люм, одергивая от себя чужие руки. — будь благоразумным Люм, это его вина, не твоя! — Люм сверкает на него злой взгляд. Ауруму приходиться отойти. Знает у кого превосходство в силе. Люм отодвигается подальше. — Я виноват в том что не выгнал его, в том что за ключами не уследил, в том что с тобой рядом находился, когда он следил за мной, если бы не я все было бы хорошо, так что оставь меня в покое хоть сейчас, Аурум, — Люм перестает говорить свой поток слов, лег на подушку смотря в стенку. — Я тебя не винил и не буду винить, как ты этого хочешь, мне не нужны твои страдания, мне нужен ты, Люм, слышишь? Дверь закрывается громче обычного. Люм зажмурился. Следующий час он лежал один без раздумий. Люм встал с кровати, посмотрел на время пять часов дня. Пошел в ванну, в зеркале увидел свое отражение. Синяк на лице начал исчезать, но все равно было видно, синяки под глазами, волосы были растрёпанные. Длинные блондинистые пряди доходили до пояса. В дверь постучались он вздрогнул, та не заперта. — Люм ты там? — За дверью прозвучал голос Димы, взволнованный. — Я зайду? — Нет, — говорит Люм закрывая собой дверь, не давай войти. — Позволь мне войти Люм, дорогой мой, — Дима попытался войти, Люм отошёл от двери. Встал возле стенки, пытаясь не свалиться. Дима вошёл медленно, Люм боялся реакции Димы. Он подходит к зажавшуюся Люму, крепко притянул к себе гладя по голове. Люм молчит, стоит намертво, боится движение лишние сделать. Головой мотает. — Люм, хватит винить себя, не хочешь верить словам Аурума, поверь моим, тебя никто не винит, пошли от сюда, хочешь чаю сделаю, — тихо говорит Дима, Люм обнимает в ответ. Дима целует в висок в переносицу в место, где был синяк. Люм кивает на все, попробует отпустить. Люм выходит из ванны и идёт в комнату, садиться за стол, ждёт Диму. Тот приходит через несколько минут, несёт чашку чая. Люм целует Диму в знак благодарности. Тот уходит, но возвращается, когда уже чай выпет. Проходит к Люму берет к себе на руки, кладет на кровать, сам рядом ложится, свою голову на плече Диме кладет. — все будет хорошо, любимый, — целует в макушку, гладит по спине. Люм доверяется, кивает. Оба засыпают через какое-то время. Следующий раз когда Люм просыпается, за окном сумерки. Дима лежит рядом в телефоне. — Как давно не спишь? — спрашивает Люм удивляется своему охрипшему голосу. — может час, ты так сладко спал, будить не хотелось, ребята уже ужин давно сделали, — сообщает ему Дима. Люм обратно ложится к Диме обнимает и целует, тот телефон убирает, все свое внимание Люму уделяет, в глазах напротив любовь видит и Люм не может не поцеловать сладко. — Пойдем покушаем, ты целый день ничего не ел, — Дима начинает вставать и Люму приходится тоже встать. Они спустились вниз, на кухне и в гостиной никого не было. В холодильнике лежала готовая еда, Люм быстро ее разогрел. Они кушали в тишине, только часы которые шли нарушал ее. По лестнице раздались шаги. Люм посмотрел на Аурума с Ромой, которые спустились и теперь смотрели на них. Оба встретились взглядами, никто из них не знал, что лучше сделать или сказать. Люм перестал есть, встал, подошёл к Ауруму. Рома отошёл от них. Люм заключил Аурума в крепкие объятья. — Извини меня за все, все что было сделано и сказано, — Люма в ответ обняли похлопали по спине. — Я тебя не в чем не обвинял, что бы прощать, я рад, что ты вернулся, Люм, — Аурум отстранился в его глазах сверкал огонек. Люм улыбнулся этому, он явно что-то задумал. — Рома собирался в магазин, который находиться часе ходьбы, думаю ему нужна будет помощь Димы, так что мальчики идите, — посмотрел на братьев, Аурум. Люм пожал плечами увидев на лице Димы недопонимание. И те почти не спорили, им не хотелось идти под дождем куда-то, им в руки сунули зонт и кофты. — А мы с тобой пойдем выполним то, что хотели мне ещё нужен от тебя совет подружки, — они пошли в гостиную, где лежало несколько видов алкоголя. Вечер они провели хорошо. Разговора про вчерашнюю ситуацию не было, они просто говорили по душам, пока домой не вернулись ребята.